Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
31 января 2023
Дипломатическая игра или смена курса?

Дипломатическая игра или смена курса?

Юрий Болдырев
14.06.2007

В любом событии каждый видит то, что отвечает его интересу, его взгляду, его пониманию сути вещей. В Петербургском экономическом форуме многие наблюдатели увидели прежде всего беспрецедентный размах, значительное представительство глав государств и руководителей крупных корпораций, подписание крупных контрактов. И может быть, поэтому, признаки возможного радикального поворота в российской политике, намеченные в выступлении президента России, остались в тени.

Действительно, как большой успех форума нашими телеканалами подавалось подписание многомиллиардного в долларовом исчислении контракта с "Боингом". Но о чем собственно контракт – неужто "Боинг" инвестирует в наше развитие, передает нам свои новейшие технологии? Разумеется, ни о чем подобном речь не идет. И о наших будущих региональных "супер-самолетах", которые мы делаем, вроде бы, в сотрудничестве с "Боингом", участвовавший в форуме один из руководителей этой корпорации, как выяснилось, толком даже ничего и не слышал – один из руководителей нашего правительства лишь пообещал ему, что скоро тот сможет не только услышать, но полететь... Контракт же подписан всего лишь о закупке нами в США двух десятков новых американских гражданских самолетов – есть чему радоваться жителям страны, еще двадцать лет назад являвшейся одним из мировых лидеров по производству гражданских самолетов всех типов?

На фоне такого подлинного праздника "делового сотрудничества" и "инвестирования в Россию" выступление нашего президента должно было быть воспринято как холодный душ, но, как это ни странно, так воспринято не было. Почему? Может быть, потому, что и зарубежные гости, и наши аналитики вполне уверены, что слова останутся лишь словами?#!#

На протяжении полутора десятков лет российская власть всячески демонстрировала свое стремление как можно быстрее вступить во Всемирную торговую организацию – ВТО. И соответствующая линия подавалась не иначе как "стратегическая". Очевидный факт, что процедура вступления в эту организацию для каждого ее нового члена является заведомо дискриминационной, нашу власть отнюдь не отталкивал и не отрезвлял. А ведь вдумайтесь: страна, стремящаяся в ВТО, должна предварительно урегулировать все свои торгово-экономические разногласия со всеми без исключения странами, в ВТО уже вступившими ранее. А что такое в этой связи "урегулировать"? Это вовсе не означает, что вопросы должны быть решены в соответствии с каким-либо представлением о разумном и справедливом, с привлечением, если потребуется, кого-то третьего независимого в качестве третейского судьи. Нет, "урегулировать" - означает удовлетворить тем или иным образом требования государства, ранее в ВТО вступившего. И добро бы речь шла лишь о тех государствах, с которыми торгово-экономические отношения носят характер действительно масштабный и важный для обоих партнеров. Нет, будьте добры, уважаемая Россия, ведите переговоры с Коста-Рикой, Камбоджей, Сальвадором и т.п. Не абсурд?

А вы вчитайтесь в формулировки новостей: "Шри-Ланка пустила Россию в ВТО" или "Грузия наложила вето на вступление России в ВТО" или "Сальвадор и Молдавия пустили Россию в ВТО". И это ведь речь не о какой-то забытой Богом африканской стране, только вышедшей из доисторического периода, но о постоянном члене Совета Безопасности ООН! Не абсурд ли это в принципе – ситуация, когда крупнейшая страна мира, пусть и не самая экономически развитая, но, тем не менее, безусловно, вполне самодостаточная, на протяжении полутора десятков лет все стоит и стоит в позе просителя у порога тех, кого, в общем-то, и рассматривать-то надо под микроскопом?

Но, разумеется, не карлики так "нагнули" гиганта. В реальной жизни за моськами, так смело лающими на слонов, как правило, можно заметить и еще каких-нибудь других фигурантов этого шоу, с существенно более прагматичными интересами. Как это водится, и в "обычном праве", и в современной международной политике, за карликами всегда стоят другие гиганты – они-то и устанавливают правила такими, чтобы некоторый объем "грязной" или, как минимум, неприятной работы доверять другим. И плюс видимость торжества демократии – в ВТО, якобы, мы все – на равных…

Но если за искусно сотканными кружевами внешней формы постараться увидеть истинное содержание, то ни для кого давно не секрет, что ВТО – организация, созданная вовсе не для выравнивания условий развития разных государств и даже не для подлинного обеспечения свободы мировой торговли (что, следует подчеркнуть, вовсе не ведет к выравниванию условий развития), а совсем для другого – для закрепления на вечные времена доминирования тех, кто уже и так более развит. Именно этому служат нормы, позволяющие одним государствам иметь протекцию по отношению к своей промышленности или своему сельскому хозяйству, а другим такую протекцию запрещающие. И мало того, что условия заведомо неравные, это неравенство еще и никоим образом не направлено на преодоление отставания слабых, на выравнивание возможностей развития. Ни такая цель, ни соответствующие критерии оценки эффективности сотрудничества в рамках ВТО – ничто подобное всерьез даже не рассматривается. Подходы на переговорах чисто коньюнктурные – в зависимости от того, у кого на руках какие козырные карты. И кто же в результате больше для себя выторговывает возможностей различного рода протекции? Разумеется, тот, кто уже и без того сильнее. И в такую организацию нам, в нынешнем ослабленном состоянии, срочно надо вступать?

Понятно, убедить общество и более или менее добросовестные и ответственные силы во власти суверенного государства в необходимости такого шага – вступления в ВТО на заведомо дискриминационных условиях - непросто. Соответственно, в ход вступает давно известное, хорошо проверенное и отработанное оружие – мнение "мирового сообщества", а также наших наиболее "продвинутых" экономистов, плюс специальным образом организованная "научная" экспертиза. И вот уже нам на всех углах объясняют, что ВТО устранит дискриминацию российских товаров на внешних рынках и явится мощным стимулом для нашего развития; что благодаря ВТО к нам придут самые современные производства и технологии и плюс расширится выбор товаров по приемлемым ценам; наконец, что ВТО якобы позволит нам принимать участие в выработке правил мировой торговли, а в противном случае эти правила якобы вырабатываются без нашего участия… При этом все попытки как-то конкретизировать эти будущие вероятные блага (в частности, какие же такие важные для нашей экономики экспортные товары перестанут подвергаться дискриминации, уж не нефть ли с газом? Или, может быть, наши вооружения?) и сопоставить их с заведомо гарантированными издержками, разбиваются о полное нежелание прозападных экономических "авторитетов" и следующих в их фарватере правительственных чиновников что-либо всерьез точно просчитывать и соотносить.

Когда же слабость и недостаточность аргументации сторонников вступления в ВТО становится очевидной, значительными тиражами начинают выходить книги по результатам якобы научной экспертизы последствий нашего вступления в ВТО, разумеется, рассказывающие об ожидающих нас чрезвычайно благотворных последствиях этого шага. О подобных "экспертизах" и "научных" изданиях, о явных передержках и умолчаниях в них по самым ключевым вопросам развития национальной экономики мне приходилось писать неоднократно, в том числе, на страницах научных изданий (см., например, "Качество экспертизы и стратегические решения", Финансовый контроль, 2006, №9).

Не перегружая читателей тонкостями и нюансами, здесь поясню лишь, что среди наиболее типичных передержек – принятие за основу расчетов неких условных моделей, имеющих чрезвычайно малое отношение к действительности. Например, моделей, в которых рассматриваются исключительно так называемые линейные процессы, притом, что в реальной экономике значительное количество процессов носит ярко выраженный нелинейный характер. Применительно же к рассматриваемой теме – последствиям наложения на себя страной дополнительных ограничений при вступлении в ВТО – ряд изменений в системе защиты внутреннего рынка носит очевидно выраженный не просто нелинейный, но ступенчатый характер. Чтобы было понятнее, приведу простой пример: закон "О соглашениях о разделе продукции" (описывающий специальный порядок допуска к нашим природным ресурсам) содержит норму об обязательном заказе не менее 70% оборудования и услуг российским производителям, но после нашего вступления в ВТО эта норма прекратит свое действие, о чем в этом же законе даже есть специальная оговорка. Значит, соответствующие российские предприятия гарантированно потеряют заказы, а наши граждане – рабочие места. Но подобные вещи в рассматриваемых сторонниками нашего вступления в ВТО "научных" трудах выносятся за скобки и просто не учитываются. Какова же тогда цена оценкам и прогнозам, сделанным на такой с научной точки зрения явно недобросовестной основе?

Но факт остается фактом: именно на основе приводимых в подобных изданиях "аргументов" на протяжении более десятка лет строилась вся экономическая политика огромной страны.

"Вступление России в нынешнее ВТО на ныне согласованных условиях – чрезвычайно пагубно для России", - на протяжении многих лет наиболее квалифицированные и ответственные экономисты страны не уставали предупреждать и предостерегать свою власть. И вот, мы услышали от своего президента что-то новое: подвергнута сомнению святая святых нашего экономического и внешнеполитического курса – линия на вступление в ВТО. Неужто власть, наконец, прислушалась, осознала и решилась на радикальный поворот в своей стратегии? Что же заставило так заговорить?

Наш президент сказал, что мир меняется. И это правда. Внешний мир, прежде всего, мир западный, открыто демонстрирует себя все более и более недружественным по отношению к нам. Это –фактор, который должен бы заставить нашу власть корректировать и свое отношению к Западу, а значит и к учрежденным им и поддерживаемым им международным организациям.

Но еще важнее, что, похоже, что-то все-таки меняется и в нашей власти, в ее понимании сути происходящих в мире процессов и места России в них. Может быть, меняется именно под воздействием Запада.

Так, президент сказал, что сегодня протекционизм (с которым так боролась ВТО) часто исходит из развитых экономик, учредивших эту организацию, и именно в них сосредоточена большая часть мировых объемов государственной поддержки бизнеса. Верно ли это? Безусловно. Но что это – новость? Отнюдь нет. Это то, что было известно непредвзятым аналитикам и пять, и десять лет назад. Почему же наша страна и наша власть так упорно делали вид, что этого не замечают?

Но сейчас что-то меняется в нашей власти, и это что-то, судя по радикализации заявлений власти по отношению к внешнему миру, похоже, на пользу стране. Может быть, действительно, наконец, приходит понимание, что мы находимся в состоянии войны, которую Запад против нас после формального окончания предыдущего раунда (так называемой "холодной войны"), тем не менее, на деле все это время ни на минуту не прекращал и прекращать не собирается. А значит, многие международные организации, учрежденные Западом, есть не что иное, как всего лишь инструменты ведения этой войны, хотя и, разумеется, ведения ее не только против нас. Является ли заявление нашего президента на экономическом форуме отражением такого постепенно приходящего понимания сути мировых событий?

Путин не сказал, что Россия "передумала" вступать в ВТО. Но он сказал другое – подверг критике ВТО и предложил создание альтернативных региональных евразийских институтов свободной торговли, а также предложил совместно искать пути реформирования не только ВТО, но и ряда других международных организаций, таких как МВФ, Всемирный банк и т.п. Что это означает на практике?

Очевидно, не для того все эти организации создавались, не для того они навязывали всем свои вульгарно-либеральные рецепты, чтобы теперь стушеваться, извиниться и послушно реформироваться в подлинных интересах международного сотрудничества и развития. Полагаю, что мы имеем дело с другим, с тем, что называлось "очередная мирная инициатива Советского Союза", когда выдвигалось некоторое предложение, зачастую заведомо неприемлемое для Запада, но публичное непринятие которого заставляет противника обнаружить свои истинные цели и намерения. Что-то аналогичное нынешнему нашему предложению о совместном с США использовании нашей РЛС в Азербайджане вместо развертывания американской ПРО в Восточной Европе.

Что ж, нельзя не отдать должное: дипломатический ход точный и вполне адекватный всей нынешней мировой ситуации. Правда, и западные дипломаты и пропагандисты тоже не лыком шиты, и они свой ответ на критику нашим президентом международных финансово-экономических институтов и вытекающие из этой критики оргпредложения наверняка найдут. Но нам, гражданам России, в конечном счете, важно не кто выиграет эту дипломатическую войну или ее конкретный раунд. Нам важнее другое: является ли запуск этого дипломатического поединка отражением сдвигов, происходящих в наших экономических и политических верхах, в нашей высшей государственной власти, можем ли мы рассчитывать на необратимость этих сдвигов и на дальнейшую существенную корректировку экономического курса? И главное, если мы можем помочь развитию этого процесса, в результате которого ВТО, разумеется, должно остаться без нашей страны, а наша власть должна наконец научиться проводить подлинно самостоятельный экономический курс, то чем мы можем помочь этому процессу?

И не менее важен другой вопрос: готова ли власть, наконец, опереться на нас, на российское общество – в том ключевом вопросе, где интересы общества и прежней компрадорской опоры нашей власти радикально расходятся...

Специально для Столетия


Эксклюзив
30.01.2023
Николай Андреев
Фонд Сахарова признан нежелательной организацией.
Фоторепортаж
30.01.2023
Подготовила Мария Максимова
В Историческом музее в Москве проходит выставка, посвящённая Транссибу.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..