Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
4 декабря 2022

Ванечка

Рассказ
Николай Головкин
05.09.2022
 Ванечка

— Это — легенда, которую сложили жители воющего Донбасса. Она передаётся из уст в уста, — услышал я в одном из подмосковных храмов, где собирали гуманитарную помощь для Донбасса.

Невольно прислушался к разговору двух женщин. Они складывали в коробки то, что принесли прихожане. Подошёл, поздоровался.

— Что же это за легенда такая? — поинтересовался я. — Расскажите, пожалуйста.

И Вера и Надежда — так звали женщин — поведали мне такую историю.

***

Война в Донбассе, увы, не обошла стороной и его святые обители.

Свято-Успенский Николо-Васильевский монастырь, что в селе Никольское Волновахского района Донецкой Народной Республики, приютил беженцев из разных городов и сёл Донбасса и ближайших регионов Украины. Среди беженцев было много раненых, стариков, детей.

В марте 2022 года наши освободили село Никольское и монастырь, где в течение месяца и жители села, и беженцы укрывались от обстрелов. И всего их было здесь, этих страдальцев, наверное, полтысячи. Обстрелы были ежедневно. По несколько часов в день.

***

Два купола Успенского собора во время обстрелов повреждены. Снаряды дважды прошили верхушку собора насквозь. То, что купола не обрушились и не загорелись, в обители считают чудом.

От Васильевского храма остались только стены. Кровли нет. Всё сожжено.

Рядом — обгоревшая келья основателя монастыря схиархимандрита Зосимы (Сокур), почившего два десятилетия назад и погребённого в часовне-усыпальнице близ Успенского собора.

Возле кельи старца — и это тоже чудо! — уцелел памятник святому праведному Иоанну Кронштадтскому.

***

Когда обитель освободили, беженцев эвакуировали. Но не всех, а в первую очередь стариков и больных. Всех-то трудно было эвакуировать под обстрелами: ведь от укреплений ВСУ до Никольского и монастыря было совсем близко.

Продукты и вода в обители были. А вот хлеба нет. Монастырская пекарня сгорела при обстреле.

Жителей в Никольском осталось немного. Рискуя жизнью, они приходят в монастырь за водой, продуктами, лекарствами.

А эти-то нелюди постоянно обстреливают и саму обитель, и единственную дорогу в монастырь.

Заложники у них в качестве «живого щита». В монастырь трудно доставить гуманитарную помощь, вывезти в безопасное место раненых и больных.

***

Обстрел обители начинался внезапно. Некоторые из беженцев не выходили из подвалов по многу дней.

Те, кто решался выйти за водой, рисковали попасть под обстрел. Жертвы уже были. А сколько их ещё может быть — Бог весть.

— Да они просто сатанисты, — говорят люди.

***

Но монастырь молится и жив. Святыню уничтожить невозможно. И монахи и монахини, и беженцы усердно молятся Матери Божией.

Главный собор обители посвящён Успению Пресвятой Богородицы. И она здесь — святая Игумения.

В Нижнем храме собора службы практически круглые сутки.

***

Среди беженцев была и Василиса, женщина лет шестидесяти. До войны по благословению своего духовника она вела занятия в воскресной школе в небольшом донбасском городке.

В первый же раз, когда она пошла в храм на службу, Василиса попала под обстрел, получила ранение — слава Богу, лёгкое.

Теперь она тоже не выходила из подвала. И ежедневно усердно молилась Божией Матери и угодникам Божиим.

А когда вновь пришла в храм, в исполнении сестринского хора услышала окончание духовного песнопения «Воспомянем о батюшке Зосиме»:

…Воспомянем о батюшке Зосиме,
Молитвенно попросим, преклонясь.
Он завещал нам быть со всеми в мире.
И обещал быть с нами в трудный час.

***

Никто из беженцев не знал, когда точно появился среди них этот мальчик лет 10-12, чей он, как его зовут. Но вот уже недели две он был среди них. Помогал каждому, чем мог. Подбадривал. Улыбался, шутил.

— Что-то мы тебя в Никольском никогда не видели, — говорили сельчане. — Может, ты из Волновахи?

Мальчик молчал.

— И мы тоже, — говорили беженцы из Волновахи.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась одна бабуля.

— Иоанн я. Зовите Ванечкой.

И это ласково-домашнее — «Ванечка» — ещё больше расположило к нему людей.

— Чей же ты: ни родителей, ни бабушки или дедушки рядом с тобой нет?

— Божий! — улыбался Ванечка.

***

Ванечка появлялся и уходил. Вновь появлялся и вновь уходил.

— Да не сон ли это? — говорили одни.

Уже который год шла война в Донбассе. Люди настрадались.

— Да какие сны сейчас? — говорили другие. — Всё, всё отняла у нас война. И сны тоже.

— Не ангел ли это? — говорили третьи.

— Да нет, хлопец это, настоящий хлопец, — вступила в разговор бабушка, постель которой размещалась в самом дальнем углу. — На днях захотела чайку попить, а встать не могла.

— И что? — заинтересовались соседки.

— А то, что ангелы - духи бесплотные, невидимые для наших глаз, и потому помощь их зачастую невидимая. Хлопчика этого, Ванечку, мы все видим каждый день. И на руку я его оперлась, тёплую человеческую руку, и с помощью Ванечки подошла к столу, выпила чаю.

***

Ванечка и воду приносит пожилым людям, и иной раз положит прямо в ладошки просфору.

Те, что пекли монахини и трудницы в своей пекарне, уже давно должны были в обители закончиться.

А эта, в ладошке, — словно только испеченная.

И это не только радость и поддержка пожилому человеку. Это — настоящее чудо во время войны.

***

В июне 2022 года военнослужащие и спасатели Донецкой Народной Республики под огнём ВСУ смогли эвакуировать из монастыря стариков, монахинь и инвалидов.

Дорога через войну была тяжёлой. Но все в автобусе верили, что Победа близка.

Ехали с Иисусовой молитвой. И вновь, как многих в монастыре, она спасала при обстрелах.

И ещё беженцы с теплотой вспоминали Ванечку.

***

И вот автобус, как Ноев ковчег в пучине войны, доставил их всех в безопасное место.

Василиса, которая после долгих лет разлуки надеялась наконец увидеть дочь и внуков в Донецке, спросила:

— А где же наш Ванечка? Почему его нет с нами? Ведь Ванечка вроде сирота? Почему он остался в монастыре?

Одна из монахинь сразу поняла, о ком идёт речь.

— А Ванечка остался в монастыре других беженцев утешать и поддерживать.

Монахиня протянула Василисе иконку святого праведного Иоанна Кронштадтского.

— Старец Зосима очень почитал и молился Кронштадтскому пастырю всю жизнь, и всех благословлял молиться.

— И я буду молитесь, — с благодарностью принимая иконку, промолвила Василиса.

— А ведь и у нашего дорогого батюшки Зосимы, — улыбнулась монахиня, — мирское имя Иоанн. Ваней, Ванечкой его звали до монашеского пострига.

И добавила:

— Ему мы тоже усердно молимся. Хотя и не прославлен он пока в лике святых. Молимся и поём в духовном песнопении:

… Он завещал нам быть со всеми в мире.

И обещал быть с нами в трудный час.

И тут только к Василисе пришло озарение:

— За обыкновенным мальчиком, — с радостью думала она, — скрывается великая духовная Реальность. Ванечка — это Зосима! Молитвы становятся явью. Старцу Зосиме молятся. Он сам к нам приходил!

***

Здесь, в монастыре, а теперь после беседы с монахиней Василиса, по-настоящему поверила в реальное присутствие в нашей жизни небесных молитвенников и заступников.

Поверила, что благодаря им живёт и побеждает Россия. Наше Земное Отечество, которое однажды князь Вяземский назвал «вечностью на земле».

— Приезжай к нам, сестра, в мирное время, обязательно приезжай! — сказала монахиня Василисе.

И повторила:

— Приезжай к нам, сестра!

***

Стоят посреди степи в далёком донбасском селе две обители: мужская и женская. Стоят как духовные крепости. Как осознанный вызов силам беспредела и зла.

И сам Донбасс, и враги его прекрасно понимают цену этому самоотверженному вызову.

Беженцы, что спас монастырь, Бог даст, приедут сюда в мирное время. Приедут в обитель старца, приедут к Ванечке.

Ведь для всех них обитель батюшки Зосимы теперь как дом родной, а с его насельниками и насельницами, с которыми породнила война, они, как одна семья.

Приедут. Вспомнят вместе, что пережили. И вместе помолятся за любимый, настрадавшийся Донбасс.

***

Вот такую легенду передают из уст в уста жители воющего Донбасса. Я благодарен Вере и Надежде, которые поведали мне эту легенду в одном из подмосковных храмов.

А мысль о рассказе, полагаю, внушил мне сам старец Зосима, Ванечка.

Когда я поделился этой историей со своим другом, он сказал:

— Спасибо, брат! Ванечка в этой истории такой реальный, совсем живой, в него веришь. И то, что он остался в монастыре утешать беженцев очень правильно: война не кончена, и без Ванечки не закончится. Ванечка защищает Донбасс и Россию. А нам — новых Ванечек рожать.


3 сентября 2022 года



Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Татьяна Вавилова
15.10.2022 18:26
Спасибо за добрый, вселяющий надежду рассказ. Скорейшего окончания войны!
Ру-БИН
13.09.2022 16:12
Бог даст - победим !

Эксклюзив
02.12.2022
Валерий Панов
Запад намерен финансировать войну на Украине за счет российских активов.
Фоторепортаж
02.12.2022
Подготовила Мария Максимова
Памяти великого исследователя дальневосточных земель.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов.

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.