Корвет «Чхонан», утопивший мир

Более двух месяцев назад, когда стало известно о гибели корабля южнокорейских ВМС «Чхонан», вряд ли кто-то мог предположить, что этот случай перерастет в крупный международный инцидент. Однако случилось именно так.

Искренне жаль 46 погибших молодых моряков – только те, кто имеет отношение к морскому делу, могут представить, что значит провести последние минуты в отсеке гибнущего корабля, откуда уже нет никаких шансов выбраться. Гибель корвета вызвала у жителей Южной Кореи такие же чувства, которые испытывали мы, узнав об аварии на подводной лодке «Курск».

Отправной точкой для развития ситуации по неблагоприятному сценарию послужили нагромождения искаженной и недостоверной информации.

Плюс – откровенная ложь, которая кочует по страницам газет и сайтам интернета. Началось все с того, что сеульские военные поначалу толком не могли даже сказать, в котором часу все произошло. Официальные южнокорейские источники утверждали, что все случилось очень быстро, между 21.30-21.40 в пятницу 26 марта. Однако, под давлением невольных многочисленных свидетелей, в конце концов, все же было сделано признание, что развитие ситуации по катастрофическому сценарию началось в 21.15 - 21.20. Например, один из погибших моряков более получаса оживленно обменивался «эсэмэсками» со своей девушкой ровно до 21.16. Потом связь резко оборвалась – согласитесь, что причиной этому могла стать внештатная ситуация на корабле.

При разборе ситуации возникает еще один вопрос: почему этот немаленький по размерам и огневой мощи корабль вдруг очутился в этом изобилующем отмелями районе, в двух километрах от берега? Официальная версия поначалу звучала так: укрывался от шторма. Но ведь всякий мало-мальски знакомый с морским делом человек знает, что во время непогоды держаться возле побережья, если там, конечно, нет поблизости безопасной гавани, крайне опасно, вас может снести течением или сильным порывом ветра на мель. В этой акватории существует относительно глубоководный фарватер для больших кораблей, но «Чхонан» сошел и с него. Это весьма странно, особенно если учесть, что в этот момент начинался отлив и приближаться к берегу да еще против приливной волны – очень оригинальный способ судовождения. Есть и другая странность: разница примерно в 1,6 километра между координатами трагедии, опубликованными Министерством обороны Южной Кореи, и данными, полученными посредством системы автоматической связи ВМС страны.

До сих пор официальный Сеул так и не обнародовал записи камер, установленных на острове Пэннён и ведущих круглосуточную съемку в инфракрасном диапазоне.

Есть кадры, снятые в момент погружения корабля в воду, момент прибытия на помощь катеров южнокорейских ВМС, но нет кадров, где запечатлен момент взрыва или иного события, приведшего к гибели корабля. Представитель минобороны ответил, что правительство решило ограничиться лишь этими кадрами. Не очень понятны и действия южнокорейских властей, которые до сих пор не дают возможности спасенным членам экипажа общаться с внешним миром, а родственников погибших тщательно оберегают от журналистов. На следующий день после трагедии членам семей тогда еще считавшихся без вести пропавшими моряков называли в качестве причины трагедии посадку на мель и даже приводили попавшую в южнокорейские СМИ флотскую карту. Затем вдруг официальные лица, вплоть до главы государства, в голос принялись утверждать, что причиной гибели корабля был взрыв. Версия неоднозначная, ведь, как выяснилось, Сеул занимался в этом районе минными постановками, пытаясь оградить свои территории от пхеньянских диверсантов. В ход пошла информация о северокорейской торпеде. Однако если был взрыв, то где раненые, обожженные и контуженые члены экипажа? Их нет, а ведь общеизвестно, что в случае взрыва образуется масса осколков, возникает ударная волна, которая сопровождается высокой температурой, приводящей к пожарам. Более того, выжили матросы, которые находились на крыльях мостика и, казалось бы, неизбежно должны были погибнуть - если не от ударной волны, так от осколков. Кроме того, поврежденный корабль имеет специфические повреждения – закрученные от воздействия ударной волны куски обшивки, следы пожара. Опять же, ничего этого нет. И уж совсем не в пользу версии взрыва говорит приводимый ниже снимок дизельного машинного отделения «Чхонана», где, по версии следственной комиссии и произошел взрыв. Не только все оборудование не получило видимых повреждений, но даже пластиковая бутылка лишь слегка помята.

Часть южнокорейских СМИ, независимые оппозиционные депутаты настаивают на другой причине гибели корабля. Они утверждают: «Чхонан» столкнулся с американской подводной лодкой.

Эта, казалось бы, неправдоподобная на первый взгляд версия, довольно неплохо аргументирована. Главный довод: случай с кораблем произошел в ходе совместных американо-южнокорейских учений «Фоул игл». Официально они должны были закончиться еще 22 марта, но, согласно признаниям американского офицера, давшего интервью корейским репортерам, «бряцание оружием» в этом районе продолжалось и 26 марта.

Первые несколько дней на месте крушения корабля даже находились два эсминца под звездно-полосатым флагом, оснащенные противоракетной системой «Иджис» - понятно, что их роль в проведении спасательной операции мала. Не совсем ясно и то, что же они делали в районе катастрофы. Подозрения крепнут, когда узнаешь, что южнокорейским морякам, стянувшим в этот район практически все свои спасательные суда и опытнейших водолазов-подводников, еще несколько недель «ассистировали» два американских спасательных судна. Согласно утверждениям, появившимся на официальном сайте седьмого флота США, американские суда в этом районе не только помогали корейцам, но и проводили учения. Вот уж, согласитесь, не то время и не то место для учений!

Еще больше вопросов вызывает визит в район крушения высших должностных лиц США в Южной Корее, посла Кэтлин Стивенс и командующего американским контингентом в Корее генерала Уолтера Шарпа - фактически он руководит и вооруженными силами Сеула в случае чрезвычайной ситуации – чуть меньше чем через две недели после случившегося. Судя по снимкам, американцы были весьма растеряны.

Как утверждают неофициальные источники в Сеуле, американцы работали у острова в строго отведенном районе: нос и корма корабля затонули в разных местах, они были помечены двумя буями. Но есть свидетельства существования третьего буя, на котором работали американцы. Официальная пресса Сеула, вначале о нем упоминавшая, потом, словно по команде, эту тему замолчала. Но вот уже в японских газетах появились статьи, в которых версия о причастности американцев подается в еще более неприглядном свете: «Чхонан» обнаружил американскую подводную лодку, о присутствии которой южнокорейцы не были извещены и атаковал ее. Янки ответили, субмарина ВМС США получила повреждения, хотя есть и версии о том, что она затонула. Отсутствие следов взрыва на обломках, и наоборот, характерные отметины на корпусе корабля, говорят именно о столкновении «Чхонана» с подводной лодкой.

Причем роковую роль в судьбе корабля и его экипажа сыграл фактор недостаточной прочности материала, некоторые утверждают, что на корвете его изготовители просто «сэкономили средства». В результате «Чхонан» за двадцать лет поизносился настолько, что экипаж откровенно боялся, что корабль может затонуть в любой момент.

А ведь постройка «Чхонана» велась в конце 80-х на верфях компании «Хендэ», правой рукой ее руководителя был нынешний глава южнокорейского государства…

А вот официальная версия событий не выдерживает критики по многим показателям. Во-первых, обломок торпеды, якобы поразившей «Чхонан» сильно коррозировал – явное свидетельство того, что он пролежал на дне не один год. На это же указывают и ракушки, облепившие винты торпеды.

Во-вторых, если внимательно присмотреться к распространенному в прессе чертежу северокорейской торпеды и сравнить его с обломками «рыбины», якобы поразившей корабль, заметно их явное несовпадение. В-третьих, атака подводной лодки на мелководье против начинающего набирать силу отливного течения – задача очень трудновыполнимая. К тому же, никто не знает, оборудованы ли северокорейские подлодки типа «Ен-о» торпедными аппаратами – слишком уж они малы. Вспомним также, что поначалу Сеул говорил о полупогружаемом катере, вооруженном лишь мини-торпедами, не способными отправить на дно более-менее крупный корабль. Венец южнокорейского официального творчества - утверждения об идентичности маркировки на образце имеющейся у них торпеды и на обломках той, что найдена на месте крушения. Эти двусмысленные доказательства были подвернуты сомнению, один из бывших членов следственной комиссии уже называет официальную версию неправдоподобной.

Стоит прислушаться и к позиции Пхеньяна. Он категорически все отрицает, в пропагандистское – пока?.. - сражение брошены лучшие силы.

На северокорейском телевидении выступил представитель Государственного комитета обороны, прямо заявивший, что подлодок водоизмещением 130 тонн - как утверждают южане, именно такая и потопила «Чхонан» - в КНДР просто нет. То же самое можно сказать и о южнокорейских косвенных доказательствах: утверждения, что в Северной Корее после гибели корвета опубликованы сообщения о производстве нескольких десятков офицеров в генералы, рассчитаны на аудиторию, малознакомую с реалиями. Там, по утверждениям специалистов, подобные события происходят каждый год.

Да, южнокорейская официальная версия не выдерживает критики, но и у версии о столкновении с подводной лодкой есть свои слабые места - в основном, они связанны с нехваткой информации. На данный момент в выигрыше лишь Южная Корея и Соединенные Штаты. Руководству первой удалось загнать в угол своего недруга. Вполне возможно, что официальный Сеул хотел всего лишь упрочить свои позиции перед местными выборами, но, подобно неумехе-волшебнику, не смог удержать «джинна» под контролем. К подобным фокусам Сеул прибегает уже не впервые, в 1987-м, за день до проведения выборов, в столицу была доставлена северокорейская разведчица, которая якобы взорвала южнокорейский самолет. Этот пиар-ход позволил консервативному лагерю выиграть выборы. История повторилась в 1997-м, менее чем за месяц до выборов была вброшена информация о том, что кандидат от демократической оппозиции Ким Тэ Чжун получал деньги от руководства КНДР. Номер не сработал, оппозиционер победил, позже выяснилось, что сенсационная информация – «креатив» южнокорейских спецслужб. К тому же, сегодня президент Ли Мен Бак, по-видимому, рассчитывал максимально «поприжать» Пхеньян, который практически уже вышел на двусторонние контакты Вашингтоном. В случае их развития Сеул оказывался бы в откровенно дурацком положении: его главный союзник нормализует отношения с «главным супостатом».

В эти дни любители повоевать все сильнее давят на руководство Южной Кореи, заставляя его идти дальше и дальше - к войне. Поэтому курс южнокорейской валюты стремительно падает, из страны стремительно бежит капитал. Все это больно бьет по экономике и вполне может привести ее к полному краху. Но давать задний ход - значит потерять лицо. Пока полностью «в шоколаде» лишь США.

Белый дом доволен тем, что загнал в угол Северную Корею. Заставил стоять по струнке Японию, осмелевшую было до того, чтобы рассматривать вопрос о пересмотре статуса американских баз.

Правда, поначалу Вашингтон не планировал взвалить вину на Северную Корею, тон заявлений американских политиков в первые дни после катастрофы был осторожным и взвешенным. Но затем, по мере развития ситуации, американцы решили совместно с Сеулом «прессовать» Пхеньян.

События вокруг гибели «Чхонана» уже вызвали и корректировку планов проведения российских учений «Восток-2010». Вместо того чтобы подлодки с Камчатки занимались бы поиском и условным уничтожением авианосной ударной группировки противника, которую по замыслу организаторов должны были изображать прибывшие с Черноморского и Северного флота крейсера, наши корабли должны будут курсировать у берегов Кореи, следя за обстановкой.

Москва должна сделать все, чтобы не допустить вооруженного конфликта, значит, Россия ни в коем случае не должна оставлять Пхеньян в одиночестве. Все происходит у наших «ворот».