Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
7 декабря 2019
Гимназист, солдат, академик

Гимназист, солдат, академик

Памяти знаменитого ученого-слависта Н.И. Толстого (1923-1996)
Наталья Масленникова
11.09.2013
Гимназист, солдат, академик

15 апреля с.г. исполнилось 90 лет со дня рождения академика Никиты Ильича Толстого. Крупный славист, учёный-патриот на протяжении всей своей исследовательской деятельности он стремился раскрыть и донести до современников духовное богатство Славянского мира, воспитать в своих учениках любовь и уважение к славянству, неизменно настаивал на широком распространении знаний о братьях-славянах в среде российской общественности, на изучении славянских языков в отечественной высшей школе.

Творческая энергия его была неиссякаема; широчайшая эрудиция, внутренняя культура, неотразимое обаяние, желание передать свои знания молодому поколению, доброжелательность и требовательность в работе, наблюдательность и зоркость, «живой и бойкий русский ум», натура своеобычная — богатая, красивая, утончённая, благородная… — таким живёт в памяти Учитель.

К юбилею Н.И. Толстого Институт славяноведения РАН подготовил фестшрифт «Ethnolinguistica Slavica» (М., Индрик. 2013), в Ясной Поляне прошла Международная конференция — 17-е Толстовские чтения «Ethnolinguistica Slavica» (13-16 мая), а 17 мая открылась выставка «Из Сербии в Россию», рассказывающая о жизненном и творческом пути Толстого. Именно эта экспозиция (несколько сокращенная) в конце июля и была перемещена в Москву.

Сейчас под названием «Никита Ильич Толстой — гимназист, солдат, академик» выставка демонстрируется (до 20 сентября) в Толстовском центре Литературного музея Л.Н. Толстого, на Пятницкой, 12.

…Благодатно было в Ясной, почти осязалось единство «толстовского братства», да и Никита Ильич, казалось, незримо присутствовал посреди нас. Необыкновенно тёплым, проникновенным был день 17 мая — чудная прогулка по усадьбе великого предка учёного, открытие выставки, панихида на могиле Н.И. Толстого в семейном некрополе Николо-Кочаковского погоста… Всё было проникнуто особой сердечностью — это и неудивительно, ведь сюда съехались не только участники конференции, но и многие почитатели, соратники, ученики Толстого, искренне ему преданные, хранящие добрую память о нём в нынешние неуютные дни разрушения отечественной науки, её традиций, сокращения славистических исследований, искусственного снижения интереса к славянским странам и народам, языкам, к славяноведению, особенно в среде молодёжи. Печально, что в Московском университете сегодня как-то померкла кафедра славянской филологии, среди абитуриентов славянское отделение не пользуется спросом. Думается, одна из причин – косность учебной программы, она явно отстаёт от требований времени, нуждается в скорейшем реформировании. Увы, но и юбилей академика Н.И. Толстого, преподававшего (и как!) на славянском отделении почти 30 лет, кафедрой так и не был замечен. Неблагодарна память человеческая...

Как пагубно для нашего национального самосознания сегодняшнее увлечение заокеанскими и азийскими «ценностями», как разрушительна эта тенденция. Как хочется вслед за Тютчевым воскликнуть:

Не изменяй себе, великая Россия!
Не верь, не верь чужим, родимый край,
Их ложной мудрости иль наглым их обманам,
И, как святой Кирилл, и ты не покидай
Великого служения славянам...

На открытии выставки живой рассказ младшей дочери Толстого Анны Никитичны буквально вдохнул жизнь в пожелтевшие документы и фотографии, слушали все «толстовцы» с большим вниманием, интересом, да иначе и быть не могло — всеми владело чувство глубокого уважения и любви к незабвенному Никите Ильичу… Вдруг как-то ожило прошлое, вспомнились годы учёбы, совместной работы, славных экспедиций в Полесье, Славянских съездов, дни Славянской письменности и культуры… да много чего ещё. Лучезарным человеком был наш Толстой.

После кончины Н.И. Толстого филологический факультет словно осиротел. Всегда было радостно встречать в университете этого светлого человека. Бывало, идёт любимый профессор — сердце будто вздрагивает, огонёк загорается, непременно, ещё издали, лицо освещается улыбкой и в ответ — обязательно улыбка и негромкое доброе слово, а на прощание: «Христос с вами»… Семинар Толстого по этнолингвистике и фольклору работал напряженно, живо, а встреча с русской/славянской народной культурой, постижение её через язык погружало в какую-то прямо сказочную атмосферу. Обычаи и обряды, забытые традиции, духовные стихи и былины, поговорки, народные песни — всё было предметом нашего изучения. Никита Ильич умел очень тактично руководить, направлял мягко, ненавязчиво, никогда не ограничивая инициативы студента. Свобода творчества была главной ценностью в общении с научным руководителем.

Помнится первая встреча: в аудиторию вошёл высокий, худощавый человек, в чёрной паре, отчего казался тополино-стройным, аккуратно причёсанный на прямой пробор, с толстовской бородой, взгляд внимательный и добрый, уветливый, но одновременно строгий, хорошие манеры, старомосковский выговор, культурная, почти утраченная ныне, неспешная русская речь с мягкими певучими интонациями. Мы уже знали, что читать на первом курсе «Введение в славянскую филологию» будет правнук самого Л.Н. Толстого и тоже граф, как-то это было необыкновенно, в школе и на факультете таких настоящих не было. Только что в десятом классе прочитана великая эпопея «Война и мир», и вдруг живая частица этого давно ушедшего мира, русской России прямо перед нами — ощущение было удивительное. Воистину, и один в поле воин — Никита Ильич сумел передать нам непрерывную нить русской бытийной традиции.

Твердо хранил заповедь — Россия единая, великая и неделимая (помнится, как тяжело переживал он разрушение Славянского мира, развал СССР и Югославии). Ведь сильная Россия (а сила в единстве) — это цитадель славянства.

Чего только ни знал наш преподаватель, интересный собеседник и благодарный слушатель! Прирождённым педагогом был — щедро делился своим драгоценным кладом: и жизненным, и научным опытом. Эрудиция его была поразительной. И песен, и стихов знал много наизусть, а при случае и пляску народную мог показать, знал цену шутке, юмору. Были в его характере непосредственность, некий задор, будто озорство, но не безоглядное, а полезное — к примеру, вот что писал он тетке с фронта, рассказывая о солдатском житье-бытье: «Пою я тоже неплохо и плясать умею, хотя и пляшу больше для смеха — тогда, когда загрустят ребята. Вот как “туго” станет, так мой друг Васька берёт баян, а я откалываю номера. Тут даже и пессимист за живот хватается. Так что ты видишь, что и я бываю вроде “рыжего в цирке” — но как ты сама пишешь, “без рыжего не обойтись”». Бывало, какой-нибудь меткой, не в бровь, а в глаз, пословицей или стихами вдруг всколыхнет подуставшую, а то и задремавшую на долгих заседаниях аудиторию — и глядь, собрание оживилось, проснулись «прозаседавшиеся»…

Никита Ильич «служил славянам» всю жизнь. Очень русским человеком он был – любил Россию, русскую стихию, русское Слово; любил славянство… Возможно, и обстоятельства биографии подтолкнули его к изучению Славянского мира. Ведь родился он в городке Вршац (позже семья переехала в Белград) в Королевстве Сербов, Хорватов, Словенцев. Родился-то в Сербии, а вырос из русской почвы. Отец его был адъютантом полковника Каппеля, с остатками армии он ушёл из охваченной революционным пожаром России в Китай, оттуда, узнав, что семья его находится в Южной Славии, перебрался на Балканы.

Жизнь в Сербии была непростой, на хлеб приходилось зарабатывать разными способами. Отец (морской офицер) занимался сапожным ремеслом. «И сейчас тяжело вспоминать, в какой бедности Илья жил, — писал позже Никита Ильич об отце. — Тяжело было смотреть на него, когда он работал физически /сапожником/ из последних сил — казалось, с каждым ударом молотка уходила частица его жизни — его сил. И несмотря на это он необычайно бодр духом»… (впоследствии в СССР — доцент МГУ, преподавал сербский язык, автор сербскохорватско-русского словаря).

Никита продавал газеты на улице, прислуживал в русской церкви Св. Троицы в Белграде, успел застать и протоиерея Петра Беловидова, основателя русского прихода, и огромного митрополита Антония (Храповицкого), и Анастасия (Грибановского), о. Юстина (Поповича), о. Владислава Неклюдова… да и кого только не было среди прихожан русской церкви — генералы и денщики, учёные и артисты, аристократы, благородные девицы, монахи, казаки, кадеты, попадались и думцы… одно слово, — бывшие. И в семье, и на приходе впитывал он эту бывшую Россию. Никита Ильич любил повторять: «Сербия — родина, Россия — Отечество». В 1941-м окончил гимназию, помещавшуюся в Русском доме императора Николая II. Можно сказать, юному Толстому крепко повезло, ибо получил он ещё имперское российское образование, отсюда, вероятно, глубина и обширность познаний, в ряду предметов был и Закон Божий, учил протоиерей Георгий Флоровский. Духовным отцом отрока Никиты был о. Виталий Тарасьев, преподавший, как видно, правильное понимание «смирения и терпения как самовоспитания» личности, подмоги в жизненных испытаниях. С началом войны Толстые перебрались в воеводинский городок Новый Бечей.

Тут уже потянулись напряженные военные будни. Семья, как могла, помогала Сопротивлению. Выбор был прост — власть преходяща, Россия вечна.

Обо всем этом рассказывают документы и фотографии, письма периода беженской жизни в Сербии, представленные на выставке, здесь же и куклы из папье-маше, которые во время войны делали Толстые на продажу, для пропитания. Вообще этот раздел выставки чрезвычайно интересен. Он впервые приоткрывает для широкой публики малоизвестные страницы биографии знаменитого учёного и общественного деятеля. Практически все материалы экспонируются впервые. Любопытны семейные фотографии, есть там и младенец, и отрок Никита, и рядовой Н.И. Толстой, письма с фронта, которые он посылал своей тётке по адресу: «Москва, Арбат, 45, кв. 2 Анна Ильинична Толстая-Попова». Кстати, эти 27 писем были изданы к нынешнему юбилею, причём художник нашёл замечательное полиграфическое решение: факсимиле писем воспроизведены на плотных сложенных втрое-вчетверо листах бумаги — так выглядели фронтовые письма, наряду с треугольниками (на обороте напечатан текст оригинала), отдельно каждое письмо со штемпелем «Просмотрено Военной Цензурой», вся стопка писем перевязана бечёвкой — вот такое оригинальное издание военных «эпистол», раритет.

Никита Ильич говаривал: «Я единственный Толстой, который служил в Красной Армии». Действительно, по приходе советских войск в Новый Бечей, Толстой, как свидетельствует выданная командиром воинской части справка, «при форсировании… р. Тисса под сильным артиллерийским и миномётным огнём немецко-венгерских войск оказывал помощь раненым советским бойцам и офицерам. Принимал самое активное участие в организации палат для них, собирая у населения постельные принадлежности и продукты для них, и сам сутками работал санитаром-носильщиком. Раненые бойцы и офицеры выражают ему самую искреннюю благодарность». Из Нового Бечея Толстой ушёл с Красной Армией как «в неё входящий боец». «Не знаю почему, — писал он, — но здесь на фронте особенно сильно чувствуется природа и жизнь. Никто никогда не думает о смерти, чувство жизни и желание жизни побеждает всё. Даже смерть покоряется этому чувству — этим и силён человек. <…> … впрочем, я никогда не боялся смерти. Хотя я также думаю о жизни, о жизни счастливой — творческой. Если останусь живой, то за это время моего пребывания на фронте накопится немало жизненной энергии для будущего. Хотя всё это будущее в области мечтаний. Фронтовик говорит: “Прожил день и хорошо”» (письмо из Венгрии от 23.03.45).

Он участвовал в Будапештской и Венской операциях. Из письма от 5 апреля 1945 г. (Австрия): «Сейчас здесь идут жестокие бои, хотя и враг всё время пятится назад. Нас же ведёт вперёд небывалое воодушевление и воля к скорейшей победе, а она, конечно, не за горами… разыгрывается новая великая битва, с небывалым ещё до сих пор накоплением техники и войск. Приятно себя чувствовать маленьким, крохотным винтиком в одном едином целом огромной советской военной машины. Мне уже выдали благодарность за отличные боевые успехи при овладении гор. Будапештом. Теперь хотелось бы побывать ещё и в Вене. <…>

Перед нами стоит Германия на коленях. Забавляет также обилие белых флагов — …немцы сдаются на милость победителя. Красная Армия идёт неудержимо.

<…> Вспоминаю, как Маяковский ещё в 1914 году в стихах “Война объявлена” писал: “Постойте, шашки о шёлк кокоток / Вытрем, вытрем на бульварах Вены!” — страшно даже, насколько актуальны сегодня эти слова. Что не удалось России 20 лет назад, то сегодня осуществляется. Да, действительно, мы будем в Вене».

На выставке представлены военные награды Толстого, среди них медали за взятие Будапешта и Вены. И ещё одна любопытная «Справка» — «выдана гвардии рядовому в/ч 49582 — Толстому Никите Ильичу в том, что он действительно является добровольцем Красной Армии и с октября месяца 1944 г. по 29 августа месяца 1945 г. состоял на службе в в/ч 49582 в должности рядового. Товарищ Толстой убыл из рядов Красной Армии и следует в Белград (Югославия) для разрешения вопроса о получении гражданства СССР и выезде в Советский Союз, куда выехали его родители». Семья приняла решение возвратиться в своё Отечество, загодя было отправлено письмо на имя И.В. Сталина и получен благоприятный ответ. В экспозиции показаны редкие документы, разрешавшие Толстым, одним из первых репатриантов, въезд в СССР за подписью консула Союза ССР тов. Иванова.

В 1945 г. Толстой стал студентом Московского университета, закончил болгарское отделение. На выставке можно увидеть его студенческий билет, фотографии тех лет. Научная карьера складывалась довольно успешно: в 1954 году он защитил кандидатскую диссертацию «Краткие и полные формы прилагательных в старославянском языке» (руководитель проф. С.Б. Бернштейн). Это было время замечательного послевоенного возрождения сравнительно-исторического языковедения, в том числе славянского, в отечественной науке. Толстой сразу встал в ряд выдающихся молодых учёных О.Н. Трубачёва, В.Н. Топорова, В.М. Иллич-Свитыча, В.А. Дыбо… позже все они составили цвет нашей славистики, балтийского языкознания, индоевропеистики; и поныне их труды держат высокую планку мировой филологической науки в данных направлениях. В 1972 г. состоялась защита докторской диссертации Толстого «Опыт семантического анализа славянской географической терминологии» (900 машинописных страниц текста). Служил Н.И. Толстой в Институте славяноведения и балканистики АН СССР (позже Институт славяноведения РАН), где в своё время создал Сектор этнолингвистики и фольклора. В Московском университете он преподавал с 1968 г., в 1976-м получил звание профессора.

В 1984 г. Толстой был избран членом-корреспондентом, а в 1987 — академиком АН СССР.

Он состоял иностранным членом Австрийской, Македонской, Словенской, Польской (Краков), Сербской, Югославянской (Загреб), Белорусской академий наук, Европейской академии наук и искусств (Зальцбург).

Никита Ильич являлся также почетным членом Славистического общества Сербии (с 1989 г.), научного общества «Матица Сербская» в Новом Саде (с 1991 г.). Многие годы вплоть до кончины возглавлял Советский (позже Российский) комитет славистов, в 1987-1996 вице-президент Международного комитета славистов, участвовал почти во всех съездах славистов, с 1992 по 1996 гг. был членом Президиума РАН, основал Российский гуманитарный научный фонд, в последние годы жизни возглавлял журнал «Вопросы языкознания», возобновил издание журнала «Живая старина», стоял у истоков Международного фонда славянской письменности и культуры, был одним из активных участников первых праздников Славянской письменности и культуры, состоял в Общественном наблюдательном совете по воссозданию храма Христа Спасителя, был членом ряда академических и правительственных советов и комиссий… Всех званий и обязанностей не перечесть. Грамоты, документы, удостоверения (даже ударника коммунистического труда!), дипломы, фиксирующие этапы научной и общественной деятельности учёного, также представлены на этой замечательной камерной выставке.

Академик Н.И. Толстой был одним из последних филологов классического типа. В области славянской филологии, да и не только, он обладал поистине энциклопедическими познаниями.

Горизонт его интересов был чрезвычайно широк. Ещё в начале научной деятельности (1950-е гг.), когда он писал многочисленные статьи о южных славянах для Большой и Малой советских энциклопедий, было видно, насколько он широко образован в области языков, культуры и науки балканских славян. Он был тонким языковедом, но, как говорил о себе, был «славистом широкого профиля», и действительно, интересы его выходили далеко за рамки лингвистики. Замечателен вклад Н.И. Толстого в отечественную палеославистику, славянскую лингвистическую географию, лексикологию и семасиологию, фразеологию, в практику художественного перевода. Разумеется, на протяжении всей жизни он занимался и историей славистики, был знатоком фундаментальных трудов учёных-славистов. Обширна география его многочисленных публикаций почти на всех славянских языках: Москва, Ленинград/Санкт-Петербург, София, Киев, Черновцы, Ужгород, Днепропетровск, Белград, Ниш, Любляна, Загреб, Сараево, Минск, Гомель, Варшава, Люблин, Краков, Прага, Братислава, Тарту…

Изучая историю отдельных славянских литературных языков, Толстой заложил основы славянской историко-типологической социолингвистики. Учёный планомерно разрабатывал это направление на материале всей Славии и с привлечением широкого европейского контекста, вскоре оно сделалось одним из приоритетных в отечественной науке о языке и в славистике. Одним из крупнейших достижений учёного считается разработанная им типологическая классификация славянских литературных языков. Это итог большой и длительной работы с материалом многовековой истории всех славянских языков.Полный объём проблем, связанных с историко-типологической социолингвистикой, представлен в монографии Толстого «История и структура славянских литературных языков» (1988).

Академик Н.И. Толстой фактически стоял у истоков (точнее, второго рождения) комплексной науки — славянской этнолингвистики, в которой были объединены язык и традиционная культура славянских народов, фольклор, обычаи и обряды, мифология. Это была новая ветвь отечественного славянского языкознания, правда, начатки этой дисциплины можно обнаружить уже в работах первого русского академика-слависта

И.И. Срезневского; по достоинству оценил Толстой и достижения А.А. Потебни и польского слависта К. Мошинского как ранних теоретиков этнолингвистического подхода к изучению славянской диалектологии и духовной культуры. Полевые исследования белорусского и украинского Полесья (не доступного после Чернобыля) легли в основу этнолингвистических изысканий учёного. Он вообще рассматривал Полесье как аналог праславянского состояния, как «почти идеальную» территорию, «заповедник языковой и духовной культуры», первым результатам этих изысканий посвящены два фундаментальных сборника: «Полесье (Лингвистика. Археология. Топонимика)» и «Лексика Полесья: материалы для полесского диалектного словаря» (1968). В статье Толстого «О лингвистическом изучении Полесья» впервые были обозначены перспективы комплексного этнографического, языкового, археологического подхода в исследовании вопросов этногенеза восточных славян и славянской прародины, а позже учёный выдвинул проблему единого лингво- и этнографического исследования таких сфер духовной культуры, как верования, воззрения, обрядность. Комплексный подход сразу же обнаружил свои преимущества, позволив успешно проводить научную реконструкцию элементов духовной культуры славян в древности. Основные выводы общетеоретического и методологического характера были обозначены в статье «Проблемы реконструкции древнеславянской духовной культуры» (1989). В начале 80-х гг. была начата работа над Полесским этнолингвистическим атласом.

В своё время Толстой выступил инициатором создания фундаментального словаря «Славянские древности». Только для первого тома (1995) Никита Ильич написал почти 60 статей; четыре же последующих тома этой духовной энциклопедии славян вышли уже посмертно. «Толстовский» словарь основывается на изучении славянских языков и культурных древностей и подчинен задаче реконструкции древнеславянской духовной культуры и, в конечном счете, — этногенеза и этнокультурной истории славянства. Это уникальное достижение отечественной славистики.

Наряду с другими российскими языковедами своё место занял Н.И. Толстой в энциклопедии «Отечественные лексикографы» (М., 2012, Изд. 2-ое доп. Под ред. проф. Г.А. Богатовой), изданной попечением Фонда исторической перспективы.

Важным итогом деятельности учёного стало создание собственной научной школы, которая продолжает успешно развиваться. Он оставил множество учеников не только в России, но, можно сказать, и по всему миру.

Сегодня школу академика Н.И. Толстого возглавляет его вдова, соратник и друг, талантливый учёный, профессор Светлана Михайловна Толстая, заведующая Сектором этнолингвистики и фольклора Института славяноведения РАН. Активно ей помогает старшая дочь, лингвист Марфа Никитична Толстая; нельзя не сказать о вкладе в дело сохранения памяти отца и младшей дочери, тележурналиста Анны Никитичны Толстой. Кстати, ей, прежде всего, мы обязаны и устроением настоящей выставки.

В «книжном отделе» представлены некоторые основные труды академика Н.И. Толстого: «Славянская географическая терминология» (М., 1965), «История и структура славянских литературных языков» (М., 1988), «Язык и народная культура» (М., 1995), «Избранные труды» в 3-х томах (М., 1997-1999), «Очерки славянского язычества» (М., 2003) и конечно же Словарь славянских древностей, а также работы на сербском языке, который был вторым родным языком Н.И. Толстого. Воссоздан в экспозиции и фрагмент домашнего кабинета учёного, с несколькими семейными портретами, с таким знакомым небольшим круглым столиком, покрытым скатертью с народным сербским узором. Мягкий свет зажжённой настольной лампы создаёт атмосферу уюта — на столе юбилейный сборник «Ethnolinguistica Slavica», изданный к 90-летию учёного…

Всё это посетители увидят впервые. 

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Ольга
19.09.2013 19:40
Никита Ильич Толстой - образец ученого, человека, мужчины. Уходящая, если не ушедшая, порода людей, безупречно воспитанных и отмеченных несомненным личностным своеобразием, обаянием. Он достойно нес бремя гениальной фамилии, внес большой вклад в русскую культуру.
профессор Богатова-Трубачева
13.09.2013 22:14
С удовольствием прочитала статью, словно вновь побывала на этой замечательной выставке. Живо вспомнила годы дружбы и совместной работы с академиком Толстым, съезды славистов, в которых мы часто с покойным супругом академиком О. Н. Трубачевым принимали участие. В 1996 г. О. Н. Трубачев сменил Н. И. Толстого на посту Председателя Российского комитета славистов, восприняв эти непростые, но почетные обязанности.  Советую всем посетить эту выставку, пока она еще не закрылась. Выставка экспонируется в старинном  особняке на Пятницкой. Теплота и уют дома,  чудный палисадник, чуть тронутый осенними красками создают ощущение старомосковского быта, словно возвращают посетителей в Толстовскую эпоху.  
Марфа
13.09.2013 15:44
Статья теплая, ощущается преклонение перед научными достижениями Н.И.Толстого, известного в СССР, слависта. Автор удивляется, что на кафедре забыли о юбилее, к сожалению время идет вперед, появились другие течения в славистике. Главное упущение Н.И.Толстого - это пренебрежение к древнему источнику, счастливо сохраненного в тяжелые времена, "Книге Велеса", что продолжают делать его ученики, отрицают историческую ценность, древнего источника, утверждают его фальшивость, такая же долгая и трудная судьба была и у "Слова о полку Игоря".
Алла Мардиева
12.09.2013 16:03
Статья замечательная,наполненная не только обширным фактическим материалом из жизни выдающегося  слависта Н. Толстого, но и тёплым чувством ученика к  учителю, и любовью к славянскому миру. Действительно, личность академика знаменательна. Помню его выступление на одной из конференций в МГУ. Аудитория слушала его с почтением. Стояла тишина. Это была дань уважения человеку, так много сделавшему для славянской культуры. Хорошо, что Столетие даёт возможность сказать слово благодарности от потомков и почтить память учёного.
Елена Степанова
12.09.2013 15:02

Автор рассказала читателю о своем учителе с искренним чувством любви и благодарности, почти благоговейной. Особенно интересны малоизвестные широкому кругу детали о нем и его жизни. Очень увлекательно Наталья рассказала о выставке, посвященной юбилею Н.И. Толстого – 90-летию со дня рождения, на которой были впервые представлены уникальные экспонаты: его письма с фронта своей тетке, рукописи некоторых его произведений и документы. Читая о юбилейных торжествах в имении Л.Н.Толстого «Ясная Поляна», я как будто побывала там вместе с автором, настолько живо и ярко было об этом написано. Наталья Викторовна хорошо лично знала Никиту Ильича и до сих пор дружит с его родными, очень их уважает. Статья отличается тем, что в сравнительно небольшом объеме прослеживает всю жизнь этого замечательного человека, ставшего академиком РАН, светилом российского славяноведения. Много времени он уделял своим ученикам, воспитав целую плеяду ученых, деятелей культуры, литераторов. Я тоже слушала лекции Никиты Ильича в далекие семидесятые годы прошлого века и навсегда сохранила исключительно добрые чувства к нему и воспоминания о нем, как об интеллигентном и особо уважаемом преподавателе. Сдавать ему экзамен было на редкость легко и приятно. Он был большим и известным во всем мире ученым. Как раз сейчас я читаю статью Н.И Толстого о литературном языке у сербов в конце XVIII – начале XIX века из сборника «Национальное Возрождение и формирование славянских литературных языков», увидевшую свет еще в 1978 году, но не утратившую своей значимости по сей день. Это было время становления и кодификации славянских языков. Н.И. Толстой очень увлекательно рассказал о всех конкурентных течениях и борьбе в области культуры при становлении сербохорватского языка. Поражает панорамность и широта изложенного им материала, с которым он знакомит своих коллег-ученых, почитателей и просто всех людей, интересующихся проблемами славистики.

Эксклюзив
06.12.2019
Валерий Мацевич
Будут ли страны Прибалтики проситься обратно в российскую «оккупацию»?
Фоторепортаж
28.11.2019
Подготовила Мария Максимова
В Государственном историческом музее открылась выставка, посвященная графу А.А. Аракчееву.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».