Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
21 апреля 2021
Чем нам грозит дефолт в США?

Чем нам грозит дефолт в США?

Юрий Болдырев
16.08.2007

Руководитель Главного счетного управления США Дэвид Уолкер предупреждает свою страну о грозящей ей катастрофе. Он указывает на несоразмерность доходов и расходов государства, разница между которыми в годовом исчислении достигла астрономической суммы почти в полтриллиона долларов, и требует принятия срочных мер по корректировке экономического курса страны. Американские и мировые средства массовой информации комментируют событие, обращая внимание, среди прочего, и на реакцию администрации: никаких возражений, все, в чем обвиняет президента и его правительство глава Счетного управления, никоим образом не опровергается. Какие же выводы из такого мрачного прогноза должны сделать мы?

Средства массовой информации, которые у нас вроде как "либеральные", а на деле в значительной степени транснациональные, конечно, без труда всем объяснят, что от экономических проблем в США никому в мире хорошо не будет. И далее логика примерно такая: США – потребитель огромного количества продукции, производимой по всему миру, и если спрос на эту продукцию резко упадет (или станет неплатежеспособным, что с экономической точки зрения практически одно и то же), то неминуемо пострадают производители и поставщики этой продукции, затем банки, кредитовавшие соответствующие предприятия, затем страховые компании, работники всех этих предприятий и компаний, производители товаров и услуг, которыми пользовались эти предприятия и эти работники, и далее по цепочке все, все, все…#!# Отсюда естественный вывод: производители и поставщики продукции, востребуемой США, где бы, в какой бы части нашего Земного шара они ни проживали, должны быть большими патриотами США, просто обязаны неустанно заботиться о здоровье американской экономики и американского государства, как минимум, должны искренне болеть за ее здоровье.

Что ж, в этой логике есть некоторая доля истины, но лишь доля. Действительно, поддержка и поощрение того, кто является потребителем вашей продукции или услуг – естественная реакция любого производителя и поставщика, как мелкого частного, так и огромных транснациональных корпораций и целых государств. Но из этого еще вовсе не следует, что такая поддержка должна оказываться неограниченно и, тем более, себе во вред. Такая поддержка должна компенсироваться совокупностью прямых и косвенных дивидендов.

Например, для современной Японии США – рынок сбыта высокотехнологичной продукции. В частности, в этом году впервые на рынке США продано автомобилей, выпущенных американскими корпорациями (Дженерал моторс, Форд и Крайслер), меньше, чем выпущенных корпорациями зарубежными, среди которых безусловное лидерство удерживают японские Тойота и Хонда. В этих условиях для Японии здоровье американской экономики – это не только сиюминутные доходы от продаж, не только рабочие места (в значительной степени уже занятые американскими рабочими на американской территории, где преимущественно выпускаются продаваемые в США японские автомобили), но и источник ресурсов для высокотехнологичного развития, для наращивания своего научно-технологического потенциала. С учетом масштабов американского рынка, а также единства и целенаправленности проводимой японским государством и японскими корпорациями политики, буквально каждый день отсрочки финансово-экономической катастрофы США, каждый день продаж своих машин в США (а Япония продает в США, разумеется, не только автомобили) – это еще один рывок Японии вперед в состязании за глобальное научно-технологическое лидерство. В этих условиях не случайно Япония – мировой лидер по золотовалютным запасам, значительная часть которых хранится в американских долларах. Для Японии это – сознательная и на данном этапе конструктивная политика. И не случайно в этой связи Япония является крупнейшим кредитором США, в том числе, держателем государственных долговых обязательств США – это тоже символ не только финансово-экономического могущества страны, но и вынужденная политика, направленная на поддержание спроса на продукцию тех секторов японской экономики, которые являются для этой страны "локомотивами развития".

Но даже и из такого нашего понимания осмысленности и оправданности для Японии политики долгосрочного кредитования и долгосрочной поддержки американской экономики еще, тем не менее, вовсе не следует, что такая политика этим государством будет проводиться вечно. По мере того, как все большую и большую долю спроса на японские товары обеспечивает иной, в том числе "третий" мир, по мере того, как растет потребительский рынок (в данном случае – и рынок потребления японских высокотехнологичных товаров) в Латинской Америке, Китае и Юго-Восточной Азии, для Японии возможна и на определенном этапе естественна будущая политика переориентации сбыта своей продукции на иные рынки, более финансово-экономически здоровые и, соответственно, снижение степени добровольного кредитования Японией нынешней американской потребительской пирамиды. Но об этом – ниже.

Для современного Китая целенаправленная поддержка финансово-экономической системы США – также вынужденная и весьма оправданная мера. Ведь Китай является поставщиком для США широкого круга товаров и услуг массового производства, в том числе, товаров уже и высокотехнологических. И даже производство в Китае и продажа в США (и не только в США, разумеется) тех товаров, которые к числу прорывных в научно-технологической сфере отнести невозможно, для Китая на определенном этапе были безусловным шагом вперед: это и возможность просто загрузить многомиллионную армию работников, и выход на такие масштабы массового производства, которых мир до Китая, наверное, еще попросту не знал. А организация сверхмасштабного массового производства, в котором доля в себестоимости продукции расходов на научно-технологические разработки и сопутствующие накладные расходы, включая расходы управленческие, сводится к невиданному ранее в мире минимуму – это тоже для китайской экономики, корпоративной и государственной управленческой культуры тоже был новый и очень важный шаг вперед. Соответственно, если американский рынок по потреблению целого ряда товаров, производимых в Китае, является лидирующим и чрезвычайно значимым для всей экономики страны, политика поддержания спроса на производимую продукцию, включая политику прямого и косвенного кредитования американской экономики для Китая тоже естественны. Не случайно Китай – второй в мире лидер по золотовалютным запасам, значительная часть которых также удерживается в долларах США.

Но есть в положении этих двух ныне важнейших доноров американской экономики и существенное различие. Япония на протяжении многих десятилетий после Второй мировой войны, в которой она была побеждена и фактически оккупирована США, – стратегический союзник США. Конституция Японии накладывает на страну ограничения в части возможности иметь собственные полноценные вооруженные силы, и именно США на протяжении длительного времени брали на себя ответственность за безопасность Японии. С другой стороны, Япония весь этот период была не просто подопечным США, но активным плательщиком по счетам собственной безопасности – "непотопляемым авианосцем США" у берегов стратегического противника – СССР. Таким образом, финансово-экономическая политика Японии по отношению к США – это политика не только экономически рациональная, но еще и в некоторой степени вынужденная: уж о здоровье того, кто обеспечивает твою безопасность, хочешь или не хочешь, а вынужден заботиться.

Но ничто не вечно под луной, и в этом смысле мир тоже меняется. В Японии все громче звучат голоса в пользу отмены унизительного для страны статуса добровольно-принудительно военного самоограничения. И по мере того, как Япония будет избавляться от последствий своего поражения во Второй мировой войне, действие фактора вынужденности поддержки США и американской экономики может снижаться.

Китай же, напротив, на протяжении многих послевоенных десятилетий позиционировался как противник США. И если ранее, за спиной СССР, это был противник далеко не основной, то теперь, по мере роста экономического и военного могущества Китая, более серьезного в обозримой перспективе конкурента, а значит и противника, США себе не представляют. Тем более, что это – потенциальный противник не только чисто силовой, но и глобально идеологический. И, тем не менее, несмотря на все, что эти страны разъединяет, а в перспективе весьма вероятно превратит и в глобальных противников, некий симбиоз на нынешнем историческом этапе налицо: никакая, даже самая жесткая критика Китая и его политического режима администрацией США, тем не менее, не влечет за собой даже попыток вводить экономические санкции.

И снова о том, что у этих двух ключевых финансово-экономических партнеров США есть общего: оба они своими действиями, при желании, могут если не обрушить, то уж точно весьма ослабить американскую финансово-экономическую систему – как только начнут выходить из этой пирамиды. Но обоим это пока невыгодно.

Еще более важно: оба эти государства, в отличие, например, от экономик большинства завязанных на США латиноамериканских стран и, тем более, в отличие от участников зоны свободной торговли с США - Канады и Мексики, имеют такую внутреннюю структуру и организацию (более формализовано - в Китае, или же в значительной степени неформально, на основе неписанных правил, духа и традиций – в Японии), такие резервы внутренней мобилизации (или даже можно сказать точнее – столь выраженную, хотя и скрытую, мобилизационную сущность своей экономики, лишь прикрываемую рыночными инструментами, использующую эти инструменты в соответствии с глобальными целями и задачами), которые позволяют им быть уверенными, что они смогут сравнительно легко скомпенсировать для себя все негативные последствия крушения американской финансовой пирамиды. Из чего следует вывод: поддержание нынешней американской финансово-экономической пирамиды для них, в отличие от большинства других торгово-экономических партнеров США – отнюдь не вопрос собственного благополучия, но лишь вопрос тактической выгоды.

И есть в связи с вышеизложенным еще один тактический вопрос, важный для всех: при крушении пирамид, как известно, больше всех проигрывает тот, кто "проспит", выигрывает же тот, кто успевает выйти из пирамиды раньше других. Специфика нынешней американской финансовой пирамиды в том, что ключевые участники – Япония и Китай – выйти из нее незаметно не могут. Более или менее серьезное действие любого из этих двоих игроков (хотя термин "игрок" здесь не совсем верен – они не игроки в эту пирамиду, наживающиеся на ней, а вынужденные спонсоры игры, но, как было показано выше, получающие от этой игры важные для себя дивиденды совсем в другой сфере) – это практически сигнал к обвалу пирамиды. И потому, несмотря на естественную в некотором смысле конкуренцию между этими двоими "игроками" в вопросе о том, кто раньше и менее болезненно для себя эту пирамиду покинет, тем не менее, можно предполагать, что по чисто финансово-экономическим причинам решительных действий в обозримой перспективе ни одна из этих двух сторон предпринимать не будет, во всяком случае, до тех пор, пока статус-кво остается им в целом выгодным, а также до обрушения пирамиды уже самопроизвольного, не организованного и спровоцированного этими игроками.

Что же касается нас, очевидно, что все вышеописанное к нам не имеет вообще почти никакого отношения: мы не поставляем в США высокотехнологичную продукцию, и наша торговля с США никоим образом по большому счету не служит нашему научно-технологическому развитию. Более того, среди всех наших торгово-экономических партнеров США – далеко не главный. И даже неминуемое при крахе американской экономики некоторое падение мировых цен на энергоносители для нас – отнюдь не катастрофа: ресурсы-то остаются у нас, и вместо бездумной их распродажи, может быть, наконец, возьмемся за ум и начнем сами их перерабатывать и развиваться?

Таким образом, мы в этой нынешней пирамиде – и не игроки, что-то рассчитывающие успеть получить, и даже не спонсоры, черпающие дивиденды на стороне. Мы – типичные, уж извините за прямоту, "лохи" - те, кто играет изначально сдуру, а затем не прекращает игру даже тогда, когда уже для всех окружающих очевидно, что этому-то – точно давно пора домой…

Но, пока пирамида еще окончательно не рухнула, у нас перед крупными игроками и спонсорами есть и некоторое преимущество: мы сравнительно легко еще можем выйти из этой пирамиды, что, конечно, политически будет весьма заметно, но экономически – пустяк. И это надо делать вовремя, пока из-за нашего выхода пирамида не рухнет.

Если же теперь даже и из-за такого малейшего возмущения она рухнет – туда ей и дорога. В том смысле, что если уж и мы, оказывается такие атланты, что держим чужую пирамиду на своих плечах, то мы вправе спросить: где дивиденды? У японцев и китайцев они очевидны, но мы-то – ради чего?

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Сергей
01.08.2011 0:11
Ванга права? Абама - последний президент США?
Павел
19.07.2011 13:28
Согласен, и страны сателиты РФ тоже от этого выйграют, а кто еще туда сюда болтается окончательно прибегут к России.
Константин
15.07.2011 9:16
Абсолютно согласен с атором статьи по всем пунктам

Эксклюзив
16.04.2021
Артем Леонов
Российско-иранский канал может обеспечить евроазиатские перевозки кратчайшим путем.
Фоторепортаж
20.04.2021
Подготовила Мария Максимова
В Государственном историческом музее представлена выставка императорских одежды и принадлежностей.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: «Фонд борьбы с коррупцией» А. Навального, Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.