Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
29 октября 2020
«Явите силу покаяния…»

«Явите силу покаяния…»

Учитель Сталина, сподвижник Деникина и Врангеля причислен к лику святых
Олег Слепынин
11.05.2012
«Явите силу покаяния…»

Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины Владимир 22 апреля во время торжественного богослужения в храме преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерской лавры совершил чин причисления к лику местночтимых святых Киевской епархии схиархиепископа Антония (Абашидзе; †1942).

Житие новопрославленного святого необыкновенно.

Когда о нём говорят впервые, обычно упоминают интригующую подробность: Абашидзе был учителем юного Иосифа Джугашвили в Тифлисской семинарии. Примечательно и то, что для хиротонии во епископа государь император Николай II пожаловал владыке из своего кабинета полный комплект архиерейского облачения с мантией. В годы Гражданской войны он был сподвижником Деникина и Врангеля; при советской власти подвергался арестам, гонениям; старчествовал, проповедовал, творил чудеса; умер в Лавре при немцах…

На стыке веков

Схиархиепископ Антоний (в миру князь Давид Ильич Абашидзе) родился в 1867 году в своём родовом имении в Грузии. Княжеский род Абашидзе, известный с VII века, состоял в родстве с владетельным родом Багратиони и в некоторые моменты истории соперничал с родом царей.

В 24 года молодой князь Давид, с отличием окончив в Одессе юридический факультет Новороссийского Императорского университета, поступил в Киевскую духовную академию. На первом же курсе, в том же 1891 году, он был пострижен в монашество с именем в честь святителя Димитрия Ростовского. В 1896 году о. Димитрий окончил со степенью кандидата богословия Киевскую духовную академию и получил назначение в Тифлис.

Предположительно в тот период Абашидзе сумел найти подход к самолюбивому юноше И. Джугашвили и между ними сложились тёплые отношения. Сохранился рассказ известной монахини Сергии (Клименко, 1901-1994): «…когда Сталина за «проказы» сажали в карцер на хлеб и воду, он (о. Димитрий) его жалел и посылал ему покушать…»

Абашидзе сменил княжеский дворец на келью монаха - собственно, отказался от наследства отца земного ради обретения Царства Отца Небесного.

Путь Абашидзе – это путь к Отцу Вседержителю. Путь Сталина, который гордился своей безродностью (или делал лишь вид, что гордится), был путём, на котором его самого нарекут «Отцом всех народов».

В своё время приметным экспонатом Тбилисского филиала Центрального музея им. Ленина был семинарский журнал за 1898-1899 годы, в котором об ученике зафиксировано, что ученик 5-го класса Иосиф Джугашвили за непочтительность и грубость «в обращении с начальствующими лицами» при проведении ими обыска был наказан: «Сделан был выговор. Посажен в карцер, по распоряжению о. Ректора, на пять часов». Дежурная запись скреплена подписью «И.Д.» - принадлежит иеромонаху Димитрию Абашидзе, на тот момент инспектору семинарии.

В апреле 1902 года, когда Сталин в первый раз попал в тюрьму, о. Димитрий был рукоположен во епископа Алавердского. Дыхание революции, пламя бездны уже выхлестывало на поверхность через револьверные стволы террористов. Получив мантию, владыка Димитрий сказал: «Страшное и ответственное служение возлагает на меня Господь. Я должен быть живым орудием Духа Божия для создания Тела Христова, должен быть готов ежечасно предстать перед Ним, нелицеприятным Господом, вечной неизменной Правдой, и дать ответ о душах вверенных мне людей Его…»

О воспитании юных

В речи 1903 г. по поводу гибели священника о. Георгия владыка Димитрий, задаваясь вопросом о причинах возникновения террора, говорил так: «Но не виноваты ли и мы в этом? Не виноваты ли мы тем, что не наставляем детей в законе Господнем, не просвещаем их светом истины евангельской, не воспитываем их добрыми сынами Церкви и государства?» В последующем служении владыка всюду прилагал неординарные усилия для поддержки и развития церковных школ. Он был убеждён, что преданность Церкви Божией, Отечеству и Царю закладываются именно в церковной школе, где «благоговейный, усердный, скромный сельский священник-учитель был, есть и должен быть главным хранителем русской народности». Он говорил определённо: «Воспитывая верующее, любящее поколение, он (школьный учитель) этим самым спасает Отечество своё от потери Веры, заражения лжеверием или неверием», говорил о «необходимости сохранения целостности и свободы своей родины, государственного единства и сильной воли Богоучреждённой власти царской…»

Епископ Димитрий шесть лет служил в Туркестане. Там, по поводу жалобы на нерадивость преподавателей Закона Божия, он прямо-таки горестно возопил: «Отцы и братие! Что это такое? Дальше идти, кажется, уже некуда! Что за несчастье стряслось с нами?.. В Богохранимом православном царстве нас, вероучителей, умоляют посещать и знакомить подрастающее поколение с вечными, святыми и неизменными Законами Бога, за это нас поощряют, даже отчасти вознаграждают наш школьный труд, и мы вдруг обнаруживаем поразительное равнодушие…»

Владыка Димитрий в Туркестане основывал религиозные общества, строил храмы, учредил монастырь.

Русь, Святую Русь он воспринимал так: «Увеличиваясь и приобретая новые земли, Русь никогда не забывала, Чья всесильная рука направляет земные шаги её, и потому она не переставала считать своим главным назначением быть Царством Богоносным, быть землёй Христолюбивой, и вследствие этого она не только нигде и никогда не уничтожала с лица приобретаемых ею земель народов и племён, чуждых ей и по плоти и по духу, но наоборот, везде и всегда с любовью вводила она эти народы и племена в число полноправных сынов своего Царства и под благодетельною сенью своих Самодержцев братски, совершенно бескорыстно помогала им восставать от векового рабства, отнимавшего у них всякое человеческое достоинство, и давала полную возможность становиться богатыми, многознающими, многочисленными народами, как это случилось почти на глазах наших отцов с закавказскими народами, грузинами, армянами, и разными горскими племенами и как это происходит на наших уже глазах с нашими соседями – соотечественниками киргизами, сартами…» Владыка говорил о многочисленных внешних врагах Православной державы, которые «в ярости своей» веками желали «вытравить из списка народов земных и самое имя русское».

Всё и ныне актуально, как и век тому!

Кровавый смерч

В антирусскую революцию 1905-1907 годов Русь выиграла духовную битву. По сравнению с 1905-м, в 1913-м количество монастырей выросло с 860 до 1005, число монашествующих – с 63 тысяч до 92 тысяч человек.

25 июня 1912 владыка был назначен епископом Таврическим и Симферопольским.

В дневнике за 1914 г. Императора Николая Александровича, проживавшего тогда в Ливадии, есть запись: «19-го мая. Понедельник. Дивный день при 19° <…> Принял епископа Дмитрия и трех священников из Симферополя…»

До начала войны оставались считанные месяцы. Когда владыка Димитрий был возведён в архиепископское достоинство, в тот же день – с согласия Государя – был назначен исполняющим обязанности штатного судового священника. Произошло это 6 мая 1915 года.

Служил владыка Димитрий на линкоре «Св. Пантелеймон», который до кровавых событий 1905 года назывался «Князь Потемкин Таврический». «Св. Пантелеймон» принимал активное участи в боевых действиях Первой мировой на Чёрном море.

После катастрофического февраля 1917 года, перед тем как быть превращённой в кровавый смерч, Русь успела созвать Поместный Собор для выбора Патриарха. Архиепископ Димитрий участвовал в работе Собора.

Через три дня после большевистского переворота в Петрограде, в Москве начались бои. Работа Собора проходила в зареве пожаров и под грохот пушек. Юнкера, верные Временному правительству, защищали Кремль. Тяжёлые орудия красных били по святыням Кремля. На улицах и площадях лежали убитые, ползали покалеченные… Участники Собора, среди них и преосвященный Димитрий, спасали раненых. Документы Собора доносят до нас мощные слова владыки Димитрия, произнесённые им после падения Кремля: «Я бы почитал счастьем и честью пасть вместе с юнкерами…»

Внутри взрыва

После завершения первой сессии Собора владыка Димитрий отбыл в Крым. На вторую сессию, которая открылась 20 января 1918 и продлилась до апреля, попасть он уже не смог. В письме Патриарху Тихону он пишет: «Ваше Святейшество, Милостивейший Архипастырь и Святейший Отец наш! Как ни старался попасть в Москву, ничего не вышло, обстоятельства не позволяют отлучиться надолго. Что ни день, то <...> новая какая-либо выходка наших общественных деятелей, вынуждающая сидеть на месте и бдительно озираться кругом. Одному только Богу ведомо, что терпим мы здесь в Крыму <...> Меня пока, милостью Божией, не трогают…»

Накануне решающих битв несчастной Гражданской войны по инициативе главнокомандующего Добровольческой армией генерала А.И. Деникина в Ставрополе был созван Юго-Восточный церковный Собор, который учредил Временное Высшее Церковное Управление (ВВЦУ).

До восстановления связи с Патриархом Управление наделялось всей полнотой церковной власти. Товарищем Председателя ВВЦУ стал архиепископ Димитрий (Абашидзе).

В книге воспоминаний о. Георгия Шавельского описано происшествие, которое особенно ярко характеризует личность владыки Димитрия той поры. Управление рассматривало дело архиепископа Агапита (Вишневского), который «в декабре 1918 г. в полном облачении, окруженный духовенством, встречал въезжавшего на белом коне в Киев Петлюру, своего ученика по Полтавской духовной семинарии, причем приветствовал его речью и троекратным лобызанием». Архиепископ Димитрий был дружен с Агапитом. Для суда был созван архиерейский Собор. «Интересен заключительный момент этого Собора, - пишет Шавельский. - Прочитано следствие; резюмированы выводы; прошли прения, при которых только архиеп. Димитрий силился обелить своего приятеля. Началось голосование, как всегда, с младших.

- Ваше мнение? – обращается председатель, архиеп. Митрофан к младшему архиерею.

- Лишить кафедры, послать в монастырь, – отвечает тот.

- Лишить кафедры... послать в монастырь... Молод сам, а уже других – в монастырь... – ворчит недовольный архиеп. Димитрий.

- Ваше мнение? – обращается архиеп. Митрофан к следующему. «Послать в монастырь, лишив кафедры», – отвечает и этот.

- Тоже, в монастырь... Строг больно... Смотри, как бы сам не попал туда, – продолжает ворчать архиеп. Димитрий. И так как мнения всех архиереев в общем оказались согласными, то он не переставал давать подобные реплики на суждение каждого. Наконец, очередь дошла до него.

- Ваше мнение? – обратился к нему председатель.

Архиеп. Димитрий встал, перекрестился: «Господи, помоги сказать по совести!» И, помолчав немного, скороговоркой ответил: «Лишить кафедры, сослать в монастырь». Все так и ахнули…»

Из членов ВВЦУ, работавших при Врангеле, с приходом красных в Крыму остался один – архиепископ Димитрий.

В мае 1921 владыка получил приют в Топловском (под Феодосией) женском монастыре, который к тому моменту уже именовался трудовой артелью. В сентябре 1921 владыка был уволен Патриархом на покой. От церковных дел владыка не отошёл. Когда большевики инспирировали обновленческий раскол, возникла необходимость рукоположить во епископа вдового протоиерея Александра Зверева. Рукоположение совершалось в тайне в горном Космо-Дамиановском монастыре. В постриге и архиерейской хиротонии принимал участи и архиепископ Димитрий (Абашидзе). Властям, конечно, стало известно об активности «церковников». В результате в ноябре 1922 г. в Симферополе над крымскими священнослужителями состоялся суд. Ревтрибунал припомнил и такие «грехи» архиепископа Димитрия, как популярность среди народа.

Вспомнили письмо паствы Патриарху: «…владыка решительно отверг официальное предложение покинуть пределы России и остался самоотверженно на своем посту, а потому паства всея Тавриды желает видеть владыку в сане митрополита».

Трибунал обошёлся с крымским духовенством в тот раз мягко. Абашидзе дали год и вскоре амнистировали. Потом тут же вновь арестовали… Он был болен, его переправляли из тюрьмы в тюрьму, пока он не оказался в симферопольской больнице. Откуда он писал «Гражданину Председателю Совета Народных Комиссаров Крыма»: «…Два года тому назад я окончательно заболел; было у меня кровоизлияние – и я лишился зрения в правом глазе… Гражданин Председатель, окажите мне, больному старику, снисхождение, отпустите меня на свободу, верните меня, немощного, в Топлы, где бы я спокойно встретил смерть <…> Я очень и искренно хочу умереть, но не умираю!..»

Владыку выслали из Крыма, где он был чересчур популярен. Для жительства он выбрал Киев, где, как и на его родной Иверии, был предел Пресвятой Богородицы.

Старец

В 1923 году, раздав всё своё имущество, включая драгоценную панагию, и дав на некоторое время обет молчания, архиепископ, с наречением именем Антоний, принял великую схиму.

В книге Ивана Никодимова «Воспоминание о Киево-Печерской Лавре (1918-1943)» читаем об Абашидзе: «Помню, как он ежедневно в священнической фелони и омофоре совершал богослужения. Глубокий старец, небольшого роста, он еще носил следы прежней красоты. Черные выразительные глаза выдавали в нем, несмотря на большую седую бороду и белые, как лунь, волосы, в прошлом темного брюнета… Особенно охотно и с чувством глубокой симпатии он рассказывал о своих встречах с царской семьей…»

В 1923 ему было всего 55, но окружающим он представлялся глубоким старцем. Абашидзе почитался в Киеве как великий подвижник, молитвенник и духоносный старец, к которому за духовными советами стекались православные из России, Украины, Белоруссии, Грузии.

«Жил он не для себя – писал владыка Леонтий, – а для Бога, для Церкви и для людей. Ни один православный епископ, и даже некоторые из обновленцев, впоследствии принесших покаяние, не проезжали мимо его скромного жилища, чтобы не зайти для духовной беседы». Бывал у старца и епископ Лука (Войно-Ясенецкий).

Известно о владыке Димитрии одно чудесное откровение. Отражено оно в житии преподобного Алексия Голосеевского (Шепелева; 1840-1917): «В 1925=м, через 8 лет после захоронения о. Алексия, наместнику Лавры Архиепископу Димитрию (Абашидзе) во сне явился о. Алексий и просил перезахоронить его в другое место, ибо он плавает в воде…» Перезахоронение представлялось невозможным: «Ведь умер Патриарх Тихон, пошли большие смуты, церкви закрывают, беспощадно ломают, общее полное гонение на Святую Веру… Вскоре о. Алексий явился Архиепископу и с великой строгостью просил его перезахоронить. Архиепископ, видя, что это промысел Божий, и зная о. Алексия ещё в живых, решился идти к властям гражданским… Власти удивила решительность архиепископа. Конечно, для них сновидения не были причиной перезахоронения, и было отказано. Но тут сразу власти передумали и решили так: хорошо, разрешаем, только с условием, если окажется неправда, тут же все зачинщики будут арестованы и преданы суду. Наказание за агитацию несёте Вы, Владыка Димитрий. Владыка взял на себя ответственность, надеясь на милость Божию и молитвы о. Алексия... Отслужили всенощную, а утром Божественную Литургию, после литургии — панихиду по о. Алексию. И вот приближается момент Божия чуда. К месту прибыло много гражданских властей, вооружённых солдат. Начало сделал сам Владыка. Он взял лопату и очистил холмик над могилой, потом дал лопату солдатам, они начали копать в глубину. Не успели прокопать на глубину лопаты, как все провалились в воду!» Гроб буквально всплыл на поверхность. «Страх поразил гражданских властей. Все они разбежались. Владыка с христианами радовались…»

Лавру, а потом и Китаеву пустынь, закрыли. Старец стал жить на частных квартирах. Он вёл переписку с духовными лицами, воевал, как мог, с расколами. В 1930 году он вновь был арестован, ему запретили жить в Киеве. Он не уехал. Весной 1933-го его ещё раз арестовали, на этот раз вместе с двумя келейниками и несколькими из братии Киево-Печерской лавры. Келейников отправили на Север. Старца помучили в застенке и отпустили.

В октябре 1937-го был арестован и убит в Лукьяновской тюрьме Экзарх Украины митрополит Киевский Константин (Дьяков). Одна из его родственниц видела владыку во сне, стоящим у свеженасыпанного могильного холма, митрополит ей сказал: «Здесь лежит моё тело». Над тем холмом Лукьяновского кладбища старец Антоний совершил тайное отпевание священномученика.

К предвоенному времени относится и воспоминание монахини Сергии (Клименко). «Был он такой чудесный, маленький, весь серебряный, с большими «восточными» глазами, глядевшими так приветливо и как-то молодо».

Владыка любил повторять: «Епископская власть дана мне не для того, чтобы наказывать, а чтобы прощать»…

Панагия из Котласа

Немцы оккупировали Киев 19 сентября 1941 г. В верхней части Лавры – в «музейном городке» – новые власти расквартировали отряды СС и отдел полиции «Россия-Юг». Насельники в Лавре появились 27 сентября, в праздник Воздвижения Креста Господня. Это был четвёртый день ужасающих и таинственных взрывов в центре Киева…

Владыка Антоний поселился в домике бывшего смотрителя Ближних пещер. «В этом домике, – пишет Никодимов, – для владыки была восстановлена уничтоженная во время советской власти церковка. Здесь схиархиепископ по праздникам и воскресеньям сам служил наедине, без посторонних богомольцев. Помогали ему в этих службах его домочадцы: пело несколько монахинь, которые обслуживали домик, и его секретарь иеромонах Димитрий. Владыка ценил эти уединенные богослужения…»

Чувствуя приближение земного конца, владыка громко взывал к святителю Николаю и ко всем святым, прося о помощи в предстоящем пути. Скончался он 1 ноября 1942 года.

Его любимые ученики – иеромонахи Михаил Любимов и Иоанн Смурыгин, сосланные в Котлас, однажды сумели передать своему авве подарок – вырезанную ими из дерева панагию с изображением иконы «Спас нерукотворный». С этой бесценной вещью он и был похоронен в Лавре за алтарём Кресто-Воздвиженской церкви. Ныне нетленные его мощи открыты для поклонения.

+++

В далёком 1920 году исповедник взывал, но голос его и поныне слышен, актуально каждое слово. «Люди русские, православные! – молил владыка сквозь пламя Гражданской войны. - Явите силу покаяния, возвеличьте Святую Русь делом, словом и мыслью, отвергните соблазны антихристовы…»

Святой отче Антоний, моли Бога о нас!

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Ангелина О
17.05.2012 16:08
Удивительная судьба. Тут и Сталин, и Врангель, и гитлировцы. СПАСЕНИЕ и СВЯТОСТЬ
Святой схиархиепископ Антоний, моли Бога о нас!!!
margarita.afanasjewa
17.05.2012 2:36
Духовность! Великая СИЛА! Возрождение с Божьей милостью придет. Я ВЕРЮ.
Игнат
15.05.2012 15:45
Чудесная статья о замечательном человеке, о котором мы  мало знали.
лесник
14.05.2012 18:22
        Смею утверждать, что отец Димитрий внёс наибольший вклад в созидании гения Сталина.
    Умаление роли учителя и, соответственно, устранение его пастырского влияния есть главная беда сегодняшней России.
МПЗ
13.05.2012 18:38
Если б кино о жизни его поставить. Богатая на события судьба
Жуков
11.05.2012 15:48
Долгожданное событие!

Эксклюзив
Фоторепортаж
28.10.2020
Подготовила Мария Максимова
В Музее имени Андрея Рублева открылась выставка, посвященная 70-летию его реставрационной мастерской.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».