Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
13 ноября 2018
Бронислав Омеличев: «Маршал Ахромеев был продолжателем знаменитой плеяды начальников Генштаба»

Бронислав Омеличев: «Маршал Ахромеев был продолжателем знаменитой плеяды начальников Генштаба»

Беседа с бывшим первым заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных сил, генерал-полковником в отставке
03.05.2013
Бронислав Омеличев: «Маршал Ахромеев был продолжателем знаменитой плеяды начальников Генштаба»

- Уважаемый Бронислав Александрович, 5 мая исполняется 90 лет со дня рождения маршала Советского Союза Сергея Федоровича Ахромеева. Фигура крупная. Фигура трагическая... Вам достаточно долго пришлось работать вместе с ним в Генеральном штабе Вооруженных сил СССР. Каким вы помните маршала?

- Почти восьмилетняя работа рядом с этим человеком ясно и четко показала мне, что это был профессионал высочайшей пробы. Главное качество этого человека, как военного руководителя, состояло в том, что он никогда не жил сегодняшним, завтрашним днем, строил свою работу и работу Генерального штаба на перспективу таким образом, чтобы мы могли анализировать ситуацию на пять, десять, пятнадцать лет вперед. Это дано очень и очень немногим.

- Для такого предвидения, безусловно, нужны большие знания, и не только военные, но еще и политические, исторические...

- Прежде чем далее говорить о Сергее Федоровиче, хотелось бы дать оценку тому органу, которым он управлял. Генеральный штаб – это главный военно-политический орган управления страны. В нем аккумулируется и анализируется военно-политическая обстановка во всех уголках мира. Выводы представляются руководству министерства обороны и руководству страны для принятия соответствующих военно-политических решений. Это с одной стороны, а с другой - это орган, который постоянно должен гарантировать высокую боевую готовность и боеспособность Вооруженных сил, их развитие, оснащение самыми современными видами вооружения и техники. Это орган, который планирует применение Вооруженных сил в военных конфликтах различной интенсивности, в том числе, и применение ядерной составляющей. Генштаб следит за состоянием и совершенствованием системы управления Вооруженными силами, театров военных действий и так далее.

Чтобы руководить таким органом, надо иметь соответствующее военное образование, знания, обладать аналитическим складом ума, способностью разобраться во всей той сложной системе задач, которые стоят перед Генеральным штабом, и поставить работу так, чтобы все его управления работали именно над этими задачами. По твердому убеждению Сергея Федоровича, перед тем как возглавить Генеральный штаб, надо пройти хорошую армейскую школу на командирских и штабных должностях. Тогда начальник Генштаба будет участвовать в принятии решений не как статист и не просто как аналитик, а как человек, который понимает все, потому что это ему пришлось пройти самому. Сергею Федоровичу все это было присуще.

- Скажите, Бронислав Александрович, до того как получить назначение в Генштаб, вы долго были знакомы с маршалом Ахромеевым?

- Нет, до того я вообще никогда с ним не встречался.

- При каких обстоятельствах вы познакомились?

Ахромеев.jpg- Думаю, прежде нужно рассказать о некоторых фактах из жизни Сергея Федоровича Ахромеева (на фото). Родился он, как мы уже отметили, 5 мая 1923 года в Мордовии, русский. Военную службу начал в 1940 году, когда поступил в Высшее военно-морское училище имени Фрунзе. В июле-декабре 1941-го участвовал в боях за Ленинград в составе объединенного стрелкового батальона курсантов. В 1942 году окончил Астраханское пехотное училище, был командиром взвода морской пехоты, начальником штаба батальона, с июля 1944-го командовал батальоном автоматчиков. Так что войну знал не понаслышке - он был в таких должностях, в каких на войне долго не живут…

А уже после войны, с июня 1945 года, был заместителем командира, затем командиром танкового батальона, начальником штаба и командиром танкового полка, командиром танковой дивизии, командующим танковой армии и так далее вплоть до начальника Генерального штаба, в этой должности служил с сентября 1984 года по декабрь 1988-го. В общем, что называется, прошел все ступеньки военной службы и при этом много учился. Он блестяще закончил Высшую офицерскую школу самоходной артиллерии бронетанковых и механизированных войск Красной Армии (1945), с золотыми медалями - Военную академию бронетанковых и механизированных войск (1952) и Военную академию Генерального штаба (1967).

…Предложение переехать в столицу было для меня неожиданным. Я всего три года отслужил начальником штаба Ленинградского военного округа, и эта должность меня вполне устраивала. Я не хотел идти работать в Генеральный штаб. Перед этим 30 лет стоял в строю. Пять лет командовал взводом и ротой, потом был командиром полка, начальником штаба и командиром дивизии, начальником штаба и командующим армией, и думал сам о себе: а почему Омеличев не может и дальше идти по командной линии, и перспектива соответствующая была. Поэтому, когда меня пригласил на беседу начальник Главного управления кадров Вооруженных сил СССР генерал армии Шкадов, то от перевода в Генеральный штаб я отказался. О результатах беседы Шкадов доложил маршалу Ахромееву. Затем в его кабинете и состоялось наше личное знакомство.

- Как вы считаете, почему маршал Ахромеев выбрал именно вас?

- По его словам, я был хорошо подготовлен теоретически, мое общее развитие и долголетняя служба в войсках позволяли мне выполнять те задачи, которые стояли перед Главным оперативным управленим Генштаба, должность заместителя начальника которого мне предлагалась.

- Он не мог не знать ваш послужной список.

- Без сомнения. А в моем личном деле были аттестации моих предыдущих командиров. Это и генерал армии Ивановский - главком Группы советских войск в Германии, где я два года командовал дивизией, был начальником штаба армии, который прекрасно знал, кто такой Омеличев. Это и генерал армии Снетков, командующий войсками ЛенВО, где я служил начальником штаба округа. Естественно, маршал предложил мне объяснить, почему я отказываюсь работать в Генеральном штабе.

Отвечаю: «Товарищ маршал, я не вижу себя в Генеральном штабе». Я - войсковой офицер. Всю жизнь служил в войсках, стоял в строю. Хочу продолжать служить в войсках». «Знаете, - сказал Сергей Федорович. – Я тоже так мыслил, когда мне предложили работать в Генеральном штабе. У меня было точно такое же прохождение службы. Вы на должности начальника штаба ЛенВО, а я пришел с должности начштаба ДВО. Я отвечаю: товарищ маршал, вы были приглашены на должность начальника главного оперативного управления, а меня приглашаете на должность заместителя начальника. Уже разница. Считаю, что это для меня даже какое-то понижение. Я же не прошу перевести меня куда-то на повышение, оставьте меня в должности начальника штаба округа, меня это устраивает.

«Товарищ Омеличев, мы с вами солдаты. Солдаты место службы не выбирают. Езжайте в Ленинград, через неделю будет приказ», - сказал маршал.

- То есть разговор был достаточно жестким…

- Да. Но мы были так воспитаны всей нашей армейской службой, что возражать и дальше я не счел корректным. Я высказал все, что хотел, в глаза, поэтому ответил «Есть» и уехал в Ленинград. Через семь дней поступил приказ, и я прибыл служить в Москву. Шел 1985 год. Сергей Федорович видел для меня определенные перспективы – и эти перспективы при нем же произошли. Сначала я был заместителем начальника Главного оперативного управления, потом начальником этого же управления, а с января 1989-го по сентябрь 1992 года - первым заместителем начальника Генштаба.

К слову, в 1992 году в издательстве «Международные отношения» вышла книга «Глазами маршала и дипломата», написанная Сергеем Федоровичем Ахромеевым в соавторстве с Георгием Марковичем Корниенко. Почти в самом начале книги есть строки, посвященные вашему покорному слуге. Читаю: «Затем это управление возглавил молодой (уже руководитель следующего поколения) генерал-полковник Омеличев Бронислав Александрович, выросший в отличного генштабиста». Я очень дорожу этой оценкой. И никому другому в своей службе не благодарен так, как маршалу Ахромееву. Храню фотографию, сделанную в 1988-м в кабинете начальника Генштаба. В центре – Сергей Федорович, я – в первом ряду, крайний справа (на фото).

Омеличев3.jpg

- Он вспоминал войну?

- Сергей Федорович часто вспоминал войну, но больше говорил не о самой войне, а о тех людях, которые на войне командовали дивизиями, армиями, фронтами. По его словам, это были учителя и во время войны, и после войны. Он говорил: они учили нас всему тому, чего мы не могли получить на войне, потому что наш командный уровень не позволял нам понимать это. А вот когда мы после войны стали занимать соответствующие должности, вот тогда очень важно было услышать оценку участника Великой Отечественной войны по тому или иному принимаемому решению. Он много говорил о роли военных руководителей высшего звена Великой Отечественной, которые, по его словам, «учили меня с первых послевоенных дней».

- А День Победы как он отмечал?

- В День Победы мы обязательно присутствовали на параде. Тогда на площадке слева (если смотреть на Мавзолей) собиралось руководство Генштаба, главных и центральных управлений министерства обороны, а также космонавты. После парада большинство уезжало домой, как и положено, а мы, работники руководства Генерального штаба, прямо с Красной площади возвращались на рабочие места. Можете верить, можете не верить, но за семь с половиной лет моей работы в Генеральном штабе ни разу не было, чтобы после парада я не работал часов до 17-18, и только потом – домой. Семья к этому привыкла…

- И что, не было никаких выходных?

- У начальника Генерального штаба, у начальника Главного оперативного управления, первого заместителя начальника Генерального штаба каждая суббота, каждое воскресенье были рабочими днями. Правда, в воскресенье на час-полтора попозже приедешь и на часик-другой раньше уедешь…

- Маршал Ахромеев тоже без выходных работал?

- Без выходных.

- А отпуска-то хоть были?

- Были, конечно. Вот, скажем, мне, начальнику Главного оперативного управления, звонит начальник Генерального штаба маршал Ахромеев: Бронислав Александрович, зайдите. Захожу. Спрашивает: вы, вроде, в отпуске не были? Не был еще. Хорошо. Завтра можете ехать в санаторий. Там готовы вас встретить. Звоню жене: с завтрашнего дня мы в отпуске, едем в санаторий.

- Но там-то уже не тревожили?

- По пустякам - нет. Но к моему приезду там уже стоял телефон ВЧ - это прямая связь с начальником Генерального штаба, с Центральным командным Генерального штаба.

- И звонили?

- Если ситуация осложнялась, то дежурный генерал должен доложить вовремя. Неважно, в отпуске я или нет, но ситуацию должен знать. Так работал Генеральный штаб, и по-другому работать не может.

- Надо было иметь колоссальное здоровье…

- Да. Сергей Федорович физически был очень крепкий человек.

- И память, наверняка, у него была хорошая?

- Изумительная. Можно сказать, уникальная.

- Как это проявлялось?

- Он помнил, например, номера всех наших объединений, соединений. Точно знал группировки натовских войск, их состояние. В любой точке, где они присутствуют. Но службу оставил, когда ему было 68 лет якобы по причине снижения памяти, что, по его словам, отрицательно влияет на работу, как он объяснил министру обороны и Генеральному секретарю ЦК КПСС - Верховному главнокомандующему.

- Вы можете привести пример, когда действительно были поражены предвидением Ахромеева, когда он показал блеск своей мысли?

- Для начала замечу, что в те времена начальник Генерального штаба входил в состав рабочей группы Политбюро. Эта группа занималась подготовкой материалов для главы государства, членов Политбюро, для министра иностранных дел, министра обороны, когда они представляли страну на межгосударственных встречах, где решался какой-либо военно-политический вопрос. Однажды вызывает меня Сергей Федорович, показывает какой-то документ и говорит: «Бронислав Александрович, вы с этим документом знакомы? Он проходил через Главное оперативное управление?»

Документ был небольшой, на две – две с половиной страницы, и уже подписанный Шеварднадзе (министр иностранных дел) и Яковлевым (член Политбюро ЦК КПСС). И оставлено чистое место для подписи министра обороны Язова. А в минобороны было установлено жесткое правило: никакой документ в приемной минобороны не примут, если на нем нет визы начальника Генерального штаба. Отвечаю: нет, товарищ маршал, этот документ через Главное оперативное управление не проходил, проблему не изучали, документ родился вне Генерального штаба. Тогда Сергей Федорович берет зеленую ручку (он любил работать зеленой ручкой) и читает. Потом что-то там почеркал, поправил, снимает трубку прямого телефона и звонит министру иностранных дел: мы получили документ для подписи министром обороны, но эта проблема не прорабатывалась в Генштабе, поэтому на доклад министру представить его не могу. Но мы проработали этот документ, и если у вас не будет возражений против наших предложений, то документ сейчас вышлю вам. В такой редакции министр обороны его подпишет.

А я подумал тогда: это дорогого стоит, когда начальник Генерального штаба правит документ, уже подписанный двумя членами Политбюро – высшего руководства страны. Есть ли ныне такой начальник Генштаба, который решится на такой поступок? Я не просто сомневаюсь, я просто уверен: никто не решится. Это же насколько надо четко и ясно понимать ту проблему, о которой шла речь, - а она была связана с сокращениями стратегических ядерных вооружений, - чтобы быть так уверенным в себе? А маршал Язов никогда бы не подписал документ, не завизированный начальником Генштаба.

Мне импонировало в работе Сергея Федоровича его умение предвидеть события. Приходит он как-то с совещания у Горбачева, где участвовали министр обороны, председатель КГБ, министр иностранных дел и обсуждался вопрос о возможном сокращении Вооруженных сил. На этом совещании министру обороны и начальнику Генерального штаба удалось доказать, что сейчас это делать не целесообразно, но, как сказал он мне, «они нас все равно дожмут, не дадут спокойно жить».

- А «они» - это кто?

- Да Горбачев, Шеварднадзе, Яковлев, Крючков (председатель КГБ) и иже с ними. По распоряжению Сергея Федоровича тогда была создана группа, человек пять во главе со мной для подготовки расчетов, которые бы минимизировали ущерб от такого сокращения. Мы подготовили такой документ, который впоследствии лег в основу сокращения Вооруженных сил на полмиллиона человек.

- Бронислав Александрович, говоря о начальниках Генерального штаба, пожалуй, можно сделать и такой вывод: масштабные задачи требовали масштабных личностей.

- Безусловно. Руководить Генштабом может только человек, который охватывает весь огромный комплекс задач. Может предвидеть. Может повлиять. Может организовать работу.

- Каков был стиль общения Сергея Федоровича с людьми, с починенными?

- Стиль общения у него был исключительно уважительный, исключительно интеллигентный. А у меня с ним сложились очень доверительные отношения, я горжусь этим. Сергей Федорович верил мне, и это без преувеличения, как самому себе.

- Как коллектив Генштаба относился к маршалу Ахромееву?

- Коллектив был влюблен в начальника Генштаба, но, вместе с тем, был очень осторожен в плане того, чтобы исполненный документ не вызвал у него каких-то серьезных замечаний.

- Как его называли между собой?

- Только – «начальник Генерального штаба». Или – «маршал Ахромеев». Повторяю, у нас были исключительно доверительные отношения, тем не менее, он называл меня только на вы и только – «товарищ Омеличев».

- Он был выдержанным?

- Очень.

- Извините, «нецензурно» не выражался?

-Упаси Господь! За все годы не слышал от него ни одного бранного слова.

- Что можно сказать о его культурном уровне? Что он читал, какие фильмы смотрел? Какие предпочтения у него были?

- Культурный уровень у Сергея Федоровича был такой, что мы все завидовали ему. Как бы много он ни работал, он находил возможность что-то почитать. Прекрасно знал историческую литературу. Мог привести примеры из биографий военных руководителей разных времен и народов. Классику прекрасно знал. Льва Толстого, Чехова, много раз приводил примеры из Тургенева...

- А музыка, песни?

- Не могу сказать.

- Кино Сергей Федорович любил?

- Да, фильмы историко-патриотического содержания, военной тематики. Видел как-то у него у него в кабинете знаменитого артиста Вячеслава Тихонова. Встречался он и с Евгением Матвеевым, актером и режиссером.

Но главным всегда было одно - работа, работа и еще раз работа. День и ночь. Семья на втором плане. Если не на третьем.

- Как же он отдыхал?

- Любил спорт. Никогда не забуду такой случай. Как-то отдыхал в санатории «Архангельское», и так совпало, что в одно время с Сергеем Федоровичем. Однажды он предложил: давайте, мол, утром вместо зарядки пойдем на прогулку. Напросился к нам в компанию еще Владимир Шуралев, в то время командующий Белорусским военным округом. Когда я с этой прогулки вернулся, то думал, умру. Дистанция 10 км. Он шел так быстро, что мы за ним едва успевали… На следующий день Сергей Федорович опять предложил прогуляться. Пришлось отказаться, хотя я тоже был не хилым.

Кстати говоря, Сергей Федорович не курил. Выпивал очень умеренно. Очень. Рюмка коньяку за вечер.

-А охота, рыбалка?

- Нет, не увлекался.

- Как это ни печально, но приходится вспомнить, что о причинах его смерти до сих идут разные разговоры, выдвигаются самые невероятные версии… Он был сильным человеком, и неужели закончил жизнь самоубийством?

- Это особая тема, которая, действительно, до сих пор волнует наше общество. Однажды я был приглашен на канал НТВ, когда там готовили фильм о Сергее Федоровича. Состоялась довольно-таки продолжительная беседа, правда, по телевизору потом было показано всего два небольших фрагмента, но я все-таки высказал свою точку зрения: истинную причину свой смерти Сергей Федорович унес с собой. Однако я считаю: из жизни он ушел добровольно. Это моя точка зрения, я ее никому не навязываю. Но, зная его как человека, который всего себя отдал службе в армии, Советскому Союзу и партии коммунистов – а он был коммунистом в самом высоком смысле этого слова, могу сказать следующее: когда все, во что он верил больше чем в самого себя, распалось на его глазах буквально за несколько дней, то просто не выдержал… Не выдержала человеческая психика. Это моя, подчеркиваю, личная точка зрения.

- И вас не убеждают в обратном два документальных фильма-расследования о нем? В них высказываются сомнения в официальной версии…

- Нет, меня не убеждают.

- А может, его хотели устранить как человека, который много знает, который мог сыграть определенную роль в предстоящих событиях?

- А какой был смысл устранять Сергея Федоровича, когда ко времени появления ГКЧП он уже больше трех лет был маршалом в отставке? От него в большой политике, в том числе и в военно-политическом плане, практически ничего тогда не зависело. Уже был арестован министр обороны, который как-то поучаствовал в этом путче, а Сергей Федорович не принимал абсолютно никакого участия в ГКЧП. Могу это гарантировать. Он находился в это время в отпуске, в санатории. Помню, где-то 22 августа у Олега Бакланова, секретаря ЦК КПСС, который входил в состав ГКЧП, намечено было заседание так называемого штаба ГКЧП. Меня включили в список участников этого заседания, за что потом допрашивали и чуть в тюрьму не посадили, но это другой разговор. Мы встретились там с Сергеем Федоровичем. Последний раз. Как раз министерство обороны приняло решение убрать с улиц Москвы танки, в которых и боеприпасов-то не было, которые никакой роли, кроме той, что пугали людей, не играли. Он меня и спрашивает: зачем вводили войска в Москву?

- А он был на том совещании?

- Нет, он просто зашел к Бакланову, в кабинет на Старой площади.

- И он вам задает вопрос...

- Да. А зачем танки вводили? Отвечаю: меня об этом никто не спрашивал, это распоряжение министра обороны. Я еще вроде как пожаловался: вся эта канитель, дескать, весь этот ГКЧП прошли без участия Генерального штаба. И это действительно так. Я во многих интервью говорил, и мне до сих пор непонятно, почему министр обороны маршал Язов отстранил от участия в ГКЧП Генеральный штаб. Или он боялся, что в Генштабе найдутся разумные люди и скажут, что делать этого не надо, или по каким-то другим причинам, но начальник Генштаба Моисеев был отправлен в отпуск. Ваш покорный слуга исполнял тогда обязанности начальника Генерального штаба, и когда вся эта канитель проходила, я мог только констатировать события: собралось, например, какое-то совещание у министра обороны. Обычно эти совещания никогда не проходили без начальника Генерального штаба, а 18 августа ни я, ни начальник Главного оперативного управления на совещание не были приглашены. Поэтому я сказал: не знаю, кто давал команду о вводе войск.

- И как отреагировал Ахромеев?

-Как всегда, спокойно, уравновешенно. Как сейчас вижу его: с папкой под мышкой, на следующий день он мне чего-то позвонил… Мы переговорили с ним минут пять, может, семь. И все!

- И вы вдруг узнаете…

- Да, вдруг узнаю, что Сергей Федорович в кабинете повесился. Мое состояние нельзя передать словами. Вначале я просто не поверил… И не верил до тех пор, пока не увидел снимки.

- Вообще-то, у каждого офицера есть пистолет, а уж у начальника Генштаба…

-Нет, в то время пистолетами не разбрасывались. Это стали делать потом, у нас не было такого.

- И где были пистолеты? У дежурного?

-Да. В опечатанном сейфе у дежурного по Генеральному штабу. Я знаю также, что у Сергея Федоровича не было наградного оружия. В то время не награждали, это закончилось в годы Гражданской войны и до диких 90-х годов не возобновлялось. В лучшем случае вручали офицерский кортик. А маршал, к тому же, уже уволился и сдал свое оружие.

- В те три года, когда он уже ушел из армии, вы не общались?

- Мы с ним не прерывали связь ни на один день.

- Он находился в группе генеральных инспекторов?

-Нет, он был советником Генерального секретаря ЦК КПСС по военным вопросам. Кабинет у него был в Кремле. Я не раз бывал в этом кабинете, маленьком таком. Вместе с тем, ему нельзя было терять связь с Генштабом, а связующим звеном был я. Он звонил только мне. Спрашивал: Бронислав Александрович, когда состоится заседание рабочей группы, которая готовит документы для политбюро по разоруженческим и прочим вопросам? Иногда приходил, участвовал в заседаниях, садился рядом – я был председатель этой группы. Мы с ним летали в составе делегации на подписание предварительного договора СНВ-2 в Соединенные Штаты.

- Вы говорили, что он сказал: разработайте план сокращения Вооруженных сил, «они нас все равно добьют». Уже по этому «они» видно его отношение к группе данных политиков, не так ли?

- Да.

- Все наши структуры были тогда, как говорят, заточены на то, чтобы выполнять указания генерального секретаря ЦК КПСС. Может, у Ахромеева было еще чувство вины за гибельные решения, которые принимали Горбачев и Шеварднадзе?

- Предчувствие краха и привело его к трагедии...

В книге «Глазами маршала и дипломата» Сергей Федорович вспоминает, как шло его становление в должности начальника Генерального штаба, которое совпало по времени с приходом к власти Горбачева. Сначала ему и министру обороны маршалу Соколову первые месяцы в деятельности нового генсека все нравилось. Горбачев первое время слушал, вникал, ведь в военном деле ничего не понимал. Но потом- сколько раз маршал Ахромеев, будучи начальником Генштаба, приезжал из Кремля в расстроенных чувствах...

И мне тоже приходилось сталкиваться с тогдашним министром иностранных дел Шеварднадзе. Проводя политику разоружения, он зачастую шел на неоправданные уступки США. И только благодаря настойчивым усилиям Генштаба, министра обороны нам удавалось на заседаниях «пятерки» у секретаря ЦК Зайкова хоть как-то ставить преграды на пути этого политика. Было несколько моментов, когда он игнорировал совместно выработанные указания для участников переговоров. Никогда не забуду, как он единолично принял решение о сокращении морской авиации. Переговоры шли о сокращении Сухопутных войск от Атлантики до Урала, а морская авиация относилась к ВМФ, поэтому военное ведомство считало обоснованным вывести ее из предмета переговоров...

- Проханов писал: Горбачев, Яковлев и Шеварднадзе - шампунь и кондиционер в одном флаконе.

-Я приведу вам такой пример. На одном из совещаний в ЦК партии мы были вдвоем с Сергеем Федоровичем. В перерыве вышли подышать свежим воздухом, смотрим, вдали прохаживается Яковлев. Сергей Федорович и говорит: Бронислав Александрович, запомните на всю свою жизнь - большего вреда стране и Вооруженным силам чем этот человек не принес никто. Он это мне лично сказал. Этих слов я никогда не забуду.

- О Горбачеве, наверное, было у него такое же мнение?

- Нет. Если бы он так же думал и о Горбачеве, то никогда не пошел бы к нему советником. Горбачев лично пригласил его. Вызвал к себе после того, как Сергей Федорович написал рапорт на увольнение. Спрашивает: где думаете найти себе применение? В Группе генеральных инспекторов, если вы меня туда определите, ответил маршал. Горбачев и говорит: хотим вам предложить другую работу. Как вы смотрите на должность советника Генерального секретаря по военным вопросам? Мы с вами около двух лет вместе работаем, вы знаете ситуацию, знаете мою точку зрения. Сергей Федорович согласился. И я не помню, и в упомянутой книге нет резких высказываний Ахромеева в отношении Горбачева. А вот с Шеварднадзе у него были стычки, и стычки достаточно жесткие. Должен сказать, что в наше время министерство обороны и министерство иностранных дел отстаивали свои интересы: МИД было заинтересовано в том, чтобы быстрее подписать тот или иной международный договор, а минобороны - в том, чтобы договор подписать с минимальным ущербом для боеготовности Вооруженных сил.

- Так получилось, что первый крупный некролог о маршале Ахромееве был написан не в СССР, а в США и опубликован в журнале «Тайм». Написал его адмирал Уильям Кроу, который в свое время занимал пост председателя Объединенного комитета начальников штабов США. Он назвал Ахромеева человеком чести. Слова из заголовка некролога «Коммунист. Патриот. Солдат» родственники выбили потом на памятнике маршалу.

- Правильно, это действительно написал адмирал Кроу. О маршале Ахромееве, замечу, было высочайшее мнение среди западных военных. Должен сказать, что у него был беспрекословный авторитет и среди министров обороны, начальников штабов и руководителей государств-участников Варшавского договора. Мне неоднократно приходилось бывать с Сергеем Федоровичем на встречах с западными руководителями. Он пользовался везде непререкаемым авторитетом. А Кроу – это фактически такой же начальник генштаба вооруженных сил Америки, очень авторитетный военный. И хотя они были непримиримыми врагами, но их понимание места и роли вооруженных сил в современном мире рождало внутреннее уважение друг к другу.

- Каким было отношение маршала к делу Руста?

- Простым: это было самое настоящее головотяпство со стороны высокого руководителя – командующего северной армии ПВО. Ему вовремя было доложено, что летит самолет. Этот самолет, кстати, засекли еще на той стороне границы, а он не придал этому значения и вообще снял цель с сопровождения. В этом громком деле был конкретный виновник, но сняли командующего войсками ПВО Колдунова и министра обороны маршала Соколова. Кстати, Сергей Федорович говорил мне, что надо было его, Ахромеева, снимать с должности, а не министра обороны.

- Есть такая конспирологическая версия, что Руста и послали, чтобы после скандала убрать высшее командование СССР. Или это, что называется, уже перебор?

- Конечно, перебор. Это вообще случайность, что он долетел до Москвы, его могли сбить. И не раз.

- Как вы считаете, Бронислав Александрович, какие заветы Ахромеева, какие его мысли могли бы быть актуальными в эти не простые для нашей армии, для страны вообще времена? Роль Генштаба должна усиливаться?

-Роль Генштаба не должна ни усиливаться, ни падать – она должна быть такой, какой она всегда должна быть для этого главного управленческого органа страны в вопросах обороны.

- А она, эта роль, достаточна сегодня?

- Нет, не достаточна. Нынешнему руководителю Генштаба очень сложно. После распада СССР были времена, когда Генеральный штаб вообще превращался в канцелярию. А это недопустимо. Сегодня я вижу позитивные сдвиги, однако надо понимать одно: разваливая армию 20 лет, восстанавливать ее придется 40 лет. Быстрее вряд ли восстановишь, хотя стремиться к этому надо.

- Такой вопрос, Бронислав Александрович: вы видели и других начальников генштаба, какими они были?

- Сергей Федорович принимал должность у маршала Огаркова. Это тоже выдающаяся личность. Прекрасный организатор. Человек высочайшей эрудиции. До этого начальником Генерального штаба был ныне живущий маршал Куликов. Потом он до последних дней, пока существовал Варшавский договор, руководил этой военно-политической организацией. Кстати, шанса победить Варшавский договор в военном столкновении у НАТО не было никогда. Таким образом, маршал Ахромеев явился продолжателем знаменитой плеяды начальников Генерального штаба, участников Великой Отечественной, начиная с маршала Жукова, маршала Шапошникова, маршала Василевского, генерала армии Антонова, маршала Захарова…

Беседу вели Валерий Панов и Алексей Тимофеев

Специально для Столетия


Материалы по теме:

Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 27 найденных.
vad71
07.11.2013 21:25
Служил при тяте в летучих мышах. под кураторством Новожилова . отличные командиры как Буданова никого не  сдали
Светлана*
10.05.2013 5:18
Михаил
08.05.2013 12:06

Ну, вы ж понимаете, что если б ваша информация о Сенкевиче к тому времени была тайной для противника, она ею и осталась бы, дело же не в Ахромееве лично, просто все всё уже знали к тому времени, в том числе и простой народ, тем более, все  путешественники независимо от стран, всегда взаимодействуют со спецслужбами и это, согласитесь, правильно, да и сам Thor Heyerdahl закончил диверсионную  радиошколу в Англии (а бывших не бывает)...конечно, и в СССР знали об этом, и Сенкевича к этому подготовили...

И, кстати, если эта информация была государственной тайной и вы знали об этом, зачем же рассекретили? Или личное эго взыграло или действительно незнание?
Но, видимо, вы не знали, коль пошли объясняться, если знали и вы, это уже и не была гостайна, что и подтверждает, почему с такой быстротой и  легкостью Ахромеев принял такое решение... еще большее недоумение  вызывает "Его начальник института сам рассекретился", по этой логике, одни предатели в 90-е занимали ответственные места, но по факту, страну предала сама верхушка, да предала так, что нам и не снилось...Народ предали так, что он, эту бездну предательства, до сих пор осознать не может!!!
Михаил
08.05.2013 12:06
Году в 87, край в 88 в Политиздате должна была выйти книга "Они сражались с фашизмом". Там я написал очерк о Туре Хейерале. И, естественно упомянул Юрия Сенкевича. Звонит мне перепуганный редактор-составитель нашего сборника Томин и сообщает, что из-за моего очерка вся книга пойдёт под нож. ?!?!
А зачем ты написал, что Сенкевич - полковник? - Так он и есть полковник медслужбы. - Но это же гостайна!
Что делать? Иду к Ахромееву, объясняюсь. И он ту же принимает решение: рассекретить воинское звание Сенкевича!
Его начальник института сам рассекретился лишь после 91-го года.
Светлана*
08.05.2013 6:18
Славянин
07.05.2013 10:58

К сожалению для всех нас, фактов, свидетельствующих о самоубийстве Ахромеева больше...

Не забывайте, Ахромеев давал ПРИСЯГУ!!! Он руководил (!!!) генеральным штабом, главным военно-политическим органом управления страны, в котором аккумулируются и анализируются данные о военно-политической обстановке во всех уголках мира!!! Это народ  лишь теперь постепенно узнает о плане Даллеса, о советниках ЦРУ в Кремле и т.д., а все спецслужбы, как теперь выясняется, знали об этих планах, но почему спасовали, почему не приняли мер? Почему не убрали предателя страны, даже ценой собственной жизни?  Компромисс, компромисс, а послезавта ты большой подлец, так в народе говорят, не в этом ли причина такого бесславного ухода из жизни....Мне его искренне жаль, но как простого человека, но как руководителя генштаба - нет!!! Может вы вообще все сведете счеты с жизнью? На кого нам,  продолжательницам нашего Рода тогда  надеяться?
И на чьих примерах воспитывать детей?
Борис
07.05.2013 20:41
С тех пор, как научился читать, читаю очень много лет. В детстве и в более зрелые годы читал, в основном, художественную литературу, а затем, около 25 лет, документальную. Часто заходят разговоры об офицерской чести. Как правило в пример ставятся офицеры царской армии. У советских с честью было не очень, а вот у царских с этим делом все обстояло образцово. Вспоминается А.С.Пушкин и его "Капитанская дочка". Петруша Гринев, семнадцатилетний юноша и одновременно новоиспеченный прапорщик, едет на службу. Останавливается на постоялом дворе. Там же находится майор Зурин, надо понимать явно не мальчонка, а человек в годах. Зурин подпаивает Петрушу, втягивает в карточную игру и выигрывает целых сто рублей. Сумму по тем временам не маленькую. И честь и совесть у майора Зурина находятся на высоте. Свояк Пушкина, Дантес, офицер привилегированной воинской части, где честь была в чести, перед дуэлью надевает кольчугу или пластинчатый доспех и убивает своего родственника. Офицер Мартынов, тоже надо понимать человек чести, стреляет в своего друга Лермонтова, который уже выстрелил в воздух. Литературный герой Лермонтова - Печорин прямо таки образец человека чести. Только вот читаешь и впечатление у тебя он нем как о законченном подонке. И так сплошь и рядом. А уж приводить в ряды чести американских офицеров и генералов вообще абсурд. Количество людей чести очень немного в любом обществе и среди военных и среди гражданских. Касательно военных могу судить очень неплохо, так как более  тридцати лет провел на службе. Кажущийся тупой военный юмор не так прост, как кажется. Военные смеются сами над собой и зачастую с подтектом. В царской армии основную часть занятий проводили унтер-офицеры, а господа офицеры имели гораздо больше свободного времени, чем советские. Если офицер или прапорщик с утра и до вечера находится на службе, то соответственно, у человека очень немного времени на самообразование. В выходные зачастую тоже привлекают на службу. Объявлять позором армии наших прапорщиков тоже не стоит. На них очень многое держится в армии, да к тому же и жизнь явно без просматриваемых перспектив. Вот посмотрите, подчиненные Ахромеева работают и день и ночь и выходные. И многие командиры так и поступают, несмотря на соответствующие приказы. И  от этого возможности для совершенствования колоссальные. После многолетнего охаивания своей армии качество командного состава снизилось, в военные училища идут далеко не лучшие.
Лейтенант - Русичу
07.05.2013 13:14
Слушал на англицком БИ-БИ-СИ, говоришь ...
И верил всему, похоже.
А что
- все военкомы были такие ?
- а у страны в 70-х были возможности дать каждому офицеру по квартире ?
- задача Генерального штаба - устраивать панихиды ?
Какой ты РУСИЧ ?
Славянин
07.05.2013 10:58

Да на покойных можно, конечно свалить весь набор недостатков имевших место в СА, как это делает "Русич", и таким образом заболтать вопрос о настоящих причинах разрушения СССР и его ВС. Именно на базе подобного негатива, был совершён государственный переворот в 1991 и уже более 20-и лет мы пожинаем плоды этого предательства...
На мой взгляд, судя по тому, что Сергей Фёдорович был умерщвлён, как бы позорным для военного способом, можно сделать вывод о его опасности для заговорщиков и желании их опорочить его доброе имя и после смерти.
И не надо противопоставлять Ахромеева и Варенникова, который кстати не верил в самоубийство Ахромеева. Оба этих человека до конца исполняли свой воинский долг и внесли свой вклад в Победу над фашизмом.
Мне понятно зачем те, кто хулят всё Советское и  восторгаются похоронами американских солдат на Арлингтонском кладбище пишут подобные пасквили. С одной стороны это продолжающаяся работа по дальнейшему разрушению нашей Родины, а с другой те кто встал на путь предательства сойти с него уже не могут...    
  Критиковать других много ума не надо, а неплохо бы некоторым задать себе вопрос "А сам то я, что из себя представляю?".
А мёртвые они ведь сраму не имеют...
Петр Петрович - николай
06.05.2013 8:34
\\\ С маршалом расправились. Кто?  - ? \\\

Как это "кто"? Ельциноиды, конечно. Кто разрушал СССР? Они.
Кто устроил варварскую приватизацию? Они.
Кто им в этом помогал? ЦРУ. В США был даже скандал, так как работники ЦРУ не только выполняли свой служебный долг, но еще и лично обогащались из нашего с вами кармана.
Кто устраивал выборы Ельцина, когда уже всем было ясно, что алкаш под контролем? Американцы, которые с вероятностью 99.999999999% были работники ЦРУ. В США даже сняли художественный фильм про доблестных американцев, которые организовали Ельцину выборы. Чем пугали-то електорат? Мы, т.е. ельциноиды или коммунисты! Народ сдуру испугавшись коммунистов выбрал снова Ельцина. А ведь уже была приватизация, была Чечня и многое друугое.
Никого не удивляет, что наши нефтедоллары покоятся в западных банках? Идет плач Ярославны, мол, не идут инвестиции в страну. А зачем нам эти инвестиции, которые в итоге будут очередным хомутом на шее народа, ведь прибыля от инвестиций потекут за бугор к инвесторам, нам достанутся крохи? Китайцы, вон, бьются 30 лет, а все из нищеты никак не вылезут.
РФ страна самодостаточная, у нас есть все, чтобы всем народом жить пусть и не богато, но и не бедно. Западные империалисты именно этого и не желают, им нужна беззубая покорная Россия, источник дешевого сырья, и в будущем, такой же дешевой рабочей силы.
Все, кто будет мешать империалистам в этом деле будет сметен.
Путину уже за то надо памятник поставить, что он закатал американскую марионетку Ходорковского в тюрьму и не дал американцам прикарманить нашу нефть. Но процесс окончательного раскрепощения страны от пут западнго империализма не закончен. Ельциноиды все еще во власти.
Светлана*
06.05.2013 4:32
Нет, Ахромеев оказался не Воин...если даже солдат презирают..., а уж маршала...что с того, что он был хороший человек...легко быть сильным в сильном государстве...Долг он не выполнил, понимаете, Долг перед Родиной, Долг Воина перед своим народом...это страшно...это беда народа, когда его Воины так бесславно уходят...

На фото, третий справа, сидит Герой Советского Союза генерал армии Варенников В.И., вот кто до последних дней мужественно сражался за Отечество...его давайте вспомним накануне Великого Дня Победы...Слава Герою и вечная память!!!
Русич
06.05.2013 2:25
По прочтении интервью остается непреодолимое ощущение, что речь идет вовсе не о маршале Советской армии, а о генерале царской (из числа тех, что порядочные) - ну, например, о Брусилове, Корнилове, Самсонове, Деникине, Каменеве. Или, как вариант - о типичном генерале современной армии США (но не во всем, правда). Поэтому, кстати, Кроу так комплиментарно о нем отозвался - "подобное стремится к подобному". Но ассоцировать Ахромева с СА как типичного ее представителя ну никак не получается. Судите сами - возьмем любой тезис интервью и поверим его практикой: "Прекрасно знал историческую литературу. Мог привести примеры из биографий военных руководителей разных времен и народов. Классику прекрасно знал. Льва Толстого, Чехова, много раз приводил примеры из Тургенева..." Покажите мне советского армейца с такими характеристиками ! Фольклор 70-х (задолго до Горбачева) - "Как надел я портупею, так тупею и тупею". Читаем дальше: "За все годы не слышал от него ни одного бранного слова." Ни минуты не сомневаюсь. Но я за один день выездного лагеря по НВП в 10 классе школы услышал от офицера в адрес нас, школьников, столько матерщины, что хватило бы на десять нынешних Собчак. А дальше было больше... СА у меня ассоциируется не с Ахромеевым, а с Лебедем, Грачевым или Руцким. Мат-перемат, косноязычие (есть целые блоги армейских перлов на потеху студентам 70-х) и повальное пьянство. Опять фольклор - "Царский офицер - до синевы выбрит и слегка пьян; советский - до синевы пьян и слегка выбрит". Отвращение к армии возникало при посещении ближайшего военкомата. Именно там цивильная публика имела возможность лицезреть, что ж это за паноптикум. Вот что видел я - и не раз: толстая испитая харя военкома со свиными глазками, плоской от сидения жопой и пузом, болтающимся над мотней. О военной выправке речь не идет. 10 км вместе с Ахромеевым ему не пройти. Немотивированное хамство в общении с посетителями, видимое косноязычие, когда любая фраза в присутственном месте дается с трудом без "неопределенного русского артикля" "бля". А в секретутках у него сидит какая-нибудь прошма-ка, причем в военной форме (идет стаж строевой). Мне-то ладно - я стал на учет для прописки и ушел. А если пришла мать парня, погибшего в Афганистане ? Или погибшего от дедовщины ? Или инвалид того же Афгана ? И вот он(а) видит перед собой эти наглые, сытые хари и слышит хамское - " А мы вас в Афганистан не посылали".
Ахромеев что - на Луне прожил все 60-е, 70-е и 80-е годы ?  Когда в армию в рамках всеобщего призыва косяком пошли блатари со сроками, и армия превратилась в зону, только с огнестрельным оружием и не поддающимся учету доступом к мат. ценностям ? Или он что, о дедовщине не слыхал ? Или не слышал фразу "перед приездом начальства красить траву от забора до обеда" ? Или не слышал о позоре под названием "прапорщики", которые уронили престиж армии куда больше, чем Яковлев ? Или не подозревал о барщине на дачах генералов, где работали стройбатовцы ? Странное неведение для руководителя, который имел "изумительную, можно сказать, уникальную память". "Он помнил, например, номера всех наших объединений, соединений. Точно знал группировки натовских войск, их состояние. В любой точке, где они присутствуют." Ага, прекрасно. Честь ему и хвала. А сколько офицеров без квартир мыкается полжизни - этого он не помнил ? Когда-то в частном разговоре Руцкой (которого еще никто не знал) сказал "офицер живет на помойке". Речь явно не шла о периоде до 1913 года. И не о США. Или Ахромееву что-то мешало поставить вопрос о бездомных офицерах, о дедовщине, о безумном перепроизводстве танков в ущерб жизни людей на коллегии МО, перед министром, а если надо - то и на Политбюро ? Ведь он же КОММУНИСТ, да и не рядовой ? А не хрен с бугра ? Или боялся потерять папаху и лампасы ? Кстати, его предшественник Огарков так и потерял - с блеском провел пресс-конференцию после инцидента с корейским авиалайнером. Вся кремлевская сволота (включая мин. обороны Устинова) зассала и скрылась в кусты - под сень анонимного ТАССа. Отдувался один Огарков. Я тогда слушал Би-Би-Си и "Голос Америки" на английском, и они очень хорошо отзывались об Огаркове, даже с оттенком удивления - мол, надо же, в таком мертвом заповеднике СССР, где все читают по бумажке и боятся живое слово сказать, нач. Генштаба так внятно и убедительно сформулировал позицию! Этого в Кремле Огаркову не простили.

Не уверен, что самоубийство для офицера - выход. Но если допустить - то у Ахромеева было очень много поводов для самоубийства повесомее, чем падение коммунизма. Система рухнула не в августе 1991, а намного раньше. Когда вопреки мнению МО кремлевские старцы ввели войска в Афганистан. Или когда их вывели через Термез, и Громов торжестенно заявил, что за его спиной не осталось ни одного советского солдата. При этом в плену сидело около 300 человек. Не знал об этом Ахромеев ? Вот когда можно было стреляться. Что мешало по линии ГРУ навести все справки о пленных ? Что мешало полететь со спецмиссией в Пакистан и сесть за стол переговоров с (генералом !!!) Зия-уль-Хаком, а потом с его преемниками ? Пакистанская военая верхушка - это серьезно. Вот где нужна была его "принципиальность" ! Или с Ахмад Шах Масудом ? Это, конечно, менее гламурно, чем терки тереть с американцами в Женеве. А вместо Ахромеева или других "папах" из МО занимался пленными цивильный журналист Иона Андронов из корпункта ЛГ в Нью-Йорке (!), за что и потерял работу. Если уж об американцах - надо было на переговорах в Женеве им сказать - "я не дам согласия на договор СНВ, пока не получу от Вашей пакистанской клиентеллы всех наших ребят". И, будьте уверены, американцы бы надавили по своим каналам на бородачей в Пешаваре, отрезали бы им бабло на месяц-два, и всех пленных тут же перебросили бы спецрейсом в Посольство СССР в США. Где же был Ахромеев ? С его начитанностью наверняка знал, что война не закончена, пока не похоронен последний солдат !? Может, проблема в том, что он сначала КОММУНИСТ, а потом офицер ? А как красные относятся к своему народу - знаем по истории. Не могу представить, чтобы Багратион или Брусилов бросил пленных в беде.

Со своей начитанностью и кругом общения среди военных США - как же ему не пришло в голову спросить, как именно возвращали гробы американцы из Вьетнама ? И с какими почестями они хоронили своих ? А мы - как воры, под покровом ночи, да не дай бог написать, что погиб в Афгане ! Ну и кто он после этого? Человек ? Или все-таки вульгарный коммунист ?  
По делам Генштаба Ахромеев, наверное, немало ездил по стране, по округам. Не пришло ему в голову ни разу собрать списки погибших в Афгане из, допустим, Иркутска или Воронежа и во время инспекционной поездки пригласить родителей погибших ребят в гарнизон? Устроить гражданскую панихиду, накормить поминальным обедом в офицерской столовой ? Спросить, нет ли проблем с жильем ? Возложить венки на могилу под троекратный салют из автоматов ? У нас народ неприхотливый, ему нужна искренность. Ельцин вон дважды на троллейбусе проехал - и весь электорат его. Что мешало Ахромееву быть именно ЧЕЛОВЕКОМ, а не коммунистом ? Был бы таким - сейчас семьи погибших ребят со всей страны на его могилу цветы бы носили и панихиды в церкви по нему заказывали. Да и развала 1991 года не было бы, если бы люди в массе своей знали, что случись что - их не бросят, не забудут за цифирью войсковых соединений НАТО, а если хоронить - похоронят с достоинством. Ну, например, положат на гроб стяг страны, за которую отдал жизнь (как в США). Жаль, что этого Ахромеев не понял. И никто не вспомнит - кроме падкого на рейтинги ТВ или одной доброй души - своего бывшего заместителя...
Отображены комментарии с 1 по 10 из 27 найденных.

Эксклюзив
01.11.2018
Валерий Панов
Заметки с международной конференции, посвященной 100-летию окончания войны 1914-1918 гг.
Фоторепортаж
02.11.2018
Подготовила Мария Максимова
В Музее современной истории России открылась выставка «Энергия созидания: 100 лет комсомолу».


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».