Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
26 августа 2019
Без определенного места жительства

Без определенного места жительства

Александр Салицкий
16.11.2004

В мировой экономике последних лет достойны внимания два обстоятельства. Во-первых, благодаря добротному анализу уроков и успешному преодоление последствий валютно-финансового кризиса 1997-1998 гг. (события, бесспорно, исторического значения) значительно укрепились силы регионального развития в Восточной Азии, и произошло очень важное для России расширение зоны экономического роста вглубь континента. Во-вторых, если говорить о реальной экономике, стало еще более отчетливым разделение мира на производящий Восток и потребляющий Запад. Восток для нас более интересен, чем Запад, по двум причинам: а)выпуск потребительских товаров на вывоз сильным местом России никогда не был и в ближайшее время не станет; б)спрос на инвестиционные товары, составляющие основу российского экспорта, будет расти, главным образом, на Востоке.

Для России из этого следуют простые выводы.

1) Продолжение модернизации в Азии, особенно в ее континентальной части, является историческим (возможно, последним) шансом для реального сектора российской экономики - ее обрабатывающей промышленности, сельского хозяйства и транспорта. Но этот шанс еще нужно суметь использовать.

2) России не стоит питать особых иллюзий по поводу возможности прорыва в постиндустриальный мир. Постиндустриальная эпопея Запада была обусловлена бурной, преимущественно самостоятельной, индустриализацией Восточной Азии и переводом туда значительной части производственных мощностей из-за рубежа. Поэтому на Западе при доле услуг в ВВП 70-75% сложилось представление о наступлении новой - постиндустриальной - фазы мирового развития. Это представление распространили в 90-е годы на российскую историческую перспективу без всяких к тому оснований: в российском хозяйстве не завершены ни индустриальный переворот, ни модернизация сельского хозяйства. Транспорта же просто мало. Не конкурентоспособна и сфера услуг.

3) Становится очевидным, что улучшение финансового положения России само по себе гарантией экономического роста, тем более РАЗВИТИЯ ни в какой мере не является, ибо развитие имеет место тогда, когда есть борьба с бедностью (политика перераспределения) и систематический рост инвестиций в инфраструктуру – транспортную и промышленную. Именно такое понимание содержится в документах Азиатского банка развития (США не пускают туда Россию) и МБРР (в «переходных» странах, утверждают специалисты МБРР, в инфраструктуру нужно вкладывать, как минимум, 7% ВВП, Transition, vol. 14/15, Nos. 10 & 11, 2003-2004, p. 1 ) .

Россия, увы, пропустила фазу протекционизма, которая повсюду в мире сопутствовала становлению конкурентоспособных хозяйств. Поэтому для нас особо важны наблюдения за сильной внешнеэкономической политикой стран Азии – и в достаточно давней истории Японии, Тайваня, Южной Кореи и относительно недавней истории китайского и индийского протекционизма. В терминах ВТО, государство в России как носитель общих внешнеэкономических интересов страны является «младенческой отраслью» (infant industry). Значение для нас опыта стран Востока в этом смысле трудно переоценить. Не менее важны для нашего экономического самообразования вдохновляющие примеры взаимовыгодного сотрудничества в десятке государств – членов АСЕАН. Так, для СНГ прямо подходит принцип интеграции, сложившийся в АСЕАН: здесь наднациональные структуры не вытесняют национальный суверенитет (как в Европе), а поддерживают его.

Не соглашусь с бытующим мнением, что России нужно непременно расширять масштабы внешнеэкономической деятельности, включая привлечение инвестиций из-за рубежа. Гораздо важнее использовать имеющиеся резервы (в том числе валютные) на производительные цели. Качество внешнеэкономических связей и привлечение иностранного капитала в реальный сектор обрабатывающих отраслей намного существеннее экстенсивного роста инвестиционных потоков. Выборочный протекционизм настоятельно необходим. Об этом говорит простой факт: многие отрасли уже явно не выдерживают ценовой конкуренции со стороны лидера мировой экономической динамики - Китая. Экспорт КНР в последние три года растет со средним на 30% ежегодно. В 2003 г. ввоз китайских товаров в Россию увеличился по сравнению с 2002 г. на 71.4%, в первом полугодии 2004 г. – еще на 59% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. Конкурировать с динамичным китайским исполином нелегко для многих, но для России с ее инфляцией, ростом номинального валютного курса рубля и бездумно-торопливым стремлением в ВТО это просто невозможно.

Защитные функции таможенного тарифа у нас полностью ликвидированы падением ценовой конкурентоспособности российского хозяйства: только за последние полтора года она упала на 35%. В октябре 2004 г. экономический рост в России прекратился, и это очень тревожный сигнал. Продолжение проводимой политики похоронит всякую мысль о сохранении отечественной обрабатывающей промышленности (добавлю к этому, что с распространением аграрных субсидий ЕС на ту же Польшу гигантская угроза нависла и над нашим сельским хозяйством). Опасность усугубляется тем, что мощные национальные промышленные концерны, способные вести наступательные действия на мировом рынке, в России практически не сложились. Более того, изнутри и извне постоянно предпринимаются попытки расчленить имеющиеся у нас крупные корпоративные структуры .

Теоретически, визит В.В.Путина в Китай в октябре 2004 г. может стать исходным пунктом внешнеэкономического «поворота к Востоку». Однако нашу способность к прорыву в отношениях с Востоком ограничивает ложное представление об абсолютном превосходстве Запада во всем. Мы, как писал А.С.Пушкин, «ленивы и нелюбопытны», и это мешает нам увидеть очевидное: модернизацию промышленности и сельского хозяйства, подчинение финансовой сферы инвестиционному процессу, развитие образования, улучшение физических условий жизни населения в России трудно представить без активного, непосредственного взаимодействия с азиатскими гигантами, без внимательного учета их опыта в этих областях.

Вероятно, искомым решением мог бы стать опять-таки избирательный и последовательный протекционизм – временное создание «тепличных» условий для ряда отраслей, выбор которых производится в рамках долгосрочных соглашении о специализации и кооперации с такими странами, как Китай и Индия. Полезно помнить: зарубежные инвесторы предпочитают вкладывать деньги не в широко открытые, а в относительно защищенные сектора реальной экономики, каковых в современной мировой экономике все меньше. Их и надо у себя создавать, но для этого как раз не нужно, «задрав штаны», бежать за членством в ВТО (кстати, роль этой организации, падает, она внутренне неустойчива).

По-видимому, мы временно не можем играть по общим правилам. России необходимы исключительные и срочные меры (включая количественные ограничения импорта или добровольные ограничения экспорта нашими партнерами) по целому ряду внешнеторговых позиций.

Некоторые основания для оптимизма есть: растущее понимание российскими деловыми кругами важности азиатского направления плюс сочувственное отношение в Азии к нашим экономическим проблемам. Все это располагает к серьезной проработке новой восточной политики Президента. Необходимо воссоздание влиятельного в научных и общественных кругах Института Востока, опирающегося на широкий круг международных связей с азиатскими странами Ближнего и Дальнего Зарубежья.

Пафос этих предложений можно выразить формулой «активизация политики на Востоке, разумный протекционизм на Западе», Такая формула позволит выправить некоторые перекосы в развитии нашей страны и даст выгоды всем, включая лояльные идее экономического развития России слои российского бизнеса. Нашей стране нужно время, чтобы определить свое место жительства в мировой экономике между находящимся на подъеме Востоком и приостановившимся в развитии Западом.

Об авторе: Салицкий Александр Игоревич. Родился в 1955 г. в Москве. В 1977 г. с отличием закончил МГИМО МИД СССР. Аспирант Института востоковедения АН СССР в 1977-1980 гг. Кандидат экономических наук (1981). Научный сотрудник Института востоковедения с 1981 по 1987 гг. С 1987 по 1991 гг. старший научный сотрудник ИМЭМО АН СССР. С 1992 г. старший научный сотрудник Института востоковедения РАН. С 2001 г. ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН. В 1985-1986 и 1989-1990 гг. научные стажировки в Народном университете Китая (Пекин). Доктор экономических наук (2001). Автор 80 научных работ, включая пять монографий, по вопросам мирохозяйственных связей, социально-экономического положения азиатских стран и России. Среди них: “Китай и кризисы 80-х годов” (1999), “Взаимодействие КНР с мировым хозяйством” (2001), “КНР: цифры и сайты” (2003). Один из авторов доклада Human Development Report, Russia (UNDP, 1996). Преподает курс “Экономика Китая” в ИСАА при МГУ и Восточном университете ИА РАН. Владеет английским и китайским языками. Имеет опыт журналистской работы. Женат, трое детей.



Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
20.08.2019
Алексей Байлов (Россия), Ярослав Дворжак (Чехия)
События в Чехословакии: взгляд через полвека.
Фоторепортаж
17.08.2019
Алексей Тимофеев, Елена Безбородова (фото)
Здесь, на далёком Севере России, – один из важнейших наших духовных центров.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».