Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
14 июля 2024
«Черный лебедь» перестройки

«Черный лебедь» перестройки

А была ли Чернобыльская катастрофа случайной?
Дмитрий Данилов
29.04.2011
«Черный лебедь» перестройки

26 апреля 1986 года советский «мирный атом» перестал быть мирным. В 1 час 23 минуты реактор 4 энергоблока Чернобыльской АЭС вышел из-под контроля персонала станции, проводившей проектные испытания его мощности. Спустя минуту произошло два взрыва, и начался пожар с активным выбросом из раскаленного реактора радиоактивных частиц. Эта апрельская ночь навсегда разделила историю отечественной и мировой атомной энергетики на «до Чернобыля» и «после Чернобыля».

До сих пор авария на ЧАЭС считается самой крупной техногенной аварией в истории человечества, приведшая к самым тяжелым последствиям. До Чернобыля самыми крупными аварийными ситуациями на ядерных объектах считались авария на ПО «Маяк» в 1957 году (6-й уровень по международной аварийной шкале INES) и авария в США на АЭС «Тримайл-Айленд» в 1979 году (5-й уровень по шкале INES), которые хоть и привели к значительным радиологическим выбросам в окружающую среду, но их влияние все же было в значительной степени локальным. Чернобыль вплоть да аварии на АЭС «Фукусима-1» в марте 2011 года был единственным аварийным ядерным событием, получившим 7-й уровень по шкале INES (сильный радиологический выброс с тяжелейшими последствиями для здоровья населения и для окружающей среды).

Взрыв на ЧАЭС привел к выбросу в окружающую среду примерно 380 млн кюри радиоактивных веществ, в том числе изотопов урана, плутония, иода-131, цезия-134, цезия-137, стронция-90. Лишь по случайности радиоактивные воздушные массы из-за удачной розы ветров ушли не вглубь страны, а на северо-запад, в Европу. Вокруг АЭС создана 30-километровая зона отчуждения, сотни деревень брошены, около 200 тыс. человек было эвакуировано из зон, подвергшихся загрязнению, в том числе и город чернобыльских энергетиков Припять с 50-тысячным населением. 5 миллионов людей до сих пор живут на загрязненных территориях с повышенным радиационным фоном.

Все началось с того, что два генератора 4-го энергоблока РБМК-1000 ЧАЭС 25 апреля отключили от сети для измерения возможности использования энергии остаточного вращения – т.н. «выбега» генераторов для выработки дополнительной электроэнергии. Почему-то принимается решение, запрещенное регламентом: подъем мощности реактора после ее снижения ранее 10 часов после начала этого снижения. Оно и стало фатальным.

После проектного снижения мощности 25 апреля с 700 МВт до 200 МВт на ЧАЭС от диспетчера «Киевэнерго» около полуночи 26 апреля 1986 года поступила настойчивая просьба несколько часов подержать энергоблок на прежней мощности ввиду дефицита электроэнергии в системе.

Это прямо запрещено регламентом, но по не вполне понятным обстоятельствам персонал все же принимает решение провести испытания. В 1 час 24 минуты над 4-м энергоблоком взлетели горящие обломки и искры. В результате взрыва возникло около 30 очагов горения. Стремительное «расползание» Чернобыльской зоны началось.

Многие ученые считают, что до сих пор окончательно не выяснены не только последствия Чернобыльской катастрофы, но и даже некоторые аспекты физических процессов, проходивших в активной зоне реактора. С октября по ноябрь 1989 года в Дагомысе на первой Международной рабочей группе по тяжелым авариям и их последствиям были детально обсуждены различные аспекты чернобыльской аварии. Дагомысская группа в числе прочих причин аварии признала, что персонал ЧАЭС вывел работу реактора в область т.н. «белого пятна», где поведение реактора не было изучено и оказалось ядерно-неустойчивым.

Недостаточный мониторинг причинно-следственных цепей Чернобыльской аварии был обусловлен чрезмерным засекречиванием ряда экспертиз из-за того, что 4-й энергоблок ЧАЭС, в отличие от трех других блоков, являлся секретной экспериментальной площадкой по лабораторным исследованиям производства плутония. По воспоминаниям члена оперативной комиссии правительства Украины по ликвидации аварии на ЧАЭС Валентина Згурского, в первый месяц после аварии была реальная опасность необратимой эскалации ситуации вплоть до ядерного взрыва. В активной зоне реактора постоянно росла температура, несмотря на попытки засыпать очаг сверхтемператур с воздуха смесями, блокирующими распространение радиоактивных материалов. Со 2 по 18 мая температура очага выросла приблизительно с 1750С до 2770С, а по расчетам академика Валерия Легасова уже при температуре 3000С мог произойти ядерный взрыв.

Именно поэтому уровень секретности о произошедших событиях с первых же дней аварии «зашкаливал» даже для обычной советской действительности. Ни в руководстве УССР, ни в Москве не имели точного представления, что произошло.

Во всей стране точной информацией по ЧАЭС владели лишь три человека: генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев, глава Совета Министров СССР Николай Рыжков, и председатель Госкомитета по гидрометеорологии и контролю природной среды Юрий Израэль.

Вместо того, чтобы сразу оповестить население близлежащих городов и организовать грамотную эвакуацию граждан, власти бросили все усилия на недопущение паники. В итоге в Киеве, вопреки протестам ученых и членов оперативных штабов, первомайская демонстрация так и не была отменена, истинный масштаб катастрофы умалчивался. Между тем, по словам очевидцев из оперативной группы бюро Киевского горкома в первые недели после аварии уровень радиоактивного заражения в столице Украины, находящейся всего в 130 км от ЧАЭС, был такой, что листья только распустившихся каштанов оставляли «отпечаток» на фотобумаге.

Глава УССР В.В. Щербицкий экстренно связался с Москвой, но услышал от Горбачева строгий окрик, требующий во что бы то ни стало провести демонстрацию 1 мая, угрожая в противном случае серьезными санкциями, вплоть до исключения из партии. В итоге массовый выезд из Киева начался лишь после совещания 10 мая в управлении образования горадминистрации, куда были приглашены заведующие РОНО. Но даже тогда никто прямо не сказал киевлянам об опасности. Все в итоге спустилось на самотек, а мероприятия проводились под эгидой «организации оздоровления детей». После этого совещания по Киеву поползли панические слухи. Билетов в кассах на поезда и самолеты не было уже утром следующего дня. Затем черед дошел до автобусов. Родители вывозили детей, кто куда мог. По Киеву бродили слухи, что высокопоставленные чиновники компартии и Совмина тремя самолетами вывезли своих детей еще 27 апреля. К середине мая Киев заметно опустел.

Поскольку большинство ликвидаторов аварии в первые дни из-за экстремальной ситуации, требующей срочных решений, направлялись в Чернобыль в приказном порядке, количество пострадавших от радиации людей стало огромным. Многие из них без серьезной защиты были вынуждены работать с лопатой в руках, закапывая раскаленные осколки радиоактивных графитных стержней, в том числе и в непосредственной близости от реактора. В его активной зоне в первые дни после аварии радиация достигала 8 тыс. рентген в час, которая убивала человека всего за 3 минуты. Неудивительно, что первые герои, тушившие пожар на ЧАЭС, получали дозы, приближающиеся к смертельным. Героизм советских ликвидаторов привел к тому, что к концу мая выбросы, составившие 4% от полной активности ядерного топлива реактора, к 6 мая 1986 года снизились до несколько сотен, а концу мая - до нескольких десятков кюри в сутки. Именно поэтому сейчас среди живых «чернобыльцев», в основном, лишь ликвидаторы «второй волны». Ликвидаторов «первой волны» почти никого нет в живых. Большинство из них умерло в первые годы после катастрофы. Но практика показала, что иной альтернативы, кроме жертвенного подвига первых ликвидаторов в катастрофе ЧАЭС не было: раскаленный реактор был нестабилен, что было чреватой еще большей катастрофой.

Роботы, находясь рядом с реактором, выходили из строя, люди продолжали трудиться. Сегодня в РФ их героизм в пересчете на дотации в среднем оценивается меньше, чем минимальная зарплата.

Но, несмотря на героизм ликвидаторов аварии на ЧАЭС и своевременно принятые меры по локализации активного распространения радиоактивных выбросов, это не спасло СССР от беспрецедентной критики и внешнеполитического давления со стороны Запада. До сих пор Чернобыль вспоминается как символ человеческих жертв и некомпетентности наших атомщиков (хотя люди от аварий на АЭС погибали и после Чернобыля - в той же Японии в инцидентах на АЭС в Токаймуре (1999 г.) и в Михаме (2004 г.) погибли 9 человек, сотни людей получили серьезные облучения). Реакторы РБМК-1000, стоявшие помимо ЧАЭС, на Ленинградской и Курской АЭС, априори признавались несовершенными, «грязными» и попросту опасными для эксплуатации, хотя никаких технологически убедительных доводов по сравнению с западными ректорами при этом не приводилось, а советский «мирный атом» после 1986 года стал чуть ли не самым главным «ядерным чудовищем» и угрозой миру. С этого момента стали звучать призывы к «международному контролю над русскими ядерными объектами». Звучат они и сегодня. «Безопасность атомной энергетики выше национальных границ», - так в одном из своих недавних документов провозгласило МАГАТЭ.

Отдельному удару до сих пор подвергается якобы излишний режим «закрытости» со всем, что связано с Чернобылем, стремлением «скрыть подлинные масштабы» аварии и «уйти от ответственности перед человечеством». Между тем, именно СССР, несмотря на первые две недели чисто информационной неразберихи, стал примером четких организационных мероприятий по ликвидации последствий аварии на АЭС. К концу мая 1986 года контроль над станцией был полностью восстановлен, угроза распространения радиоактивных осадков была почти блокирована. Через 5 месяцев после аварии над 4-м энергоблоком ЧАЭС был построен бетонный саркофаг (объект «Укрытие»), еще больше локализовав влияние последствий аварии. Более того - уже в октябре-ноябре 1986 года состоялся пуск 1-го и 2-го энергоблоков станции, а в декабре 1987 года вновь заработал соседний с аварийным 3-й энергоблок.

Некоторый сегмент информации, касающейся лабораторных исследований на 4-м энергоблоке и относящейся к вопросам государственной безопасности СССР, действительно был закрыт – но эта практика не является исключением во всем мире. Совсем другой вопрос – мониторинг обстановки, ее научный анализ, оперативный контроль. В этом отношении советские власти были на высоте и проявили полную открытость для международных специалистов. Например, МАГАТЭ получило всю информацию по катастрофе на ЧАЭС уже в июле 1986 года, а в августе в Вене уже смогло подготовить полный доклад о ситуации на Чернобыльской АЭС.

Специалисты МАГАТЭ были специально приглашены на станцию с новейшими приборами с возможностью провести все необходимые замеры, чтобы развеять слухи о невиданных разрушениях и о десятках тысяч погибших.

Еще больше ситуация стала меняться, когда руководство СССР одобрило проведение международных брифингов по Чернобылю и первых телефонных мостов по схеме «Чернобыль - западные СМИ» в феврале 1987 года. Тогда же в самой «зоне отчуждения» была организована работа всех желающих приехать в СССР иностранных корреспондентов.

Достаточно посмотреть на печальный опыт «Фукусимы-1» чтобы понять – ничего даже близкого к советским результатам ликвидации аварии на ЧАЭС не происходит. Хваленый японский атомпром, до недавнего времени считавшийся чуть не эталоном передовых разработок в мировой отрасли, оказался на поверку отнюдь не безупречным.

Если советские ликвидаторы на ЧАЭС сумели сразу же стабилизировать ситуацию и не дали распространяться самому худшему сценарию, в Японии растерянность и бездействие руководства компании–оператора станции искусственно довели аварию средней тяжести до настоящей катастрофы.

По сравнению с «Фукусимой-1» действия советских специалистов в Чернобыле выглядят образцом оперативности, ответственности и профессионализма. Причина тому одна - японцы после аварии рассматривали ее как внутреннюю проблему частной компании, вместо того, чтобы разработать общенациональный план ликвидации аварии, включающий создание специального штаба объединенных специалистов правительства, ученых и компании, использующих все национальные силы.

Однако, если японцам весь мир сопереживает и даже чествует их за «национальную солидарность» в деле борьбы с аварией на АЭС, то Чернобыль до сих пор пеняется России. В частности, американский физик Александер Сич в своей недавней статье в The Wall Street Journal физик прямо пишет, что Россия должна ради своей международной репутации развеять чернобыльские мифы и демонтировать 11 реакторов «чернобыльского» типа, которые продолжают действовать, а также внести должный вклад в очистку зоны отчуждения вокруг АЭС.

Сич сомневается не только в официальных цифрах радиоактивного загрязнения в отчете СССР, представленного в МАГАТЭ в августе 1986 года, но и в том, что ликвидаторы действительно оперативно потушили в мае 1986 года очаги сверхтемператур. «Это подрывает главный миф о ликвидации Чернобыльской катастрофы — культ храбрых вертолетчиков, которые старались потушить пожар. Ликвидаторы были по-настоящему храбрыми и самоотверженными. Увы, советские власти воспользовались ими, чтобы создать впечатление, будто хоть что-то делается для ликвидации катастрофы», — пишет Сич. Кроме этого, американский физик сомневается, что саркофаг над аварийным энергоблоком ЧАЭС стал символом победы над катастрофой, прочным чудом советского инженерного дела, так как сегодня он стремительно разрушается. «Саркофаг лучше назвать «стальным тентом», наскоро построенным на руинах, чем «бетонным футляром». Он изначально не проектировался как герметично закрытое сооружение», - ерничает физик из США.

Правда, американский ученый почему-то забывает, что в 1986 году, когда был возведен саркофаг, никто не думал, что через 5 лет СССР перестанет существовать. Впрочем, наверное, украинские власти в глазах подобных экспертов действуют в «правильном направлении» - атомпром Украины постепенно переходит на эксплуатацию западных реакторов, а на новый саркофаг деньги Киев выделяет не из целевых квот бюджета, а клянчит у всего мира (Чернобыльская донорская конференция собрала 550 млн евро на возведения нового саркофага «Укрытие» на 100 лет). Наверное, это и есть лучший пример подлинной «ответственности».

Все это говорит о том, что мифологизация Чернобыля даже спустя 25 лет является запредельной и, судя по ее адресу и тональности, по-прежнему нацелена на те же геополитические цели – демонизация образа России и обоснование необходимости свертывания перспективных отраслей ее экономики.

И дело не только в отдельных мнениях. Например, приуроченное к аварии на АЭС «Фукусима-1» заявление экспертов МАГАТЭ под пафосным заголовком «НИКОГДА БОЛЬШЕ: важнейшая цель ядерной безопасности» так говорит об аварии на ЧАЭС: «Конструкция реактора в Чернобыле сильно отличалась от реакторов на «Тримайл Айлэнд» и Фукусиме. Проведенные исследования аварии высветили серьезные недостатки проекта (нестабильность реактора, неудовлетворительная конструкция стержней системы управления и защиты, неудовлетворительные характеристики конфайнмента), а также низкую культуру безопасности в бывшем Советском Союзе». Спустя 25 лет тезис о «технической отсталости» атомпрома СССР все еще звучит с самых высоких трибун, как будто в той же Японии культура безопасности находится на высоте.

Поэтому 25-летний опыт Чернобыля вновь ставит старые вопросы, которые время от времени оживают в нашем обществе: а была ли авария на ЧАЭС случайной? Ведь именно Чернобыль стал первым серьезным провозвестником грядущих потрясений, утянувших историческую Россию на дно. Выражаясь современным политологическим языком, Чернобыль стал «черным лебедем» - неожиданным событием, предвосхитившим всю дальнейшую логику развития развала СССР.

Вспомним: одна Чернобыльская авария обошлась СССР в 130 млрд. долларов (половина госбюджета в 1986 году). Если учесть странное совпадение таких крайне негативных факторов для зависящей от сырьевой «иглы» советской экономики, как резкое падение мировых цен на нефть в том же 1986 году (с 28 долларов до10 долларов за баррель), и резкий рост цен на зерновые в СССР в конце 80-х, то последствия аварии на ЧАЭС стали сильнейшим ударом по экономике страны в самое неподходяще для этого время, когда сошлись для нее все «черные звезды». В связи только с негативной конъюнктурой за первые три года 12-й пятилетки (1986–1988 гг.) страна потеряла доходов около 40 млрд руб, ресурсы бюджета таяли на глазах. СССР как будто кто-то уверенно «вел» к финальной развязке. Сыграла ли авария на ЧАЭС в этом свою скрипку?

Как бы то ни было, именно Чернобыль сыграл роль беспрецедентного тормоза для развития советской атомной отрасли. После аварии на ЧАЭС была сломана система подготовки кадров. Атомная промышленность перестала быть престижной, развитие отрасли было приостановлено. А ведь на кону стояли амбициозные проекты развития, которые позволяли уже бы в следующие пятилетки сделать гигантский энергетический рывок, стимулировать развитие всех сфер промышленности, сделать советскую энергетику недосягаемой на мировом рынке.

Авария ЧАЭС поставила крест на проектах развития плазменной и лазерной металлургии, советского участия в Международной программе развития термоядерной энергетики ИТЕР, проектах транспорта на водородном топливе. Все эти программы перечеркнул генсек ЦК КПСС М.С. Горбачев, воспользовавшись аварией как поводом. Конечно, в одночасье остановить начатое и уже развернутое строительство сети модернизируемых АЭС в СССР было не так просто. Атомпром удалось сохранить. Россия пересмотрела принципы работы нашей атомной промышленности и после аварии 1986 года никаких крупных аварий в отечественной атомной промышленности больше не происходило.

Почему же персонал станции нарушил все возможные регламенты и инструкции ради более, чем сомнительного испытания? Последовательно были отключены все аварийные системы глушения реактора, от программы защиты от максимальной проектной аварии и системы локального автоматического регулирования до последнего бастиона - системы регуляции давления пара в барабанах сепаратора, не позволяющей работать в неуправляемом режиме.

Можно нарушить одну-две инструкции, но как возможно для атомщиков, работающих строго по регламенту на режимном объекте, последовательно снять все 5-6 барьеров, блокирующих развитие неконтролируемой ситуации? И сыграли ли в этом свою роль «странные звонки» из ЦК КПСС и Киева накануне аварии, которые, по некоторым данным, требовали проведения эксперимента на ЧАЭС во что бы то ни стало?

Почему академик В.А. Легасов, разработавший принципы ликвидации последствий аварии, таинственно повесился 27 апреля 1988 года, оставив после себя диктофонную запись о подлинных причинах аварии, часть которой была после кем-то стерта? Думаю, поймем мы подлинные механизмы чернобыльской трагедии еще очень не скоро. Официальные версии сильно рознились даже среди ответственных экспертных организаций СССР и барражировали от диверсии до влияние физических полей неизвестной природы в активной зоне реактора. Пока что ясно одно: глубины чернобыльской трагедии еще ждут своих исследователей.

В самом Чернобыле сегодня живут около 80 человек. Это работники объекта, которые выполняют плановые работы – замеряют радиационную обстановку. Сегодняшние «бренды» Чернобыля - это стодолларовая экскурсия в зону отчуждения для экстремалов и популярная компьютерная игра «Сталкер», которая сразу же после своего появления в 2007 году стала культовой во всем мире. В зоне отчуждения сейчас уже не так страшно, как это выглядело четверть века назад. Появившиеся в огромном количестве звери и расплодившаяся рыба в водоемах зоны, вместе с мутагенами в своих ДНК, несут собой и тайну катастрофы…

Специально для Столетия


Материалы по теме:

Эксклюзив
28.06.2024
Максим Столетов
В подготовке ударов по Крыму могли принимать участие агенты украинских спецслужб
Фоторепортаж
17.06.2024
Подготовила Мария Максимова
1000-летию Суздаля посвящена грандиозная выставка


* Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами.
Реестр иностранных агентов: весь список.

** Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации.
Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму: весь список.