Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
22 января 2021
Русские тетушки Йоко Оно

Русские тетушки Йоко Оно

Вдова Джона Леннона связала российскую глубинку и японский мегаполис
Лариса Черкашина
27.06.2007

Одна из недавних сенсаций – "явление" в Москве Йоко Оно, – самой, пожалуй, известной японки в мире. Вдова Джона Леннона, композитор, художница, снискавшая шумный успех своими авангардными инсталляциями. В российской столице Йоко представила новый выставочный проект "Одиссея таракана", прежде показанный в Нью-Йорке и Лондоне.

Столетие назад художница Варвара Бубнова так же эпатировала почтенную публику. Это имя в художественной жизни России начала двадцатого века значило много. В Петербурге и Москве сотни поклонников новых невиданных доселе живописных течений – авангарда и супрематизма, – осаждали галереи и выставочные залы. Выставки с участием Варвары Бубновой и ее друзей были дерзки, вызывающи, необычны. Имели оглушительно-скандальный успех.

Некогда молодые друзья Варвары Бубновой провозгласили в своем печально знаменитом манифесте: "Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее иероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с Парохода современности".

#comm#Знать бы Варваре Бубновой, что именно ее стараниями пушкинские строки, преобразившиеся в иероглифы, станут понятными для миллионов японцев! #/comm#

Будто сама судьба оригинально разложила жизненный пасьянс художницы: ее "Бубновый валет" лег... на восток.

И кто бы мог тогда предположить, что пройдет еще несколько десятилетий, и пути русской художницы и японской девочки Йоко таинственным образом пересекутся. Вот, поистине, "странные сближения", которые так любил подмечать Александр Пушкин.

История эта давняя и начинается в царствование Федора Алексеевича, когда "иноземец из Швеции" Гарольд Вульф прибыл в Россию. Был он наречен Гаврилой и за свою верную ратную службу произведен в полковники. А его младшему сыну Петру Гавриловичу Вульфу императрица Екатерина I своим милостивым указом "за раны и за понесенные в службе многие труды" изволила даровать тверские земли. Так в Старицком уезде Тверской губернии и выросли позднее родовые усадьбы Вульфов с такими знакомыми пушкинскими названиями: Берново, Малинники, Павловское.

На исходе восемнадцатого столетия гвардии капитан-поручик и тайный советник Иван Петрович Вульф, внук шведа Гарольда, решил поставить в сельце Бернове каменный господский дом. Место для него выбрал отменное – на горке, с видом на окрестные леса, храм Успенья и речку Тьму.

История Россия трех минувших столетий будто намертво впечаталась в его каменные стены. Супруга Ивана Петровича с гордостью вспоминала, как она вместе с дочерью представлялась самой государыне Марии Федоровне, супруге императора Павла I.

А в парке, разбитом на английский манер, резвились два братца-сорванца: Александр и Никита Муравьевы, будущие декабристы. И очень досаждали мальчишескими проказами своим кузинам – Анне Полторацкой (в будущем – Анне Керн, супруги боевого генерала) и Анне Вульф. Девочки тогда же поклялись, что никогда и ни при каких обстоятельствах не выйдут замуж за этих забияк.

Но самые сокровенные истории дома связаны с именем Александра Пушкина, что любил заезжать сюда, и где ему так легко писалось. В Бернове Пушкин всегда был желанным гостем. И не только по-приятельски заезжал к хозяину Ивану Ивановичу Вульфу, сыну Ивана Петровича, но и неделями гостил там. Комната с камельком на втором этаже и окнами в сад всегда ждала поэта. У тверских Вульфов Пушкину жилось и писалось на славу.

"Здесь мне очень весело, ибо я деревенскую жизнь очень люблю,– писал Пушкин приятелю, – Здесь думают, что я приехал набирать строфы в Онегина и стращают мною ребят как букою. А я езжу по пороше, играю в вист… и таким образом прилепляюсь к прелестям добродетели..."

В этом живописном тверском краю, овеянном поэтическими грезами, в старинной усадьбе Берново прошло детство Вареньки Бубновой и ее сестер Анны и Марии. (Их матушка, Анна Николаевна, в девичестве носила звучную нерусскую фамилию Вульф). До глубокой старости помнила она рассказ своего деда Николая Вульфа, как четырнадцатилетним подростком, вбежав в спальню поэта, застал он Александра Сергеевича, лежащим на диване в глубочайшей задумчивости и с тетрадкой в руках. Поэт что-то писал, – возможно, как считали в семье, главу из "Евгения Онегина". В детстве сестры так часто слышали имя поэта, что всерьез полагали: он – самый близкий и любимый родственник.

Воспоминания детства и юности стали для Варвары Бубновой той живительной силой, что помогла ей выжить и "укорениться" в чужой и такой необычной стране.

Так случилось, что сестра Варвары, студентка Петербургской консерватории по классу скрипки Анна Бубнова, в 1914 году познакомилась с вольнослушателем Университета японцем Съюнити Оно, стала его женой и уехала на его родину, в Токио. В начале 1920-х вместе с матерью Варвара Бубнова отправилась в Японию в гости к сестре. Визит несколько затянулся — в стране Восходящего Солнца Вареньке Бубновой предстояло прожить почти... сорок лет! И стать основоположницей новой, прежде неведомой науки – японской пушкинистики.

Революционные вихри и семейные коллизии занесли двух русских барышень в экзотическую Японию. Но они не только не затерялись в чужой стране, но и привнесли в ее древнейшую культуру новые животворные импульсы. Сотням и тысячам японцам была сделана своеобразная "русская прививка".

"Если бы не она, – писала газета "Цусё симбун", – переводы русской литературы в Японии не достигли бы, наверное, такого высокого уровня".

В Японии Варвара Дмитриевна основала новое художественное направление: у нее появилось множество учеников и последователей. Слава лучшего литографа Японии сохранилась за нею и по сей день. Нет ни одной солидной книги по современному японскому искусству, где бы ни упоминалось имя русской художницы.

И еще, – художница считала своей главной заслугой издание пушкинских книг в Японии. И признавалась, что только творчество и пушкинская поэзия спасали ее от тоски по родине. Все переводчики Пушкина в стране Восходящего Солнца – ученики Варвары Дмитриевны.

#comm#В Токио сестры Варвара и Анна Бубновы приняли участие в воспитании Йоко Оно. Девочка приходилась племянницей Анне Бубновой-Оно по мужу.#/comm#

Русская краска в яркой жизненной палитре Йоко Оно. Не могла не рассказывать она своему именитому супругу о русских тетушках, что были так заботливы к ней в детстве. Как знать, не общение ли со столь неординарными и возвышенными натурами сформировало пристрастия и характер девочки? И не звуки ли русской скрипки в артистичных руках Анны Бубновой-Оно пробудили у маленькой японки страсть к музыке? А первым урокам живописи, данными Йоко Варварой Бубновой, суждено было стать, по сути, ее судьбой. Давняя история, связавшая воедино пути таких разных людей – русских сестер Бубновых, японки Йоко Оно, англичанина Джона Леннона.

В конце 1960-х, вернувшись из Японии, сестры Варвара и Анна Бубновы решили побывать в отчем доме. Радостно было вновь увидеть родное Берново после полувековой разлуки, и горестно оттого, что так все безвозвратно изменилось. Старому "берновскому замку" пришлось немало претерпеть: после революции в родовом "вульфовском гнезде" обосновалась коммуна, а в послевоенные годы в барском особняке разместилась сельская школа.

Сестры бродили по парку, искали и не находили памятных с детства мест – старое имение жило лишь в их памяти.

Именно на той памятной встрече сестер Бубновых с сельчанами было произнесено заветное слово "музей"! И Варвара Дмитриевна, несмотря на преклонные годы, с энтузиазмом приступила к эскизам по воссозданию парка и пушкинского музея в родной усадьбе. И уже тогда художница подарила будущему собранию первые экспонаты: свои картины и литографии, книги, – переводы Пушкина, – вышедшие в Японии с ее иллюстрациями, фамильные реликвии.

На закате жизни судьба подарила Варваре Бубновой и светлые дни: в июне 1971-го, в Бернове был открыт пушкинский музей. Но не дано было знать замечательной художнице, что на исходе двадцатого века в отчем доме, ставшим музеем русского гения, ей и ее творчеству будет посвящена обширная экспозиция. Стены одной из комнат второго этажа украшают ее литографии и картины с японскими ландшафтами, а в стеклянных витринах разместились книги о ней и книги – переводы пушкинских поэм и романов ее учеников: Осакава Седзи и Кусака Сотокити. Какие прочные незримые нити связали тверское село Берново с японским мегаполисом Токио!

Совсем недавно, в июне, в Бернове, в музее А.С. Пушкина, побывала Йоко Оно. "Мне кажется, – сказала она, – что я вернулась в свой дом из долгого-долгого путешествия. Здесь, в этих стенах, меня не покидает странное чувство, что я – наполовину русская".

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
19.01.2021
Максим Столетов
О книге А. Тимофеева «Как русские научились воевать. Откровенные беседы с фронтовиками».
Фоторепортаж
20.01.2021
Подготовила Мария Максимова
О первой в мире инсталляции, размещенной в движущемся составе.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».