Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
19 июля 2019
«Происходящее мне больше всего напоминает оккупацию»

«Происходящее мне больше всего напоминает оккупацию»

2 мая вооруженные нацисты не пустили одесситов на Куликово поле
Лев Золотко
05.05.2016
«Происходящее мне больше всего напоминает оккупацию»

Одесситов не пустили на Куликово поле в день поминовения, во вторую годовщину произошедшей в Доме профсоюзов страшной бойни. Для устрашения и пресечения хунта нагнала в город вооруженных нацистов, усиленных БТРами и собаками. Напомним, что пехотное подразделение полка «Азов» дислоцируется на границе Одесской области с Приднестровьем. Но тысячи горожан часами стояли вокруг оцепления и пели «Вставай, страна огромная!», кричали «Позор!», «Вон из Одессы, бандеровские бесы!», «Одесса — город-герой!».

Власти дважды в течение дня делали информационные вбросы про «закладку гранат», обнаруженную на оцепленном Куликовом поле, «разминироваие» и «соображения безопасности».

Прилетавшие парламентарии от «Оппозиционного блока» Бойко и Новинский были блокированы «активистами» в аэропорту, произошла потасовка, мэрия Одессы посоветовала нардепам покинуть город, и они улетели. Руководитель «Самообороны Майдана Одессы» Дмитрий Гуменюк поблагодарил подельников-нацистов, то есть «Правый сектор» (экстремистская организация запрещена в РФ – ред.), «Автомайдан», «Совет общественной безопасности» и организацию «Свободные люди» за «защиту» Одессы от «колорадской чумы», то есть от бывших депутатов Партии регионов, а ныне представителей «Оппоблока», которые планировали выступления в городе в связи с печальной годовщиной.

Одесситы не были допущены к Дому профсоюзов, даже когда прибыли родственники погибших 2 мая 2014 г.

* * *

Дадим слово самим одесситам, высказавшимся в социальных сетях, опубликовавших как свидетельства огромное количество фото- и видеоматериалов. При абсолютном глухом молчании украинских СМИ, об одесском дне памяти не сказавших ни слова.

Максим Усачев: «Все происходящее мне больше всего напоминает оккупацию. При этом украинские патриоты уже не могут скрыть это отношение. Власть еще пытается делать вид, что все как бы по-прежнему, но получается все хуже и хуже. Протестные настроения растут, ресурсов у власти, прежде всего человеческих, становится все меньше, для игр в демократию их уже не хватает. Даже местные власти все чаще выступают не в качестве мелкой, региональной оппозиции, а только как коллаборационисты. Неслучайно, что антитрухановский майдан (Труханов — одесский мэр, если кто-то не знает), разгоняли представители одной из патриотических групп или банд, я не знаю, что там у них уже.

Внутри «проблемных», с точки зрения Киева, областей есть и определенная поддержка, но эта прослойка все больше маргинализируется.

С одесситами уже даже не пытаются договориться, а только запугать. Майданутые уже воспринимает все эти территории не иначе как оккупированные.

Призывают лишить их жителей право голоса, бесятся при появлении любой информации вне рамок нацмодели, заходятся в истерике, когда не видят на улицах города большого количества флагов Украины. Но, как власти ни нагнетали, все равно пришло огромное количество людей. Даже такого мирного протеста власти боятся до нервного тика».

Лада Лаферова: «Город был безлюдный. Пустой. Но чем ближе к Куликовому полю, тем все чаще встречались люди. Сначала двое-трое, потом группка из десяти человек, потом ручеек прохожих, потом поток людей и, наконец, огромная масса людей перед входом на КП. Море людей! И люди все шли и шли. Трамваи и троллейбусы не ходили. Машины останавливали и не пускали в район Куликова поля километра за два. Добраться можно было только на маршрутках или пешком. И люди шли пешком. Со всех районов, через весь город. С цветами, со свечками, с бережно прикрытыми яркими полотенцами корзинками, в которых были пасочки и крашеные яички. Молодежь шла, родители с детьми шли, на колясках везли совсем крошечных деток. Уверенно вышагивали люди среднего поколения, медленно семенили старички и старушки. Город шел на место памяти! На место гибели своих земляков-одесситов!

Естественно, никакого минирования не было. Никто никакие мины и не думал искать. За ленточками и за спинами силовиков в малиновых беретах на газонах парка среди акаций и елей вальяжно валялись камуфляжные всушники и азовцы. Жрали, бухали, курили, ржали, устраивали себе пикники, разбрасывали вокруг себя мусор, травили с ментами анекдоты, демонстративно плевали в сторону идущих одесситов или смотрели на них исподлобья с ненавистью и страхом. Но одесситы их не замечали. Для них все эти камуфляжники были пустым местом. Какая-то мама своей дочке лет двенадцати поясняла: «Нет, Лизок, это не защитники, это — оккупанты. Запомни — оккупанты!»

Чувства страха не было вообще. Люди излучали мощнейшую энергию единения и силы. Словно это не город был с незнакомыми жителями, а одна единая семья.

Семья, готовая порвать за каждого рядом стоящего. Потому что каждый там был — свой, наш. Независимо от статуса, возраста, внешнего вида. Член большой семьи. Складывалось впечатление, что вот сейчас поставь напротив этих людей танки, и люди пойдут на эти танки.

Одесситы встречались глазами, заговаривали друг с другом, рассказывали о впечатлениях, корректно расступались перед теми, кто еще не возложил цветы, делились питьевой водой. И так же дружно гнали провокаторов-свидомитов. А такие были. Сначала парочка, мужик с теткой, решили перед камерой взбаламутить народ. Ровно через две минуты криками «посмотрите, у этой с..и даже носки с украинской вышивкой» они были освистаны и бегом ретировались. Минут через пятнадцать народ вытолкал еще одну жирную тетку, орущую «я одесситка в четвертом поколении! Я пришла вам рассказать правду! Вы — жертвы путинской пропаганды!». «Пошла в ж…, корова! — неслось ей в ответ. — Какая ты одесситка? Предательница ты! Вон из Одессы, тварь!» Тетка даже истошно заорала «полициииияяяя!», но проходившие мимо двое ментов переглянулись, ехидненько улыбнулись и сделали вид, что не услышали.

Но больше всего досталось какому-то журналюге с канала «Зiк». На украинской мови он решил поучить одесситов едыноукраинству. Колоритные одесские дамы тут же каким-то образом ухитрились вцепиться в его лоснящиеся жиром патлы, и, если бы не мужики, широкими плечами вытолкавшие львивского провокатора в сторонку, пару раз незаметно наподдав ему под дых, ходить бы ему с расцарапанной мордой.

Среди толпы слышалась немецкая и польская речь. А в уголочке кафе с букетом цветов стояла мусульманская семья: пожилая и молодая женщина в хиджабах и две маленькие девочки. Они тоже жаждали попасть на Куликово поле и возложить цветы в память о погибших, потому что они тоже — наши, тоже — одесситы».

* * *

В этот день было опубликовано немало публицистских материалов.

На ресурсе «Антифашист» высказалась Нюра Н. Берг: «О том, как прошло 2 мая с.г. в самой Одессе, оцепеневшей от ужаса и горя, уже написано огромное количество свидетельств, аналитических статей, публицистических материалов. Животное по фамилии Аваков уже опубликовало садистско-хвастливый виршик, давая понять всем любопытствующим, что издевательство над одесситами удалось на все сто, и только изуверы из “Азова” остались недовольны — так серийный убийца испытывает настоящую ломку, когда жертва буквально уходит из-под носа, а больной мозг требует крови.

…И ни одного слова об Одессе в новостных лентах Тернополя, Хмельницкого, Ивано-Франковска, Львова, Луцка, Ровно. Ни слезы, ни траура, ни скорби — как если бы Одесса была не частью едынойи крайины, а каким-то хутором на окраине Сомали.

Как если бы вся свидомитская сволота из общественников, блогеров и журналистов не твердила мстительные заклинания о том, что Одесса — это Украина. Раз и навсегда.

Так вот, в Одессе большое горе, где же ваши соболезнования, где требования наконец найти и наказать виновных, покаяться, очиститься от позора?

… Через несколько дней — наш сакральный праздник Великой Победы. Родина “лучших геноцидов страны”, однако, ничего такого отмечать не собирается. История переписана и вложена в головы молодых украинцев без зазора. Единственные герои — украинские нацисты, в том числе, и те, что давали присягу на верность Гитлеру и проводили карательные операции, когда немцы брезговали пачкать руки в большой крови. Полиция науськана и станет стеной везде, где люди захотят отдать дань уважения героям Великой Отечественной. “Правый сектор” готов. Судя по анонсам, главная задача власти, сажающей в тюрьмы и открывающей уголовные дела за лозунг “Фашизм не пройдет”, — опошлить и унизить наш святой праздник.

Куда несешься ты, Украина? Дай ответ!

Не дает ответа…»

Горькое гоголевское восклицание нам внятно. Как внятно и то, что власть в этот день дала одесситам и остаткам страны понять, что и 9 Мая как День Победы братских народов над фашизмом должен навсегда быть стерт из памяти, а его место должен занять День памяти и примирения. Разумеется, с Бандерой, Шухевичем, УПА и дивизией СС «Галичина».

Блогер Роман Носик пишет: «Украина проявила необычайную щедрость. Она подарила нам новый День памяти и скорби, в дополнение к 22 июня. Она подарила нам 2 мая.

Мы больше никогда не забудем тот день. Он вошел в наши календари, встал в яркой череде весенних праздников молчаливой тенью и больше никогда и никуда не уйдет.

Мы это знаем. Мы чувствуем это знание. Оно горчит в горле, каменеет на сердце, сжимает наши кулаки, закрывает наши глаза, медленно убеляет виски. Оно переполняет нас и льется из глаз. Оно стоит у нас за спиной.

Этот день останется с нами навсегда. Теперь так будет впредь. В первый майский день наступит праздник Солидарности, подразумевающий, что где-то рядом — Воскресение и Победа. Будут шашлыки и вино, друзья и дети, смех и тосты. И блестящая на солнце трава, и сверкающие в улыбке глаза и зубы… Но всё равно рядом, у самого плеча, будет стоять эта молчаливая, темно-серая, как пепел, обугленная тень. И обязательно внезапно, без каких-либо видимых причин, в самый разгар Первомая кто-то из нас будет замолкать и хмуриться. И все будут в этот момент переглядываться. И все будут знать, почему.

Но не будет тостов, не будет гневных и грозных речей. И так уже все ясно. Говорить не о чем.

Всё было ясно с самого начала. С того самого 2 мая 2014 года.

Мы знаем, что должно произойти. Мы верим в то, что это произойдет. И мы ждем этого, каждый по-своему, по мере сил приближая наступление неотменяемого события. Родина нам обязательно поможет. А мы поможем в этом Родине.

Мы не сможем воскресить мертвых. Но мы сможем отдать им наш долг любви там и так, как посчитаем правильным. Наших ран это не излечит, но зато можно будет сказать, что эта история — закончена.

И Украина знает, что мы с нашей Родиной не считаем эту историю дописанной до конца. Знает — и готовится. В этом году, скажем, Украина ввела в Одессу нацистов.

Конечно, готовится и русский город-герой Одесса, часть нашей Родины.

А мы — мы обязательно допишем эту историю. Скоро».

Вторит такому настрою и Александр Захарченко. Глава ДНР убежден, что если в Одессе начнется восстание, то добровольцы с Донбасса и всего Русского мира придут ему на помощь. Об этом он заявил в ходе «прямой интеренет-линии» с Одессой и областью, воспоследовавшей через несколько дней после обширной «прямой линии» с жителями Харьковщины. «Мы, как любые братья, бросаемся на помощь туда, где уже горит. Именно поэтому в наши дни одесситы поехали к нам в Донбасс, чтобы остановить украинских карателей. И наша признательность добровольцам-одесситам не меньше, чем ваша тем донецким шахтерам, которые погибли, но не пропустили нацистов на 412 батарее под Одессой в 41-м».

«Могу повторить то же, что говорил вашим землякам раньше — боритесь за самосохранение: себя, своего языка, своей культуры и веры. Бандеровский режим неизбежно падет, и понадобятся все силы и все люди, чтобы восстанавливать после их нашествия Одессу, Одесскую область и всю Украину», — сказал А. Захарченко.

Отвечая на вопрос, сколько Одессе еще предстоит находиться в бандеровской оккупации, политик предположил, что недолго, и это даже не вопрос нескольких лет, а гораздо более скорый процесс.

«Режим, который сегодня правит в Киеве, нежизнеспособен. Прежде всего, потому, что несамостоятелен. А также потому, что в его основании лежат извращенные идеологические конструкции. Поэтому век этого режима будет недолог. Либо военное поражение от нас, либо экономический коллапс, либо политический кризис, последний. Это — вопрос времени, и времени недолгого. … Освободится Одесса от оккупации сама, дождется, когда оккупационная власть развалится или дождется, когда ее скинут другие, — это выбор Одессы. Я лично очень люблю Одессу, и меня устроит любой из трех вариантов».
Аналитик Юрий Селиванов утверждает, что основной итог одесского 2 мая читается довольно отчетливо. «Все слова уже сказаны. Никто и никого больше ни в чем убеждать не будет, — пишет он в Фейсбуке. — Вполне очевидно, что бандерлоги в Одессе — никто и звать их никак. Они ничего не могут и ни на что не способны. Только за счет государственной машины подавления они могут делать вид, что Одесса у них под контролем. На самом деле уровень их общественной поддержки, и прежде почти нулевой, после двух лет изощренных издевательств над одесситами ушел глубоко в минус.

Пока бандеровская власть контролирует карательный аппарат государства, все будет так, как сейчас. Если, конечно, она не доведет народ вообще до ручки, и тот сам поднимется на борьбу. Но это вряд ли. Наш неорганизованный народ хорошо умеет только одно — тихо вымирать. Поэтому все будет решено не в Одессе. Изменение соотношения сил внутри Украины возможно только в результате существенных геополитических перемен. Контуры которых пока не просматриваются».

Обозреватель видит два возможных сценария развития событий: «Либо в результате дальнейшего ослабления Запада и сворачивания его геополитической активности Украина будет естественным образом выведена из сферы его влияния, что в обозримой перспективе маловероятно. Либо в результате растущей предзакатной агрессивности Запада будет спровоцирована ответная жесткая реакция России, прежде всего — на Украине. Последнее более вероятно, особенно с учетом набирающих силу внутриполитических перемен в самой России, которая не видит для себя иного пути государственного выживания кроме вступления с агрессором в бескомпромиссную схватку».

* * *

«Мертва Украина. Сгорела живьем. Убита в Одессе нацистским зверьем…» — написала наша современница Валя Тимофеева.

Но русская Одесса — жива. И после 2 мая с.г. одесситы продолжили с букетами цветов нескончаемое паломничество к Дому профсоюзов.

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 31 найденных.
Петр Петрович
06.05.2016 19:49
Лучше умереть стоя, чем прожить жизнь на коленях.
А.П.
06.05.2016 0:37
Знамя Победы, являющееся символом Дня Победы, запрещено использовать в Киеве в ходе торжеств 8 и 9 мая, сообщила пресс-служба Института национальной памяти Украины.
«Знамя Победы содержит изображение соединенных серпа и молота и пятиконечной звезды, является символикой коммунистического тоталитарного режима. Учитывая это, распространение и публичное использование, в том числе во время празднования любых государственных праздников, любых изображений, копий, включая официальные копии Знамени Победы, а также элементов указанной символики коммунистического тоталитарного режима в костюмах артистов является пропагандой коммунистического тоталитарного режима и запрещено законом».
Ульяна Скойбеда
05.05.2016 23:26
это действительно страшно. Добро пожаловать в мир победившей толерантности, демократии и прав человека!!! Совок отдыхает. Свободная Европа рукоплещет Смайлик «unsure»
«Тот человек умер на моих глазах. Пришел, как тысяча других, положить цветы к Дому Профсоюзов. Наверняка пришел к 9 утра, как и многие, но власти решили поискать в здании бомбу, Нацгвардия оцепила территорию. И буквально окопалась по дороге — на Куликовом, разбив там военный лагерь.
Ну разумеется никакой бомбы не было. Тут все понимают…
Пожилой человек простоял с цветами около 8 часов и упал. И ни одной Скорой в округе. Ни одной. <…>
— Я понимаю, если убивают за что-то святое. За Родину, защищаясь от агрессора, но убивать за слово? За мнение? За ленточку? — громко рассуждала интеллигентного вида пенсионерка.
Полицейский автоматически повернул голову на звук.
Через минуту изумленное лицо пенсионерки мелькнуло в толпе. Ее вели полицейские!
— А что с них взять? — злились “куликовцы”. — Пригнали полицию из Киева, наши давно бы нас пустили.
— Они издеваются, — грустил рядом пожилой одессит (на Куликово поле пришли в большинстве своем пенсионеры). — Они показывают свою силу. И кому — мертвым. Погибшим. И нам, старикам… <…>
Вечер. Молодежь со злостью возложила цветы к ногам спеназовцев, плюнула и разошлась. И лишь упрямые пенсионеры продолжали давить на совесть Нацгвардии.
— Христос Воскрес, сынки.
— Воистину — хмурятся воины.
— Пустите детей помянуть.
Молчат.
И я смотрел на украинских полицейских даже не со злостью. А изумлением. Зачем? Ну пустили бы людей к их святыне, провели бы они (кстати, согласованный мэрией) митинг. Возложили цветы. И все!
Зачем нужны самолеты, нацгвардия, броневики, снайперы?
Словно кто-то у власти на Украине крепко сошел с ума!
И тут поспела новость, которая потом многое объяснила — Автомайдан, “Правый сектор” (националистическая организация, запрещенная в РФ. — Ред.), “Азов” и другие крутые ребята просто не пустили депутатов от “Оппозиционного блока” в Одессу.
Депутаты собирались участвовать в панихиде по жертвам 2 мая, но их просто заперли в аэропорту.
Власти местного МВД хватило только на то, что перевести киевских гостей в ВИП-зал, где они помолились со срочно вызванным батюшкой и улетели.
Это была демонстрация силы. Майдану было важно показать — кто главный в городе».
Жанна
05.05.2016 23:19
Зная наверняка, что через несколько дней погибнет, одессит Яша Гордиенко на шести клочках папиросной бумаги написал последнее письмо родителям, которое товарищи по камере сумели переслать в город:
"27 июля 1942 г.
Дорогие родители!
Пишу вам последнюю свою записку. 27—VII— 42 г.. Мой срок истекает, и я, может быть, не доживу до следующей передачи. Помилования я не жду... На следствии я вел себя спокойно. Я отнекивался. Меня повели бить. Три раза водили и били на протяжении 4—5 часов. В половине четвертого кончили бить. За это время я три раза терял память и один раз представился, что потерял сознание. Били резиной, опутанной тонкой проволокой. Грабовой палкой длиной метра полтора. По жилам на руках железной палочкой... После этого избиения остались следы шрамов на ногах и повыше. После этого избиения я стал плохо слышать на уши.
Кто вообще был в моей группе, те на воле. Никакие пытки не вырвали их фамилий. Я водил ребят на дело. собирал сведения. Я собирался взорвать дом, где были немцы (рядом с д. Красной Армии, новый дом). Но мне помешал старик. Эта собака меня боялась. Он знал, что у меня не дрогнет рука, поднятая на провокатора. От моей руки уже погиб один провокатор. Жаль, что я не успел развернуться.
Я рассчитывал на побег. Но здесь пару дней тому назад уголовные собирались сделать побег, и их зашухерили. Они только нагадили. Сейчас нет возможности бежать, а времени осталось очень мало. Вы не унывайте. Саша Хорошенко поклялся мне, что, если будет на воле, он вас не оставит в беде. Можете быть уверены, что он будет на свободе. У него есть время, и он подберет нужный момент улизнуть из тюрьмы. Наше дело все равно победит. Советы этой зимой стряхнут с нашей земли немцев и «освободителей» —мамалыжников. За кровь партизан, они ответят в тысячу раз больше. Мне только больно, что в такую минуту я не могу помочь моим друзьям по духу.
Достаньте мои документы. Они закопаны в сарае. Под первой доской от точила сантиметров 30—40. Там лежат фото моих друзей и подруг и мой комсомольский билет. В сигуранце у меня не вырвали, что я комсомолец. Там есть фото Вовки Ф., отнесите его на Лютеранский переулок, 7, Нине Георгиевне. Вы ей отнесите, и пусть она даст переснять, а фото заберите назад. Может быть, вы его когда-нибудь встретите. Там есть и мои письма. Есть там и коробочка. Можете ее вскрыть. Там мы клялись в вечной дружбе и солидарности друг другу. Но мы все очутились в разных концах. Я приговорен к расстрелу, Вова, Миша и Абраша эвакуировались. Эх! Славные были ребята! Может быть, кого-нибудь встретите.
Прощайте, дорогие. Пусть батька выздоравливает. Это я хочу. Прошу только не забыть про нас и отомстить провокаторам. Передайте привет Лене.
Целую вас всех крепко, крепко. Не падайте духом. Крепитесь. Привет всем родным. Победа будет за нами! 27.VII. 42 года. Яша»
Анна Долгарева, спецкор «Русской Весны» в ЛНР
05.05.2016 22:47
Новый тренд, похожий на тонкий вброс Минстеця, — обвинять одесситов в том, что они не поднимаются против украинской власти, как поднялся Донбасс. Ну да, действительно: почему это они спустя два года после Одесской Хатыни не наденут георгиевские ленточки, не выйдут многотысячным митингом на площадь? Боятся, наверное.
Ну да, вообще-то боятся.
Потому что "мирная" Одесса сейчас намного опаснее воюющего Донбасса.
Яна Айзикович-Попеску
05.05.2016 22:26
Одесса – улыбка Бога — превратилась в слезы Бога
amiant
05.05.2016 22:00
По видимому происходящее в Одессе только верхушка айсберга народного  прозрения. Нет и не может быть долговременной основы у власти,  на таком вот фундаменте  людского горя и ненависти к себе. Мы с  народом Украины  против бандеровско - нацистского мракобесия. Пусть знают наши  братья и их , а значит и наши, враги: мы не устанем никогда бороться с последышами фашистов! Эта борьба будет идти  до последнего края, тех пор пока кто-то не сгинет. Или  бандеровская   нечисть с претензией на национальную исключительность, или единый русский этнос на  Украине. Есть, пожалуй и третий путь-самый безболезненный - мирное разделение Украины по цивилизационному признаку.
Наташа Симисинова
05.05.2016 22:11
Вынуждена признать, что множество людей глупы, или невнимательны , или неспособны поставить себя на место другого. Те, кто ругает Одессу пусть представят себе взятый фашистами любой советский город- а Красной армии нет и не предвидится.... Плюс-полгорода уже пошли в услужение и расстреливают своих соседей... Как-то так... Поэтому-не понимаете ситуации-лучше промолчите...
Юрий Селиванов
05.05.2016 22:12
Покажите мне хотя бы одну фотографию, на которой одесские "ватники" и "сепаратисты", вооруженные автоматами и снайперскими винтовками, прямо сейчас учатся вести бой в городских условиях. Если бы хотя бы одно такое фото стало известно, киевские власти немедленно обвинили бы всю Одессу в подготовке вооруженной провокации. Но нет таких фото, потому что и оружия у одесситов нет.
Между тем, о боевой подготовке"активистов- евробандитов" не нужно даже догадываться. Свеженькими фото этих вооруженных до зубов "миротворцев" заполнен весь интернет. Для любого адекватного человека совершенно очевидно - кто именно полностью готов к применению оружия в Одессе.
Константин Кеворкян
05.05.2016 22:03
Уроки Одесской Хатыни

3 мая 2014 г.

Киевская хунта развязала войну против собственного народа. Хотя, как сказать -"собственного"? Исполненные ненависти эпитеты - "террористы", "сепаратисты", "ватники", "титушки", "колорады" - это все мы, протестующие против государственного переворота жители Восточной Украины. Неомайданом развязана война, и вряд ли ее можно назвать даже гражданской. С согражданами так не разговаривают. Когда общенациональный канал СТБ выставляет под репортажем о кровавой бойне в Славянске издевательскую подпись "дихлофос для колорадов", а известный телеведущий И. Кондратюк требует "расстрелять каждого третьего жителя" на востоке страны, это закономерно заканчивается сожжением десятков людей в Одессе - средневековым аутодафе под радостные аплодисменты "истинных патриотов". Майдан превратился в Майданек. О каком единении страны может идти речь? Наш мирный ответ может быть только один - абсолютный и безусловный бойкот незаконных выборов, призванных легитимизировать кровавую диктатуру.
После краха людоедского режима (а я не сомневаюсь в его скором экономическом крахе) неминуемо возникнет вопрос: что делать с заговорщиками, развязавшими бойню, и со всей страной, которую они сознательно и настойчиво инфицировали нацизмом? Иначе это ядовитое семя будет прорастать снова и снова, старательно подкармливаемое местными националистами при поддержке иностранных государств.
Убежден, что общественным организациям, противостоящим неонацистам и их пособникам, необходимо публично заявить: "главари хунты, отдававшие приказ начать карательную операцию, обязательно будут преданы публичному суду". Суд можно провести в героическом Славянске, многострадальной Одессе или Харькове, который уже имел опыт первого в истории открытого суда над военными преступниками в декабре 1943 года, что послужило прелюдией Нюрнбергского процесса.
Нужно объявить преступными и подлежащими роспуску все неонацистские организации, вроде ВО "Свобода" и "Правого сектора". Рядовые каратели также должны понести уголовную ответственность, в зависимости от тяжести совершенных преступлений. Особое внимание подстрекателям - политикам, работникам СМИ, блогерам, пользователям социальных сетей, которые науськивали вооруженных боевиков, подводили идеологическую базу под преступные деяния неонацистов. Также необходимо очищение системы образования от зоологических националистов и безусловное прекращение финансирования тех учреждений и организаций, которые пропагандируют человеконенавистническую идеологию. Наказания - от запрета на профессию до тюремных сроков.
Сегодня особое внимание нужно уделить неотвратимости наказания. Организаторы и подпевалы государственного переворота должны точно знать, что их ждут суд и тюрьма.
Меры по привлечению к уголовной ответственности преступников должны быть приняты незамедлительно, к чему и призываю международные правозащитные организации, руководство Европейского Союза и Российской Федерации. За мной не стоит многотысячных митингов или могучих иностранных держав, это мое личное мнение, и я считаю необходимым высказать его публично.
Прошу это обращение по возможности донести до тех, от кого зависит принятие соответствующих решений и сбор необходимых материалов для будущего процесса, необходимого для успешной денацификации нашей страны. Никто из военных преступников не должен избежать ответственности.
Депутат харьковского городского совета,
Директор ООО "Телекомпания "Первая Столица"
Константин Кеворкян
Отображены комментарии с 1 по 10 из 31 найденных.

Эксклюзив
14.07.2019
Валерий Бурт
75 лет назад по Москве провели гигантскую колонну немецких завоевателей.
Фоторепортаж
15.07.2019
Алексей Тимофеев, Валерий Виноградов
В Вологде открыт памятник летчику-асу Великой Отечественной Александру Клубову.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».