Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
5 февраля 2023
Что такое ГО и почему у нас его так мало

Что такое ГО и почему у нас его так мало

Виталий Третьяков
25.11.2004

Законы государства писаны, и их неисполнение чревато наказанием со стороны этого государства. Законы бизнеса чаще всего неписаны, но исполнение их еще более обязательно, ибо наказание за их неисполнение, как правило, еще более необратимо и часто более оперативно - и уж точно почти всегда внесудебно (то есть без права на защиту), в отличие от предписаний Уголовного кодекса.

В промежутке между государством и работой (или бизнесом) человек тоже живет. И не только в семье (которая - третий полюс жестко регламентированных общественных отношений).

Общественный договор, в России до сих пор, безусловно, не существующий, регламентирует (но весьма лабильно) все остальное. Традиция, мораль (это у нас неполно, но существует) и общественный договор - вот единственные узы (или рамки, или границы) для членов гражданского общества.

Но и то, и другое, и несуществующее третье надстраивается над объективной основой, краеугольными камнями которой могут быть только частная собственность, прежде всего на жилье, землю, средства передвижения и т.п.; местное самоуправление; третейский суд (мировой или корпоративный) и право на самовыражение и самодеятельность, не вторгающиеся в интересы государства и экономики.

Сколько у нас есть всего перечисленного, столько и гражданского общества. То есть пока немного. В иных сферах, кстати, даже меньше, чем в годы позднего брежневизма, когда действительно существовал, правда, подрывая интересы и государства, и экономики, общественный квазидоговор, состоящий из трех статей:

Ст. 1. Вы делаете вид, что вы платите, а мы - что работаем.

Ст. 2. Раз нельзя купить, значит, можно унести с работы.

Ст. 3. Мы не критикуем коммунизм, вы закрываете глаза на наше некоммунистическое (не путать с антикоммунистическим) поведение.

Это негативистские статьи советского общественного квазидоговора. Были в нем и позитивные позиции, но это отдельная тема.

Нормы гражданского общества позволяют всем свободно жить всюду, где государство и экономика не заставляют нас жить несвободно. Но жить свободно, не впадая в гражданскую войну всех против всех и даже в крупные гражданские конфликты (а мелкие решаются полюбовно или с помощью формального или неформального третейского суда).

Лучшим доказательством отсутствия у нас полного и развитого гражданского общества является присутствие моды на преступный образ жизни даже в среде людей, которые, строго говоря, преступниками не являются, тем более - преступниками профессиональными.

Преступность есть антигражданское антиобщество, или вывернутое наизнанку гражданское общество. Тоже вне государства и противостоя ему, тоже вне (но в меньшей степени) экономики и противостоя ей, тоже свобода - но в ущерб большинству других.

Другим ярким доказательством отсутствия в России полновесного гражданского общества является патологический расцвет (в условиях постсоветской вольницы и анархии) сверхправ всякого рода некриминальных меньшинств: этнических, сексуальных, профессиональных и социальных (особенно бюрократии и сверхбогатых людей), а также владельцев бойцовых собак, дорогих машин, браконьеров и т.п. Последнее (сверхправа меньшинств и их агрессивная экспансия на большинство) является (на Западе) следствием гиперразвития гражданского общества. Но мы получили те же проблемы с другого конца.

Вот, собственно, и все.

Мы, конечно, постепенно растим гражданское общество. Но слишком увлекаемся политическими аспектами его желаемого присутствия. Во-первых, поливаем его из политической лейки политическими удобрениями (которые ведь по сути своей - помои). А гражданское общество, строго говоря, вне политики, вне идеологий (политических). Во-вторых, мы (или кто-то в Кремле, а мы вслед за ними) хотим, чтобы члены гражданского общества правильно голосовали. Например, не голосовали за коммунистов или голосовали непременно за либералов. Это требование нереально и абсурдно. По определению члены развитого гражданского общества, физически совпадая с членами общества политического, не обязательно совпадают с ними по политическому выбору. Гомосексуалисты будут голосовать за либералов. А землепашцы, объединенные в кооператив, за социалистов, а то и коммунистов. А за кого будут голосовать члены клуба филателистов? Это вообще невозможно вычислить. Разве что за партию, которую представляет тот министр связи, который обеспечил выпуск самых красивых и ценных марок.

Политики должны, конечно, особенно в России, растить газон гражданского общества, но ни в коем случае не наступая на него и тем более не превращая его в площадку для своей игры в гольф или ниву для сбора своего урожая на выборах.

Наши политики этого не умеют.

Простим им это - они никогда не были членами гражданского общества. Они такие же, как и мы. Только власти и амбиций больше.



Эксклюзив
30.01.2023
Николай Андреев
Фонд Сахарова признан нежелательной организацией.
Фоторепортаж
30.01.2023
Подготовила Мария Максимова
В Историческом музее в Москве проходит выставка, посвящённая Транссибу.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..