Как флот и наука Империи Антарктиду открыли

На фоне старых морских держав — Великобритании, Франции, Испании, чьи парусники столетиями бороздили океаны в поисках новых земель, богатств и колоний — Россия в начале XIX века считалась сугубо континентальной империей, которая хотя и обладает неплохим флотом, ограничена интересами на Балтике, Черном море и в северных арктических морях. Но, русский флот, созданный волей Петра Великого, все увереннее выходил на просторы океана.

Можно было бы предположить, что руководство русской державы после смерти великого государя если и не забросит флот полностью, то не будет уделять особого внимания его развитию. Тем более, что на российский престол одна за другой всходили прекрасные женщины. Что им корабли да пушки, то ли дело балы да платья. Однако, русские Императрицы (которые действительно любили балы и знали толк в моде), морское наследие Петра Великого не просто сберегли, но развили и приумножили. И использовали флот не только как военную силу.

Еще в 1733 году началась Великая Северная экспедиция под руководством Витуса Беринга. Во время этого грандиозного предприятия была открыта Аляска, исследована Камчатка, Курильские острова, северное побережье Сибири. Имена ее участников по сию пору видны на географической карте мира – Берингов пролив, Море Лаптевых, Мыс Челюскин….

Во второй половине XVIII столетия русский флот прогремел выдающимися походами вокруг Европы и продолжительной экспедицией в Средиземное море в ходу русско-турецкой войны. А в 1803 году началась первая русская кругосветная экспедиция, успешно завершившаяся в 1806 году.

В начале XIX столетия завершалась эпоха Великих географических открытий. С карты мира стирались последние белые пятна, европейские корабли, рассекали волны мирового океана в поисках последних необитаемых островов, а экспедиции первооткрывателей, миссионеров и ученых, бесстрашно уходили в джунгли тропической Африки и Амазонии. И лишь таинственная земля на крайнем юге, оставалась неизвестной. О ее существовании подозревали еще географы античности. Грек Страбон и его последователи исходили из идеи баланса, если земля есть на севере, то она должна быть и на юге.

Когда в 1520 году Фернан Магеллан огибал Америку, он обратил внимание, что за проливом, по которому следовали его корабли, значительно южнее, можно увидеть очертания суши, которую он назвал Огненная земля. Открытие Магеллана вызвало у картографов того времени предположение, что Огненная Земля и есть часть громадного Южного континента — Terra Australis incognita (Неизвестная Южная земля).

Но после путешествий английского капитана Джеймса Кука возобладало мнение, что земли на юге нет, или же добраться до нее невозможно. Авторитет Кука среди географов был невероятно велик. Европейские ученые стали считать, что на юге есть лишь бесконечный холодный океан, существование южного континента казалось сказкой. Кук писал тогда: «Я смело могу сказать, что ни один человек никогда не решится проникнуть на юг дальше, чем это удалось мне. Земли, что могут находиться на юге, никогда не будут исследованы». О поисках Terra Australis incognita забыли на несколько десятилетий.

Но русский император Александр I был уверен – южная земля существует, и она достижима. К тому моменту русские мореплаватели уже имели немалый опыт дальних путешествий. В 1803-1806 годах шлюпы «Надежда» и «Нева» под командованием Ивана Федоровича Крузенштерна и Юрия Федоровича Лисянского совершили первое в России кругосветное плавание.

В 1807 году под командованием капитан-лейтенанта Василия Михайловича Головина уходит в плавание в дальние моря шлюп «Диана». И плаванье то получилось не простым. Шли наполеоновские войны, в 1808 году «Диану» задержали английские корабли в Саймонстауне (Южная Африка), ночью русский корабль воспользовался непогодой и бежал из гавани. Во время исследования Курильских островов его капитан и группа моряков попали в плен к японцам, и лишь через два года им удается вернуться на родину.

В 1815-1818 годах кругосветное путешествие на бриге «Рюрик» совершил капитан Отто Евстафьевич фон Коцебу, участвовавший юнгой в плавании Крузенштерна.

После экспедиции Александр I затребовал в морском министерстве подробный отчет о плавании. К документам приложили записку Крузенштерна о плавании в арктических широтах. Император очень заинтересовался этой задачей, считая, что для престижа России и ее флота будет полезно достичь крайних южных рубежей, до которых не смогли добраться другие европейские исследователи.

Подготовка экспедиции стала образцом русского инженерного и организационного подхода. Для экспедиции выбрали два шлюпа: «Восток» и «Мирный». Они не были похожи на легендарные корабли Кука или Лаперуза. Это были прочные, надежные суда, специально доработанные и укрепленные для плавания в холодных водах. Особенно отличился в деле подготовки кораблей Михаил Петрович Лазарев — опытный моряк имевший навыки кораблестроителя. Он лично курировал работы, усилив обшивку, установив дополнительные крепления и улучшив парусное вооружение.

Командиром экспедиции и капитаном «Востока» назначили капитана 2-го ранга Фаддея Фаддеевича Беллинсгаузена. Беллинсгаузен, как и Коцебу ходил в кругосветку вместе с Крузенштерном, а затем принимал участие еще в нескольких походах. У него был огромный опыт дальних плаваний, он был ответственным, пунктуальным, исполнительным и одновременно инициативным морским офицером. Личный состав экспедиции подбирался исключительно из моряков-добровольцев. Беллинсгаузен был самым старшим, ему исполнилось 40 лет. Тандем — Беллинсгаузена и Лазарева стал залогом успеха.

Огромное внимание уделялось научной стороне экспедиции. Александр I отмечал, что главная ее задача: собрать новые сведения о географии, познакомить племена, обитающие на далеких берегах, с европейцами, а европейцев – с историей и культурой туземцев, приумножить познания в зоологии, ботанике. Научное руководство экспедицией было поручено профессору Ивану Михайловичу Симонову (он оставил о путешествии подробные записки). Чтобы делать зарисовки неисследованных территорий, открытых животных и растений, с экспедицией отправился академик живописи Павел Николаевич Михайлов.

4 июля 1819 года корабли «Восток» и «Мирный» под командованием Беллинсгаузена и Лазарева вышли из Кронштадта. Перед этим корабли лично посетил Александр I. Император дал подробную инструкцию, но не желая стеснять Беллинсгаузена в принятии решений, ограничился указаниями только основного маршрута и цели экспедиции, в остальном же командующий был волен поступать, руководствуясь текущими обстоятельствами. обстоятельствам. Император обращал особое внимание на заботу о сохранении здоровья экипажа кораблей и просил Беллинсгаузена не рисковать подчиненными ему людьми без пользы дела.

Экспедиция была отлично снабжена измерительными приборами, провизией, одеждой и экипировкой. За спасение от цинги отвечал груз квашенной капусты, отлично заменявший русским соленые лимоны, используемые английскими и французскими моряками. Правда, вот почти 4 тысячи литров водки (на 300 человек экипажа двух кораблей) оказались выпиты уже на подходе к Бразилии, где команде пришлось докупить заморский ром, чтобы обеспечить полноценную выдачу «винной порции».

Путь Беллинсгаузена лежал вначале по Балтийскому морю, а затем через Атлантику на юг. Корабли достигли Канарских островов, преодолели экватор и затем встали на стоянку в Бразилии, где экипаж получил отдых на три недели. К декабрю 1819 года экспедиция добралась до заполненной льдинами южной части Атлантического океана. Там они повстречали английских китобоев, а затем открыли несколько островов. Матросы с успехом охотились на пингвинов, офицеры составляли карты неизведанной части океана. В конце декабря моряки обнаружили в море айсберг. Такой громадной ледяной глыбы никто раньше не видел, так что Беллинсгаузен записал, что команда «пришла в величайшее удивление».

28 января 1820 года (это был разгар лета в южном полушарии) «Восток» и «Мирный» оказались у берегов покрытого льдом неизведанного материка - Антарктиды. Все члены экспедиции с интересом наблюдали полярное сияние, а в честь достижения цели был устроен небольшой праздник.

Михаил Лазарев писал об этом событии: «достигли мы широты 69°23', где встретили матерый лед чрезвычайной высоты, и в прекрасный тогда вечер, смотря на салингу, простирался оный так далеко, как могло только достигать зрение… Отсюда продолжали мы свой путь к осту, покушаясь при всякой возможности к зюйду, но всегда встречали ледяной материк, не доходя 70°… Открылась, наконец, та матерая на юге земля, которую так долго искали и существование коей сидевшие философы в кабинетах своих полагали необходимым для равновесия земного шара». Беллинсгаузен же отмечал: «Обозревая пространство сего поля на восток, юг и запад, мы не могли видеть пределов оного; конечно поле было продолжением того, которое видели в пасмурную погоду 28 января, но по причине мрачности и снега хорошенько рассмотреть не могли».

Проведя в приполярных широтах февраль, корабли отправились в Австралию. Этого требовало состояние судов: оснастка и паруса были повреждены, моряки очень устали. По дороге команда двух шлюпов наблюдала необычное полярное сияние в виде двух столбов яркого бело-синего света. В марте Беллинсгаузен приказал разделить корабли: «Востоку» следовало идти прямым курсом в порт Сидней, а «Мирному» обследовать воды южнее Тасмании и затем также прибыть в Австралию. По дороге к цивилизованным землям «Восток» оказался в полосе сильнейших штормов. Несколько раз корабль чудом избежал гибели. Был сильно поврежден рангоут и мачты. 27 марта претерпев множество несчастий «Восток» достиг берега Австралии и бросил якорь в Сиднее.

Беллинсгаузен встретился с британским губернатором, а корабли встали на ремонт. В мае экспедиция покинула Австралию и отправилась к Новой Зеландии и далее в заполненный множеством островов Полинезийский архипелаг. В ходе этой части путешествия русские открыли более десятка островов в архипелаге Туамоту. Все они по праву первооткрывателя получили русские имена, но сейчас про это забыли. Носившие имена Кутузова, Раевского, Ермолова и других героев войны 1812 года, острова теперь указаны на картах под совсем иными названиями.

После ремонта в Австралии 12 ноября 1820 года корабли вновь возвратились в антарктические воды, чтобы продолжить исследования в самых южных широтах Тихого океана. Шлюпы пробирались на юг, постоянно рискуя быть зажатыми льдами или столкнуться с айсбергами. В декабре таяние морских льдов еще только начинается, отчего ледяные поля и айсберги распространяются далеко на север. Поэтому проникнуть на юг парусные корабли не смогли. Возможно, если бы плавание проходило на пару месяцев позднее, когда значительная часть льдов исчезает, то, может быть, русским мореплавателям удалось бы достигнуть берега Антарктиды, в районе Земли Виктории, открытой британцем Джеймсом Россом 20 лет спустя, в 1840 году.

Дважды русские корабли пересекали Южный полярный круг в Тихом океане и дважды приходилось выбираться из льдов на север. В третий раз удалось продвинуться значительно южнее полярного круга — до 69°53' южной широты на 92°19' западной долготы. Это было 22 января 1821 года. Попытавшись пройти еще дальше на юг, русская экспедиция столкнулась с непроходимыми льдами. Путь был закрыт. Беллинсгаузен приказал поворачивать на север. Тогда был открыт неизвестный ранее остров. «Я назвал сей остров, — записал Беллинсгаузен в дневнике, — высоким именем виновника существования в Российской империи военного флота — остров Петра I».

30 января 1821 года «Восток» и «Мирный» покинули приполярные воды и легли на курс домой. 27 февраля «Восток» и «Мирный» прибыли в Рио-де-Жанейро. После двухмесячного отдыха и ремонта в Бразилии они пересекли Атлантику и возвратились в Россию.

Триумф полярной экспедиции был триумфом общенациональным:

·    Русский флот доказал свою высочайшую выучку, надёжность кораблей и беспримерную стойкость экипажей в самых суровых условиях путешествий.

·    Отечественная и мировая наука получили бесценные данные, положившие начало системному изучению Антарктики.

·    Российская империя продемонстрировало способность ставить и достигать самые высокие цели в географических открытиях и продолжительных морских экспедициях.

Открытие Антарктиды Беллинсгаузеном и Лазаревым — это не просто страница в истории эпохи географических открытий. Это свидетельство того, что воля, ум и мужество русских людей способны достичь любой, даже самой холодной и недоступной цели. Русские моряки решительно убрали с карты мира последнее белое пятно и открыли эру освоения шестого континента, заложив те принципы, которые и сегодня определяют жизнь Антарктиды.

Иллюстрация «Ледяные горы в Антарктиде» — картина Ивана Константиновича Айвазовского, написанная в 1870 году.