Нефть в России никогда не кончится?

Издательство «Вече» выпустило книгу А.Ю. Склярова под названием: «Сенсационная история Земли. Сколько на самом деле лет нашей планете?» На первый взгляд, книга касается лишь специальных научных вопросов, связанных со строением и эволюцией Земли. На самом же деле, ее тематика гораздо шире. Она напрямую выходит на проблемы достоверности научного знания.

А следствием степени этой достоверности является общественная оценка многих реалий окружающего мира, что непосредственно отражается на политике, экономике и повседневной жизни миллионов людей. И убедительные примеры такого влияния мы также находим в упомянутой книге.

Автор книги принадлежит к числу тех, чье творчество оценивается нашим обществом весьма неоднозначно, даже полярно. Само по себе это уже служит показателем его неординарности. Он – один из так называемых «альтернативщиков», развивающих представления, альтернативные тем, которые господствуют в различных науках. Есть «альтернативщики», специализирующиеся на какой-то одной науке. Спектр альтернативных концепций А.Ю. Склярова широк. Преимущественно он касается вопросов древней истории. Публика знакома с его творчеством в основном по его книгам, где он развивает свою главную идею: многие древние мифы Земли отражают реальный контакт землян в прошлом с гостями из других миров, и памятники некоторых древних цивилизаций тоже хранят в себе следы этого контакта и полученных землянами в результате него знаний.

Именно по этому главному пункту воззрений автора книги публика резко расходится на два лагеря: тех, кто принимает возможность такой версии отдельных событий прошлого Земли, и тех, кто ее с порога решительно отвергает. То есть водораздел проходит по принципу «верю – не верю», вообще-то не имеющему ничего общего с наукой. Равно как и с методом А.Ю. Склярова, который всюду подчеркивает, что его целью является позитивное знание, основанное на фактах, а там, где фактов недостаточно, он не забывает пояснить, что его точка зрения – лишь версия.

Во избежание недоразумений сразу оговоримся, что в этой его новой книге «пришельцы» ни с какого боку не упоминаются. И сама книга посвящена другим вопросам, ранее затрагивавшимся автором лишь в отдельных его статьях. А именно – проблемам достоверности современного геологического знания и альтернативной концепции эволюции нашего земного шарика. Тем, кто уже достаточно проникся предубеждением против ее автора на основании того, что здесь о нем написано, я могу лишь сказать: давайте оценивать ту или иную научную (или претендующую на научность) работу на основании того, что в ней изложено, а не априорного мнения о ее авторе. Тем более, что излагаемые в ней теории не только и не столько принадлежат самому Андрею Склярову. Они имеют место быть в нынешней науке, в стороне от господствующей парадигмы. Рецензируемая книга – в определенной степени компиляция этих «маргинальных» теорий, сведенная автором в одну целостную картину. Согласитесь, это само по себе – задача малодоступная для заурядного ума. В результате получилось довольно увлекательное чтение для интересующихся естественнонаучными проблемами.

Речь не идет о каком-то прорыве в научном знании, о «революции в науке» о Земле. Но есть важный повод для разговора о нерешенных проблемах современной науки и о том, в верном ли направлении она движется.

Любое развитие движется противоречиями. Отсутствие альтернативных гипотез обрекает науку на застой. Кроме того, если бы современная наука объясняла решительно все, то не появлялись бы на свет и подобные книжки. И не следует расценивать их скопом лишь как спекуляции на том, что широкая публика знакома лишь с популярным изложением современных научных концепций, а следовательно не в состоянии распознать ненаучный характер предлагаемых ей сенсационных книг. Автор опирается на мнения глубоких специалистов в своей области. Его критика нынешней научной парадигмы проистекает не из каких-то обывательских сомнений и стремления подладиться под вкусы публики, охочей до сенсаций. Она в известной степени исходит из потребностей самого развития научного знания. Только в таком ключе правомерно ее рассматривать.

Здесь уместно изложить одну историю, которая представляется весьма показательной иллюстрацией хода развития науки вообще. Мы знаем, что Земля обращается вокруг Солнца (хотя и последнее тоже не стоит на месте). До середины XVII века большинство образованных людей в Европе было уверено, что наоборот – Земля неподвижно пребывает в центре мироздания. И это было не каким-то предрассудком, а научно установленным фактом на тогдашнем уровне знаний! Фактом, подтверждавшимся всей практикой исследований!

Звучит удивительно, но это именно так. Утверждению на полторы тысячи лет геоцентрической (т.е. Земля в центре) системы мира ученые были обязаны научному подвигу Клавдия Птолемея из Александрии Египетской, жившего во II в. н.э. 25 лет он тщательно изучал видимое движение планет по звездному небу, сверял свои наблюдения с материалами предшественников, старательно вычислял, строил гипотезы… Он провел работу, которая в наше время под стать электронно-вычислительной машине! И в результате создал теорию движения планет, обладавшую точной прогностической функцией. Более тысячи лет после него астрономы всего тогдашнего цивилизованного мира успешно пользовались составленными им таблицами расположения планет и формулами, объяснявшими их движение, для предсказания положения планет на небе в любое время!

Система Птолемея была насыщена самыми разнообразными конфигурациями. Поскольку она все-таки не отвечала реальному движению светил, то спустя тысячу лет начала давать сбои по части прогноза. Возникли сомнения, и Коперник в XVI веке попробовал обосновать иную, гелиоцентрическую систему мира (Солнце в центре), родившуюся еще в древности, но похороненную научно обоснованной (на тот момент) теорией Птолемея.

Однако вот беда – система Коперника не точнее предсказывала положение планет, чем система Птолемея! Понадобилось еще около сотни лет, чтобы Кеплер создал более точную теорию, в основе которой лежал отказ от круговых движений светил. Предположив, что планеты движутся по эллипсам, он сумел получить более точный практический результат.

Те, кто считает, что система Птолемея была тем самым отброшена целиком и окончательно, глубоко заблуждаются. Система Кеплера заимствовала из нее две фундаментальные идеи: 1) неравномерность движения планет по орбитам; 2) смещение, по отношению к центру орбиты, тела, вокруг которого происходит вращение. Терминология Птолемея, его деференты и экванты, тоже до сих пор используется в небесной механике.

Научный подвиг Птолемея и долгое господство в науке его неверной теории – яркое свидетельство тому, как научное знание порой движется формально правильным, но фактически во многом ошибочным путем, хотя и при этом частично отражает истину и убедительно (до поры) объясняет эмпирические данные.

Это изложено для того, чтобы стало более понятным сомнение: в нынешних научных представлениях не сохранилось ли пережитков мнения о «вечно неподвижной Земле», которые кажутся самой собой разумеющимися лишь потому, что в них не принято сомневаться, но которые на самом деле ничем не доказаны?

Фактически, именно этот вопрос (в разной формулировке) всякий раз ставит Андрей Скляров, подводя к альтернативной концепции строения и эволюции недр Земли. Действительно, перейти от идеи неподвижной Земли, находящейся в центре Вселенной, к идее Земли, вечно куда-то летящей в пространстве, психологически вряд ли было труднее, чем представить себе Землю, постоянно меняющую собственные размеры!

Тут я не буду вдаваться в подробности критики автором книги конкретных нестыковок современных геологических теорий и в изложение его научной концепции. Это не всем может быть интересно и важно. Зато для читателей общественно-политической газеты могут представлять интерес некоторые практические последствия гипотезы автора. Речь идет о формировании залежей горючих полезных ископаемых.

Господствующее мнение в современной науке: нефть, природный газ и каменный уголь образовались из остатков древней растительности Земли. Но это представление разделяется далеко не всеми специалистами. Существует обширная и детальная критика этих воззрений и обоснование альтернативы им.

А именно – что горючие углеводороды, да и сам уголь, и в настоящее время непрерывно возникают в недрах Земли из неорганического материала, и следовательно, их природные запасы в принципе практически неисчерпаемы!

Автор приводит немало убедительных свидетельств этому, подкрепляя их суждениями специалистов. Главный же аргумент, на который он опирается – данное представление об образовании нефти и газа уже давно успешно применяется в практике геологоразведочных работ! И почин в этом принадлежит отечественным геологам. Причем – что уже не удивляет – этот их приоритет был впервые отмечен именно за рубежом, тогда как в нашей стране он остается мало оцененным. А в фундаментальной науке – вообще незамеченным.

На альтернативной теории нефтеобразования основывались, в частности, отечественные специалисты, предложившие Вьетнаму добывать нефть там, где, по господствующей теории, никакой нефти быть не должно – в кристаллических породах. Так было положено разработке знаменитого месторождения «Белый Тигр», с конца 80-х гг. прошлого века давшего Вьетнаму более 100 млн. тонн нефти.

Автор ссылается на публикацию Вильяма Энгдаля, автора книги «Вековая война: Англо-американская нефтяная политика и новый мировой порядок», в гонконгской газете «Азия Таймс» от 3 октября 2007 года. Она была озаглавлена «Нефть в России закончится еще не скоро». «Она особенно интересна тем, – пишет Скляров, – что представляет в некоторой степени “взгляд со стороны”».

«…Следуя своей абиотической теории происхождения нефти из глубины недр Земли, – пишет зарубежный исследователь, – российские и украинские геофизики и химики начали проводить детальный анализ тектонической истории и геологической структуры кристаллического основания Днепродонецкого бассейна. После глубокого изучения тектонических характеристик и анализа пород они провели геофизические и геохимические исследования. В общей сложности была пробурена 61 скважина, на 37 из которых ведется коммерческая добыча. Это в высшей степени впечатляющий уровень успеха геолого-разведывательных работ – 60 процентов… В США нефть можно добывать только из каждой десятой из пробуренных наугад скважин... Во время “холодной войны” этот опыт российских геофизиков по нахождению нефти и газа был покрыт обычной для Советского Союза завесой государственный тайны и был практически неизвестен западным геофизикам, продолжавшим считать нефть ископаемым, и, следовательно, исчерпаемым ресурсом. Однако после войны 2003 года в Ираке до стратегов из военных и околовоенных кругов постепенно стало доходить, что точка зрения российских геофизиков может иметь для них огромную стратегическую важность».

«Любопытная складывается ситуация, – подытоживает А.Ю. Скляров, – в одной и той же стране практики уже давно и эффективно работают по абиогенной теории, а теоретики провозглашают торжество биологической версии и продолжают штамповать по ней учебники и книги. Абсурд, да и только».

Не станем останавливаться на претензиях, сформулированных автором к существующим методам определения абсолютного возраста геологических образцов. Их по достоинству сможет оценить только специалист. Важнее вывод: если эти претензии окажутся обоснованными, то это может повлечь за собой пересмотр многих устоявшихся представлений о геологической истории Земли, в частности о продолжительности и последовательности геологических периодов, да и об абсолютном возрасте Земли в целом.

Сугубо научная проблема, скажет читатель. Отнюдь нет. Ведь в основу общепринятой геохронологии в свое время была положена теория о длительном образовании каменного угля из остатков растительности. Если же выяснится, что для образования угля не требовалось десятков миллионов лет «лежания под спудом» горных пород, а необходимый для этого углерод поступал (и продолжает поступать) прямо из земных недр, это будет означать, что природная «фабрика» по производству энергетических ресурсов работает на неисчерпаемых запасах сырья.

Следовательно, нефть, природный газ и каменный уголь автоматически переводятся из категории «невозобновляемых» природных ресурсов в категорию практически вечных. А это – вывод фундаментальной важности уже не для одной науки, но для экономики всего человечества. И для политики.

Приходится ожидать, что данная теория, даже будь она неопровержимо доказана, встретит яростное противодействие не только в научных кругах, но и в кругах политических по причинам, весьма далеким от науки. Ведь многие проекты современности, на которые отпускаются громадные средства, находят обоснование именно в суждении об ограниченности углеводородных энергоресурсов и в необходимости перехода к «альтернативным источникам энергии». Доказывается это и необходимостью «борьбы с глобальным потеплением». Спекуляция на этих «незыблемых постулатах» служит средством не только для «распилов бюджетов» в самых разных странах, но и для международного политико-экономического давления, наглядным примером чему служит Киотский протокол.

«В частности, если до широких масс, наконец, дойдет простейшая мысль о том, что всего одно крупное извержение вулкана выбрасывает в атмосферу гораздо больше углекислого газа, чем выработала вся человеческая индустрия за свою историю, то ограниченному кругу лиц будет куда сложнее набивать себе карманы за чужой счет, торгуя “квотами” на выброс углекислого газа в атмосферу», – пишет в заключение автор книги.

И далее: «А если правительства поймут, что температурный фон на планете зависит прежде всего от потока тепла, поступающего из недр… (по сравнению с чем деятельность людей не дотягивает даже до комариного укуса), то они перестанут принимать глупые и популистские решения и выбрасывать огромные бюджетные средства на “борьбу с ростом температуры на планете” и, возможно, направят эти деньги на что-то все-таки хоть немного более полезное. И это – всего пара примеров “прикладных” последствий того, о чем шла речь».

Но допустим, что теория автора книги окажется, в итоге, неверна не только в частностях, но и в целом. Будет ли это означать, что современная наука во всем права и все объясняет? И что она не нуждается в «неудобных вопросах» к ней? Никоим образом. И если кого-то не убедили приведенные тут примеры из истории развития научного знания, пусть он обратится к этой истории сам. Он найдет в ней немало аналогичных случаев, но самое главное – то, что опровергнутые гипотезы сыграли в становлении научного знания не меньшую роль, чем признанные верными.

А завершить хотелось бы словами замечательного русского писателя-фантаста прошлого века Ивана Антоновича Ефремова. Он вложил их в уста представителю высокоразвитой цивилизации человечества будущего, встретившегося на планете Торманс с подобием современной земной цивилизации. «Наука не знает и не может знать всей необъятности мира… Ни одно из открытий, ни один из величайших законов не окончательны… Чем больше развивается наше знание, тем больше загадок природы встает перед нами».