Тайна маршала Ахромеева

В те августовские дни 1991 года гибель Маршала Советского Союза Сергея Фёдоровича Ахромеева осталась в тени громких шагов «победившей демократии». Сами победители не стремились афишировать эту смерть. Если о ней и говорили, то только в том ключе, что покойный маршал чувствовал свою вину как соучастник «путча». Спустя двадцать лет такие политизированные оценки слышатся реже, но обстоятельства кончины маршала всё ещё остаются не вполне ясными.

Наверняка найдутся те, кто упрекнёт создателей фильма «Тайна гибели маршала Ахромеева» (автор – Ирина Чернова), показанного в ночь на четверг телеканалом «Россия-1», в необъективности. Дескать, они с самого начала преподносили предвзятую трактовку, основанную на противопоставлении «предательства» Горбачёва и патриотической совестливости Ахромеева. И закончили версией об убийстве маршала. А реплики известного вдохновителя разоружения и развала СССР А.Н. Яковлева вставили только для видимости представления другой точки зрения.

Ну что же, у нас двадцать лет не было недостатка в озвучивании точки зрения о причастности маршала к пресловутому «путчу» и его враждебности к «перестройке». Надо, хотя бы для баланса, выслушать и другую сторону.

К тому же в воскресенье, 21 августа, телеканал «Столица» повторил еще один фильм - «Маршал Ахромеев. Пять предсмертных записок» (автор – известный журналист Сергей Медведев), еще пять лет назад показанный по Первому каналу в серии «Тайны века». В этом фильме еще более определенно говорится о несостоятельности версии о самоубийстве маршала.

Об этом говорят многие эксперты, дочери маршала, которым он звонил бодрым голосом в то время, когда якобы писал одну из предсмертных записок. И огнестрельное оружие у Ахромеева было в доме, откуда он уехал в Кремль в свой последний день…

Не будем излагать все аргументы – фильмы выложены в Интернете. Автор создает чистый трагический образ военачальника, в отличие от ряда других маршалов имевшего огромный авторитет в армии, которого даже его американский коллега, адмирал Крау назвал эталоном солдата и патриота.

Вообще, нельзя не отметить, что сейчас, в двадцатую годовщину известных событий, уже не звучит стройный хор голосов, проклинающих ГКЧП за «заговор против демократии». Наоборот, преобладающая тональность публикаций СМИ показывает, что пошла некая волна «реабилитации» «путча». Конечно, в обществе она идёт уже давно, но сейчас трудно отделаться от впечатления, что ей как бы «дано добро» свыше. И в этом нет ничего удивительного. Независимо от того, кто какие цели преследует этой неявной реабилитацией, её общественный фундамент совершенно чёток – растущее осознание того, чтó мы потеряли вместе с СССР и социализмом.

Гораздо легче указать на потери, чем на достижения страны за последние 20 лет. И поэтому поздний советский период приобретает по прошествии этого времени совершенно иной ореол.

Поэтому люди, пытавшиеся спасти рушащуюся империю, обретают в общественном сознании черты сходства с носителями Белой идеи в годы революций, с героями Ледового похода Добровольческой армии или с повстанцами Вандеи.

Противостоять такому совершенно спонтанному процессу реабилитации СССР просто невозможно. Пытающиеся это сделать оказались бы на обочине политического процесса. Самое разумное – не мешать ему.

Но большинству телезрителей нет дела до того, кто и как может постараться использовать этот естественный и положительный процесс в каких-то своих целях. Люди просто хотят знать правду о недавней истории своей Родины. И упомянутые фильмы удовлетворяют этому понятному стремлению. Я не утверждаю, что версии совершенно верны. Наверное, чтобы точно судить о событиях тех дней, должно пройти ещё немало лет. Хотя каких-то фактов мы, видимо, не узнаем уже никогда. Но прозвучавшая в фильмах точка зрения должна была быть заявлена прямо и открыто, на широкую аудиторию. Это сделано. Пусть теперь народ разбирается, сопоставляет, думает. «Заниматься историей – значит, погружаться в хаос и всё же сохранять веру в порядок и смысл», – писал Герман Гессе.

Гипотеза о том, что смерть Ахромеева была кому-то необходима, чтобы маршал не выступил на Верховном Совете СССР с громкими разоблачениями, выглядит весьма правдоподобно.

Она позволяет, кроме того, считать маршала стойким борцом, и после 21 августа 1991 года не считавшего дело своей жизни проигранным, пытавшегося найти возможность обратиться к народу со словом предостережения и убеждения.

С другой стороны, отказ от версии о самоубийстве способен породить сомнения такого рода: чего стоит тот государственный идеал, крушение которого ни один человек (кроме Б.К. Пуго) не посчитал крахом своей собственной жизни? И вот, есть некоторые основания думать, что выбор между тем или другим объяснением будет для многих диктоваться не фактами, а рассуждениями: какая версия выгоднее?

А ведь, в сущности, такой выбор не играет большой роли. Нет никакого сомнения в высокой честности, стойкости, патриотичности маршала Ахромеева. Даже противники его политических идеалов должны это признать.

И вот, представляется, что фильм этой цели всё-таки достиг. Это несомненный плюс.

Но важнее, чем оценка личности, он заставляет задуматься о собственной роли каждого из нас (кто жил в то время) в тех событиях.

Блаженны те, кто уже тогда видел в событиях, переживаемых страной, трагедию крушения державы и не покупался на демагогию о «России, поднимающейся с колен». Но, по правде, многим из них эта своевременная оценка не позволяет критически оценить собственную роль тогда и сейчас. Правильное созерцание бесплодно.

Кто виноват в том, что случилось (и происходит) со страной? Традиционный ответ – «мы» – прятание головы в песок, уход от личной ответственности. «Мы» – значит, никто.

«Я тоже оказался причастен к гибели маршала Ахромеева, теперь я должен постоянно жить стремлением исправить свою ошибку, совершённую в августе 1991 года».

И если не один автор статьи, после просмотра указанных фильмов, сделал такой вывод лично для себя, тогда можно сказать, что их создатели  потрудились не напрасно.