Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
8 февраля 2023
Пятнадцатому – 70!

Пятнадцатому – 70!

Сегодня отмечает свой юбилей легендарный главный редактор «Красной звезды»
Михаил Захарчук
12.11.2021
Пятнадцатому – 70!

За почти что столетнюю историю «Красной звезды» – главной военной газеты Советского Союза и России – её творческим коллективом руководили шестнадцать ответственных и главных редакторов. Люди то были разные, но всегда – необычные, нестандартные, чем-то выделяющиеся из массы себе подобных. И длительность их пребывания на высоком посту исчислялась по-разному. Например, первый ответственный – Антонов-Овсеенко Владимир Александрович – просидел в кресле чуть больше месяца. А тринадцатый главный – генерал-лейтенант Макеев Николай Иванович – руководил «Звёздочкой» тридцать лет с гаком…

На долю пятнадцатого главного, капитана 1 ранга Чупахина Владимира Леонидовича, которому нынче исполняется 70 лет, выпали самые смутные шесть так называемых постперестроечных лет, прозванных в народе «лихими». В тревожный поставгустовский период славная история «Красной звезды» висела на волоске и вполне могла оборваться. Белодомовских реформаторов, как и нынешних укромайдановцев, до желудочных колик раздражал красный цвет, вообще вся советская символика. После краха ГКЧП, выступая на заседании Верховного Совета РСФСР, генерал-ельцинист Д. Волкогонов вынес приговор: «"Красная звезда" идеологически готовила путч и её поэтому надо переименовать».

Горе-реформаторы пошли дальше и предложили газету вообще ликвидировать, издавать вместо неё «бюллетень» для публикации приказов. Тогда Чупахин лично подготовил и отправил в различные инстанции свыше полусотни писем и справок в защиту бренда «Красная звезда».

Много раз выступал по этому поводу и в одиозной Комиссии по ликвидации политорганов. К осени 1991-го ему удалось отбиться от волкогоновцев. Однако к маю 1992-го, когда Российскую армию возглавил Павел Грачев, вопрос с переименованием встал ещё с большей остротой. «Доброжелатели» наперебой твердили министру: в новой армии всё должно быть по-новому, в том числе и название военной газеты. Грачёв вызвал Чупахина: «Есть предложение вместо «Красной звезды» выпускать «Армию России». Как вы на это смотрите?» – «Плохо смотрю, Павел Сергеевич. Вот вы награждены орденом Красной Звезды. Он для вас устарел, девальвировался?» – «Но-но, редактор! – Грачёв набычился. – Ты орден не трожь! Это моя первая боевая награда, омытая кровушкой моей. В тех боях, за которые мне её дали, я дважды ранен был. Это гордость моя». «Название газеты, товарищ министр обороны, тоже омытое кровушкой десятков фронтовых корреспондентов. Многие поколения людей в погонах "Красную звезду" читали, уважали и почитали. И сегодня это всё никуда не делось. Ибо "Красная звезда" ведь не только газета. Это история Армии и Флота, их традиций, душа Вооружённых сил, если хотите». «Душа, говоришь, – задумался Грачёв. – Ну ладно. Какие ещё у тебя вопросы?» «Вот на этом свежем номере "Красной звезды" утвердите её новый статус: "Центральный орган Министерства обороны Российской Федерации"». Грачёв размашисто расписался, и с той поры уже никто на бренд «Красной звезды» не покушался. Благодаря главному её редактору. Дрогни он, и мы бы уже забыли, что была такая газета.

Той же весной 1992 года Владимир Чупахин совершил, если так можно выразиться, и личный подвиг в те «лихие» времена, защитив на страницах вверенной ему газеты святое для него понятие. Он выступил с большой публицистической статьёй «Патриотизм всегда был и будет великой ценностью нашего народа».

Это сегодня, когда понятие «патриотизм» стало очевидным, кажется неоспоримой мысль о том, что армия может строиться только на патриотической основе. Но весной 92-го само это слово, тщанием сонма либерастов, оказалось чуть ли не под негласным запретом. Тот, кто его употреблял, мгновенно становился «красно-коричневым», «коммуно-фашистом», «ретроградом» и «подлым совком». Главный редактор «Звёздочки» не побоялся пойти наперекор дурному, навязанному обществу тренду. Из номера в номер публиковал в пику тогдашнему министру иностранных дел А. Козыреву, утверждавшему, что никаких таких особых национальных интересов у России нет и быть не может, обстоятельные материалы солидных авторов как раз под рубрикой «Интересы России». Эта длительная и целенаправленная газетная акция возымела своё действие. Со временем даже спичрайтеры Ельцина стали вписывать в его речи вполне патриотические формулировки, дословно взятые из «Звёздочки».

Вообще военные журналисты той поры, ведомые капитаном 1 ранга Чупахиным, чем-то напоминали спасателей, которые ходят среди руин обрушившегося здания и ищут: не остался ли кто-то живой, не уцелело ли что-то ценное. Понятно: не о людях и вещах тут речь. Они искали в том безвременье уцелевшие смыслы, идеи, традиции, и, насколько хватало умения, возможностей, пытались их спасти.

Они самоотверженно боролись за право отмечать традиционный праздник 23 февраля. Так в 1992 году «Красная звезда» стала единственной центральной газетой, которая посмела выйти с праздничным номером.

Остальные либо промолчали, либо витиевато предлагали заменить «советский атавизм» новым праздником, скажем, к дате Куликовской битвы.

Многие просто издевались над «красной датой» календаря. А московские власти вообще устроили на улицах столицы избиение людей, пожелавших возложить цветы к Могиле Неизвестного солдата. И «Красная звезда» отреагировала жёстко: «Спасение России в – единстве. Для политиков – в омоновских дубинках?». Потом военные журналисты ещё не раз возвращались к означенной теме. Во многом благодаря им уже на следующий год «День защитника Отечества» стал официальным праздником.

В сохранении Мемориального комплекса на Поклонной тоже львиная доля принадлежит краснозвёздовцам. Немногие сейчас помнят, что в начале 92-го дельцы-строители сознательно превратили возведение комплекса в долгострой, чтобы выгодно его продать. По продаже здания административного корпуса даже объявили аукцион. «Красная звезда» ударила в набат: «Памятник Победы пытаются продать с молотка. Что же мы делаем со своей Историей?». Лишь после этого Грачев и Лужков наведались на стройку и решили: к 50-летию Победы все работы закончить.

Горячие точки и Чечня стали для журналистов «Красной звезды» кровоточащими ранами. После трагического штурма Грозного, когда вся мощь либеральных СМИ – и печатных, и электронных – обрушилась на бедную армию, в который раз жестоко подставленную ельцинскими политиками, «Красная звезда» их морально поддержала.

Она долгое время выходила с одной и той же «шапкой»: «Воинам России сегодня очень нелегко. Россияне, поддержите своих сыновей!». Среди центральных изданий «Звезда» оказалась единственной сострадающей нашим бойцам.

В феврале 1995-го Российско-американский информационный пресс-центр провёл социологическое исследование по освещению чеченской войны. Собрали главредов центральных газет. В ходе жарких дискуссий больше всех досталось Чупахину за то, что его газета ведет одностороннюю линию, показывая в выгодном свете только «федералов». Владимир Леонидович долго слушал проамериканских витий, а потом ответил нападавшим: «Это для вас российские военные – "федералы". А для нас они – "наши войска", "наши ребята", "наши сыновья". Дудаевцы же – враги и бандиты. Это ваши корреспонденты могут быть на той и другой воюющей стороне. Но я не могу даже представить офицера-краснозвездовца в расположении Дудаева. Он может быть там либо пленным, либо расстрелянным. Мы – газета воюющей армии, из чего и исходим. И сражаемся мы не за Ельцина и не за Грачева. Мы воюем за тех офицеров и солдат, которые сейчас каждодневно рискуют своими жизнями там, на передовой. Солдат войны не выбирает. Не по его воле любая война начинается, не служивому человек приходится выбирать, в какой именно войне ему участвовать: большой или маленькой, знаменитой или не знаменитой, славной или оболганной. Есть воинский долг – он должен быть исполнен».

Острейший кризис с самого начала «шоковой терапии», вопиющее «недофинансирование», многомесячные задержки зарплат, нехватка всего необходимого для жизни и даже для смерти начались при Грачеве, но максимальную остроту социальные проблемы приобрели при министре обороны И.Н. Родионове.

Редакцию захлестывал вал отчаянных писем от военнослужащих и членов их семей. Газета публиковала их целыми полосами под «шапкой» «Так жить и служить нельзя».

Вот, что написал об этом периоде в своих воспоминаниях «Звезды, пронесенные через ад» отважный и честный министр обороны Игорь Николаевич Родионов: «Вызываю к себе главного редактора "Красной Звезды" Чупахина. В конце нашей беседы мы были единодушны в том, что социальная, моральная, нравственная атмосфера в армии и на флоте накалена до предела. Нужны действенные меры. Редактору говорю о том, что со стороны Минобороны снимаются все ограничения на публикацию информации, писем, сообщений из частей и гарнизонов, повествующих о реальном состоянии морально-нравственного климата, боевой подготовки, дисциплины и всего прочего, бытового.

Где-то через месяц мне звонит Чубайс, первый вице-премьер: "Игорь Николаевич, в последнее время я боюсь брать в руки "Красную Звезду". Я вас прошу принять меры по ограничению публикации этого ужасного негатива".

Я ему отвечаю: "Мне приятно слышать, что вы стали читать "Красную Звезду", и, если для того, чтобы сообщить об этом, звонит первый вице-премьер, значит, газету стали читать и в правительстве. Но запретить публикации, сменить их тон и направленность я не могу, так как настоящее положение дел ещё мрачнее и улучшения не видно. Я прошу вас понять обстановку в армии и на флоте в связи с многомесячными невыплатами и реально поправить ситуацию, так как она уже выходит из-под контроля»

За время своего редакторства Владимир Чупахин подписал добрую полусотню наградных представлений. Подчинённые получали ордена, а он сам… выговоры. Пара из них досталась от Грачева. Остальные пять получил при министре И. Сергееве с подачи начальника управления информации генерал-майора А. Шаталова.

Тот, выполняя задание Чубайса, стремился подмять под себя «Красную звезду» и устранить неугодного главреда. Выговоры с лишением Чупахина денежного вознаграждения стали сыпаться как из рога изобилия. Доходило до курьёза. Один из них объявили… за публикацию снимка, снятого в таком ракурсе, что фуражка главкома ВВС П.С. Дейнекина, находившегося на первом плане, выглядела большей по размеру, чем фуражка министра Сергеева. Шаталов лично измерил линейкой фуражки и убедил министра утвердить выговор.

…Давно уже и очень настойчиво я понуждаю Володю описать его редакторские годы. Отнекиваясь, он говорил: «Знаешь, почему я не хочу писать воспоминания? Честно говоря, единственный в них смысл – сказать доброе слово о людях, которые были в ту сложную пору рядом со мной. Но они и так знают, как я им благодарен, как люблю и ценю. Что касается самой истории главредакторства, у нее нет самого главного – хэппи-энда. Это были годы безнадежной борьбы за спасение бренда "Красной звезды", сохранение лучших творческих сил и общественно-политической значимости газеты. Из трех задач по существу решена лишь одна – бренд спасли: "Красная звезда" по названию осталась "Красной звездой". А толку? Ведь творческий коллектив к середине 90-х стал крошиться на глазах. Лучшие журналисты приходили со смущенными лицами и говорили, что одного позвали в такое-то издание на тысячу долларов, другого – на полторы и так далее. Что я мог возразить им при нашей-то нищете?

В астрономии, говорят, есть звезды красного цвета – это те, которые убегают, удаляются от нашей галактики. Я не хочу писать о том, как убегала и продолжает убегать от нас та славная, любимая армией и народом "Красная звезда", которая многие десятилетия была в ряду самых первых газет страны и по тиражам, и по влиянию. Это было бы слишком грустное повествование, без позитивного урока и опыта».

Ну, насчёт звёздных аллегорий это у Чупахина, по-моему, славно получилось, а во всём остальном он категорически неправ, и ценой больших усилий мне всё же удалось это ему доказать.

Сегодня Владимир Леонидович вполне успешно продвигает рукопись о своём главредакторстве, а я написанное с удовольствием читаю. Надеюсь, к следующему юбилею она как раз поспеет и станет тем самым дорогим «яичком к Христову дню».

А пока что объяснюсь с уважаемыми своими читателями, почему позволяю себе определённое запанибратство с одним из шестнадцати главных редакторов главной военной газеты России. Смею утверждать: имею на это право.

Мы с Володей – однокашники по факультету журналистики Львовского высшего военно-политического училища. Сидели рядом за учебными столами, ели из одного котелка, спали в одной палатке, плечом к плечу шагали в парадных коробках, гуляли по древнему Лембергу. Спустя многие годы вместе работали в «Красной звезде». Потом оба стали главными редакторами. Дружим до сих пор. На склоне лет у меня никогда не исчезает стойкое желание видеться с ним. Верится, что и ему не прискучили наши регулярные – два раза в год – счастливые встречи. Обычно он приезжал ко мне весной, а я к нему – осенью. Ковид проклятый сменил наш устоявшийся алгоритм: весна стала моей, а осень – его. Вот и недавно Чупахин гостил у меня. Как там у Булата Шалвовича: «Божественной субботы/ хлебнули мы глоток./ От празднеств и работы/ закрылись на замок». Изрядное число тем, как всегда, мы вдвоём обсудили. Многим знакомцам «косточки перемыли». Повспоминали нашу великую, славную и всенародно когда-то любимую газету «Красную звезду». Не спорили. Потому что, как правило, смотрим уже на сермяжное бытие наше под одним углом. А потом, младше меня по возрасту, Володя всегда старше выглядит по восприятию всего того, что происходит с нами, вокруг нас. Не случайно многие годы, если не десятилетия, им, как теодолитом, я поверяю все свои творческие, а то и бытовые проблемы. И ещё ни разу он не дал мне неверного, тем более вздорного совета. Иметь такой выверенный временем жизненный эталон –дорогого стоит.

Чупахина я всегда выделял, и втайне даже завидовал той лёгкости, с которой он учился, вёл себя в коллективе, просто жил в своё удовольствие. Чего никак нельзя было утверждать наоборот. Работая вместе в «Красной звезде», мы с Чупахиным поддерживали добрые, почти приятельские отношения. Некоторое время даже дружили семьями. А потом я ушёл сначала в ТАСС, затем возглавил журнал «Вестник ПВО» и уже общались мы с Володей до обидного спорадически. То было как раз (не к ночи помянуто!) время «лихих девяностых» с ельцинским пьяным сумасбродством, с приходом к власти предателей козыревых, кохов, бурбулисов, боровых и прочих. Основные государственные скрепы трещали по швам. Дошло до того, что главного редактора «Красной звезды» захмелевшие от шальной свободы военные журналисты решили избирать майданным голосованием. В очереди кандидатов где-то на шкентеле стоял и автор сих строк. Однако Судьба своим непререкаемым перстом указала именно на Чупахина, единственного среди нас не желавшего садиться в редакторское кресло. И я уверен, что выбор тот был не случайным. Ибо, в конце концов, в нашей жизни вообще ничего случайным не бывает…     

Видит Бог, как я трепетно и любовно дорожу курсантским братством. Но дружбой с Чупахиным дорожу особенно. Иной раз мне кажется, что только он один на закате моей жизни и способен понять меня, чем я дышу, о чём пишу, на что надеюсь и как мыслю. Это осознание – надёжный мой репер и ориентир одновременно.

Вот и всё моё поздравление другу с его семидесятилетним юбилеем. Если что-то и следует добавить к сказанному, так разве что то, что Владимир Леонидович до сих пор не выпускает пера из рук. Трудится в аппарате партии «Справедливая Россия», где его перо как всегда востребовано временем.

Ну и напоследок, Володин стих:

Ну, вот и еще одна дата…
И повод осмыслить свой путь.
И пусть средь бесед про "когда-то"
Звучит и "когда-нибудь".
Судьба прихотлива, быть может,
Однако довольно добра.
Ведь есть ещё "завтра" все же,
А вовсе не только "вчера".
И можно найти опору
Средь этой предзимней поры...
Мы долго шли, Миша, в гору,
Не станем же мчаться с горы.
Пусть сердце твое резвее
Колотится в левом боку.
И пусть на вопрос: "Я успею? ".
Ответ будет: "Да, смогу!" ».

С юбилеем, дорогой друг!


Михаил Захарчук – полковник в отставке


P.S. Редакция «Столетия» с удовольствием присоединяется к поздравлениям своего коллеги. Дальнейших Вам творческих успехов и дерзаний, уважаемый Владимир Леонидович, и доброго здоровья на долгие годы!


Специально для «Столетия»


Эксклюзив
07.02.2023
Николай Андреев
Казахское общество всё больше напоминает украинское периода Ющенко.
Фоторепортаж
06.02.2023
Подготовила Мария Максимова
К тысячелетию первого письменного упоминания о Суздале.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..