Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
24 октября 2020
Антракт в абхазской драме

Антракт в абхазской драме

Яна Амелина
20.01.2005

Президентские выборы в Абхазии, растянувшиеся на три месяца, завершились весьма убедительной победой Сергея Багапша, набравшего, в паре с кандидатом в вице-президенты Раулем Хаджимба, 90,1% голосов избирателей. Однако говорить о финале «абхазской драмы» пока не приходится: в ней всего лишь объявлен непродолжительный антракт.

«Кавказ-центр» или абхазская «Кмара»?

Если в развитие событий вновь, как это уже не раз случалось в новейшей истории Абхазии, не вмешаются разнообразные внешние факторы, за внутреннюю стабильность в республике в общем можно не беспокоиться. Немногочисленные сторонники Рауля Хаджимба, вплоть до последнего момента видевшие его исключительно в президентском кресле и предпринимавшие отчаянные попытки сорвать выборы, оказались посрамлены. Все возможности более-менее законного воспрепятствования приходу к власти Сергея Багапша окончательно исчерпаны, а немало сделавший для этого бывший премьер-министр Нодар Хашба возглавил Абхазский научный космический центр.

Что касается нового вице-президента Абхазии, то следует заметить: грузинские политики, по объявлении итогов выборов твердившие о том, что реальная власть сосредоточилась, мол, в руках не Багапша, а Хаджимба, и что он-то и стал истинным победителем, явно ошибаются. У Рауля Хаджимба есть определенный — и весьма немалый — объем государственных полномочий и возможность использовать 40% бюджетных средств, имеющихся в распоряжении президента, однако главой государства избран не он, а Сергей Багапш. Последний и будет руководить Абхазией как де-юре, так и де-факто. И если смириться с этим будет непросто, у Хаджимба всегда остается возможность уйти в отставку.

Сценарий, по которому президент по тем или иным причинам (например, под внешним нажимом) покидает свой пост, а его место занимает вице-, бесперспективен не только потому, что в этом случае досрочные выборы должны быть проведены уже через два месяца. Просто, чтобы пойти на это, второму человеку в непризнанном абхазском государстве, похоже, не хватит душевных сил.

Новый глава правительства Абхазии Александр Анкваб, прекрасный организатор, аналитик и архитектор победы Багапша, пользуется однозначной репутацией — «у такого не забалуешь». Долгое время он был лишен возможности работать над тем, к чему у него есть истинное призвание — установлением правопорядка, в широком смысле этого слова. Теперь такая возможность представилась — вернее, была старательно и упорно создана самим бывшим министром внутренних дел Абхазии. Борьба с охватившим республику криминальным беспределом и создание привлекательных условий для вложения в экономику Абхазии прежде всего российских инвестиций — задача не одного дня, но энергии Анкваба хватит, похоже, на долгие годы. И подавляющее большинство абхазцев его в этом поддержат.

Кое-что, впрочем, вызывает тревогу. Не добившись срыва выборов, враги непризнанной республики задействуют иные варианты. Перед самым голосованием в Абхазии появилась странная листовка, распространители которой, по мнению Сергея Багапша, «выполняют чей-то заказ». В его команде полагают, что за документом, подписанным ранее неизвестным (скорее всего, мифическим) движением «Амцабз» и некими «ветеранами абхазского батальона», скрываются «козни Тифлиса».

В тексте, исполненном по всем канонам и в стилистике «Кавказ-центра», говорится, что «горские народы Кавказа всегда стояли рядом с абхазским народом в борьбе за свободу» и «вместе сражались за независимость Абхазии не для того, чтобы Абхазия стала частью России». «Народы Кавказа» напоминают, что «вновь готовы встать рядом с абхазцами и бороться за полную независимость Абхазии» против отнимающих ее «русских псов».

Распространение этой провокационной листовки может означать как попытку продления северокавказского пояса нестабильности за пределы России (если за ней действительно стоят «ветераны абхазского батальона», то есть воевавшие здесь в 1992-93 годах басаевцы и продолжатели их дел), так и появление в Абхазии местного варианта «Кмары!» — радикального молодежного инструмента грузинского государственного переворота, клоном которого стала затем украинская «Пора!».
Первые сообщения о возникновении его в Абхазии появились в мае 2004-го, сразу после победы Тбилиси над Асланом Абашидзе и «возвращения Аджарии в конституционное поле Грузии». Однако тогдашняя информация, похоже, опережала реальные события. Если сейчас в Сухуми и вправду появилось свое «Хватит!», работы у Службы госбезопасности республики существенно прибавится.

Две Москвы

Поскольку Абхазия находится не в безвоздушном пространстве, исключить внешний фактор из внутриполитических раскладов невозможно. Собственно, факторов этих два: Россия и Грузия (то есть стоящие за ее спиной США, в интересах которых делается многое из происходящего в регионе в последние полтора года).

Ни жители Абхазии, ни россияне так и не получили ответа на волнующий многих вопрос: отчего Москва сначала столь категорично отвергала саму возможность прихода к власти Сергея Багапша, а после заключения соглашения от 6 декабря (о проведении повторных выборов, на которые бывшие противники Багапш и Хаджимба пошли в связке) этот кандидат неожиданно стал для нее вполне приемлемым?

Ведь «на выходе» после голосования 12 января получилось почти то же, что и 3 октября — всенародно избранный Багапш с премьером Анквабом и «техническим» вице-президентом Хаджимба, роль которого будет в достаточной степени формальна. Зато теперь глава Абхазии набрал лишь чуть меньше голосов, чем, скажем, Туркменбаши (но больше, чем Александр Лукашенко на последнем референдуме), и для того, чтобы оспорить его победу, не осталось ни малейших оснований. Сам Багапш, его идеалы и принципы остались прежними — почему же отношение Москвы к нему резко изменилось?

Скорее всего, потому, что в Абхазии открыто столкнулись интересы двух элитных групп России. Одна из них, похоже, подыгрывает противоположной геополитической стороне, «сдавая» ей Грузию и Абхазию. Примечательно, что прошлогодние события в Южной Осетии как-то сразу попали под контроль иной силовой составляющей. Возможно, поэтому они развивались пусть и с серьезными изъянами, но далеко не так бесперспективно для России, как тбилисские, батумские и, чуть позже, сухумские.

Организаторы «бархатных революций» проводят их по одному глобальному сценарию, но используют разный инструментарий — что хорошо в Киеве и Батуми, неприемлемо в Сухуми. Происходившее в Абхазии — необъяснимо с точки зрения экономических и узкополитических интересов отдельных групп во властной элите России. Ответ может лежать только в сфере геополитики — похоже, кому-то отчаянно, до полной потери здравого смысла, требовалось, чтобы вопрос «восстановления территориальной целостности» Грузии решился в самом ближайшем будущем.

Так смотрели на это и на российском Северном Кавказе. «Многие считают, что на наших глазах просто идет сдача Абхазии, — отмечалось, в частности, в распространенном в начале декабря 2004 года заявлении председателя Кабардино-Балкарского общественного правозащитного центра Валерия Хатажукова. — Сначала в абхазской среде искусственно провоцируется антироссийская истерия, затем закрывается граница, объявляется экономическая блокада, и абхазы сами вынуждены будут попроситься в Грузию».

Как раз такие разговоры — пусть шуточные, пусть в определенных кругах, пусть по форме всего лишь о развитии нормального грузино-абхазского приграничного сотрудничества — действительно начались в абхазском обществе после «исторического» решения Москвы об опаснейшей мандариновой мушке, «закрывшей» пограничный переход на Псоу.

Сказанное вовсе не означает, что второй участник президентских выборов в Абхазии был прогрузински ориентирован и предавал интересы своего народа. В этом случае ни о каком соглашении между бывшими противниками не могло быть и речи. Рауль Хаджимба — точно такой же сторонник абхазской государственности, что и Сергей Багапш. Те, кто ставил на него, полагались, по-видимому, на воспитанную профессией дисциплинированность и привычку не задавать ненужных вопросов.

А поскольку добровольное вхождение Абхазии в состав Грузии в обозримой перспективе невозможно, расчет, как можно предположить, был не на соответствующую пропаганду среди населения и не на работу с элитой, как в Аджарии и Украине, а на провоцирование внутренней дестабилизации, позволяющей задействовать собственный силовой сценарий и попробовать подключить к нему «мировое сообщество».

Многое говорит о том, что сейчас грузинские власти приступают к осуществлению этих планов, хотя и без явной поддержки своих московских друзей. Интернационализация миротворческих сил и проблема населенного мегрелами Гальского района — вероятно, это будут самые модные пьесы нового политического сезона.

«Миротворцы» или рейнджеры?

Когда «оранжевой революции-2» в Абхазии не получилось, и ее президентом окончательно стал Сергей Багапш, истерическая реакция Тбилиси превзошла все разумные пределы. Госминистр по урегулированию конфликтов Георгий Хаиндрава все твердил, что абхазское руководство вот-вот объявит выборы несостоявшимися. Однако явка превысила необходимые 50%+1, и тогда вся мощь грузинской критики сосредоточилась на России. Под огнем официального Тбилиси оказались и российские миротворцы, и международный наблюдатель Сергей Бабурин (вина которого состояла, помимо прочего, в том, что он приехал в Абхазию без визы; обвинения эти абсурдны, поскольку предъявлять таковую на Псоу некому — со времен распада СССР республика де-факто является независимым государством), и, разумеется, российское руководство. Все они, по словам грузинских официальных лиц, вмешивались во внутренние дела Грузии, влияли, навязывали, вставали на сторону, поддерживали сепаратистов, и прочая...

При этом все предыдущие месяцы Тбилиси хранил молчание, периодически повторяя ни к чему не обязывающую банальность — что заинтересован в приходе к власти в Абхазии кандидата, отражающего волю большинства населения республики, чтобы с ним можно было вести переговоры. «Никто не должен считать, что грузинская сторона ведет себя в отношении Абхазии пассивно, — многозначительно заметил 3 декабря президент Грузии Михаил Саакашвили. — Мы очень внимательно следим за происходящими в Абхазии событиями, мы сознательно проявили сдержанность в отношении событий последних месяцев». Чего-то ждали? Боялись спугнуть?

Но бояться больше нечего, и в Тбилиси перешли к решительным действиям. В очередной раз разгорелась кампания за вывод из Абхазии российских миротворцев. Как заявил, приведя надуманные обвинения в их адрес, председатель тбилисского «Совмина Абхазской Автономной республики» Ираклий Аласаниа, «это может поставить под серьезную опасность вопрос целесообразности миротворческой миссии России». В этом не было бы ничего интересного — аналогичные акции разворачивались уже не раз и не два — если бы не осложнившееся «международное положение».

После прихода к власти на Украине Виктора Ющенко окончательно сформировался грузино-украинский антироссийский фронт, о создании которого «Росбалт» писал более года назад. По данным наших тбилисских источников, еще до выборов Тбилиси достиг с Киевом договоренности о замене российских миротворцев на Ингури и в Южной Осетии на украинских (впервые речь об этом зашла несколько лет назад). Будет ли эта идея воплощена в жизнь — зависит от твердости Москвы.

На заседании Парламентской ассамблеи Совета Европы, которое состоится в Страсбурге 25 января, Михаил Саакашвили обещает предъявить мировому сообществу инициативы по мирному урегулированию грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов (последний раз он делал это в сентябре прошлого года, но в Сухуми и Цхинвали ему, по понятным причинам, не вняли). По словам грузинского президента, место и время выбраны не случайно — там же и тогда же будет находиться и Виктор Ющенко.

Объяснение несколько странное, если учесть, что последний известен не в качестве миротворца или конфликтолога, а скорее в противоположной ипостаси... Но вполне логичное, если принять грузино-украинский союз против России как факт. Подробности инициатив Саакашвили неизвестны, однако ясно, что речь идет о будущем Абхазии и Южной Осетии в составе грузинского государства, то есть об очередном варианте «плана Бодена» или Пааты Закареишвили, на который обе непризнанные республики никогда не согласятся.

Что тогда? В Цхинвали и Сухуми весьма обеспокоены как назначением министром обороны Грузии Ираклия Окруашвили, так и усилением грузинской армии. В Абхазии прекрасно отдают себе отчет, что победа 12-летней давности была одержана не над регулярной армией, а над бандфомированиями, пусть и весьма многочисленными и неплохо вооруженными. Полагать, что тысячи рейнджеров, подготовленных американцами по программе «Обучи и оснасти», рано или поздно используют для того, чтобы решить проблему непризнанных республик силовым путем, и раньше были все основания. А на днях грузинское руководство фактически сделало об этом официальное заявление.

Все следящие за развитием событий в регионе хорошо помнят, что еще несколько лет назад, в самом начале программы «Обучи и оснасти», грузинская сторона подчеркивала, что она реализуется в интересах борьбы с терроризмом, и подготовленные в ее рамках военные не будут использованы для разрешения конфликтов с Абхазией и Южной Осетией. Однако 17 января министр иностранных дел Грузии Саломэ Зурабишвили пояснила, что грузино-американское военное сотрудничество осуществляется на основании двусторонних соглашений, в рамках которых «никаких подобных ограничений и обязательств нет», а значит вопрос того или иного использования своих Вооруженных сил «является суверенным правом Грузии».

Во время летних боестолкновений в зоне грузино-осетинского конфликта были замечены не только подготовленные американцами рейнджеры, но и их заокеанские инструкторы. Похоже, вскоре их предстоит увидеть и абхазам. Как заявил после абхазских выборов Георгий Хаиндрава, грузинское правительство «больше не потерпит того режима апартеида, который сформировался в Гальском районе Абхазии». Соответствующие меры, по его словам, «бывают разные, и арсенал любого суверенного государства довольно широк в таких случаях». Очевидно, впрочем, что никаких иных мер, кроме силовых, Тбилиси предложить не может.

«Мы поздравим себя тогда, когда восстановится целостность Грузии», — в очередной раз заявил недавно Михаил Саакашвили. Непризнанным республикам предстоит тяжелый год. Его исход во многом будет зависеть от того, сторонники какой линии возьмут верх в российском руководстве.



Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
Фоторепортаж
19.10.2020
Подготовила Мария Максимова
В России открыт новый туристический маршрут.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».