Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
21 сентября 2021
Страшная тайна генерала Гурова

Страшная тайна генерала Гурова

Почему в нашем законодательстве отсутствует полноценный закон о конфискации
Игорь Маймистов
31.01.2013
Страшная тайна генерала Гурова

В декабре 2003 года под грохот лозунгов о гуманизации уголовного законодательства из Уголовного кодекса бесследно исчезла статья о конфискации имущества преступников в качестве дополнительной меры наказания. Не было ли за этими событиями какой-либо неведомой нам простым смертным тайны? С этим вопросом корреспондент направился к доктору юридических наук, профессору, прошедшему весь путь от рядового до генерал-лейтенанта милиции, Александру­ Гурову.

–Действительно, когда статья о конфискации имущества преступников как дополнительная мера наказания вдруг исчезла из УК РФ, – начал свой рассказ генерал, – видные учёные-юристы, знатоки отечественного и международного права были просто в шоке. В Государственную Думу, в администрацию президента посыпались петиции за подписями академиков, профессоров, практиков.

Обеспокоенные учёные писали, в частности: «Мы убеждены, что таким решением будут защищены многомиллионные преступные доходы, что будет способствовать лишь дальнейшему безнаказанному ограблению страны. Бесполезно. Никто из власть имущих и пальцем не пошевелил, чтобы исправить явную ошибку.

Но было ли это ошибкой?..

Полноценная конфискация имущества преступника, как это прописано в международном праве или исторически столетиями присутствовало в нашей стране до 2003 года, российским законом не предусмотрена!!!

– Правда, в 2008 году, – продолжает Александр Иванович, – слово «конфискация», благодаря настойчивости группы депутатов и ряда сотрудников аппарата президента, удалось всё же вернуть в УК, пусть и не в прежнем юридическом смысле. Но и такую акцию уже можно считать гражданским подвигом.

Однако конфискация в нынешнем виде – это не более чем изъятие орудий преступления: ножей, пистолетов, ну, может быть, стареньких «Жигулей», а также того, что конкретно доказано как уворованное. На парламентских слушаниях, посвящённых борьбе с оргпреступностью, инициированных мною в Госдуме осенью 2010 года, я приводил такие цифры: на борьбу с преступностью государством тратилось свыше 674 миллиардов рублей, плюс ущерб стране от преступных посягательств составлял 282 миллиарда рублей, итого – почти триллион рублей! Возмещение материального ущерба на этапе предварительного следствия приближалось где-то к 12 процентам от указанного триллиона. Это когда, допустим, по «горячим следам» задержали квартирных воров и вернули потерпевшим украденное. А вот возмещение ущерба посредством конфискованного у преступников равнялось менее 35 миллионов рублей.

То есть посредством конфискации вся колоссальная правоохранительная и судебная машина возвращала всего лишь 0,36 процента от нанесённого урона... Если думаете, что сегодня ситуация изменилась к лучшему, – глубоко заблуждаетесь.

Ещё раньше, в 2008 году, на круглом столе по проблемам конфискации имущества, инициированного мною и Михаилом Гришанковым, я привёл примеры того, что конфисковывалось: брючный ремень, трактор б/у, тонна мороженой рыбы, тара и ещё кое-что по мелочи. Где же, спрашивал я аудиторию, конфискованные яхты, самолёты и особняки? Ведь на это закон и должен быть направлен, как во всех цивилизованных странах. Выходит, российский закон работает во благо расхитителям и коррупционерам!

В зале стоял гомерический хохот…

Не будем говорить о хулиганах, мелких воришках, жуликах и бытовых убийцах, до краёв заполняющих наши колонии. Посмотрите на «крупняк», который в сети правоохранителей почти не попадает, расхитители, коррупционеры и им подобные. Это давно уже профессионалы своего дела. У них штат высококвалифицированных юристов-консультантов. К своей преступной деятельности – добыванию незаконных доходов – они относятся как к сложной и ответственной работе. У этой «работы» есть свои издержки, к примеру, возможный тюремный срок, можно сказать вынужденный отпуск, который они принимают без трагедий, как должное.

Ситуация просто абсурдная, – продолжает генерал Гуров. – Вот, скажем, идёт человек, сбытчик наркотиков. В одном кармане наркотики, в другом – деньги. В соответствии с законом мы у него можем изъять наркотики, а деньги так и останутся при нём. А как доказать, что эти деньги произошли от продажи наркотиков? Ну никак! Или возьмите наркобарона: у него особняк за 10 миллионов долларов, построенный «на костях» наркоманов, больных людей. Ты можешь конфисковать у него лишь то, что докажешь, лишь те несколько тысяч, с которыми его взяли с поличным при продаже каких-то граммов наркотиков. А как быть с остальным имуществом, заработанным «непосильным трудом»? Этот вопрос я задал шведскому судье, который работал тогда инспектором по финансовому мониторингу в Евросоюзе. Он мне ответил просто: мы бы конфисковали всю недвижимость.

Так неужели коррупция и воровство без конфискации – это уникальное изобретение современной России, поддерживается кем-то сверху?

И тогда получается, что существуют некие «высшие» политические интересы, ради которых людям и дальше надо терпеть глумящуюся роскошь жулья в нашей небогатой стране? А ведь мы небогаты, потому что за наш счёт незаконно обогатились мастера криминала...

Не буду говорить о днях нынешних. Но вспомните, что было 10–15 лет назад, – продолжает Александр Иванович. – В то «беспредельное» время, когда милиция была деморализована бесконечными сокращениями и реорганизациями, когда правосудие «управлялось» хозяевами тогдашней жизни, с конкурентом можно было сделать что угодно: конфисковать имущество, выгнать из дому и пр. Исходя из тех уже отдалённых от нас реалий, я могу допустить, что определённая логика у противников конфискации в то время была. Ведь статья о конфискации имущества в период передела государственной собственности, в борьбе между могущественными кланами могла превратиться не в орудие справедливости, а послужила бы сокрушительным молотом в борьбе с конкурентами. И взяточничество, и воровство после этого стало осуществляться у нас беспрепятственно.

– А что же вы, дорогой Александр Иванович, – спрашиваю я собеседника, – несколько созывов в Госдуме делали? Почему не отстаивали такую важную для борьбы с корыстной преступностью статью?

– ...Ещё как отстаивали, как боролись! И справедливости ради надо сказать, что за последние десять лет, в том числе благодаря поддержке президента, была принята серьёзная законодательная база для профилактики борьбы с коррупцией. Но вся эта огромная положительная работа проблемы пока не решает, нужен чёткий и ёмкий закон...

– И где же застрял закон?

– Я тогда уже не был руководителем Комитета Государственной Думы по безопасности, – продолжает Гуров, – и мы с моим преемником на этом посту Владимиром Васильевым стали работать над законопроектом о конфискации. К нам подключились ещё семь депутатов Госдумы и семь членов Совета Федерации. Я пригласил ведущих учёных, работала большая группа известных не только в нашей стране докторов наук. Причём мы их отобрали умышленно из представителей двух школ уголовного права – консервативной, стоявших на позиции жёсткости и непримиримости, и либерально-демократической школы, которые больше ориентировались на гуманизацию, на либеральные изменения в обществе.

В чём, по нашему мнению, должен был быть смысл конфискации как дополнительной меры наказания? В том, что все корыстные преступления ориентированы на обогащение, на получение незаконной прибыли.

Если преступник будет знать, что всё будет конфисковано с лихвой, то корыстные преступления станут просто экономически невыгодными. Более того – проигрышными.

Мы трудились в течение года, собирались много раз и в Госдуме, и у наших партнёров. Выпестовали всё-таки статью о конфискации! Она полноценно базировалась на нормах международного права. Эта статья позволяла конфисковывать имущество не только добытое преступным путём, но и иное имущество в качестве наказания за совершённые тяжкие и особо тяжкие преступления. Причём там были положения, которые не препятствовали изымать ценности, переведённые преступником на третьих лиц.

Этот законопроект был направлен на согласование во все без исключения ведомства, связанные с правоохранительной тематикой. Мнение, выраженное в ответных письменных заключениях на этот законопроект, было на редкость однозначным – непременно ввести в УК статью о конфискации как дополнительную меру наказания!

Мы уже собирались запустить документ на обсуждение в комитеты и комиссии. И в этот момент пошла встречная атака на наш законопроект и на его инициаторов, в первую очередь на меня, разумеется. Ряд известных адвокатов, общественных деятелей, что сейчас занимают места в разных общественных советах, некоторые журналисты, политологи и т.д. выступили с резкими статьями, организовали телеэфиры, радиопередачи, интернет-атаки. Руководили же этой корыстной кампанией из-за кулис коррумпированные чиновники и наш родной олигархат. Риторика была давно известна: как такой произвол возможен в демократическом государстве, итоги приватизации признаны незыблемыми, опять грядёт 1937 год и прочее.

И никакие наши доводы, никакие ссылки на опыт самых демократичных стран западного мира, международный авторитет привлечённой профессуры, круглые столы и парламентские слушания, специально приглашаемых на них из-за рубежа экспертов – никакого воздействия не имели. И наконец проблему так запутали и замылили, что ни в какие планы обсуждения Госдумой наш закон не попал.

Единственное, что удалось отстоять, это, повторюсь, слово «конфискация», хотя бы в отношении имущества, добытого преступным путём. В этом виде в наши дни закон позволяет вернуть имущество хотя бы в той части, в которой доказано его криминальное происхождение.

Не только от генерала Гурова, но и от многих других профессионалов правоохранительных органов я слышал, впрочем, это и так очевидно: на пути принятия закона о конфискации стоят крупнейший российский бизнес, олигархат, высокое коррумпированное чиновничество.

Точно так же, как это сегодня происходит с воспринятой в штыки президентской инициативой о недопустимости наличия собственности у госслужащих за рубежом. С одной стороны, недобросовестные чиновники лелеют мечту, чтобы их криминальные делишки можно было бы вершить как можно дольше, с другой – как бы конкуренты не подставили под статью о конфискации, что на самом деле в современных условиях не так сложно сделать.

– ...Хотя, казалось бы, ну чего вам бояться! – будто к своим оппонентам обращается генерал Гуров. – Закон обратной силы не имеет! А значит, всё, что «нажито» до его вступления в силу, всё остаётся при вас. Требуется совсем немного: прервать нить преступной деятельности, прекратить давать взятки чиновникам. Просто остановиться и прекратить грабить народ, общество, государство!..

Надо наконец честно признать: страна находится в состоянии настоящей войны с коррупцией, а значит, бутафорские меры, пиар-акции, телевизионные шоу – это не борьба, не противостояние, это – фикция чистой воды, ширма, за которой продолжается разгром экономики, гибнет нравственность нынешнего и будущих поколений.

– Даже если предлагаемый закон о конфискации, продолжает генерал Гуров, – кому-то может показаться слишком жёстким, давайте введём его на определённое время, хотя бы для наркобаронов, посмотрим результат, а как увидим, что процесс пошёл, смягчим закон. Всё в наших руках. Причём практика последних лет показала, что, скажем, такие паллиативы, как кратные штрафы за коррупцию, ни к каким заметным результатам не привели...

Разговор наш заканчивается, генерал, чуть задумавшись, открывает страшную-страшную тайну: боюсь, что борьба с коррупцией в нынешней ситуации бесполезное занятие, бутафория, кукольный спектакль для бедных детей в холодном сельском клубе, с помпой транслируемый почему-то по всем телеканалам...


Досье

В целом ряде стран только одно установление незаконного обогащения является основанием судебного применения конфискации. Согласно статье 20 Конвенции ООН против коррупции, под незаконным обогащением понимается значительное увеличение активов лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным способом обосновать.

В соответствии с итальянским уголовным законодательством, например, недвижимость подлежит конфискации, даже когда уголовное дело прекращено за недоказанностью в связи с так называемой омертой, т.е. при исчезновении свидетелей или наличии других форм уничтожения доказательств, если мафиози не может объяснить происхождение своего имущества.

А во Франции общая конфискация назначается лишь за так называемые «преступления против человечества», а также за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков. В то же время французский Уголовный кодекс предусматривает самые различные виды специальной конфискации, как-то: транспортного средства, оружия, вещи, предназначенной для совершения преступления или которая была получена в результате его совершения, а также конфискацию торгового капитала.

В уголовном законодательстве Китайской Народной Республики конфискация имущества заключается в изъятии части либо всего имущества, являющегося личной собственностью осуждённого. У семьи осуждённого оставляют лишь имущество, необходимое для жизни. Также не подлежат конфискации предметы первой необходимости, принадлежащие осуждённому.

В США по федеральному законодательству уголовная конфискация может быть назначена виновному в таких преступлениях, как получение дохода от рэкета, за незаконный оборот наркотиков... Наряду с конфискацией в данном случае может применяться и реституция. По реституции суд вправе потребовать от осуждённого возвращения приобретённого им в результате совершения преступления имущества или компенсации за причинённый ущерб, возмещения медицинских расходов потерпевшего на лечение.

Когда-то гражданам США не нужно было декларировать свои иностранные счета и платить по ним какие-либо налоги.

Однако широкомасштабная кампания по борьбе с организованной преступностью, наркотрафиком и терроризмом дала повод американскому правительству серьёзно подкорректировать законы. В результате теперь активы и банковские счета как граждан США, так и иностранцев могут быть оперативно «заморожены» или конфискованы.

В Австрии довольно специфичной мерой является «изъятие выгоды», заключающееся в выплате определённой денежной суммы, размер которой устанавливается судом с учётом полученного лицом обогащения.

Кстати, вспомним, конфискация считалась одной из самых популярных мер дополнительного наказания и в СССР, и в Российской империи, всё как в просвещённой Европе. В советское время крупные расхитители народного добра, взяточники не так боялись длительных сроков, как назначения конфискации. 



Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 45 найденных.
Юрий
05.08.2016 16:03
На что был человек русской души, Михаил Евдокимов убрали.
Александр
07.03.2013 15:18
Кто же будет принимать закон против себя, ежу понятно,что все останется по прежнему, "борьба с коррупцией" в нынешнем виде блеф!
Алекс
26.02.2013 23:10
А вообще, где победные рассказы о возвращённых народу украденных у него ценностях, о наказанных преступниках? А то всё превращается в фарс по анекдоту (а ведь он всем когда-то зверски надоест !):
Медведев: Мы поймали думца - он украл у государства 10 миллионов. - Ну и что, каково наказание ? - Я ему при всей Думе влепил щелбана ! - Ну и что, а толку ? - Знаете, главное - неотвратимость наказания
Алекс
26.02.2013 22:16
Если массово не выдвинутся требования о возврате статьи - так и будут сопли жевать и прятать подельников. Мне нравятся анализы происходящих событий в материалах клуба "Суть времени" от Кургиняна, да и его работы. Кстати, выпускается газета "Суть времени". Без объединения всех здравомыслящих, честных, патриотичных людей, любящих свою Родину против творимых беззаконий нас скоро раздавят. В первую очередь достанется госбезопасности - пусть вспомнят судьбу "Штази" в ГДР и не надеются на награду для предателей. Уничтожив костяк, скреплявший страну при Сталине, вместо него ничего не создали до сих пор - и страна превращается всё больше в гниющую амёбу с протухшей рыбной головой. Да и наших уродов за границей никто не ждёт - деньги конфискуют, а их в тюряги. Давно пора бы подумать о будущем - себя, своих детей, страны, без которой все они, да и мы заодно - пыль под ногами сапог солдат наших заклятых друзей ! Не пора бы задуматься всем нам ?!
леонид
17.02.2013 18:25
Всё старо как мир "Украдёшь железную дорогу - будешь министром, украдёшь гайку от железной дороги - посадят"
    Карл Маркс  "Капитал"
Россиянин - Егору
13.02.2013 12:05
  "Нас убеждали в необходимости формирования Резервного фонда и Фонда национального благосостояния, говорили, что если все эти средства тратить внутри страны, то они неизбежно вызовут инфляцию, что тратить их нужно только в других странах".

  Странная позиция наших финансистов-монетаристов. Боитесь инфляции - тогда покупайте технологии, стройте как китайцы заводы под ключ, оплачивая заказы со счетов из резервного фонда, находящегося на границей. Ведь основной причиной инфляции является рост государственных расходов, для финансирования которых государство прибегает к ДЕНЕЖНОЙ ЭМИССИИ, увеличивая денежную массу сверх потребностей товарного обращения. Наиболее ярко это выражено в военные и кризисные периоды. Инфляция это чрезмерное расширение денежной массы за счёт массового кредитования, причём финансовый ресурс для кредитования берется не из сбережений, а эмиссии необеспеченной валюты.
  Если следовать опасениям монетаристов тогда зачем вообще нужны эти фонды, чтобы вкладывать в развитие других стран, а Россия как же?
Коба
13.02.2013 10:31
  Тема статьи о конфискации, несомненно очень важная. Гурову нужна поддержка в этом вопросе. Но тема поднятая ЕГОРОМ, не менее серьезная, затрагивающая интересы всего народа и будущих поколений россиян.
  Хорошо бы редакции СТОЛЕТИЯ подключиться к этому вопросу, подготовить отдельную статью с участием компетентных лиц и обсудить ее на форуме. Просто так это оставлять нельзя, это триллионы народных денег.
мнения с других форумов
12.02.2013 21:30
   А зачем на самом деле они это делают, почему создают ОАО или, как они называют, непубличную корпорацию. Ведь это же является прямой и естественной функцией Минфина с весьма прозрачной процедурой принятия решений: 2-3 специалиста —​ начальник департамента —​ зам.министра —​ министр.
   Работники Минфина отказываются исполнять разные пожелания «​сверху»​ по размещению/инвестиров​анию гос.средств в различные активы/проекты. Решения очень ответственные, а процедура их принятия весьма прозрачная. Риски высоки, а зарплаты мол слишком маленькие. Ходить на допросы, а тем более, не дай бог, сидеть в тюрьме никто не хочет.
   И обратите особое внимание на прозрачность принятия решений: никто не знает, по какой причине Газпром принимает те или иные решения - это внутренняя кухня частной компании, в которой государство является одним из акционеров.
Госкорпорации сейчас Счетная Палата не проверяет. Степашина туда на дух не подпускают. Госдума только летом 2012 года озаботилась этим фактом.
Внесение соответствующих измений в закон, пока еще только в проекте.
   В компании "Росфинагенство" уровень прозрачности будет не лучше - зачем власти нужно, чтобы кто-то наблюдал за деньгами? К тому же, в Минфине все решения останутся на бумаге - это тоже никому не нужно. Еще товарищ Сталин учил не оставлять архивов.  

Семен
12.02.2013 15:11
  Ну зачем здесь стенограммы? На себе разве не видите деяния слуг народных
А вы не додумались до того, что передать все накопления страны-народа, т. е.  копилку России, под управление некоего загадочного ОАО,  некой  таинственной финансовой организации, в которой обязательно появятся желающие распилить  накопления, это обескровить страну? И за бугор, который является для таких «вундеркиндов» спасательной базой.
Это равно тому, что российские предприятия, нефть отдать чужим государствам, управление ВС отдать чужеземцам.
Я помню, как эффективные управленцы лишили народ своих вкладов. По–русски, называется обворовали и баста.  А если посмотреть трезво на таких управленцев, как в  Роснано, ЖКХ и далее,   на их зарплаты, хотя ничего существенного в их работах нет, и как они  работают, не покладая рук, выводы сами напрашиваются. Российское государство, осуществляющее политику в интересах определенной когорты для укрепления и увеличения их достояния, заработанное ежедневным таким тяжелым  «праведным» трудом на нескольких работах, далее будет заботиться об улучшении жизни этой когорты, пока народ будут бить по левой щеке.
Старик прав.
старик
12.02.2013 14:14
Егору
....Российское государство - это то государство, которое осуществляет политику в интересах определенной группы лиц, для укрепления их благосостояния и улучшения их жизни.....

Сами догадались?
А про иудеев нвдоело. В жалости не нуждаюсь. Если вам примеры ни о чем не говорят, то это ваша проблема.
Отображены комментарии с 1 по 10 из 45 найденных.

Эксклюзив
20.09.2021
Владимир Малышев
Что показали итоги выборов в Госдуму Российской Федерации.
Фоторепортаж
20.09.2021
Подготовила Мария Максимова
В Центральном Доме Российской Армии проходит выставка народного художника России Евгения Корнеева.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: «Фонд борьбы с коррупцией» А. Навального, Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.