Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
13 декабря 2019
Идеологический расизм

Идеологический расизм

О «новейших» тенденциях западной научной мысли относительно «варварства» России, Китая, Индии и стран Латинской Америки
Леонид Савин
13.10.2014
Идеологический расизм

В последнее время наши заокеанские «партнеры» и их сателлиты из Евросоюза заметно усилили антироссийскую пропаганду. Такую активность следует рассматривать не столько в контексте системных санкций Запада против России, сколько, прежде всего, - как форму идеологического расизма.

Страшным примером наиболее радикального воплощения этой идеологии в Европе стала нацистская Германия. Внутри США тоже шел процесс создания мифа о «богоизбранности» американской нации и необходимости нести «свет демократии» всем остальным народам. Потому вполне закономерно, что в США пропагандистская машина за многие годы существования достигла сегодня высокого мастерства в «искусстве» по очернению, дискредитации, разрушению той или иной идеологии, государства и государств, даже целых народов. В связи с резким обострением политической, экономической и военной ситуации вокруг Украины предлагаем рассмотреть несколько современных тенденций западной научной мысли, связанной с международными отношениями.

Как показывает в своей работе «Евроцентристская концепция мировой политики: Западная международная теория 1760-2010» профессор Джон Гобсон, практически все основные идеи, будь они империалистические или, наоборот, такие, как социализм и марксизм, имели в своем корне расовые предубеждения. В западном обществе сформировался не только научный расизм, который акцентировал внимание на цвете кожи, форме черепа и разрезе глаз, но и учение, согласно которому мир делится на три общества: цивилизованное, дикое и варварское.

К цивилизованному обществу относят себя создатели этой концепции – страны евроатлантического пространства. Дикое общество являют собой страны Африки, а варвары – это азиаты, включая Китай и Россию.

И делается акцент: именно варвары могут быть потенциально опасны, так как они разрушили Рим, цитадель западной цивилизации. И история может повториться. Следовательно, нужно выставить «варварские» страны в нелицеприятном свете как для своих граждан, от которых зависит электоральная и политическая поддержка, так и для стран-партнеров, которых можно использовать в качестве пушечного мяса в будущих конфликтах с «варварами». Сегодняшнее обилие критических эпитетов в отношении России конечно же связано с общими терминами, оппозиционными таким понятиям, как демократия, права человека и либерализм, - всему тому, что до примитивизма просто и потому понятно для западных обывателей. Так, Уильям Мартел, профессор Университета Тафтса (на фото) в области исследований по безопасности, активно использует в своем дискурсе новый термин «авторитарная ось», что практически является интерпретацией «оси зла».

Последнее определение появились в 2002 г., когда президент США Дж. Буш обратил внимание на определенную категорию государств, которые, согласно заявлениям руководства Соединенных Штатов, могут стать обладателями оружия массового поражения, быть спонсорами террористических и экстремистских группировок. Это относилось к Северной Корее, Ирану и Ираку.

По мнению Мартела, «ось зла» составляют те авторитарные государства, которые могли бы угрожать Западу не напрямую, а опосредованно, вооружая террористов. К «авторитарной оси» он относит государства, выступающие против приверженности к западным «ценностям», в частности, к демократии и тотальной свободе. Эта «ось» включает в себя широкую категорию государств, что создает долгосрочные и менее заметные угрозы для Запада. Сегодня в группу «авторитарных» стран, утверждает Мартел, входят Китай, Россия, Иран, Северная Корея, Сирия, Венесуэла, Куба. Он также считает, что номинально главой «авторитарной оси» является президент России Владимир Путин с его широко тиражируемыми на Западе вербальными атаками на США. По мнению западных политиков, после возвращения Крыма в Россию и оказания гуманитарной помощи Донбассу такие «атаки» усилились. Отсюда – частые факты искажения и выдергивания из контекста слов президента РФ, чем постоянно занимаются западные СМИ и представители официальной власти.

У США новая «ось» вызывает особое беспокойство. Ведь, координируя свою политику, страны этой «оси» начинают глобальные изменения в Азиатско-Тихоокеанском, Индо-Тихоокеанском и евразийском регионах. Кроме того, действия глав этих стран согласовываются и по определенным вопросам внешней политики.

По мнению профессора Мартела, попытки создания многополярного мира странами, не согласными с «Вашингтонским консенсусом», – это и есть агрессивные действия «авторитарной оси».

Данная версия представляет собой авторскую разработку, но есть также примеры коллективного «понимания проблемы», указывающие на общие интересы, например, британских и американских деятелей из академической среды.

Скажем, тройка ученых - Джеймс Харди (бывший декан Государственного университета Луизианы, профессор истории), Леонард Хохберг (профессор того же университета, основавший вместе с Джорджем Фридманом Центр геополитических исследований на базе этого вуза, а также - небезызвестный центр «Stratfor») и Джеофри Слоан (Университет Ридинга, Великобритания) - в публикации «Выиграть войну, потерять мир», посвященной геополитическим перипетиям Европы и США, пишут, что «победа в холодной войне, несомненно, являлась триумфом (классического) либерального и цивилизованного образа жизни над фашизмом». Речь идет не только о Германии, Италии и их союзниках, в том числе Японии, но и о Советском Союзе. Так, распад СССР характеризуется как «поражение фашизма советского стиля, что привело и к временной потере марксистской идеологией своей репутации». Кроме такой «своеобразной» интерпретации истории коллектив этих авторов поднимает и проблематику нынешнего времени. Например, ШОС они приписывают две основные характеристики: 1) все государства, входящие в эту организацию, кроме Индии, являются фашистскими или авторитарными; 2) им не нравится политика Запада в отношении торговли, финансов, интеллектуальной собственности и прав человека.

Вот вам и роль Советского Союза в победе над фашизмом во время Второй мировой войны!

Получается, по версии этих ангажированных «ученых», с 1917 г. наш народ и страна были фашистскими, и, несмотря на распад СССР, сегодня таковой является Россия.

Напомним, что, согласно общепринятой классификации, фашистское государство представляет собой корпорацию, где все граждане служат делу его укрепления, Забывают, видно, англосаксонские профессора, что при фашизме отсутствует многопартийность и свободная пресса, которая у нас, например, нередко финансируется из Лондона и Вашингтона и не стесняется в подборе выражений в отношении первых лиц государства и российской истории. А иногда даже живет за счет госкорпораций, как радио «Эхо Москвы», получающее деньги от российского «Газпрома», но верно следующее курсу западного неолиберализма.

К числу известных русофобов нельзя не отнести также американского историка и политолога Ричарда Пайпса, который периодически пишет пасквили, обвиняя и русский народ, и Государство российское в надуманных грехах и пороках. У него виноваты все, даже «низшие сословия». Пайпс в одной из своих статей утверждает, например, что «поскольку многие советские лидеры вышли из крестьян, то они несут в себе такие омерзительные черты русского менталитета, как лень, корысть, ставка на силу, умение эксплуатировать других людей и презрение к тем, кто не способен защититься».

А вот другой его пассаж, сотворенный еще в 2006 г.: «… почему же русские до сих пор доставляют нам неприятности, несмотря на то, что холодная война давно закончилась? Почему они приглашают лидеров террористической группировки «Хамас» в Москву? Почему они перекрывают газ Украине и, тем самым, сокращают его поставку в Западную Европу? Почему они преследуют неправительственные организации, обвиняя их в шпионаже и подстрекательстве к революции? Почему они проводят совместные военные маневры с китайцами, с очевидностью направленные против Тайваня? ...Первая причина - это неспособность России найти себе должное место в международном сообществе... и антидемократическая, авторитарная традиция».

При этом Пайпс видит причину в том, что Россия – это православная страна, оторванная от протестантско-католического Запада.

Не случайно многие западные политологи так сокрушаются об этом фундаментальном отличии в мировоззрении между русским народом и «просвещенной Европой», что всегда мешало этой самой Европе, а потом и США, устанавливать в России свои правила и диктовать свои условия, апеллируя к догмам Ватикана или нормам протестантского капитализма.

Крайне показателен и дискурс, связанный с событиями на Украине. При этом в мастерстве риторики соревнуются как высокие политики, так и средней руки журналисты, прямо или косвенно обслуживающие интересы госдепа США. В Финляндии, например, объявили «охоту на ведьм» - государственная телерадиокомпания «Юлейсрадио» (Yleisradio) недавно попросила граждан сообщать о финнах, которые поддерживают политику Путина и России в Интернете. Некая журналистка Джессика Аро даже указала свою электронную почту и номер мобильного телефона, взяв на себя функции цензора и политической полиции в одном лице. Правда, финский правозащитник Йохан Бекман дезавуировал эти намерения, отметив, что Джессика Аро как и «Юлейсрадио» давно имеют тесные отношения со спецслужбами прибалтийских стран, в первую очередь, с полицией безопасности Эстонии КАПО и центром кибервойны НАТО в Таллине. И что подобные заявления «Юлейсрадио» являются грубым нарушением прав человека и финского законодательства, т.к. сбор данных о политических убеждениях считается тяжким уголовным преступлением и разжиганием межнациональной и гражданской розни.

А экс-посол США на Украине Джон Хербст, ныне занимающий пост директора Евразийского центра при Атлантическом совете, прокомментировал недавний визит Петра Порошенко в Вашингтон однозначно: «Российская атака угрожает не только Украине, но Европе и Евразии».

Передергивая факты и смешивая их с домыслами, бывший высокопоставленный дипломат считает, что ответ Запада на действия Кремля должен состоять в поставке оружия, военной помощи и адаптации возможностей НАТО для защиты своих восточных членов.

Но поскольку Украина членом НАТО не является, то можно притянуть за уши к ситуации, например, Прибалтику. В обоснование своих доводов Джон Хербст привел слова уполномоченного МИД РФ по правам человека Константина Долгова о том, что в Латвии, Литве и Эстонии нарушаются права этнических русских, а вместе с этим растет ксенофобия и неонацистские настроения. Хербст опровергает слова Долгова, заявляя, что это «ложный нарратив», но одновременно говорит о том, что к ним нужно относиться серьезно, так как Путин может вторгнуться туда, как в Крым.

Ситуация такова, что вряд ли столь откровенный идеологический расизм Запада в отношении России (а также Китая, Индии, стран Африки и Латинской Америки) прекратится. И даже если предположить, что это когда-нибудь и произойдет, то очень и очень не скоро. Сегодня просто нужно сделать определенные выводы и, исходя из них, строить международные отношения.

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 12 найденных.
Уважаю М.Горького
21.11.2014 21:09
Все, кто прочитал работу М.Горького выше, пожалуйста, прочитайте ее снова и Вы поймете, что Горький говорит о русском народе в самые тяжелые времена жизни: в гражданскую войну, в осенний период сбора урожая и заготовок продовольствия. Горькому, как и всякому писателю хочется блеснуть резкими сопоставлениями города и деревни, Резким сопоставлением каменной и идейной культуры Западной Европы и грубой простотой сельского  русского сельского быта и выживания в труднейшей борьбе с природой. Да, всё это не в пользу русского сельского люда, с его самоэксплуатацией. Но в этом нет никакого варварства  это выживание в суровых обстоятельствах. Но сейчас есть цивилизованное варварство Запада и Японии с их двумя мировыми войнами,о котором Горький не знал и не предвидел, с человеконенавистническим фашизмом культурной Германии и культурным Киевом, подстрекаемым культурной Америкой, которая еще совсем недавно сжигала напалмом вьетнамских крестьян и создавала кровавые цветные революциии. Так кто больше варвар? Я считаю, что страны Запада, склонные к своему превосходству и фашизму во всем - это есть настоящее цивилизованные варварство и дикость одновременно.
  Но Горького писателя очень люблю и уважаю за "Жизнь Клима Самгина", но он может, как поэт-буревестник, эмоционально сильно заблуждаться и много не знать, что знаем мы, современные люди, о прекраснодушном Западе с его манипулятивой демократией, ложью и финансовым одурачиванием всех.
Уважаю М.Горького
21.11.2014 21:13
Все, кто прочитал работу М.Горького выше, пожалуйста, прочитайте ее снова и Вы поймете, что Горький говорит о русском народе в самые тяжелые времена жизни: в гражданскую войну, в осенний период сбора урожая и заготовок продовольствия. Горькому, как и всякому писателю хочется блеснуть резкими сопоставлениями города и деревни, Резким сопоставлением каменной и идейной культуры Западной Европы и грубой простотой сельского  русского сельского быта и выживания в труднейшей борьбе с природой. Да, всё это не в пользу русского сельского люда, с его самоэксплуатацией. Но в этом нет никакого варварства  это выживание в суровых обстоятельствах. Но сейчас есть цивилизованное варварство Запада и Японии с их двумя мировыми войнами,о котором Горький не знал и не предвидел, с человеконенавистническим фашизмом культурной Германии и культурным Киевом, подстрекаемым культурной Америкой, которая еще совсем недавно сжигала напалмом вьетнамских крестьян и создавала кровавые цветные революциии. Так кто больше варвар? Я считаю, что страны Запада, склонные к своему превосходству и фашизму во всем - это есть настоящее цивилизованные варварство и дикость одновременно.
  Но Горького писателя очень люблю и уважаю за "Жизнь Клима Самгина", но он может, как поэт-буревестник, эмоционально сильно заблуждаться и много не знать, что знаем мы, современные люди, о прекраснодушном Западе с его манипулятивой демократией, ложью и финансовым одурачиванием всех.
Владимир
21.11.2014 20:23
Марфа, Вы очень важные вещи сказали, Вы по-настоящему историчны, и не живете по лжи ради выгоды, как США и западная Европа.
Рядом с Вами какой-то делец-псевдоисторик публикует "схемы впечатлений и мыслей о русском народе" М. Горького с целью доказать варварство русского народа. Что-то он не пишет, как цивилизованные США напалмом сжигали вьетнамских крестьян, 700 тысяч иракских граждан ради сомнительной демократии они уничтожили, а что делали немецкие варвары в Европе в 1939-45. Да, русские люди в начале века попали в тяжелейшие условия, а сейчас Америка купается в своих бассейнах и творит недостойную революцию в ФУР (фашистской украинской республике, иначе не назовешь) с тысячами жертв и лжи - это политический бандитизм. Этого цивилизованного варварства делец-русофоб не замечает. Русские, в том числе и Ленин, создали  Украину, а русофоб историк делает вид, что ничего не знает, значит, ЛЖЕЦ.
Марфа
30.10.2014 11:13
Максим Горький описал трагическое состояние народной жизни русских, до какой степени низведены были простые русские мужики при романо-германском иге, которое началось с установлении на русский трон, ставленников Ватикана, захудалого рода Захарьиных, превратившихся в Романовых.Главное - страшное безграмотное состоянии, особенно кощунственное, если знаешь, что наши пращуры были первыми грамотными в Древнем мире, что скрывается,благодаря инвалидной историографии, с подачи папства. Именно Ватикан христианские народы "поставил раком", фальсифицировав географию Древнего мира, исказив историографии их предков. Преднамеренно, чтобы вырваться на первые роли международной жизни, Ватикан уничтожал древние и античные источники, подделывая оставшиеся, уничтожив карты древних географов, только у арабских географов можно получить представления о реальной географии Древнего мира. Ложь, подделки, фальсификат - оружие для уничижения наших предков, при том, что пращуры были стерты из истории мира. Что значит "варварство" от Запада? Глупость, наглость, ложь, спесь, даже само слово "варвар"исказили значение, используя его , как уничижительное, но это от безграмотности! Так называемые, "западноевропейцы" - нищая, гнилая поросль руин Римской империи, которую они выбрали за основу своей "цивилизации", с другой стороны - забыли! погрузили в толщи песка и забвения в бассейне Нила, между 5 и 6 катарактами (порогами)навечно, придумав и обустроив ложный, (даже Рим-ложный!)центр религиозный - Ватикан = (Батя+хан). Варвар- так называли римляне в Африке население, которое проживало за морем, на другом (вар+вар) берегу. Поскольку Русь была в древней Европе (см. карты арабских географов), на восточном берегу современного Средиземного моря, то, по отношению к Африке,жили за двумя морями, поскольку от Кипра и до дельты Нила, вдоль берега находилось древнее Балтийское море (в виде "ремня", как и описывалось в древних источниках. см. "Древняя Русь в свете зарубежных источников" в 5 томах.Так, что на высказывания "западноевропейцев" не надо обращать внимание - это глубоко зомбированные, заблуждающиеся, глупо спесивые, от лжи и подделок, люди. А России надо приложить усилия,для того, чтобы вернуть себе украденную историографию, как пращуров, так и предков, а главное вернуть географию Древней Руси и Средневековой Руси, перестать жить в выдуманном врагами, мире.
Максим ГОРЬКИЙ
15.10.2014 8:15
{{ http://sadsvt.narod.ru/gorky.html }}
Максим Горький
О русском крестьянстве (очерк, отрывки)
Берлин, 1922 г.
Люди, которых я привык уважать, спрашивают: что я думаю о России? Мне очень тяжело все, что я думаю о моей стране, точнее говоря, о русском народе, о крестьянстве, большинстве его. Для меня было бы легче не отвечать на вопрос, но – я слишком много пережил и знаю для того, чтобы иметь право на молчание. Однако, прошу понять, что я никого не осуждаю, не оправдываю,– я просто рассказываю, в какие формы сложилась масса моих впечатлений. Мнение не есть осуждение, и если мои мнения окажутся ошибочными – это меня не огорчит.

* * *
В сущности своей всякий народ – стихия анархическая: народ хочет как можно больше есть и возможно меньше работать, хочет иметь все права и не иметь никаких обязанностей. Атмосфера бесправия, в которой издревле привык жить народ, убеждает его в законности бесправия, в зоологической естественности анархизма. Это особенно плотно приложимо к массе русского крестьянства, испытавшего более грубый и длительный гнет рабства, чем другие народы Европы...
Человек Запада еще в раннем детстве, только что встав на задние лапы, видит всюду вокруг себя монументальные результаты труда его предков. От каналов Голландии до туннелей Итальянской Ривьеры и виноградников Везувия, от великой работы Англии и до мощных Силезских фабрик – вся земля Европы тесно покрыта грандиозными воплощениями организованной воли людей, – воли, которая поставила себе гордую цель: подчинить стихийные силы природы разумным интересам человека. Земля – в руках человека, и человек действительно владыка ее. Это впечатление всасывается ребенком Запада и воспитывает в нем сознание ценности человека, уважение к его труду и чувство своей личной значительности как наследника чудес труда и творчества предков.
Такие мысли, такие чувства и оценки не могут возникнуть в душе русского крестьянина.
Безграничная плоскость, на которой тесно сгрудились деревянные, крытые соломой деревни, имеет ядовитое свойство опустошать человека, высасывать его желания. Выйдет крестьянин за пределы деревни, посмотрит в пустоту вокруг него и через некоторое время чувствует, что эта пустота влилась в душу ему... Нигде вокруг не видно прочных следов труда и творчества. Усадьбы помещиков? Но их мало и в них живут враги. Города? Но они - далеко и не многим культурно-значительнее деревни. Вокруг - бескрайняя равнина, а в центре ее - ничтожный, маленький человечек, брошенный на эту скучную землю для каторжного труда. И человек насыщается чувством безразличия, убивающим способность думать, помнить пережитое, вырабатывать из опыта своего идеи. Историк русской культуры, характеризуя крестьянство, сказал о нем:
«Множество суеверий и никаких идей».
Это печальное суждение подтверждается всем русским фольклором.
…Спора нет - прекрасно летом "живое злато пышных нив", но осенью перед пахарем снова ободранная голая земля и снова она требует каторжного труда. Потом наступает суровая шестимесячная зима, земля одетая ослепительно белым саваном, сердито и грозно воют вьюги и человек задыхается от безделья и тоски в тесной, грязной избе. Из всего, что он делает, на земле остается только солома и крытая соломой изба - ее три раза в жизни каждого поколения истребляют пожары.

* * *
...Технически примитивный труд деревни неимоверно тяжел, крестьянство называет его «страда» от глагола «страдать». Тяжесть труда, в связи с ничтожеством его результатов, углубляет в крестьянине инстинкт собственности, делая его почти не поддающимся влиянию учений, которые объясняют все грехи людей силою именно этого инстинкта.
Труд горожанина разнообразен, прочен и долговечен. Из бесформенных глыб мертвой руды он создает машины и аппараты изумительной сложности, одухотворенные его разумом, живые. Он уже подчинил своим высоким целям силы природы, и они служат ему, как джинны восточных сказок царю Соломону. Он создал вокруг себя атмосферу разума – «вторую природу», он всюду видит свою энергию воплощенной в разнообразии механизмов, вещей, в тысячах книг, картин, и всюду запечатлены величавые муки его духа, его мечты и надежды, любовь и ненависть, его сомнения и верования, его трепетная душа, в которой неугасимо горит жажда новых форм, идей, деяний и мучительное стремление вскрыть тайны природы, найти смысл бытия.
Будучи порабощен властью государства, он остается внутренне свободен – именно силою этой свободы духа он разрушает изжитые формы жизни и создает новые. Человек деяния, он создал для себя жизнь мучительно напряженную, порочную, но – прекрасную своей полнотой...

* * *
Был в России некто Иван Болотников, человек оригинальной судьбы: ребенком он попал в плен к татарам во время одного из их набегов на окраинные города Московского царства, юношей был продан в рабство туркам – работал на турецких галерах, его выкупили из рабства венецианцы и, прожив некоторое время в аристократической Республике Дожей, он возвратился в Россию. Это было в 1606 году; московские бояре только что затравили талантливого царя Бориса Годунова и убили умного смельчака, загадочного юношу, который, приняв имя Дмитрия, сына Ивана Грозного, занял Московский престол и, пытаясь перебороть азиатские нравы московитян, говорил в лицо им:
«Вы считаете себя самым праведным народом в мире, а вы – развратны, злобны, мало любите ближнего и не расположены делать добро».
Его убили, был выбран в цари хитрый, двоедушный Шуйский, князь Василий, явился второй самозванец, тоже выдававший себя за сына Грозного, и вот в России началась кровавая трагедия политического распада, известная в истории под именем «Смуты». Иван Болотников пристал ко второму самозванцу, получил от него право команды небольшим отрядом сторонников самозванца и пошел с ними на Москву, проповедуя холопам и крестьянам:
«Бейте бояр, берите их жен и все достояние их. Бейте торговых и богатых людей, делите между собой их имущество».
Эта соблазнительная программа примитивного коммунизма привлекла к Болотникову десятки тысяч холопов, крестьян и бродяг, они неоднократно били войска царя Василия, вооруженные и организованные лучше их; они осадили Москву и с великим трудом были отброшены от нее войском бояр и торговых людей. В конце концов, этот первый мощный бунт крестьян был залит потоками крови, Болотникова взяли в плен, выкололи ему глаза и утопили его.
Имя Болотникова не сохранилось в памяти крестьянства, его жизнь и деятельность не оставила по себе ни песен, ни легенд. И вообще в устном творчестве русского крестьянства нет ни слова о десятилетней эпохе – 1602-1613 гг. – кровавой смуты, о которой историк говорит, как о «школе своевольства, безначалия, политического неразумия, двоедушия, обмана, легкомыслия и мелкого эгоизма, неспособного оценить общих нужд». Но все это не оставило никаких следов ни в бытие, ни в памяти русского крестьянства.
...О них можно сказать и буквально то же, что сказано историком о грозной эпохе «Смуты»:
«Все эти восстания ничего ее изменили, ничего не внесли новою в механизм государства, в строй понятий, в нравы и стремления»...
К этому суждению уместно прибавить вывод одного иностранца, внимательно наблюдавшего русский народ. «У этого народа нет исторической памяти. Он не знает свое прошлое и даже, как будто, не хочет знать его».
В легендах Италии сохранилась память о фра Дольчино, чехи помнят Яна Жижку, так же. Как крестьяне Германии Томаса Мюнцера, Флориана Гейера, а французы – героев и мучеников «Жакерии», и англичане имя Уота Тайлера – обо всех этих людях в народе остались песни, легенды, рассказы. Русское крестьянство не знает своих героев, вождей, фанатиков любви, справедливости, мести.

* * *
Жестокость – вот что всю жизнь изумляло и мучило меня. В чем, где корни человеческой жестокости? Я много думал над этим и – ничего не понял, не понимаю.
Давно когда-то я прочитал книгу под зловещим заглавием: «Прогресс как эволюция жестокости». Автор, искусно подобрав факты, доказывал, что с развитием прогресса люди все более сладострастно мучают друг друга и физически, и духовно. Я читал эту книгу с гневом, не верил ей и скоро забыл ее парадоксы.
Но теперь, после ужасающего безумия европейской войны и кровавых событий революции – теперь эти едкие парадоксы все чаще вспоминаются мне. Но – я должен заметить, что в русской жестокости эволюции, кажется, нет, формы ее, как будто, не изменяются.
Летописец начала XVII века рассказывает, что в его время так мучили: «насыпали в рот пороху и зажигали его, а иным набивали порох снизу, женщинам прорезывали груди и, продев в раны веревки, вешали на этих веревках».
В 18 и 19 годах то же самое делали на Дону и на Урале: вставив человеку – снизу – динамитный патрон, взрывали его...
Можно допустить, что на развитие затейливой жестокости влияло чтение житий святых великомучеников – любимое чтение грамотеев в глухих деревнях.
Если бы факты жестокости являлись выражением извращенной психологии единиц,– о них можно было не говорить, в этом случае они материал психиатра, а не бытописателя. Но я имею в виду только коллективные забавы муками человека.
В Сибири крестьяне, выкопав ямы, опускали туда – вниз головой – пленных красноармейцев, оставляя ноги их – до колен на поверхности земли; потом они постепенно засыпали яму землею, следя по судорогам ног, кто из мучимых окажется выносливее, живучее, кто задохнется позднее других.
Забайкальские казаки учили рубке молодежь свою на пленных.
В Тамбовской губернии коммунистов пригвождали железнодорожными костылями в левую руку и в левую ногу к деревьям на высоте метра над землей и наблюдали, как эти – нарочито неправильно распятые люди – мучаются.
Кто более жесток: белые или красные? Вероятно – одинаково, ведь и те, и другие – русские. Впрочем, на вопрос о степенях жестокости весьма определенно отвечает история: наиболее жесток – наиболее активный...

* * *
Думаю, что нигде не бьют женщин так безжалостно и страшно, как в русской деревне, и, вероятно, ни в одной стране нет таких вот пословиц-советов:
«Бей жену обухом, припади да понюхай – дышит? – морочит, еще хочет». «Жена дважды мила бывает: когда в дом ведут, да когда в могилу несут», «На бабу да на скотину суда нет». «Чем больше бабу бьешь, тем щи вкуснее»...
Вообще в России очень любят бить, все равно – кого. «Народная мудрость» считает битого человека весьма ценным: «За битого двух небитых дают, да и то не берут».
Есть даже поговорки, которые считают драку необходимым условием полноты жизни.
«Эх, жить весело, да – бить некого».
Я спрашивал активных участников гражданской войны: не чувствуют ли они некоторой неловкости, убивая друг друга?
Нет, не чувствуют.
«У него – ружье, у меня – ружье, значит – мы равные, ничего, побьем друг друга – земля освободится».
Однажды я получил на этот вопрос ответ крайне оригинальный, мне дал его солдат европейской войны, ныне он командует значительным отрядом красной армии.
– Внутренняя война– это ничего! А вот против чужих – трудное дело для души. Я вам, товарищ, прямо скажу: русского бить легче. Народу у нас много, хозяйство у нас плохое; ну, сожгут деревню – чего она стоит! Она и сама сгорела бы в свой срок. И, вообще, это наше внутреннее дело, вроде маневров, для науки, так сказать. А вот когда я в начале той войны попал в Пруссию – Боже, до чего жалко было мне тамошний народ, деревни ихние, города и вообще хозяйство! Какое величественное хозяйство разоряли мы по неизвестной причине! Тошнота!.. Когда меня ранили, так я почти рад был – до того тяжело смотреть на безобразие жизни... Это говорит человек, по-своему гуманный, он хорошо относится к своим солдатам, они, видимо, уважают и даже любят его, и он любит свое военное дело.
Я попробовал рассказать ему кое-что о России, о ее значении в мире – он слушал меня задумчиво, покуривая папиросу, потом глаза у него стали скучные, вздохнув, он сказал:
– Да, конечно, держава была специальная, даже вовсе необыкновенная, ну, а теперь, по-моему, окончательно впала в негодяйство!
Мне кажется, что война создала немало людей, подобных ему, и что начальники бесчисленных – и бессмысленных – банд люди этой психологии.

* * *
Говоря о жестокости, трудно забыть о характере еврейских погромов в России. Тот факт, что погромы евреев разрешались имевшими власть злыми идиотами – никого и ничего не оправдывает. Разрешая бить и грабить евреев, идиоты не внушали сотням погромщиков: отрезайте еврейкам груди, бейте их детей, вбивайте гвозди в черепа евреев – все эти кровавые мерзости надо рассматривать, как «проявление личной инициативы масс».
Но где же – наконец – тот добродушный, вдумчивый русский крестьянин, неутомимый искатель правды и справедливости, о котором так убедительно и красиво рассказывала миру русская литература XIX века?
В юности моей я усиленно искал такого человека по деревням России и – не нашел его. Я встретил там сурового реалиста и хитреца, который – когда это выгодно ему – прекрасно умеет показать себя простаком. По природе своей он не глуп и сам хорошо знает это...
Он создал множество печальных песен, грубых и жестоких сказок, создал тысячи пословиц, в которых воплощен опыт и его тяжелой жизни.
Он знает, что «мужик не глуп, да - мир дурак» и что «мир силен, как вода, да глуп, как свинья».
Он говорит: «не бойся чертей, бойся людей». «Бей своих, - чужие бояться будут».
О правде он не очень высокого мнения: «Правдой сыт не будешь». «Что в том, что ложь, коли сыто живешь». «Правдивый, как дурак, также вреден».
Люди – особенно люди города – очень мешают ему жить, он считает их лишними на земле, буквально удобренной потом и кровью его, на земле, которую он мистически любит, непоколебимо верит и чувствует, что с этой землей он крепко спаян плотью своей, что она его кровная собственность, разбойнически отнятая у него. Он задолго раньше лорда Байрона знал, что «пот крестьянина стоит усадьбы помещика». Литература народолюбцев служила целям политической агитации и поэтому идеализировала мужика. Но уже в конце XIX столетия отношение литературы к деревне и крестьянину начало решительно изменяться, стало менее жалостливым и более правдивым. Начало новому взгляду на крестьянство положил Антон Чехов рассказами «В овраге» и «Мужики»...

* * *
Существует мнение, что русский крестьянин как-то особенно глубоко религиозен. Я никогда не чувствовал этого, хотя, кажется, достаточно внимательно наблюдал духовную жизнь народа. Я думаю, что человек безграмотный и не привыкший мыслить, не может быть истинным теистом или атеистом и что путь к твердой, глубокой вере лежит через пустыню неверия. (...) Беседуя с верующими крестьянами, присматриваясь к жизни различных сект, я видел прежде всего органическое, слепое недоверие к поискам мысли, к ее работе, наблюдал умонастроение, которое следует назвать скептицизмом невежества.
В стремлении сектантов обособиться, отойти в сторону от государственной церковной организации мною всегда чувствовалось отрицательное отношение не только к обрядам и – всего меньше – к догматам, а вообще к строю государственной и городской жизни. В этом отрицании я не мог уловить какой-либо оригинальной идеи, признаков творческой мысли, искания новых путей духа...
Мне кажется, что революция вполне определенно доказала ошибочность убеждения в глубокой религиозности крестьянства в России...
Когда провинциальные советы вскрывали «нетленные», высоко чтимые народом мощи – народ отнесся и к этим актам совершенно равнодушно, с молчаливым, тупым любопытством. Вскрытия мощей производились крайне бестактно и часто в очень грубых формах – с активным участием инородцев, иноверцев, с грубым издевательством над чувствами верующих в святость и чудотворную силу мощей. Но – и это не возбудило протестов со стороны людей, которые еще вчера преклонялись перед гробницами «чудотворцев»...
– Это хорошо сделано – одним обманом меньше.– Но затем у них являются такие мысли – я воспроизвожу их буквально, как они записаны мною.
– Теперь, когда монастырские фокусы открыты,– докторов надо пощупать и разных ученых – их дела открыть народу.
Нужно было долго убеждать моего собеседника, чтобы он объяснил смысл своих слов. Несколько смущаясь, он сказал:
– Конечно, вы не верите в это... А говорят, что теперь можно отравить ветер ядом и – конец всему живущему, и человеку, и скоту. Теперь – все озлобились, жалости ни в ком нет... Другой крестьянин, член уездного совета, называющий себя коммунистом, еще более углубил эту тревожную мысль.
– Нам никаких чудес не надо. Мы желаем жить при ясном свете, без опасений, без страха. А чудес затеяно – много. Решили провести электрический свет по деревням, говорят: пожаров меньше будет. Это – хорошо, дай Бог! Только, как бы ошибок не сделали, повернут какой-нибудь винтик не в ту сторону и – вся деревня вспыхнула огнем. Видите, чего опасно? К этому скажу: городской народ – хитер, а деревня дура, обмануть ее легко. А тут – затеяно большое дело. Солдаты сказывали, что на войне электрическим светом целые полки убивали. Я постарался рассеять страхи Калибана – и услышал от него разумные слова:
– Один все знает, а другой – ничего; в этом и начало всякого горя. Как я могу верить, ежели ничего не знаю?
Жалобы деревни на свою темноту раздаются все чаще, звучат все более тревожно. Сибиряк, энергичный парень, организатор партизанского отряда в тылу Колчака, угрюмо говорит:
– Не готов наш народ для событий. Шатается туда и сюда, слеп разумом. Разбили мы отряд колчаковцев, три пулемета отняли, пушечку, обозишко небольшой, людей перебили с полсотни у них, сами потеряли семьдесят одного, сидим, отдыхаем, вдруг ребята мои спрашивают меня: а что, не у Колчака ли правда-то? Не против ли себя идем?* [* В Сибири, в Кустанае, отряд крестьян-партизан переходил от большевиков к Колчаку и обратно двадцать один раз.] Да и сам я иной день как баран живу – ничего не понимаю. Распря везде! Мне доктор один в Томске – хороший человек – говорил про вас, что вы еще с девятьсот пятого года японцам служите за большие деньги. А один пленный, колчаковский солдат из матросов, раненный, доказывал нам, что Ленин немцам на руку играет. Документы у него были, и доказано в них, что имел Ленин переписку о деньгах с немецкими генералами. Я велел солдата расстрелять, чтобы он народ не смущал,– а все-таки долго на душе неспокойно было. Ничего толком не знаешь – кому верить? Все против всех. И себе верить боязно.
Не мало бесед вел я с крестьянами на разные темы, и в общем они вызвали у меня тяжелое впечатление: люди много видят, но – до отчаяния мало понимают. В частности, беседы о мощах показали мне, что вскрытый обман церкви усилил подозрительное и недоверчивое отношение деревни к городу. Не к духовенству, не к власти, а именно к городу как сложной организации хитрых людей, которые живут трудом и хлебом деревни, делают множество бесполезных крестьянину вещей, всячески стремятся обмануть его и ловко обманывают.
Работая в комиссии по ликвидации безграмотности, я беседовал однажды с группой подгородних петербургских крестьян на тему об успехах науки и техники,
– Так,– сказал один слушатель, бородатый красавец,– по воздуху галками научились летать, под водой щуками плаваем, а на земле жить не умеем. Сначала-то на земле надо бы твердо устроиться, а на воздух – после. И денег бы не тратить на эти забавки!
Другой сердито добавил:
– Пользы нам от фокусов этих нет, а – расход большой и людьми, и деньгами. Мне подковы надо, топор, у меня гвоздей нет, а вы тут на улицах памятники ставите – баловство это!
– Ребятишек одеть не во что, а у вас везде флаги болтаются...
И в заключение, после длительной, жестокой критики городских «забавок», бородатый мужик сказал, вздыхая:
– Если бы революцию мы сами делали – давно бы на земле тихо стало и порядок был бы...
Иногда отношение к горожанам выражается в такой простой, но радикальной форме:
– Срезать надо с земли всех образованных, тогда нам, дуракам, легко жить будет, а то – замаяли вы нас!
В 1919 году милейший деревенский житель покойно разул, раздел и вообще обобрал горожанина, выманивая у него на хлеб и картофель все, что нужно и не нужно деревне.
Не хочется говорить о грубо насмешливом, мстительном издевательстве, которым деревня встречала голодных людей города...
Один инженер, возмущенный отношением крестьян к группе городских жителей, которые приплелись в деревню под осенним дождем и долго не могли найти места, где бы обсушиться и отдохнуть, – инженер, работавший в этой деревне на торфу, сказал крестьянам речь о заслугах интеллигенции в истории политического освобождения народа. Он получил из уст русоволосого, голубоглазого славянина сухой ответ:
– Читали мы, что действительно ваши довольно пострадали за политику, только ведь это вами же и писано. И ведь вы по своей воле на революцию шли, а не по найму от нас – значит, мы за горе ваше не отвечаем – за все Бог с вами рассчитается...
Я не привел бы этих слов, если бы не считал их типичными – в различных сочетаниях я лично слыхал их десятки раз.
Но необходимо отметить, что унижение хитроумного горожанина перед деревней имело для нее очень серьезное и поучительное значение: деревня хорошо поняла зависимость города от нее, до этого момента она чувствовала только свою зависимость от города.

* * *
В России – небывалый, ужасающий голод, он убивает десятки тысяч людей, убьет миллионы. Эта драма возбуждает сострадание даже у людей, относящихся враждебно к России, стране, где, по словам одной американки, «всегда холера или революция». Как относится к этой драме русский, сравнительно пока еще сытый, крестьянин?
– «Не плачут в Рязани о Псковском неурожае», – отвечает он на этот вопрос старинной пословицей.
– «Люди мрут – нам дороги трут», – сказал мне старик новгородец, а его сын, красавец, курсант военной школы, развил мысль отца так:
– Несчастье – большое, и народу вымрет много. Но – кто вымрет? Слабые, трепанные жизнью; тем, кто жив останется, в пять раз легче будет.
Вот голос подлинного русского крестьянина, которому принадлежит будущее. Человек этого типа рассуждает спокойно и весьма цинично, он чувствует свою силу, свое значение...
– Мужик как лес: его и жгут, и рубят, а он самосевом растет да растет,– говорил мне крестьянин, приехавший в сентябре из Воронежа в Москву за книгами по вопросам сельского хозяйства.– У нас не заметно, чтоб война убавила народу. А теперь вот, говорят, миллионы вымрут,– конечно, заметно станет. Ты считай хоть по две десятины на покойника – сколько освободится земли? То-то. Тогда мы такую работу покажем – весь свет ахнет. Мужик работать умеет, только дай ему – на чем. Он забастовок не устраивает – этого земля не позволяет ему!..
Очень любопытную систему областного хозяйства развивал передо мной один рязанец:
– Нам, друг, больших фабрик не надо, от них только бунты и всякий разврат. Мы бы так устроились: сукновальню, человек на сто рабочих, кожевню – тоже не большую, и так все бы маленькие фабрики, да подальше одна от другой, чтобы рабочие-то не скоплялись в одном месте, и так бы потихоньку, всю губернию обстроить небольшими заводиками, а другая губерния – тоже так. У каждой – все свое, никто ни в чем не нуждается. И рабочему сытно жить и всем – спокойно. Рабочий – он жадный, ему все подай, что он видит, а мужик – малым доволен...
– Многие ли думают так? – спросил я...
– Думают некоторые, кто поумнее.
– Рабочих-то не любите?
– Зачем? Я только говорю, что беспокойный это народ, когда в большом скоплении он. Разбивать их надо на малые артели, там сотня, тут сотня... А отношение крестьян к коммунистам – выражено, по моему мнению, всего искреннее и точнее в совете, данном односельчанами моему знакомому крестьянину, талантливому поэту:
– Ты, Иван, смотри, в коммуну не поступай, а то мы у тебя и отца и брата зарежем, да – кроме того – и соседей обоих тоже.
– Соседей-то за что?
– Дух ваш искоренять надо.

* * *
Какие же выводы делаю я?
Прежде всего: не следует принимать ненависть к подлости и глупости за недостаток дружеского внимания к человеку, хотя подлость и глупость не существуют вне человека. Я очертил – так, как я ее понимаю, среду, в которой разыгралась и разыгрывается трагедия русской революции. Это – среда полудиких людей.
Жестокость форм революции я объясняю исключительной жестокостью русского народа. Когда в «зверстве» обвиняют вождей революции – группу наиболее активной интеллигенции – я рассматриваю эти обвинения как ложь и клевету, неизбежные в борьбе политических партий, или – у людей честных – как добросовестное заблуждение...
Не отрицаю, что политики наиболее грешные люди из всех окаянных грешников земли, но – это потому, что характер деятельности неуклонно обязывает их руководствоваться иезуитским принципом «цель оправдывает средство».
Но люди искренно любящие и фанатики идеи нередко сознательно искажают душу свою ради блага других. Это особенно приложимо к большинству русской активной интеллигенции – она всегда подчиняла вопрос качества жизни интересам и потребностям количества первобытных людей. Тех, кто взял на себя каторжную, Геркулесову работу очистки Авгиевых конюшен русской жизни, я не могу считать «мучителями народа», с моей точки зрения они – скорее жертвы...
Теперь можно с уверенностью сказать, что ценою гибели интеллигенции и рабочего класса русское крестьянство ожило.
Да, это стоило мужику дорого, и он еще не все заплатил, трагедия не кончена. Но революция, совершенная ничтожной – количественно – группой интеллигенции, во главе нескольких тысяч воспитанных ею рабочих, эта революция стальным плугом взбороздила всю массу народа так глубоко, что крестьянство уже едва ли может возвратиться к старым, в прах и навсегда разбитым формам жизни; как евреи, выведенные Моисеем из рабства Египетского, вымрут полудикие, глупые, тяжелые люди русских сел и деревень – все те; почти страшные люди, о которых говорилось выше, и место их займет новое племя – грамотных, разумных, бодрых людей. На мой взгляд, это будет не очень «милый и симпатичный русский народ», но это будет – наконец – деловой народ, недоверчивый и равнодушный ко всему, что не имеет прямого отношения к его потребностям.
Он не скоро задумается над теорией Эйнштейна и научится понимать значение Шекспира или Леонардо да Винчи, но, вероятно, он даст денег на опыты Штейнаха и, несомненно, очень скоро усвоит значение электрификации, ценность ученого агронома, полезность трактора, необходимость иметь в каждом селе хорошего доктора и пользу шоссе.
У него разовьется хорошая историческая память и, памятуя свое недавнее мучительное прошлое, он – на первой поре строительства новой жизни – станет относиться довольно недоверчиво, если не прямо враждебно, к интеллигенту и рабочему, возбудителям различных беспорядков и мятежей.
И город, неугасимый костер требовательной, все исследующей мысли, источник раздражающих, не всегда понятных явлений и событий, не скоро заслужит справедливую оценку со стороны этого человека, не скоро будет понят им как мастерская, где непрерывно вырабатываются новые идеи, машины, вещи, назначение которых – облегчить и украсить жизнь народа.
Вот схема моих впечатлений и мыслей о русском народе.
Максим ГОРЬКИЙ
Владимир Иванович
14.10.2014 9:07
Нужно просто объяснять этногенез, чтобы у всяких проходимцев от науки не возникало желания искажать историю.
var
14.10.2014 9:11
Вольтерьянец, Вы не читали монографии Мануэля Саркисянца?
Галина
14.10.2014 0:25
Когда-то(не так уж давно) на американский Континент стали слетаться бандиты,преступники всех мастей,почитатели золотого тельца.Выжили аборигенов в резервации,но этого оказалось мало.Теперь отпрыски этих бандюганов решили нести свою задрипанную цивилизацию(сатанинская ложь,кровь людей во всех странах,звериный голливудский оскал,дибелизм и попрание всех нравственных принципов,окружая вниманием и баблом себе подобных) в другие страны.Преимущественно в те,которые жили по-человечески со своими радостями и бедами,традициями и никому не завидовали, и не мешали.Проклятые пиндосы лезут без зазрения совести не только в карманы других стран,но калеча судьбы,жизни, души.Господь предупредил нас,что их отец Сатана.Они зомбируют слабых людей и целые страны,забывшие о Страшном Суде.Их ненавидят все и конец их будет страшен.О каких правах человека и свободе слова они и их лизоблюды говорят?Когда основное право человека на жизнь данное Богом ими попирается денно и нощно.Путин,Россия и православные русские у них как кость в горле.Просчитались они со своими выкормышами(Горбачовым,Гайдаром,Чубайсом,Немцовым...),что мы будем их вассалами или добровольно подыхать на коленях за их зелёные фантики и ядовитые Колу,гамбургеры.Недооценили они и братскую дружбу народов.Со своими предателями и трудностями мы разберёмся(нам не привыкать),но и вашу гнилую сущность увидят все,даже слепые.
МУДР*ы*й*
13.10.2014 21:42
На войне, как на войне! Государство и русская нация устоят, когда "по Сталински" искоренят либералов и "пятую колонну". Нацистский дух присущь: Америке, Англии, Польше, Германии и всем странам Прибалтики. У себя они жестоко расправились с опозицией. Теперь, они же, открыто готовят Украинских нацистов к агрессии в Россию. Пусть читают "Столетие ру" и знают, как русские презирают их богоизбранные нации.  
Вольтерьянец
13.10.2014 21:00
Думаю, этот расизм был свойствен им всегда, со времен Петра Первого как минимум. Если вспомнить, что иностранцы писали тогда о "варварской Московии". Весь XVIII и XIX век они опасались угрозы со стороны Российской империи как влиятельного субъекта европейской и мировой политики. По этой причине поддерживали и фактически спасали от разгрома нашего тогдашнего геополитического врага - Оттоманскую империю. По этой же причине и революционеров финансировали для разрушения Российского государства, а потом приложили все усилия, чтобы натравить на нас гитлеровскую Германию. И сегодня не упускают любой возможности, чтобы развернуть против России полномасштабную "холодную войну". "Горячей" пока что боятся, поэтому и ограничиваются всевозможными антироссийскими санкциями и финансированием прозападной "пятой колонны".  
Отображены комментарии с 1 по 10 из 12 найденных.

Эксклюзив
10.12.2019
Александр Чекалин
ФИП и издательством «Вече» представлена уникальная книжная серия.
Фоторепортаж
10.12.2019
В Государственном Историческом музее проходит выставка, посвященная праздникам и уличным развлечениям в России.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».