Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
6 февраля 2023

Языковой геноцид

На Украине вступил в действие новый русофобский закон
Петр Маслюженко
01.08.2019
Языковой геноцид

Учителя одной из школ Харькова рассказали, что во время педсовета их предупредили, что отныне отвечать на звонки впредь нужно только на украинском. Им раздали памятки-распечатки, в которых была информация о штрафах за использование русского языка, согласно языковому закону, вступившему в силу 16 июля.

К примеру, за использование русского языка в делопроизводстве — штраф от 3 400 до 6 800 грн; в печатных СМИ — штраф от 6 800 до 8 500 грн; в сфере публичного общения — штраф от 3 400 до 5 100 грн; на телевидении или радио — штраф от 8 500 до 10 200 грн. Помимо этого, согласно памятке, за публичное «унижение украинского языка» оштрафуют на 850 грн. Что считать унижением, пока непонятно.

Правда, как уверяют наблюдатели, в данный момент реально действующих инструментов принуждения и штрафов за несоблюдение закона нет. Они заработают только через три года. Политолог, работник Центра политической конъюнктуры России Олег Игнатов ресурсу «НАХ» высказал свое мнение: «Мне кажется, штрафы тут не важны. Важно, что украинизация затронет сферу образования почти полностью, СМИ очень сильно, а взаимодействие граждан с государством — полностью. Для долгосрочного эффекта достаточно сферы образования и взаимодействия с государством. СМИ постепенно сами перейдут на украинский, когда будет увеличиваться запрос на получение информации на украинском языке. Поэтому в долгосрочном плане стратегия понятна».

Комментаторы уверенно подметили, что говорящие на русском будут продолжать на телефонные звонки отвечать по-русски. И по телефону их, скорее всего, и будут «вычислять» и «подставлять».

«Я звонила на горячую линию ПФУ, Укрсиббанка и еще куда-то и куда-то, — пишет в Фейсбуке одна пользовательница. — Там сразу сказали, что “ваша розмова буде запысана” и все — ВСЕ — отвечают на украинском, даже если я обращаюсь на русском, причем я же очень хорошо слышу, когда человек говорит мовою привычно и гладенько, и когда — в большинстве случаев — пытается высказаться на украинском, подыскивая слова. Вот зачем людям эта мука, если мы прекрасно понимаем и на русском и на украинском!»

Закон, как утверждают его авторы, призван защитить украинский язык. Но если посмотреть правде в глаза, то становится понятно, что этот закон нужен лишь для одной цели — полностью искоренить русский язык, несмотря на то, что большинство жителей Украины разговаривают исключительно по-русски.

Что примечательно, на украинский должны перейти все государственные органы и органы местного самоуправления, все учебные заведения, больницы и сфера обслуживания. То есть прием пациентов в больницах и поликлиниках тоже должен вестись на «мове», а со следующего года врачей обяжут ставить диагноз, выписывать назначения исключительно на украинском. Теперь чиновники и выборные лица обязаны общаться в присутственных местах только на государственном языке, и на нем же вести документацию.

Государственный язык обязателен в средней и высшей школе; в вузах разрешено читать лекции также на официальных языках Евросоюза, но русский к таковым не относится. Судопроизводство будет вестись также только на «мове». На украинском к гражданам обязаны обращаться полицейские и сотрудники других правоохранительных органов.

Закон носит обязательный, а не рекомендательный характер. Закону все равно: говорит ли регион на русском языке, живут ли в нем русскоговорящие. Антиутопии Оруэлла внедрены в жизнь: законопроектом предусмотрено создание специальной «языковой комиссии», которая будет следить за применением украинского языка.

Еще в марте, накануне принятия этого закона, призванного осуществлять воистину языковой геноцид, комментируя новые нормы «языкового закона», глава Украинского института анализа и менеджмента политики (УИАМП) Руслан Бортник обращал внимание общественности, что «формально в новом “языковом законе” не слишком много новаций, украинская “мова” является обязательной к употреблению в публичной сфере страны еще с 1989 года — по “Закону о языках”, принятому в Украинской ССР. А закон на самом деле не о правах украинского языка, который и так никто не ограничивает. По факту, новый “языковой закон” — о запрете языков национальных меньшинств (и прежде всего — русского) к употреблению в публичной сфере страны».

Закон полностью запретил русский язык повсюду — от театра до телевещания, вплоть до табличек и надписей на улицах. По факту, он просто запрещает в стране все другие языки, кроме украинского. Разве что у себя дома граждане могут общаться на любом удобном им языке.

Суммарная продолжительность иностранных телерадиопрограмм впредь не должна превышать 10% от общего объема. Все газеты и журналы в стране теперь обязаны издаваться либо на украинском, либо на двух языках, один из которых украинский.

Украинские СМИ пытаются убедить население, что абсолютное большинство граждан страны разговаривают «мовою», требующей защиты от русского языка. Но каково было удивление журналистов телеканала «Наш», увидевших, что, скажем, киевляне не только выступают против тотальной украинизации страны, но и требуют от нынешних киевских властей предоставления русскому языку статуса второго государственного. Отвечая на вопрос корреспондента о том, поддерживают ли киевляне закон о языке, люди отвечали по-русском языке: «Все должны разговаривать на том языке, на котором они хотят», «Мы в семье разговариваем и по-русски, и по-украински», «Я не хочу, чтобы ущемляли русский язык», «Закон о языке несправедливый. Так сложилось исторически, что многие украинцы разговаривают по-русски, почему они должны страдать», «В любом случае, я буду разговаривать так, как мне удобно. Я выступаю за то, чтобы русский язык сделали вторым государственным, это никому не помешает».

Вот еще несколько реплик, от пользователей соцсетей: «В пику насильственному закону про мову всем русскоязычным следует говорить только на русском, даже если владеешь украинским в совершенстве! Надо показать характер и сколько нас. Задолбаются штрафовать!». «Я люблю украинский язык, свободно говорю, пишу, читаю, но, когда меня начинают принуждать его любить и знать, параллельно унижая и дискриминируя русский, я ПРИНЦИПИАЛЬНО буду отдавать полное предпочтение русскому».

Есть и трезвые скептики: «Пока за русских на Украине и русский язык по-серьезному не впишется РФ, все наши потуги не имеют смысла, нас достанут по любому, а через некоторое время еще и введут налог: хочешь говорить по-русски — плати».

Между прочим, некоторые большие супермаркеты даже в Харькове уже давно перешли на украинский. Потому некоторые граждане намерены в связи со вступлением в силу закона о «держимове» ходить в те магазины и посещать те организации и учреждения, где новый дискриминационный закон не будет исполняться.

Можно соглашаться с мнением политолога Михаила Погребинского, что на бытовом уровне русскому языку мало что угрожает и что полностью заставить людей говорить на другом языке не получится, поскольку нынешних рычагов воздействия не хватит. Однако он утверждает, что это, по сути, репрессии против русского языка на Украине. «Кстати, это означает, что если президент Владимир Зеленский не подаст в Конституционный суд заявку на пересмотр такого нововведения, то за это дело тут же возьмутся оппозиционные силы, например, партия “За жизнь”. Требования к изменениям будут вполне обоснованными. Я допускаю, что в суде могут даже посчитать некоторые положения законопроекта неправомерными и назначат сделать в нем поправки», — считает эксперт.

Киевский историк Александр Каревин в связи с непрекращающимися языковыми страстями привел в Фейсбуке интересную ретроспекцию. «Это статистика Австро-Венгрии, в состав которой входили тогда Галиция, Буковина и Закарпатье (нынешняя территория Западной Украины). Опубликована статистика во львовском журнале за 1884 год. Где там мова? А ее нет! Зато есть русский язык. Почти такой же, как в России, лишь с особенностями написания (и произношения) некоторых слов. Чтоб вы могли убедиться в этом, даю ещё несколько страниц из того же журнала. В том числе — хронологию исторических событий. Кстати, обратите внимание на то, какие это события. Они взяты и из нашей древней истории, и из истории Московской Руси, и из истории Руси Литовской и Руси Галицкой. Никто не сомневался тогда в том, что история у нас общая, а Русь (и Московская, и Литовская, и Галицкая) исторически представляет собой единое целое. Также размещаю здесь несколько рекламных объявлений, взятых из того же источника. Надеюсь, всем ясно, что публиковать рекламу на чужом, непонятном местному населению языке, никто бы не стал. Напоминаю, что Львов не входил в состав Российской Империи. Никакой “насильственной русификации” там не было и быть не могло. Когда в очередной раз услышите (прочитаете) про “тысячелетнюю мову” и про то, что русский язык на Украине чужой, насильно навязанный царским режимом, вспомните об этой информации. Просто вспомните!»

А Геннадий Тарадин напомнил, сколько было в Галичине и Буковине русскоязычных поэтов и прозаиков. Профессиональных, т.е. живших на заработки от проданных книг и публикаций. Среди них Григорий Купчанко, буковинец, издавший в Вене свои книги «Буковина и ея русские жители», «Галичина и ея русские жители», «Угорська Русь и ея русские жители». Широко известны были и такие литераторы, писавшие и издававшие свои произведения на русском языке: Алексей Геравский, Николай Глебовицкий, Мариан Глушкевич и др. Австрийцам и полякам удалось репрессивными мерами уничтожить русскоязычие на Буковине и в Галичине. В значительной мере это удалось украинофилам в 1914–1918 гг. и советским украинизаторам, особенно до Великой Отечественной войны.

По этому пути идет и современный украинский национализм. Скажете, времена ныне не те? Как знать.

Безусловно, подавление прав русскоязычных граждан только подогревает оппозиционные настроения на Юго-Востоке Украины, и мы помним, что именно безумное решение Верховной рады по языковому вопросу тотчас привело к подъему протестных движений в феврале 2014 г. сначала в Харькове, затем в Донецке и далее.

Найдет ли новый закон о языке свое отражение в новой жизни Украины, и какое именно, увидим.

Специально для «Столетия»


Эксклюзив
30.01.2023
Николай Андреев
Фонд Сахарова признан нежелательной организацией.
Фоторепортаж
06.02.2023
Подготовила Мария Максимова
К тысячелетию первого письменного упоминания о Суздале.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..