Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
28 мая 2024
Как кинули лиепайских рабочих

Как кинули лиепайских рабочих

Крупнейший латвийский завод был принесён в жертву политической конъюнктуре
Владимир Веретенников
18.08.2015
Как кинули лиепайских рабочих

Сначала немного истории. Будущий «Лиепайский металлург» (ЛМ) появился на свет в тогдашней Либаве 28 сентября 1882 года. В этот день по инициативе 1-й гильдии купца Адольфа Бёкера начали строить «Пудлинговый, железопрокатный, проволочный и проволочно-гвоздильный завод Бёкер и Ко». Портовая Либава тогда являлась конечным пунктом Либаво-Роменской железнодорожной магистрали, и поэтому выбор места для нового предприятия казался совершенно обоснованным.

Первые цеха начали работать в феврале 1883 года, на них были заняты 260 человек. Завод быстро рос: в 1891 году запустили первую мартеновскую печь, в 1895-м продукцию предприятия удостоили золотой медали на Нижегородской ярмарке, а к 1900 году количество работающих достигло 1300 человек. В 1899 году Петербургский частный коммерческий банк перевёл на счёт Бёкера 1,5 миллиона рублей, и завод стал государственным. В ноябре 1904 года к нему присоединили Лиепайский машиностроительный завод «Везувий» с 360 рабочими.

К 1912 году предприятие становится одним из крупнейших в империи, однако затем наступила многолетняя пора испытаний. Но, так или иначе, завод пережил и Первую мировую, и период Первой Латвийской Республики, и Великую Отечественную. После Второй мировой предприятие, сильно разрушенное бомбардировками, пребывало в плачевном состоянии – но его тогдашний директор Петерис Звайгзне приложил поистине героические усилия для спасения «Лиепайского металлурга». С 1950 года на полученном по репарации листопрокатном стане началось производство кровельной жести, а в 1960-м вступил в строй механизированный прокатный стан. В декабре 1965 года первую сталь выплавил новый, экспериментальный мартеновский цех – наиболее экологически чистый в стране и ставший последним из построенных в Советском Союзе. В 1970 году под его крышей заработала первая в мире установка непрерывной разливки стали, производившая заготовку для сортового проката; через год вступила в строй вторая такая же установка. Лиепайская литая заготовка в 70-е годы имела самую низкую себестоимость в стране. К тому же «Лиепайский металлург» являлся испытательным полигоном экспериментальных металлургических технологий всесоюзного значения.

К 1976 году все три мартеновские печи модернизировали, и годовая производительность цеха достигла 550 тысяч тонн в год. Завершение строительства второго прокатного стана, а также модернизация обоих в 1978 году довели мощность сталепрокатного производства до 700–800 тысяч тонн в год. В эти годы предприятие осуществляет масштабные социальные программы: построена больница, Дворец культуры, около полусотни многоквартирных жилых домов. 1990-е, связанные с разрывом налаженных связей, оказались нелёгкими, поставив «Лиепайский металлург» на грань выживания. Но руководству тогда удалось переориентировать сбыт на мировой рынок стали.

В отличие от многих других заводов и фабрик Латвии, проведенная в 1997-м приватизация «Лиепайского металлурга» не загубила предприятие – напротив, в 2004 году решено было начать модернизацию сталеплавильного производства.

Её первый этап оказался завершён в 2006 году: на собственные средства завод обзавелся новой высокопроизводительной установкой непрерывной разливки заготовок. К 2012-му закончилось строительство 100-тонной электродуговой сталеплавильной печи, печи-ковша и необходимой инфраструктуры – для чего потребовалось взять в Италии кредит в 86 миллионов евро на десять лет. Первая электросталь была выплавлена 17 августа 2011-го, а с декабря того же года сталь начали выплавлять в электропечи шахтного типа, с предварительным разогревом металлолома. Уже к концу 2012 года новое электросталеплавильное производство достигло проектных показателей: около 850 тысяч тонн в год.

На тот момент ЛМ давал работу 2300 лиепайчанам и по факту считался крупнейшим металлургическим предприятием в Прибалтике. Средняя зарплата на заводе составляла тогда 595 латов (847 евро).

Таким образом, всё, казалось бы, шло отлично. Но из-за ухудшения экономической ситуации в ЕС «Металлургу» пришлось переориентироваться на рынки третьих стран, и почти половина продукции стала экспортироваться в Алжир. Завод взял на себя при этом транспортные расходы, что ещё более снизило рентабельность. В 2012 году стоимость готовой продукции упала с 375 до 362 латов за тонну. Годом позже руководство объявило, что завод испытывает финансовые трудности, вскоре основное производство из-за нехватки оборотных средств оказалось остановлено. Объявились кредиторы (среди которых оказались Госказна, концерн «Латвийский Газ», банки SEB и Citadele), которые потребовали, чтобы основные владельцы ЛМ – бизнесмены Сергей Захарьин, Илья Сегал и Киров Липман – передали им свои акции.

События развивались по нарастающей, начались увольнения. Казалось бы, делом чести для государства должно было стать спасение завода. Тем более что он являлся крупным налогоплательщиком: в 2012 году им было уплачено государству 9,4 миллиона латов (около 15 млн евро). Завод влиял также на бюджет Лиепаи: в 2012-м предприятие перечислило городу сумму, равноценную его расходам на социальные пособия (2,5 миллиона латов) и на коммунальные платежи всех учреждений (1,4 миллиона латов). Тут можно было вспомнить историческую аналогию: в далеком 1933 году «Лиепайский металлург» тоже обанкротился, но тогда правительство выкупило его на свои деньги и сделало госпредприятием.

На этот раз власти тоже пообещали спасти ЛМ, но подошли к делу весьма своеобразно. Как именно, об этом поведал общественности оппозиционный парламентарий Николай Кабанов. «Правительство Латвии демонстрирует тотальное неумение (и отсутствие желания) разобраться в ситуации. Судите сами: на предпасхальном заседании Кабинета министров так и не было принято решения об участии в спасении испытывающего финансовые сложности АО. «Решения проблем... нельзя ожидать только от государства, свои варианты должны предлагать и акционеры предприятия», – заклеймил позором «магнатов от металлургии» премьер-министр Валдис Домбровскис. Однако тут же был вынужден констатировать, что аудит, с коим ознакомились министры, не выявил «злонамеренных действий» на ЛM. Как это всегда бывает в Латвии, для решения кризиса создают рабочую группу. Здесь же готовят... «клуб кредиторов». В нём будут присутствовать и представители государства. Клуб, согласитесь, – это весело: музыка-коктейли-девушки. Только так и надо дербанить завод! То, что происходит в Либаве – своего рода момент истины в условиях, когда Минэкономики руководит кларнетист (имелся в виду тогдашний министр экономики Даниэль Павлютс. – В.В.). Вот пример: в то время как «Лиепайский металлург» считает своей главной проблемой рост цен на электричество, Минэкономики никак не может проанализировать, как повлияет либерализация рынка на потребителя. А вот министр финансов Андрис Вилкс заявил, что «найти какое-либо позитивное решение... чрезвычайно сложно, поскольку у акционеров отсутствует четкий бизнес-план». Глава Минфина сделал намек, что, может быть, будет привлечен стратегический инвестор. То есть одно из немногих выживших собственно латвийских предприятий, возможно, продадут на сторону! А может, как раз и в этом кроется нарочитая «тормознутость» исполнительной власти? Вот и управляющий государственной казной Каспарс Аболиньш заговорил о необходимости «привлечь независимых консультантов, которые разработают краткосрочный, а затем и долгосрочный план решения финансовых проблем предприятия». Как будто в Латвии уже не было случаев, когда за десятки тысяч латов нанимался иностранный (лучше всего иностранно-титульный) топ-менеджер, который «делал вскрытие», а потом выяснялось, что «больной» от оного и скончался!». Возможно, ЛМ можно было спасти, но три его крупнейших акционера перессорились, и это окончательно сгубило «Металлург». Киров Липман через суд пытался получить у Захарьина принадлежащие ему, как он считал, акции, а Илью Сигала полиция объявила подозреваемым по делу о присвоении крупных денежных средств. В кабинетах руководства и владельцев, по заявлению Липмана, прошли обыски. В итоге из-за долгов завода на общую сумму 183,6 млн евро инвесторы просто оказались не заинтересованы вкладывать в предприятие какие-либо суммы.

Правительство тоже самоустранилось – министры подчеркнули, что государство «не должно вкладывать деньги в частную компанию, у которой к тому же непрозрачные механизмы финансирования и постоянные споры между инвесторами».

Начался процесс неплатежеспособности, в ходе которого уволили всех оставшихся сотрудников – и Лиепая превратилась в город безработных. Кредиторы заключили с консалтинговой компанией Prudentia договор об организации продажи основного производства неплатежеспособного завода – и вскоре предложения отправились на адреса более 70 потенциальных покупателей из всех регионов мира, кроме Австралии. На торг выставили основное производство ЛМ, плавильный и прокатный цеха, оборудование, прочее недвижимое и движимое имущество.

Вскоре объявились и претенденты. Среди них – российская компания «Афина Паллада», годовой оборот которой составлял около миллиарда долларов. Председатель совета директоров «Афины Паллады» Гайк Магакелян направил в Латвию письмо с предложением купить ЛМ и после этого для начала вложить в него 30-50 млн долларов. Интерес проявила и зарегистрированная в Люксембурге United group, принадлежащая российскому миллионеру Игорю Шамису. Тот дал понять, что готов инвестировать в завод около 50 млн евро. Шамис обещал, что ЛМ станет производить 750 000 тонн арматуры в год, которые можно будет реализовать на внутреннем рынке, в Скандинавии, Швейцарии, Финляндии и России. Наконец, готовность купить ЛМ выразил холдинг «Металлоинвест», принадлежащий российскому миллиардеру Алишеру Усманову и его партнеру Владимиру Скочу.

Судьба предприятия решилась во второй половине 2014 года. Ценнейший завод с богатой историей достался – фанфары! – украинской компании KVV group. Договор о продаже был подписан в начале октября. Cогласно этому документу, предусматривалось, что завод отдадут весь и сразу, а деньги от новых украинских хозяев станут получать по частям. Хозяин KVV group Валерий Кришталь рассыпался в похвалах латышам: те, дескать, сумели «организовать продажу на высшем уровне!» Он пообещал «оживить предприятие», которое сможет поначалу выдавать на гора 35 тысяч тонн арматуры в месяц. Министр финансов Андрис Вилкс возликовал: «Это отличная новость для работников, для Лиепаи и всего государства, так как один из крупнейших в Латвии заводов возобновит работу!».

Общая стоимость сделки составила 107 млн евро (для сравнения – Шамис предлагал 120 миллионов!). Основную сумму новоявленные владельцы пообещали вносить по частям в течение десяти лет – по 9 млн в год. Кто же они такие, эти KVV group, одержавшие победу над солидными российскими конкурентами? Латвийской общественности сначала сообщили самые скудные сведения. Дескать, основная деятельность компании, принадлежащей Кришталю и Евгению Казьмину, состоит в заготовке металлолома. KVV Group располагает большим числом заготовительных площадок и пунктов, в частности, в Севастополе, Киевской области, Запорожье, Чернигове, Черкассах, Сумской и Хмельницкой областях. В конце 2013 года KVV Group объявила о том, что собирается купить Донецкий электрометаллургический завод, однако конфликт на Донбассе совершить покупку не позволил – видимо, сэкономленные средства и пошли на покупку ЛМ. Честно говоря, многие эксперты отнеслись к этой сделке с сомнением, не без основания указывая, что предложения россиян были надежнее. Тот же Шамис не без досады отметил, что везти металлолом на переработку в Латвию из Украины невыгодно и дорого.

Но тут, надо полагать, вмешался политический момент: отношения между Латвией и Россией и так близки к точке замерзания, а тут ещё и жемчужину местной промышленности отдай «вражеским» бизнесменам!

Так или иначе, о «подводных камнях» никто сначала не думал. Обрадованные рабочие стали возвращаться на завод, общественность ликовала – флагман металлургической промышленности Латвии спасен! Работа возобновилась в марте, а к маю завод, коллектив которого достиг 960 человек, выпустил 90 тысяч тонн стальной арматуры. Однако вскоре выяснилось, что все не так радужно. Вскоре ЛМ вновь начал увольнять рабочих и рассчитал 150 человек – это объяснялось тем, что высокие латвийские цены на электричество обусловили чересчур высокую себестоимость продукции. Член нового правления Игорь Коваленко жаловался, что если производство будет работать на полную мощность, то на электроэнергию придется тратить около 12 млн евро в год.

29 мая Лиепаю посетила министр экономики Латвии Дана Рейзниеце-Озола, которая незадолго до этого визита присутствовала на торжественном открытии обновленного «Металлурга». На этом короткая «любовь» между правительством и KVV закончилась, пошли взаимные претензии. «Не принимаю какие-либо упреки в отношении Минэкономики или правительства в целом. Действия руководства KVV свидетельствуют или о непрофессионализме, или о попытке выжать из правительства большую поддержку, чем кто-либо может им дать», – сразу открестилась от всех обвинений в свой адрес Рейзниеце-Озола. В свою очередь, премьер Латвии Лаймдота Страуюма обронила фразу, неприятно удивившую многих: «Если предприятие остановит производство совсем, государство не останется в проигрыше». Она дала понять, что Кабмин больше не станет тратиться на попытки спасения «Лиепайского металлурга» в случае его банкротства.

Все последние месяцы за пределы «Металлурга» выходило мало информации – за исключением неясных сведений, что дела плохи. Период неизвестности окончился в августе, когда рабочий коллектив обнародовал буквально крик о помощи – письмо на имя президента, премьер-министра, глав министерств экономики и финансов и Сейма Латвии, расставившее все точки над i. «Не прошло и полгода как на крупнейшее с более чем 130-летней историей градообразующее предприятие Лиепаи вошли ещё недавно восхваляемые высокопоставленными чиновниками «инвесторы» из Украины. Известно, что процесс продажи сегодня скрыт за семью печатями и имеет статус государственной тайны. Но то, что выбор инвестора стал, мягко скажем, фатальной ошибкой, сегодня не скрывает даже министр экономики Рейзниеце-Озола. Ещё в январе этого года с большой помпой в руки украинской группировки KVV с сомнительной репутацией были отданы ключи от лиепайского металлургического завода с одним из самых современных сталеплавильных комплексов в Европе.

Ни проверяющие бизнес-репутацию данной фирмы органы безопасности Латвии, ни само правительство не заметили или не захотели заметить странный ореол таинственности и шлейф криминальных и рейдерских скандалов, тянущихся за этим претендентом на Украине.

Уважаемая компания-инвестор, к примеру, не имела даже собственного сайта в интернете. Но сделка, со слов мэра Лиепаи получившая название «сделка века», была совершена. Флагман лиепайской экономики и градообразующее предприятие отошли в руки новоиспечённых «инвесторов», которые даже не удосужились перед покупкой провести элементарный аудит покупаемого ими объекта. Представленный ими осенью на пресс-конференции «бизнес-план», по словам журналистов, напоминал скорее комиксы из журнала для подростков»…

По словам автора письма, все надежды на восстановление ЛМ были перечеркнуты, когда инвестор озвучил безапелляционный приказ: сталеплавильное производство закрыть, вновь принятый персонал незамедлительно уволить. «Что и было сделано в считанные дни. Люди оставившие свои новые места работы, поверившие обещаниям нового хозяина и вернувшиеся на завод, были опять выставлены за ворота с жалкими грошами в кармане и странной мотивировкой о том, что сотрудник уволен, так как не прошёл проверочный срок. Более унизительной ситуации для работников, отдавших десятки лет предприятию, верой и правдой исполнявших свои обязанности, было трудно представить. У проходной собрался стихийный митинг, был и гнев мужчин, и горькие слёзы женщин, но это уже никак не могло изменить ситуацию. Люди были уволены, и возможность для них найти новую работу в Лиепае минимальна, особенно для старшего поколения. Примерно через месяц, несмотря на все протесты коллектива, 6 июля 2015 года стало последним днём работы для ещё более высокопрофессиональных металлургов сталеплавильного цеха и специалистов других подразделений завода. Это были люди, которые отдали десятилетия жизни на благо предприятия. Люди, которые своими руками и умением в 2011 году построили и в кратчайшие сроки вывели на плановую мощность новый сталеплавильный комплекс в Латвии, который стал объектом зависти у многих конкурентов как на востоке, так и на западе», – возмущались работники «Лиепайского металлурга».

По их словам, в ближайшие месяцы будет уничтожено и новое уникальное оборудование сталеплавильного комплекса, так как, согласно неофициальному распоряжению нового руководства, финансирование на его содержание в зимний период осуществоляться не будет. Оставшиеся работники, по приказу начальства, уже начали отключать участки цеха от энергоносителей, чтобы сэкономить деньги «инвестора». «Первые же морозные дни вынесут жестокий и бесповоротный смертный приговор системам жизнеобеспечения новой электропечи, воду из которой слить технически невозможно. На текущий момент жизнедеятельность завода сжалась до размеров одного прокатного стана, где по инерции за счёт старых материальных запасов пока ещё происходит хаотичная прокатка, точнее, можно сказать, имитация производства. Плановые профилактические ремонты не проводятся, оборудование насилуется, из него выжимаются последние соки, нарушается техника безопасности труда.

Оставшиеся люди уже морально растоптаны и уничтожены откровенно хамским отношением нового руководства, их зарплаты снижены, социальный налог заплачен только за апрель, начинают практиковаться отпуска без содержания и зарплата в конвертах.

Пройдёт несколько месяцев, а может уже и недель – и наверняка и этот последний цех и его коллектив постигнет судьба сталеплавильного участка. А сам завод вскоре будет разрезан и сдан на металлолом», – утверждают рабочие.

В заключение авторы письма обратились непосредственно к премьеру Лаймдоте Страуюме. «Закончить хотелось бы вопросом к премьер-министру госпоже Страуюме, которая совсем недавно заявила в интервью для масс-медиа, что даже если завод окажется остановлен и закрыт, то государство в таком случае не пострадает и будет хорошо защищено договором. Поясните, пожалуйста, госпожа Страуюма, уволенным и пока ещё работающим металлургам и их семьям, что в данном случае для Вас означает термин «государство»? Бывшие и пока ещё работающие сотрудники завода AО KVV «Лиепайский металлург», – так заканчивается послание.

На такой же печальной ноте закончится, похоже, и судьба бывшего флагмана латвийской экономики. И комментарии тут, как говорится, излишни…

Специально для Столетия


Эксклюзив
27.05.2024
Максим Столетов
От Норвегии до Польши протянется антироссийская «стена дронов»
Фоторепортаж
24.05.2024
Подготовила Мария Максимова
В Зарядье проходит выставка, посвященная работе людей, глазами которых мы видим войну


* Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами.
Реестр иностранных агентов: весь список.

** Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации.
Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму: весь список.