Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
1 февраля 2023
Придется стать сильными

Придется стать сильными

Юрий Болдырев
30.01.2007

В центре внимания продолжает оставаться накаляющаяся атмосфера взаимоотношений с Эстонией. Намерение вынести из центра Таллина памятник советскому воину-освободителю от фашизма вызывают естественное возмущение в России. Это и явное оскорбление памяти погибших, и недвусмысленная провокация. Но что дальше?

Дальше возникает вопрос, что мы можем – только поговорить или же еще и что-то сделать?

Начать придется с того, что можем мы намного больше, чем это нам до сих пор кажется. Представить себе счастливую и всем обеспеченную жизнь Эстонии в случае, если Россия принципиально прекращает с ней какие-либо экономические взаимоотношения, согласимся, можно. Но, тем не менее, очевидно, что в случае наших жестких и долгосрочных санкций проблемы у многих в Эстонии возникнут.

Участившиеся в наших СМИ разглагольствования политиков и экономистов о том, что экономические санкции, якобы, никогда не приводят к результату – изначальная и абсолютная неправда. Действительно, ваши санкции по отношению к конкретному государству могут и не вести к тому, что оно согласится на предъявляемые ему требования. Классический пример несгибаемого оловянного солдатика – Куба. Но стоит заметить, что результат все равно достигается - по отношению не только к тому, на кого распространяются санкции, но и по отношению к широкому кругу государств, вынужденных в своей политике учитывать вашу готовность жестко и последовательно отстаивать свои интересы. Как обзаведение вами ядерным оружием снимает в значительной степени угрозу непосредственной широкомасштабной агрессии против вас, так же в ряде случаев своевременные жесткие и последовательные действия в сфере экономики могут ограничить количество желающих вести себя уж совсем без учета ваших интересов. Но, разумеется, все это относится лишь к случаю, когда в экономических контактах с вами заинтересованы.#!#

А что обсуждалось на ключевых саммитах последнего времени и в Давосе? Вопрос энергобезопасности. И как одна из ключевых угроз – возможный рост цен и перспектива наращивания странами-экспортерами их экономического и оборонного могущества. Об этом открытым текстом говорится именно как об угрозе. Значит, очевидно, козыри в руках у нас сейчас есть, и вопрос в том, чтобы правильно ими сыграть.

Но также очевидно и другое: никто не хочет мириться с тем, что такие козыри в наших руках. Эти козыри – возможность распоряжаться своими природными ресурсами и самим регулировать их поток на внешний рынок - будут из наших рук выбивать всеми возможными способами.

Нас недвусмысленно предупреждают, что не позволят использовать энергетику "как оружие шантажа". Но мы-то, со своей стороны, позволяем в качестве такого оружия использовать даже всякие уж совсем ныне абсурдные штуки типа "поправки Джексона-Вэника"? Таким образом, важно не что именно мы намерены использовать и на каком основании, а можем ли мы использовать вообще хоть что-нибудь?

Например, Китай может и бросает США недвусмысленный вызов, сбивая ракетой свой старый спутник и тем демонстрируя способность иметь космическое оружие. "Какое безобразие!" - возмущаются США. Но разве гонку космических вооружений начал Китай? Теперь, после Югославии, Афганистана и Ирака объяснить здравомыслящим лидерам суверенных государств, почему они не должны стремиться обзавестись оружием сдерживания (массового уничтожения, высокоточным стратегическим, а теперь еще и космическим) – практически невозможно. Ибо никаких иных способов сохранения суверенитета им не оставили.

Европа скажет нам, что она теперь едина, и санкции в отношении Эстонии будут рассматриваться как недружественный шаг по отношению ко всей Европе. И наши здесь, похоже, готовы будут поджать хвост. Но почему не повернуть вопрос наоборот: если вы такие единые, то действия Эстонии Россия вправе рассматривать как недружественные действия всей Европы?

Дальше начинается наш внутренний раздор, старая песня про опасность самоизоляции и возрождения "железного занавеса". Но почему Китай не боится "самоизоляции" - только ли потому, что он большой? Или совсем по другой причине – потому что преисполнен решимости быть сильным и последовательным?

К сожалению, мир вновь поляризуется. Делится он отнюдь не по идеологическому признаку, и выбирать себе команду не приходится. Тем, кого намерены скушать, могут очень нравиться взгляды и манеры поведения хищников, но даже если манеры потенциальной жертвы станут совсем идеальными, хищники от этого не перестанут относиться к ней как к возможной добыче.

В этих условиях мы, вроде бы, демонстрируем готовность защищать свое, включая могилы отцов. Но достаточно ли этого? А осуждать и наказывать тех, кто откровенно предавал наши интересы, мы не собираемся, хотим как-нибудь так обойтись?

Вдумаемся. Недавно сообщили, что в Ираке весной будет принят закон, по которому основные месторождения нефти будут переданы на тридцать лет в разработку на режим соглашений о разделе продукции. И даже основные претенденты называются те же, что были и у нас: "Шелл" и "Эксон-Мобил" (фактические совладельцы наших "Сахалина-2" и "Сахалина-1"). Это значит, что в результате двух войн и последующей оккупации Ирака США получили то, чего у нас им чуть более десяти лет назад удалось уже почти добиться (если бы поперек тогда буквально костьми не лег первый, выборный состав Совета Федерации) без единого солдата на нашей территории. И нашим предателям это можно так вот запросто простить?

О каком национальном возрождении, о какой готовности отвечать на вновь нависшие масштабные угрозы можно говорить без привлечения к ответственности или хотя бы внятного публичного осуждения предателей?

Чем отвечают на главный нынешний глобальный вызов Китай, Индия, Иран – мы видим. Чем же отвечаем мы – единством, национальной солидарностью и сплоченностью? Для этого мало правильной риторики и команды сверху – нужны моральные основания и поддерживающие их экономические и социальные решения. А вот с этим у нас совсем плохо.

Так, если мы возьмемся вводить всерьез экономические санкции против тех, кто бросает вызов памяти наших отцов, естественно, должен встать вопрос о том, чтобы не страдали наши предприниматели и работники. Но разве у нас в нынешних условиях возможно решить этот вопрос честно и разумно? Масштаб всеобъемлющей коррупции таков, что любые компенсации все равно осядут в карманах горстки олигархов...

Зримая черта нашего времени: на все радиостанции, где обсуждаются куршавельские похождения наших "трудоголиков", звонят "продвинутые" слушатели, даже не пережевав проглотившие то, что в них вбивали СМИ последние полтора десятилетия, и заявляют, что наши олигархи так "палят" свои деньги потому, что им "не обеспечена стабильность прав собственности". То есть, по этой логике выходит, что мало нам согласиться с такой даже не приватизацией, а прямым ограблением - "Норильский никель" был не приватизирован, а практически просто украден у нас с вами через заведомо незаконную и притворную сделку. Мы теперь, оказывается, должны еще охранять и защищать собственность олигархов. И тогда они, может быть, перестанут растлевать наших детей…

Конечно, благородно и правильно защищать свои могилы и памятники за рубежом, в том числе, в Эстонии. Но напомню: "Норильский никель" - вообще стоит на костях. На костях тех, кто своим подневольным трудом в лагерях ковал нашу победу в войне, а также последующий ракетно-ядерный паритет с США. Но если германские концерны, независимо от смены собственников, до сих пор выплачивают компенсации невольникам, работавшим на них во время войны, то у нас вопрос о каких-либо обременениях практически открыто краденной бывшей общенародной собственности даже не возникает. И какова тогда цена нашей заботе о памятниках и могилах за рубежом?

Да, объясняют нам, трудно ожидать от нынешних наших миллиардеров социально ответственного поведения. Это же "новые" деньги. А вот когда вместо "новых" денег появятся "старые", то есть, когда их владельцами станут дети нынешних мошенников, вот тогда у нас все само собой станет как во Франции – "новые" деньги будут несопоставимо более социально ответственными. Хочется верить, но только доживем ли? Кто-то всерьез предполагает, что Запад в своем стремлении взять наши природные ресурсы под свой контроль войдет в наше положение и подождет, когда мы окрепнем?

Более того, а какие у нас есть вообще основания считать, что гипотетические будущие "состарившиеся" деньги в наших условиях станут более социально ответственными, нежели сейчас? На чем основаны эти романтические "мечтания о счастии", наступающем само по себе, без какого-либо сознательного и целенаправленного действия – только на том, что во Франции так?

Но во Франции владельцы крупных состояний платят со своего дохода чуть ли не половину в подоходный налог – обществу и государству. И при каждой передаче крупного состояния по наследству 40 процентов от него также отдают обществу и государству. У нас же ничего подобного нет и не планируется. Откуда же взяться социальной ответственности крупного бизнеса и национальной солидарности?

Парадокс: у нас, вроде, столько правозащитников, антисталинистов, столько проводится всяких конгрессов "гражданских", "интеллигенции", плюс против всякого фашизма нас постоянно призывают взяться за руки и идти вместе. Но только куда идти? Навстречу звезде заветной толерантности? Чтобы и куршавельский танец на норильских костях воспринимать как норму и без всякой надежды на справедливость? И какой идиот пойдет?

Но вместо хотя бы минимального просветления в головах - в условиях уже совершенно очевидной и однозначно очерченной внешней угрозы - у нас возникают и пропагандируются все новые ценные идеи, например такая, выдвинутая Общественной палатой: стимулировать этих самых прохоровых к меценатству тем, что присваивать их имена улицам городов. Нет, не во Франции, где их и так уже запомнили, даже внесли в соответствующие картотеки, а у нас. Это, надо полагать, специально, чтобы содействовать большей толерантности масс.

Для того же и постоянная демонстрация сущности навязываемых нам ценностей. Например, в передачах популярной радиостанции, кстати, принадлежащей контролируемой государством корпорации, можно каждый день услышать одно и то же: "Люди и деньги. А деньги – не пахнут". И далее - про какой-нибудь очередной ресторанчик…

Что ж, олигархическая, а ныне уже и государственно-олигархическая пропаганда идеи, что так жить можно и хорошо, дает свой эффект. В частности, в рамках тех же обсуждений "куршавельской романтики" социолог сообщает о результатах репрезентативных исследований: на вопрос, можно ли ради успеха пожертвовать моралью, более шестидесяти процентов наших молодых без запинки отвечают утвердительно.

Что ж, результат получен, к абрамовичам и потаниным, а также к безусловно абсолютно бескорыстно посодействовавшим им чубайсам и кохам, у этой группы, полагаю, претензий нет. Стало быть, цель достигнута, и дорога к заветной всепобеждающей толерантности открыта? Единственное, о чем стоит предупредить, так это о сущей ерунде: браться за руки, чтобы противостоять фашизму, в такой ситуации уже поздно – даже не притормозят, переедут и не оглянутся. Или борцы против фашизма и за толерантность подзабыли, что всяческий экстремизм может позволить неплохо подзаработать, да и вообще открыть такую дорогу к "успеху", на которую на ниве толерантности вряд ли кому стоит рассчитывать. Впрочем, так же как и элементарное предательство в нужный момент – тоже дело весьма прибыльное…

Вывод из всего прост. В расслабленном и рыхлом состоянии нам не только свои памятники в Эстонии не защитить, но и вообще не выжить, не сохраниться. Собраться же и стать сильными, чтобы ответить на нынешние вызовы, без радикального пересмотра всей своей системы ценностей, без отказа от "толерантности" по отношению к своим предателям, нам не удастся.

Специально для Столетия


Эксклюзив
30.01.2023
Николай Андреев
Фонд Сахарова признан нежелательной организацией.
Фоторепортаж
30.01.2023
Подготовила Мария Максимова
В Историческом музее в Москве проходит выставка, посвящённая Транссибу.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..