Куйбышев - фигура умолчания…

Валериан Владимирович Куйбышев (1888-1935), оказавший серьезное влияние на развитие СССР, совершенно незаслуженно, с моей точки зрения, остался за «кадром» перестроечных и постперестроечных времен. Мало кто знает, что он был крупным экономистом, одним из инициаторов создания планирующих органов, сторонником равномерного социально-экономического развития всех регионов Советского Союза. Причем, развития с акцентом на промышленные, а не на сырьевые отрасли. Масштабное советско-американское сотрудничество, налаженное в конце 1920-х-начале 1930-х годов, в первую очередь в промышленных отраслях, связано с его именем и деятельностью.

В одном из своих писем Сталину и Орджоникидзе в феврале 1931 г. В. Куйбышев писал: «…пример размещения отраслей в США показывает, что там нет только сырьевых или только индустриальных регионов. Это сочетание, в основном, сбалансировано по всей стране, поэтому нам целесообразно использовать данный опыт. Уже потому, что размещение ресурсов и территориальный фактор очень сближают нас с США». Именно в тот период американский бизнес, поощряемый властями, стал активно участвовать советской индустриализации. Как отмечали в те годы американские СМИ, в Вашингтоне и в деловых кругах хотели, что называется, «выстроить» экономико-политического союзника в лице новой России. Что, в свою очередь, позволило бы существенно уменьшить влияние в мире европейских держав, а также Японии.

Роль США в советской индустриализации признавал сам Сталин. 26 июня 1944 г. в беседе с председателем Торговой палаты США Эриком Джонстоном, он заявил: «Мы многим обязаны Генри Форду, он помогал нам строить автомобильные заводы». А далее прозвучало признание того, что «советские люди многому научились у американцев; американский опыт был использован при создании советской промышленности». На вопрос Джонстона, кто из американцев больше всего импонирует господину Сталину, тот назвал в первую очередь Форда (Шейнман И.Б. «Что я видел в Америке. Что я сделал в СССР», М.: 1934; Агапов Б. «Финланд — Нью-Йорк — Нижний» //газ. «За Индустриализацию!», № 213 - 11 сентября 1930 г.).

Так, по данным министерства торговли США, ряда других американских источников (см., например, Moorsteen R., «Prices and Production of Machinery in the Soviet Union, 1928—1958», Harvard University Press (USA), 1962), Сталинградский тракторный завод был построен в США, затем размонтирован, на 100 судах перевезён и уже потом собран в СССР.

«Днепрогэс» построили американская корпорация Cooper Engineering Company и германская Siemens. Горьковский автозавод им. Молотова был построен американской компанией Austin, а АЗЛК - по проекту корпорации Форда.

Знаменитая Магнитка – это почти точная копия металлургического комбината в г. Гэри (вблизи Чикаго, штат Индиана), созданная с помощью американской фирмы Albert Kahn Inc., с которой по поручению Совнаркома СССР активно контактировал Куйбышев. Эта же компания спроектировала и участвовала в строительстве 500 советских предприятий в 1926-1940-м гг. В СССР в тот период находилось около 200 тысяч американских ученых, инженеров и техников. Они подготовили 300 тысяч квалифицированных специалистов, то есть - основные кадры для советской промышленности на годы вперед.

Естественно, такая помощь не было безвозмездной: взамен СССР поставлял в США, по согласованным с ними ценам, сырье для черной и особенно цветной металлургии, титановую руду (ее поставки продолжались и в годы Великой Отечественной войны), фосфориты. А также деловую древесину, рыбопродукты, шерсть, кожсырье, льняной и конопляный текстиль. И почти треть упомянутой американской помощи оплачивалась из золотого запаса СССР. Но при этом до 70% объема тогдашних американских промышленных поставок в Советский Союз направлялось по ценам, которые были на 15-20% ниже, чем на мировом рынке.

В 1929-1930 гг. Куйбышев провел успешные переговоры по конкретным проектам с группой компаний и банков США. В результате, как уже отмечалось, они приняли участие в создании Днепрогэса, Сталинградского тракторного завода, ряда машино- и станкостроительных предприятий в Донбассе. В письме Кагановича Сталину от 19 августа 1932 г. отмечено, например, что «…Купер (глава корпорации Cooper Engineering Company) добивается приема у Вас и ставил сегодня у Куйбышева вопрос о продолжении работы своей фирмы у нас. А также о формах, отмечающих его заслуги в строительстве Днепростроя (Днепрогэс - А.Ч.). Я думаю, что можно бы выдать грамоту ему, отмечающую его заслуги. Он говорил, что всюду, где он строил, отмечали его заслуги особым актом» (РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 79, Л. 44-45.).

А вот еще пример участия Куйбышева во всестороннем развитии советско-американских отношений. В феврале 1934-го пароход «Челюскин» был раздавлен льдами в Чукотском море. Для спасения команды правительство СССР создало комиссию во главе с В.В. Куйбышевым. 23 февраля он встретился с представителями СМИ США, подробно рассказал о принимаемых и возможных мерах по спасению челюскинцев. Корреспонденты спросили: намерено ли советское правительство обратиться к администрации США с просьбой о помощи? Куйбышев ответил, что СССР – за взаимодействие с США и в этих вопросах. Уже 28 февраля советское полпредство в США телеграфировало И. Сталину, В. Куйбышеву и М. Литвинову (тогдашнему наркому иностранных дел СССР) о готовности американских властей оказать помочь в спасении челюскинцев и направить для этого тяжелые аэропланы с летчиками, причем бесплатно - в качестве жеста доброй воли.

По инициативе Куйбышева и Литвинова советская сторона приняла это предложение 3 марта.

Прямой американской помощи в спасательной операции не потребовалось, но для спасения челюскинцев советским самолетам любого типа было разрешено без ограничений использовать аэродромы на близкой к Чукотскому морю Аляске.

С госдепартаментом США была также достигнута договоренность о покупке по низким ценам двух самолетов для этой операции. Сделка состоялась во второй половине марта. По поручению правительства СССР эти вопросы курировал Куйбышев.

Кстати, персонал на аэродромах Аляски проявил исключительное внимание по отношению к советским летчикам, оказывал им всестороннюю помощь. За что американские бортмеханики Левари Уильям и Клойд Армистет 20 апреля 1934-го были награждены орденами Ленина и денежными премиями.

Эта линия вписывалась в политику президентских администраций Г.К. Гувера, затем (с 1934 г.) Ф.Д. Рузвельта. Заметим, что, хотя дипотношения между СССР и США были установлены в ноябре 1933-го, финансовое и технологическое содействие советской индустриализации американский бизнес стал оказывать со второй половины 1920-х годов.

…Биография Куйбышева, можно сказать, вполне типична для большевистских руководителей.

После внезапной кончины Ф.Э. Дзержинского он был председателем Высшего совета народного хозяйства (1926-1930 гг.), первым председателем Государственной плановой комиссии (1931-1934 гг.), председателем совнаркомовского Комитета советского контроля (1934-1935 гг.). Так что ему довелось участвовать в развитии многих отраслей отечественной экономики и, соответственно, системы хозяйственного планирования и экономического управления страной.

Что касается ранней биографии, то она вкратце такова. В августе 1898 года уроженец Самары десятилетний Валериан Куйбышев был зачислен как сын военного в Омский кадетский корпус. Уже в 1904-м он начал посещать местные марксистские кружки и в том же году вступил в РСДРП. Весной 1906 г. Куйбышев был исключен из Петербургской военно-медицинской академии за подпольную деятельность и уехал в Кузнецк, где организовал ячейку РСДРП. Потом занимался партийной работой в Томске, Петропавловске, на Алтае, после чего последовала ссылка в Зауралье. Осенью 1909-го Куйбышев поступил в Томский университет, оттуда в 1910-м был отчислен за революционную деятельность.

В 1910-1912 годах он находился в ссылке в западносибирском Нарыме. Бежал оттуда в мае 1912-го. Был арестован и выслан в Тамбов под гласный полицейский надзор. Опять совершил побег, вел революционную работу в Санкт-Петербурге, Вологде, Харькове. Затем его сослали в Иркутскую губернию, но и оттуда он бежал. Его снова арестовали и выслали в Туруханский край. Освободила Куйбышева Февральская революция 1917 года, как и сосланного в тот же далекий край Сталина. После Октября 1917-го Куйбышев – во главе Самары и Самарского региона, участвовал в разработке планов разгрома войск Колчака. В 1919-м руководил обороной Астрахани и Калмыкии от белогвардейцев и интервентов, после чего – до весны 1921 года работал в Средней Азии: в составе Реввоенсовета Туркестанского фронта и зампредседателя Комиссии ВЦИК и Совнаркома РСФСР по делам Туркестана.

Летом 1921-го Куйбышев становится членом Президиума ВСНХ и одним из руководителей госкомиссии по ГОЭЛРО. А в 1923-1925 годах возглавлял наркомат рабоче-крестьянской инспекции (впоследствии Комитет советского, а затем партийно-государственного контроля СССР); на XV съезде ВКП (б) в 1927-м по предложению Сталина, Орджоникидзе, Кирова и Молотова был избран в Политбюро ЦК.

По свидетельству его коллег и соратников, Куйбышев постоянно пополнял багаж социально-экономических знаний, изучая работы, в частности, Милютина и Богданова, Туган-Барановского и Витте, Бунге и Сперанского, Гильфердинга и Брантинга, а также Леонтьева, опальных Кондратьева и Чаянова.

Ему разрешали выписывать экономические журналы США, Великобритании, Финляндии, Чехословакии, Болгарии, Югославии.

Первым плановым органом СССР была созданная осенью 1919-го Комиссия по разработке 10-летнего плана электрификации под руководством Г.М. Кржижановского. В декабре 1920 года этот план был утвержден руководством страны. Причем в этом документе нашло отражение выдвинутое Куйбышевым предложение о максимально возможном использовании местных природных, в том числе энергоресурсов, что, по его мнению, целесообразно «не только для развития самой энергетики, но и для экономики регионов и всей страны в целом». В тот же период по инициативе Кржижановского, Дзержинского, Куйбышева, Орджоникидзе была проведена тщательная геологоразведка во многих регионах РСФСР, а затем и в других союзных республиках, для выявления энергетических и других сырьевых ресурсов.

ГОЭЛРО фактически стал первым государственным планом развития не только энергетики, но и большинства отраслей СССР. Среди объектов этого плана - заложенный в 1927 году Сталинградский тракторный завод (один из крупнейших отраслевых заводов в СССР), Кузнецкий и Подмосковный угольные бассейны, строительство межрегиональных портов, железных дорог, энергоёмких промышленных предприятий. Здесь напрямую связано с предложением Куйбышева о необходимости максимального использования местных природных ресурсов создание к концу 1920-х гг. и дальнейшее развитие Подмосковного угольного бассейна (Мосбасс). Куйбышев считал, что «…энергетика и в общем вся промышленность Европейского Центра РСФСР получат на долгие годы импульс для развития, если будут востребованы энергоресурсы этого региона». И вплоть до конца 1970-х, т.е. до стартовавшего в тот период перехода энергетики страны на «сверхдешевые» мазут и природный газ, Мосбасс оставался, можно сказать, энергетическим плацдармом региона. Кстати, план ГОЭЛРО был перевыполнен к 1932 году. Выработка электроэнергии в СССР в том году в сравнении с 1913-м увеличилась не в 4,5 раза, как планировалось, а почти в 7 раз: с 2 до 13,5 млрд. кВт-ч. Притом что территория Российской Империи в 1913-м была почти на 15% больше, чем у СССР.

Конечно, Куйбышев работал в годы становления директивной экономики, а в более широком контексте, - в период формирования т.н. командной системы управления страной. Он стал одним из созидателей этой системы, будучи сторонником «рекордных темпов», административных методов планирования и управления, призывал в 20-х «не зацикливаться» на детальном изучении последствий реализации требуемых социально-экономических решений. Но к сути плановой политики Куйбышев относился, скажем так, менее директивно, чем многие другие советские руководители.

Валериан Владимирович направил в марте 1926-го письмо Дзержинскому и Сталину, предложив составлять подробные планы социально-экономического развития – трех- или пятилетние.

Причем предлагал взять за основу союзного плана именно местное планирование. Когда «…сперва республики, области, края, округа составляют свои планы, затем они корректируются и утверждаются в союзном плановом органе. Так как этот орган… должен всячески предотвращать дублирование планов в региональном разрезе, с тем, чтобы обеспечивалась пропорциональность общесоюзного планирования и, значит, развития страны в целом». После такой работы, как полагал Куйбышев, союзному плановому ведомству надлежит собрать заявки региональных плановых органов на материально-технические и кадровые потребности. Таким образом, формировался бы общесоюзный план на определенное количество лет.

Дзержинский вначале поддержал такой подход к планированию, но вскоре стал высказывать небезосновательные опасения, что Центр рискует оказаться в «заложниках» не столько региональных планов, сколько региональных амбиций. Кроме того, регионы, по его мнению, могут сознательно «тянуть» со своими планами и заявками, чтобы к контрольному сроку попытаться вынудить Центр согласиться с первоначальными местными плановыми и заявочными потребностями. Что, в свою очередь, приведет к многочисленным перекосам как в общегосударственном планировании, так и в социально-экономическом развитии СССР в целом. Поэтому основой должно быть централизованное планирование, т.е. планирование «сверху». Эту позицию поддержали Сталин, Орджоникидзе, Киров, тогдашний предсовнаркома СССР Рыков. Согласился с ней в конце 20-х и Куйбышев.

Заметим, что «куйбышевская» концепция в 1950-х - 1960-х гг. фактически воплощалась в Югославии. И, похоже, прогнозы Дзержинского сбылись в СФРЮ.

Поскольку югославский комитет по планированию, директивно-управленческие функции которого, заметим, были ограничены, занимался в основном тем, что уговаривал регионы не дублировать развитие одних и тех же производств, сокращать их финансовые, сырьевые, кадровые и т.п. заявки. Причем, в большинстве случаев – тщетно. Поэтому общегосударственное социально-экономическое планирование в Югославии, изначально являясь рекомендательно-прогнозным, уже в начале 1970-х де-факто было отменено. Но не только в СФРЮ не нашли, что называется, золотой середины в этой политике: по причинам, схожим с югославскими, та же участь постигла советское госпланирование в последние четыре-пять лет существования СССР.

Напомним, что первым экономико-управленческим органом страны стал учрежденный в декабре 1917-го Высший совет народного хозяйства (ВСНХ), в числе инициаторов создания которого был и Куйбышев. В состав ВСНХ входили отраслевые государственные ведомства, например, Главсахар, Главнефть, Главлесхоз, Главуголь, Центрочай, Центросоль. А на местах были созданы регионально-отраслевые совнархозы. Это был и юридически, и фактически - объединенный межотраслевой наркомат экономики.

 В первой половине 1920-х в рамках НЭПа и стимулирования Центром расширения социально-экономических прав регионов СССР - а это вписывалось в вышеупомянутую куйбышевскую концепцию первичности местного планирования, - в непосредственном подчинении ВСНХ из 37 тысяч предприятий и объектов осталось только 4500 наиболее крупных. Тогда же был создан инициированный Куйбышевым, Дзержинским, Орджоникидзе и Рыковым первый государственный планово-регулирующий орган СССР – Главное экономическое управление ВСНХ. Но со второй половины 1920-х был взят курс на централизацию как планирования, так и управления экономикой. Отраслевые и управленческо-регулирующие функции ВСНХ и местных совнархозов стали «дробиться» на отраслевые наркоматы, управления, главки. А совнархозы были трансформированы в региональные исполкомы. В результате ВСНХ 5 января 1932-го был преобразован… в наркомат тяжелой промышленности, а в 1931 г. была создана государственная плановая комиссия уже не при ВСНХ, а при Совнаркоме СССР, которой было предписано планировать социально-экономическое развитие страны, исходя из приоритетности прежде всего общесоюзных задач.

Первые четыре года руководил комиссией Куйбышев. Он поддержал Сталина в вопросах определения приоритетов, темпов и методов экономического развития. Куйбышев в 1929-м отмечал, в частности, что «нужно во что бы то ни стало полностью обеспечивать потребности соцстроительства в рабочей силе. Иначе все наши планы останутся на бумаге». Ответственность за выполнение планов Куйбышев предлагал ввести в законодательство. Их недовыполнение, по мнению первого главы союзного Госплана, должно было предусматривать как административные санкции, так и уголовную ответственность.

По некоторым данным, Сталин, а также Орджоникидзе с Кировым «отговорили» Куйбышева от выступления с этим предложением на XVI съезде ВКП (б) в 1930 году. Но позиция его оставалась до середины 30-х крайне радикальной.

В 1931–м Куйбышев заявил: «Чем успешнее будет идти дело социалистического строительства, тем в большей степени будет нарастать сопротивление и противодействие со стороны враждебных сил как внутри, так и вовне».

А при его вступлении в должность руководителя Госплана он высказался в том же ключе: «…Госплан, который в основу своей деятельности кладет генеральную линию партии, - такой Госплан является совершенно обязательным органом диктатуры пролетариата, обеспечивающим ее торжество и всё дело построения социализма».

Между тем, многие задачи первой пятилетки (1929-1933 гг.) не были выполнены, особенно в части развития производства товаров широкого потребления, выработки чугуна, проката, электроэнергии, выплавки цветных металлов. Не помогли ни штурмовщина, ни фактически ограбление русской деревни во имя рекордных темпов индустриализации. Согласно многим источникам, в конце апреля 1934-го на расширенном заседании Политбюро ЦК В. Куйбышева в присутствии «отмолчавшихся» Сталина, Молотова, Кирова и Орджоникидзе обвинили в приверженности «троцкистскому левачеству» в экономике и сфере планирования, в «троцкистском пренебрежении» к основам экономической политики и к социально-экономическим реалиям. Предложили оставить должность главы Госплана СССР и сосредоточиться на работе руководителя Комитета советского контроля при союзном совнаркоме. Это предложение Куйбышев принял безоговорочно, признав свои «левацкие» ошибки, но отклонив обвинения в троцкизме.

Плановые задания второй пятилетки (1933-1937 гг.) составлялись с участием Куйбышева более тщательно, с использованием разработок по прогнозам спроса-предложения по товарам и услугам (подробнее см., например, «Куйбышев в документах и событиях», Мюнхенский институт по изучению истории и культуры СССР, 1965). Тем не менее, в рамках сложившейся государственной системы Куйбышеву в 30-х годах удалось в какой-то мере приблизить эту систему к текущим и перспективным потребностям экономического развития России и СССР в целом.

Скажем, еще в конце 1928-го Куйбышев, используя наработки Дзержинского и Орджоникидзе, выдвинул предложение о создании межрегиональных производственных комплексов, в которых сырьевую «начинку», перерабатывающие технологии, энергоснабжение и потребность в кадрах обеспечивали бы несколько регионов-участников таких комплексов. Это, по его мнению, должно было сократить сверхдальние перевозки разнообразной продукции, нагрузку на ограниченное число крупных предприятий общегосударственного значения и уменьшить нерациональную передислокацию профессиональных кадров. Предложение Куйбышева реализовывалось со второй пятилетки (1933-1937 гг.) и, пожалуй, главное подтверждение тому – многоотраслевые территориально-производственные комплексы на Украине, Урале, в Средней Азии, в Восточной Сибири, созданные в конце 1930-х-середине 1980-х годов. Да и сегодня такой подход актуален, так как подобные проекты реализуются в РФ, например, «Урал Промышленный - Урал Полярный», «Ямал-СПГ» (производство и вывоз сжиженного природного газа. –  .), Тюменский электрометаллургический комплекс, Ивановский и Вологодский текстильные кластеры.

С 1930-х и до середины 1960-х реализовывались также идеи Куйбышева о целесообразности переработки местного сырья в регионах-производителях: «…переработки пусть не всегда комплексной, а начальной, первичной, неглубокой, но всё равно - переработки, которая устранит для какой-либо территории роль извечного сырьевого придатка и поставщика. Всё это можно и нужно тщательно изучать, планировать в увязке с общесоюзными социально-экономическими планами». Такие проекты Куйбышева отразились в его докладе, в частности, о плане второй пятилетки на XVII съезде партии в феврале 1934-го: «…в промышленности будет строиться и реконструироваться более 175 машиностроительных заводов, будет строиться 248 каменноугольных шахт, 79 районных электрических станций, 46 трубчаток и 96 крекингов, 18 крупнейших заводов черной металлургии, 25 заводов цветной металлургии, 313 наиболее крупных предприятий легкой промышленности и около 350 наиболее крупных предприятий пищевой промышленности». До трети указанного количества предприятий было построено позже - к 1940-1941 годам. Заметим, что похожие планы по развитию переработки разнообразного местного сырья сейчас разрабатываются или реализуются во многих субъектах Федерации, например, в Ростовской области, Поволжье, Красноярском крае, в Карелии. 

 Куйбышев выступал за такое освоение земель для нужд сельского хозяйства, которое будет планомерным, учитывает как традиции их использования, так и экологические факторы, в отличие, к примеру, от хрущевских «всесоюзного кукурузовозделывания», уничтожения травопольных севооборотов, чистых паров, методов освоения целинно-залежных земель.

Характерна в этой связи инициатива Куйбышева 1934 года по комплексному сельхозосвоению земель Заволжья - восточных районов Самарской, Ульяновской, Саратовской, Сталинградской и Астраханской областей, реализованную в 1940-х-начале 1950-х годов. В докладе на XVII съезде Куйбышев отметил: «…Развертывание ирригационных работ в Заволжье обеспечит уже в 1937 г. посев на 130 тыс. га зерновых на орошаемых землях в этих районах, что явится отправным пунктом великих работ по созданию свободной от случайностей погоды, серьезной и совершенно стабильной базы хлебного производства на Волге». Такая база, созданная с помощью межрегиональных почвозащитных лесных полос, была сформирована к середине 1950-х: до 20% товарного урожая пшеницы в СССР, и до 25% - в России (РСФСР) обеспечивало именно Заволжье. Но затем в угоду целинным и схожим «новациям» это регион стал опять превращаться в полупустынный, солончаковый, запущенный. Лесополосы в 1960-х - 1990-х частично иссохли, частично были вырублены. Теперь это, в большинстве своем, снова неиспользуемые в сельском хозяйстве земли, в чем автор этих строк убедился лично, когда в 2001 и 2011 годах побывал в ряде районов Астраханского, Саратовского и Волгоградского Заволжья.

…Куйбышев был одним из инициаторов поэтапного развития алюминиевой промышленности в стране на основе крупных ресурсов сырья и электроэнергии в богатых бокситами регионах (Ленинградская, Свердловская области, Красноярский край, Таджикистан, Армения, Северный Казахстан, Южная Украина). Как и азотно-туковой промышленности в Поволжье, Волго-Вятском регионе и в Приуралье. Сегодня эти отрасли, получившие развитие с середины 1930-х, – одна из экономических, в том числе экспортных «визитных карточек» данных регионов.

Занимался Куйбышев и другими, менее масштабными проблемами. Скажем, он призывал свести к минимуму импорт кондитерских изделий, особенно дорогостоящего готового шоколада. Опять-таки в связи с широкими ресурсными, кадровыми и технологическими возможностями, а также с производственными традициями этой отечественной отрасли. Стимулом здесь служил быстрорастущий спрос в стране на эти продукты. Реализации такой идеи способствовал основанный на бартере советский импорт какао-бобов, в основном из Бельгийского Конго и из Голландской Индии (большая часть современной Индонезии), в 1934 -1940-м годах. Кстати, современная Россия продолжает получать какао-сырье примерно из 10 стран в счет их задолженности перед бывшим СССР.

Куйбышев добился крупных госдотаций на реконструкцию в первой половине 30-х одной из крупнейших в Российской Империи и СССР Самарской кондитерской фабрики, основанной купцом А.А. Савиновым в 1880-х годах.

Валериан Владимирович призывал изучать и развивать традиции «кондитерского, равно как и целого ряда других производств, основанных до Октябрьской революции». И, в частности, «поставить бы дело так, как было оно, для примера, поставлено у Савинова…».

Куйбышев всячески способствовал созданию в 1929-м, на базе Шаболовского пивоваренного завода Торгового дома «Карнеева, Горшанова и Ко» (поставщик Его Императорского Величества), «Ударницы» - одной из крупнейших кондитерских фабрик в Москве по сей день, а в 30-х годах – кондитерских предприятий в Воронеже и Ростовской области. Продукция этих предприятий и сегодня пользуется высоким спросом не только в России.

Словом, многое из того, что предлагал В.В. Куйбышев, да и воплощенные «куйбышевские» проекты едва ли подпадают под «срок давности» и в современной России. Тем более, удивительно, что в Самаре была развернута кампания за то, чтобы перенести памятник Куйбышеву из центра города в какой-либо из пригородов. Но большинство самарцев высказались против, чем в 2011 году эта антиисторическая, по сути, кампания и закончилась. Примерно в это же время администрации примерно 20-ти других городов и посёлков РФ приняли решения о сохранении улиц имени Куйбышева. Остаются эти названия и в Беларуси. Но в целом для современной России Валериан Куйбышев совершенно незаслуженно стал некой исторической фигурой умолчания. Впрочем, не только он.