Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
27 ноября 2022
Все на «удалёнке»?

Все на «удалёнке»?

Одиночество и разобщенность как следствие технического прогресса
Николай Андреев
04.10.2022
Все на «удалёнке»?

Сейчас на предприятии ли, в компании ли, в многочисленных офисах не существует такого понятия, как коллектив. Есть просто масса работников, которые волею случая или обстоятельств выдают продукцию. И людям неважно, да и неинтересно, кто трудится рядом.

Разговаривал со старинным знакомым, у него большое предприятие, свыше тысячи работников. Рассказал он о диком случае. Один из сотрудников внезапно умер на рабочем месте. Сидел за компьютером и упал головой на клавиатуру. На него не сразу обратили внимание: ну, случается, человек устал и вот таким образом отдыхает. Но когда он в течение часа не поднимал голову, стало ясно: с ним что-то не так. Мёртв. А дикость вот в чём: никто не знал ни его имени, ни фамилии. Даже те, кто сидел за соседним столом. При нём никаких документов – они в одежде, которая в личном шкафчике. Какой шкафчик его – никто не знает. И только позже удалось прояснить, кто он.

Писатель Татьяна Набатникова рассказывала о таком случае: она пришла в одно издательство. Попала в огромный зал, в котором несколько десятков сотрудников. И она не знала, где сидит её редактор, спросили одного, другого – только пожимают плечами. Похоже, умри редактор на рабочем месте, тоже долго будут определять, кто он.

В июне я побывал в новом офисе «Комсомольской правды», в которой когда-то работал. Хотелось посмотреть, как они устроились. Это четвёртый офис, в котором редакция обустраивается после пожара в 2006 году. Сразу бросилось в глаза – в редакции безлюдно. Ну, почти безлюдно – встречается кое-какой народ.

Теперь присутствовать на рабочем месте совсем не обязательно – неважно, где ты находишься, главное, чтобы от тебя поступала продукция. Нет даже личных столов. Если приходишь в редакцию, то садись за любой, включай компьютер и пиши. А так – все на «удалёнке».

С тебя спрашивают только результат – материал. Редколлегия заседает в формате видеоконференций, собирается раз в неделю, видно, чтобы не забыть друг друга в лицо.

Показывал мне редакцию тогда главный редактор Владимир Сунгоркин (его скоропостижная смерть в середине сентября больно ударила по всем нам, ветеранам «Комсомолки» – Н.А.). Яркая, творческая личность, он превратил издание в мощный медиацентр – собственно газета, радио, сайт. Мы были знакомы больше сорока лет, потому понимали друг друга с полуслова. Заговорили о «духе Шестого этажа». Те, кто работал в «Комсомолке» в те времена, прекрасно знают об этом магическом выражении, хотя и с трудом сформулируют, что стоит за этим словосочетанием. Мы говорили: работаем не «в редакции», а «на шестом». Шестой – потому что редакция располагалась на шестом этаже знаменитого здания на улице Правды, дом 24, в котором находилось ещё несколько изданий. А дух – это особое состояние души всего коллектива, это преданность делу, это веселая вольница, это нескончаемая школа жизни и творчества, это, наконец, любовь к «Комсомолке». Скажешь «шестой этаж», и тебя поймет каждый, кто носился по нему. Встретил выражение даже в одном романе: «Ступив на ворсяное покрытие коридора, Дубравин чувствует уже ставшее привычным легкое напряжение в позвоночном столбе и волнение в сердце. Так действует на него "дух шестого этажа". Понятие абсолютно мистическое, для посторонних непонятное, но совершенно реальное для тех, кто работает здесь. Воздух этажа аж звенит и вибрирует от разлитых в нем эманаций молодого эгоизма, самомнения, чувства исключительности. И эти эманации каким-то чудным образом питают творческую энергию журналистов, позволяя им изо дня в день, из года в год делать лучшую в мире газету».

«Сейчас нет духа шестого этажа» – сказал с грустью Володя. Это и так было видно. Да, в редакции всё продумано, функционально, деловито. Но коллектив объединяет только запись в трудовой книжке, а так – каждый сам по себе.

Назым Хикмет как-то вывел формулу: «Счастье – это когда с радостью идёшь на работу, а после работы с радостью идёшь домой». У меня так и было. Я бежал на работу, на Шестой этаж! Ну, понятно, что когда был молодой, но с годами радость не размывалась, а только укреплялась. На работе не только работа, но и общение, споры, узнавал много нового, неожиданного. Шестой этаж был замечательной школой. Школой, в которой никто никого ничему не учил. И уж, тем более, не поучал.

На Шестом этаже в коридоре, и в кабинетах как в муравейнике. Есть тебе чем заниматься, нечем заниматься – обязан быть на работе. Вообще, мы были ещё те бездельники. А как не быть бездельником, если в штате 200 человек, а страниц в газете всего четыре. Пробиться на полосу со своим материалом – это надо постараться. А потому – что ни публикация, то событие.

На Шестом этаже мы чувствовали себя коллективом. Не сказать, чтобы единым – были и группировки, и дружба по интересам, и каждый отдел был со своим оригинальным нравом. Но всё же нас объединяла страсть делать газету как можно лучше. Кончался рабочий день, а мы не спешили расходиться. И разговоры, разговоры. Обо всём на свете, но в основном о работе. А потому и «Комсомолка» была лучшей: 20 миллионов экземпляров ежедневно уходило к читателям. Читатели любили газету. Кто из современных журналистов может сказать: меня читают 20 миллионов!?

А летучки? Слово «летучка» понятно только старшему поколению – это, когда раз в две недели дежурный критик обозревал номера газеты. И такие на летучках дискуссии вспыхивали! Словом, мы были коллективом. И многое знали друг о друге. А сейчас не коллектив, а отдельные пишущие атомы. Ничем не объединенные, каждый вращается по своей орбите. Скорее всего, так и должна быть организована работа в современном средстве массовой информации. Коллектив – это отжившая форма. Иной блогер может заменить коллектив, быть в единственном числе органом СМИ.

Контакты человека с человеком всё чаще уходят в виртуальную сферу. С друзьями, с родственниками, с коллегами общаются в whatsup или в каком другом электронном канале коммуникации. О том, что происходит в жизни человека, узнают из «ВКонтакте», из социальных сетей. Вместо эмоций – смайлики и картинки. Соседей не знаем, коллеги не интересуют.

Мы на работе общаемся – работа подразумевает обязательное общение, согласование, обсуждение и пр. Это работа совершенно разных подразделений, но связанных общей целью. 
А за последние десятилетия вырастили специалистов-индивидуалистов. Они не подсказывают друг другу, а прикрываются – как на экзаменах в американских школах. Их родители учили за немалые деньги, а они должны своими знаниями с кем-то делиться?! – вот примерно такая позиция. Они видят себя не командой, а конкурентами. А отсюда, как сказал классик, и «племя молодое, незнакомое»...


Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Константин Арест-Якубович
04.10.2022 22:19
Продолжу, поскольку статья задела меня за живое до крайности.
Я уже в 90-е понял, что в результате выбора капитализма, разделившего на атомы всех, многие теперь умрут (многие за 30 лет уже умерли, в том числе и ряд моих знакомых) в полном одиночестве, бросаясь на стены в отчаянии, тогда как соседи об этом ничего знать не будут и не захотят, поскольку это выводит из "зоны комфорта". Счастлив тот, у кого есть хотя бы два-три человека, на которых можно положиться как на себя самого. Любовь, дружба, общение, взаимопомощь есть в Третьем Мире. Он выше. А Запад обязан подохнуть наипостыднейшей гибелью, иначе в мире нет справедливости, во что я не верю.
Константин Арест-Якубович
04.10.2022 18:10
Я проходил через все это и возненавидел капитализм на своем личном опыте еще в 90-е. Гроша ломаного не дам за такую организацию общества, это прямая попытка построить ад на Земле. По отзывам многих моих корреспондентов, ни дружбы, ни любви на Западе давно уже не существует, от слова совсем, есть только бизнес и выгода. Я еще не встретил в своей жизни ни одного говорящего "это ваши проблемы", который не был бы конченой сволочью. Вот против такого положения вещей мы сейчас и поднимаемся. И без радикального переустройства общества (и сознания каждого) не победим. На основе индивидуализма Россия погибнет, только коллективизм нас спасет.
Василь
04.10.2022 14:25
Капиталистическая система диктует строгое правило - на работу люди ходят, чтобы зарабатывать. Всё остальное глубоко вторично. А раз так, то нет смысла и в каких-либо контактах с коллегами, помимо рабочих.
Хотите вернуть нормальные взаимоотношения - замените капитализм на социализм (коммунизм) и люди начнут меняться вслед за обстоятельствами.

Эксклюзив
16.11.2022
Валерий Панов
За девять месяцев этого года из страны вывезены за рубеж рекордные 63,1 млрд долларов.
Фоторепортаж
18.11.2022
Подготовила Мария Максимова
К 185-летию создания железнодорожного сообщения в России.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов.

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.