Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
23 мая 2024
Накануне «Женевы-2»

Накануне «Женевы-2»

В Москве прошел круглый стол с проживающими здесь сирийцами
Владимир Дергачев
10.01.2014
Накануне  «Женевы-2»

Сирийский кризис не ослабевает – об этом со всей очевидностью свидетельствуют последние сообщения. А между тем на круглом столе, посвященном сирийской проблематике, можно было услышать довольно странные рассуждения представителей «местной» сирийской оппозиции, осевшей в Москве и натурализовавшейся здесь.

К сожалению, прозвучавшее сильно разочаровало, показав всю степень оторванности от своей родины т.н. «оппозиционеров». Хотя, бесспорно, многие «российские» сирийцы располагают информацией «из первых рук» (от своих родственников, знакомых, просто друзей) и даже где-то демонстрируют рационализм в своих рассуждениях, однако общая тональность остаётся весьма однобокой: режим Башара Асада – кровавый, диктатор должен ответить за свои преступления, договариваться с ним невозможно, а за всеми химическими атаками, безусловно, стоит правящая клика. Позиция России, по их мнению, вызывает всё большее отторжение у большинства населения, способствует продолжению бойни. Есть ли способы прекратить вооружённое противостояние? - Безусловно, и таковым видится некое «принуждение к миру», по типу южноосетинского конфликта... Правда, так и осталось непонятно, кого надо принуждать: правящий режим или вооружённую оппозицию, и как это сделать, каков должен быть механизм подобного «принуждения».

В действительности реальная ситуация исключительно осложнена вследствие разношёрстности оппозиционных группировок – теперь здесь все воюют против всех, или каждый – за себя, сражаясь сразу на двух, или даже трёх фронтах.

Самое, пожалуй, ожесточённое противостояние в конце года наблюдалось на передовых джихадистской коалиции т.н. исламского государства Ирака и Шама (ISIS). Печальную известность последняя обрела благодаря практикуемым публичным казням (по ошибке обезглавили даже одного из лидеров «смежной» группировки), захвату и разгрому правительственных военных баз и силовому противостоянию с более умеренными группами повстанцев. Среди последних – Сирийская свободная армия (ССА), активно поддерживавшаяся Катаром и Саудией. В ее составе – салафитское группировки, а основная цель – создание государства исламского толка на основе шариата. Ещё один игрок на сирийской авансцене – Национальная коалиция революционных и оппозиционных сил (НКОРС), обосновавшаяся в Стамбуле и рассматривающая себя в качестве единственной будущей законной власти в Дамаске. О готовности подчиниться последней заявлял в своё время и начальник штаба ССА генерал Селим Идрис. Однако политическая фортуна повернулась к обеим организациям спиной – раздираемая внутренним противоречиями «свободная армия» терпит поражение на севере страны, теснимая, с одной стороны, боевиками ISIS, с другой – правительственными войсками. Не лучше обстоят дела и у самой НКОРС, теряющей свои позиции перед лицом своих противников.

Активным фактором на сирийском театре военных действий остаются группировки, входящие в состав фронта Аль-Нусра, задающего сейчас тон в сражениях с правительственными войсками. Однако обещания лидеров этой организации «истребить всех неверных» и уничтожить представителей религиозных меньшинств привели к тому, что даже американский госдеп внёс «фронт» в список террористических организаций.

Картина была бы неполной, если не упомянуть Исламской фронт, поддерживаемый Саудовской Аравией. Недавно взяв штурмом склады ССА, лидеры заявили о своих региональных и даже глобальных амбициях, выражающихся в создании малоазиатского, а в дальнейшим – и всемирного халифата. При этом ополченцы фронта ведут в основном борьбу не с правительственными войсками, а с ССА, которую считают главным соперником…

Так что, внутрисирийский конфликт представляет собой мозаичную картину и, в любом случае – более сложную по сравнению с той, что рисуют нам местечковые политики, пытающиеся присвоить себе право говорить от имени сирийцев и даже выступающие с заявлениями типа Дамасской декларации.

Кроме того, не следует забывать, что сирийская трагедия имеет широкий резонанс в азиатском масштабе (и не только), отзвуки которого слышны как на восточном, так и западном направлениях. Как бы это ни выглядело цинично (или казуистично), именно сирийский конфликт привёл к согласию между вечными политическими соперниками: Демократической партией Курдистана и Курдской рабочей партией по вопросу единого представительства на международной конференции «Женева-2», намеченной на 22-25 января будущего года. Пока официального соглашения между двумя партиями не достигнуто, но предварительная реакция – положительная. По мнению политиков Курдистана, отсутствие согласия по сирийскому вопросу может усугубить положение курдов в Сирии.

Действительно, есть силы внутри Сирии и за рубежом, которым хотелось бы втянуть курдов в борьбу с правительственными войсками и, таким образом, разыграть "курдскую карту" в своих интересах. Они полагают, что выступление курдов на стороне оппозиции могло бы нарушить сложившийся на сегодня баланс военно-политических сил в стране и ускорить падение режима Б. Асада. Однако лидеры сирийских курдов дают понять, что "это не их война…" и выражают готовность сотрудничать с любым правительством в Дамаске, которое сможет обеспечить их законные права и свободы в рамках сирийского государства. Они не питают иллюзий в отношении рвущихся к власти в стране арабских исламистов, которые пока никак не обозначили своего отношения к курдской проблеме. Лидеры оппозиции предлагают курдам вступить в альянс против режима Б. Асада, а вопрос о будущем статусе курдских районов намерены обсудить лишь после победы. У курдов есть определенные опасения, что их положение со сменой режима в Дамаске коренным образом не улучшится. Отсюда заявления о необходимости быть услышанными оппозицией, а иначе им придется объединить все свои отряды самообороны и создать единую курдскую армию. Более того, курды не скрывают, что они рассчитывают и на широкую помощь и поддержку со стороны своих иракских и турецких братьев.

Пока оппозиции не удается завоевать доверия курдов и инициировать их выступления против правительственных войск. Что касается дальнейшей эскалации вооруженного конфликта курдов с отрядами сирийской оппозиции и иностранными наемниками, то такой вариант развития событий исключать не следует, но он станет более вероятным в случае новых попыток вооруженной оппозиции вторгнуться в курдские районы.

Гораздо более драматично обстоят дела у другого соседа Сирии – Ливана, где произошло резкое обострение ситуации в северной столице –Триполи.

Именно здесь сосредоточено суннитское население страны, численность которого достигает 400 тыс. человек, против нескольких тысяч алавитов, проживающих в пригородном районе и лояльных режиму Б.Асада. Между тем суннитское большинство выступает на стороне ССА, Фронта Аль-Нусра и ISIS, что ведёт к ожесточённым конфликтам между представителями двух конфессий, по степени ожесточённости ни в чём не уступающим внутрисирийскому противостоянию. Обострение отношений привело к радикализации настроений и появлению салафитских группировок экстремистского толка, для которых лидерами стали местные имамы, вытеснившие с политической арены традиционных политиков. Ливанские власти стараются не вмешиваться в конфликт, избегая обвинений в предвзятости и опасаясь спровоцировать большее обострение ситуации – если предпринять меры с целью умиротворения алавитов, то прозвучат обвинения в поддержке «друзей сирийской революции, а там недалеко и до нового межконфессионального конфликта в самом Ливане.

Ещё одно направление, где слышны отголоски войны – палестинское и тесно связанное с ним иранское. При Башаре Асаде заметно усилилось влияние Ирана в Сирии. Сирия превратилась как бы в плацдарм Тегерана в регионе.

Через сирийскую территорию перебрасывались грузы военного назначения ливанской исламистской группировке «Хизбалла», часть их попадала и в сектор Газа - группировке ХАМАС. Для оказания помощи Б. Асаду в борьбе с боевиками оппозиции в Дамаск были направлены группы спецназа Корпуса стражей исламской революции (КСИР) из Ирана, сирийским властям из Тегерана была оказана существенная финансовая, материальная и военная помощь. Однако в самом начале военных действий в Сирии группировка ХАМАС поддержала мусульман-суннитов, выступающих против Асада, что сильно осложнило ее отношения с Ираном, который активно поддерживает сирийского президента. Управление ХАМАС, базировавшееся в Дамаске, было вынуждено уехать из Сирии, а финансирование движения, осуществлявшееся Ираном, прекратилось. Между тем, из самой Сирии сотни живших здесь палестинцев перебрались в Газу, которым ХАМАС начал выделять средства для обустройства и ведения бизнеса.

А тем временем сирийская оппозиция получала извне практически неограниченную финансовую, материальную и военную помощь и имела прочный тыл в соседних государствах.

Через границы Турции, Ирака, Иордании, Ливана в Сирию перебрасывались добровольцы, наемники из Афганистана, Пакистана, Йемена, Саудовской Аравии, Ирака, Марокко, Ливии, ряда других стран, дезертиры из сирийской армии и прошедшие ускоренную военную подготовку сирийцы из числа беженцев.

В рядах противников режима по сей день сражаются и боевики экстремистских исламистских группировок, таких как «Братья-мусульмане», «Тавхид», составляющих костяк формирований Свободной сирийской армии, «Ансар аль-Ислам» и многих других, вплоть до ячеек «Аль-Каиды» и «Движения Талибан». Возглавили внешнюю оппозицию Дамаску не скрывавшая до этого своих антипатий по отношению к режиму Башара Асада королевская семья саудитов и эмир Катара. Их поддержали большинство арабских стран, ливанский клан Харири и Турция. По мнению руководителей монархий Персидского залива и ряда других арабских государств, где у власти находятся арабы-сунниты, возникла реальная угроза распространения в регионе воинственного шиитского направления ислама, образования на Ближнем Востоке так называемой шиитской дуги или шиитского полумесяца. США и страны ЕС также оказали помощь сирийской эмиграции, усилили режим ограничительных санкций, политико-дипломатическое, финансово-экономическое и информационно-пропагандистское давление на Дамаск.

Однако времена меняются, как и подходы с решению конфликта, причём не только у западных стран, но и у нефтяных монархий Персидского залива.

В частности, новые тональности зазвучали в выступлениях катарского министра иностранных дел, призвавшего в начале декабря к «гуманитарной интервенции» и выступающего отныне против военного решения проблемы. А ведь только год назад, во время «Диалога в Манаме» катарский министр говорил совсем по-другому. Понадобились сотни и тысячи жертв, чтоб претендующая на региональное лидерство монархия поняла пагубность своих подходов: в ноябре этого года побывавший в Ливане представитель монархии встретился с генсеком Хизбаллы, после чего зазвучали заявления о необходимости мирного решения вопроса, в котором должны участвовать все стороны.

Аналогичные изменения характерны и для турецкой позиции. Турецкий премьер, как представляется, стал более реалистично рассматривать перспективы развития ситуации, чему, видимо, способствовали и успехи сирийских вооруженных (правительственных) сил на направлении Алеппо, контроль над которым открывает пути у турецкой границе. Всё происходящее говорит теперь в пользу того, что турецкое участие и поддержка оппозиции идут на убыль.

И уж совсем нелепой выглядела позиция западных стран, щедро оплачивавших постановочные сюжеты на своих телеканалах, и неких центров вроде Наблюдательного совета по правам человека (базирующегося в Великобритании), не отражавших в своих новостных программах и десятой доли сирийских реалий. Кроме уже неоднократно совершенных западной дипломатией фатальных ошибок в этом регионе (Ирак, Афганистан, Сомали, Ливия), в отношении Сирии наблюдалось полное игнорирование или нежелание понимать этнические и конфессиональные особенности этой страны, являющиеся причиной многих конфликтов в сирийском обществе на протяжении многих лет.

Очевидно, потерпев фиаско, западные cпонсоры решили, что раскол Сирии им будет более удобен (достаточно вспомнить положения Договора Сайкса-Пико).

Так что единственным действенным методом прекращения вооружённой борьбы остаётся переговорный процесс и политическое согласие, на что и рассчитывает российская сторона, проводя активную подготовительную работу в преддверии «Женевы-2».

Последнее заявление о необходимости национального единения для противостояния перед лицом экстремистов представляется достаточно интересным поворотом, который, возможно, и принесёт свои плоды. В своём стремлении подорвать доминирование алавитской общины в сирийском государстве исламская оппозиция перешла все границы, уничтожив недавно христианские святыни и самих христиан в Маалюле – месте, где ещё сохранились древнеарамейские традиции эпохи Христа.

К сожалению, велика и вероятность и того, что конференция увязнет в процедурных вопросах, согласованиях, взаимных претензиях, предварительных условиях или не состоится вовсе.

В этом отношении Россия прошла свою часть пути, неоднократно призвав оппозицию прекратить выдвигать предварительные условия и выяснять отношения между собой. Аналогичные шаги ожидаем и от Запада, который мог бы оказать соответствующе давление. На этом фоне странными выглядят заявления «московских» оппозиционеров о заинтересованности России в продолжении конфликта (особенно, если быть уж совсем прагматиком, в тех условиях, когда сирийцы ещё должны нам по частично списанным займам и кредитам, доставшимся «в наследство» от СССР). И к тому же говорить о якобы использованном Б. Асадом «химическом рычаге» не только нелогично, это было бы просто самоубийственным для режима.

Ясно одно: если Женева-2 завершится неудачей, то следует прогнозировать новую волну насилия, террора, осквернения святынь и конфессионального противостояния. И тогда страну ждут самые тяжёлые последствия: шариат, гуманитарная катастрофа, ограниченность контактов с цивилизованным миром, упадок экономики, полная социальная, культурная и иная деградация, а заодно – и претензии к России, которая якобы допустила («тайно инициировала, подстрекала, не поняла, не смогла проанализировать и упредить т.д.») происходящее. И вряд ли кто захочет вспомнить, как на самом деле разжигался конфликт, каким образом его поддерживали материально и морально, обеспечивая пропагандистское сопровождение и доводя ситуацию до крайности, с завидным цинизмом рассуждая о демократии, реформаторстве и арабской весне.

P.S. Вчера позвонил друг-бизнесмен из Сирии. Спрашивал, какая из российских компаний могла бы заняться строительством жилья в Сирии. Так что, есть надежда, что ещё всё возможно… 

Специально для Столетия


Эксклюзив
21.05.2024
Юрий Алексеев
Наши оборонные наработки напугали Запад
Фоторепортаж
15.05.2024
Подготовила Мария Максимова
Музей Москвы приглашает на выставку «Москвичка. Женщины советской столицы 1920-1930-х»


* Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами.
Реестр иностранных агентов: весь список.

** Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации.
Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму: весь список.