Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
14 ноября 2019
Михаил Ремизов: «У России должно быть сильное русское ядро»

Михаил Ремизов: «У России должно быть сильное русское ядро»

Беседа с президентом Института национальной стратегии
07.06.2019
Михаил Ремизов: «У России должно быть сильное русское ядро»

– Михаил Витальевич, вышедшие из-под контроля миграционные процессы стали серьезной головной болью Европы. Внешне спокойная, живущая «по расписанию», на зависть многим ухоженная и благоустроенная, она пребывает нынче в панике. Мигранты (да еще в таком количестве!) перевернули ее жизнь с ног на голову. Пошатнулись казавшиеся незыблемыми устои,  традиции, ценностные ориентации. Не грозит ли и России серьезная деформация жизни из-за непродуманной миграционной политики? И потом, сколько себя помню, мы всегда гордились, что мы – русские. Теперь, прежде чем заговорить на эту тему – задумываешься о какой-то политкорректности…

Вы правы. Появилcя  ложно понятый стандарт российской  политкорректности, в соответствии  с которым многим людям кажется, что их самоидентификация как русских в каком-то смысле ущемляет представителей других народов нашей многонациональной страны.

Однако проблема в том, что самоцензура затрагивает не только сферу притязаний на государство, но и самоидентификацию. Право на идентичность равнозначно для народа праву на жизнь. Именно это право оказывается под угрозой, когда воспроизводство идентичности блокируется или затрудняется.

Идентичность крупного народа воспроизводится в публичных средах – в массовой культуре, гражданском обществе, школе, системе образования.

Русская идентичность из этих сфер вытесняется под тем предлогом, что наша страна многонациональна.

Но этот аргумент абсолютно неуместен. Ссылка на других не должна мешать нам быть собой.

К сожалению, сегодняшнее состояние русской идентичности выглядит довольно болезненным. Причины могут быть разными – от навязанных комплексов вины до самого ощущения слабости сообщества. В нашем случае скорее последнее. Симптоматично, что люди с активной потребностью в идентичности бегут в субкультуры или другие традиции. Есть экзотические случаи типа «русских мусульман» или «родноверов». Но, пожалуй, самым ярким симптомом болезненности нашего состояния является феномен «русского украинства». Я имею в виду «заукраинские» симпатии в среде интеллигенции и креативного класса. Есть и другие версии отказа от русской идентичности. Например, региональные. Это когда люди говорят: мы не русские, мы казаки. Что такое – вырезать историю казачества из истории русского народа? Это значит лишить историю русского народа львиной доли ее энергетики и ее содержания. А это, в общем-то, основная версия среди идеологов казачества.

В рамках российской национальной политики, которая берет начало в советской национальной политике, статус отдельного народа, а не большинства, дает, кстати, большие возможности этническим активистам для отстаивания собственных интересов перед лицом федерального центра. Если мы отдельный народ, то федеральный центр должен говорить с нами по-другому.  Федеральный центр должен нам больше денег, уважения, престижа и так далее… Помимо казачества, есть, например, и активисты поморской идеи, которые позиционируют поморскую идентичность как отличную от русской.

– То есть, дерусификация, этническое обособление еше и более выгодны?

Возникающие на этой почве стимулы к этническому обособлению создают угрозу целостности страны. Под воздействием этих факторов от русского народа откололась украинская и белорусская часть. Такой масштабнейший прецедент дерусификации десятков миллионов людей должен стать предостережением. Если возможно западнорусских отделить от русских, почему это не могут сделать северорусские, южнорусские, восточно-русские?  Это может произойти, если мы принципиально не изменим модель национальной политики страны, не укрепим ядро русского самосознания.

У России должно быть сильное русское ядро, и только в этом случае будет создаваться необходимая культурно-цивилизационная гравитация для сохранения единства страны.

Мы должны найти такую формулу интеграции, которая не будет требовать от русских, чтобы они перестали быть собой и растворились в какой-то наднациональной сущности.

– Но как найти такую формулу интеграции, Михаил Витальевич?

На данном этапе методами гуманитарной культурной политики. Надо стремиться делать русскую идентичность более привлекательной. Если угодно, нужно «продюсировать» русскую идентичность. Это дело национальной интеллигенции и гражданского общества в ситуации, когда государство не берет на себя такую функцию. Активную роль должны взять на себя гражданское общество и национальная интеллигенция.

Если эта работа будет проделана успешно, вполне вероятно, что и отношение государства к государствообразующему народу изменится.

Начать нужно с реализации права на идентичность. Если Россия – многонациональная страна, то давайте признаем, что одна из этих наций – русские. И русские имеют право на самоидентификацию. На то, чтобы думать, говорить, заботиться о собственных интересах как исторического сообщества. Это уже будет большим шагом вперед, не оспаривающим официальный канон многонациональности России, но использующим его.

Чтобы реализовывалось право на идентичность, необходимо раскрыть эту идентичность в тех самых публичных сферах, о которых мы говорили выше, включая массовую культуру, школу, армию, организации гражданского общества... То, чего сегодня просто нет.

– А мигранты разве не дробят ядро русскости?

- Если говорить о процессе самоидентификации, то скорее они его катализируют, скорее активируют самоидентификацию. Но, безусловно, замещающая миграция, миграция на фоне депопуляции, инокультурная этническая миграция – один из долгосрочных вызовов жизнеспособности любого общества. Общество этот вызов так или иначе чувствует.

В 2014-м году по опросам ВЦИОМ (это было на пике событий на Украине) люди среди угрозы номер один назвали «заселение России людьми других национальностей». Такая угроза обществом переживается. Она связана с трансформациями, изменениями культурной, социально-бытовой среды. Эта среда становится для людей менее комфортной. И эти ощущения связаны не с высокими представлениями об идентичности, а с банальными проявлениями повседневности.

– Ну да, знакомо: «Понаехали тут…».      

Но на самом деле это «понаехали тут…» можно разложить на ряд бесспорных аргументов, связанных с реальными вызовами жизненному укладу. Школьное образование, когда в классах часть учеников, плохо говорящих по-русски, от этого проседает общий образовательный уровень. Перегружена медицинская инфраструктура (больницы, поликлиники, скорая медицинская помощь…), которая создавалась без расчета на миграционные процессы. Это уже сказывается и на качестве медперсонала, который начинает рекрутироваться из людей, качество дипломов которых не до конца понятно. Состояние рынка труда… Разговоры о том, что местные не готовы работать дворниками, продавцами или таксистами – по большей части искажают картину. Особенно на фоне массовой бедности в регионах и пенсионной реформы. Обвинять обывателя в том, что он реагирует на это негативно, довольно странно.

А у нас один из парадоксов нашей миграционной политики в том, что на первом месте среди угроз и проблем ставится негативное восприятие обществом этих процессов. То есть не сами негативные структурные эффекты, а их негативное восприятие обществом.

– Перепутаны причины и следствие…

Большие  усилия тратятся на то, чтобы  устранить негативное восприятие общества. Вместо того, чтобы менять структуру миграционных процессов и делать их более управляемыми и более выгодными для нас.

– Михаил Витальевич, президент страны утвердил Концепцию государственной миграционной политики на 2019–2025 гг. Задача этого документа – сформировать более комфортные условия для переселения в Россию соотечественников из-за рубежа, снизить, а то и устранить вовсе бюрократические барьеры. Плюсы и минусы этой Концепции, на ваш взгляд?   

Если говорить об общей идеологии этой Концепции, то есть вещи, которые отличают ее от предыдущей в выгодную сторону. Все-таки, это мягкий отказ от модели замещающей иммиграции. В предыдущей Концепции прямо декларировалось, что у нас депопуляция, что мы ничего не можем с этим поделать, что мы должны компенсировать депопуляцию притоком людей извне. В новой Концепции говорится о том, что основа демографической стратегии России – естественный прирост, а миграция – лишь вспомогательный элемент для решения ряда экономических и демографических проблем. Это разумный подход. Есть правильная декларация, что миграционная политика должна исходить из приоритета интересов нынешних граждан страны. Есть положительные частные вещи, связанные с развитием организованного рекрутинга рабочей силы. Безусловный плюс – стремление облегчить правила игры для соотечественников.

– А чего ей остро не хватает?

На мой взгляд, Концепция декларирует политику открытых дверей  в миграционной сфере и эта открытость недостаточно избирательна.

Есть два сегмента – временная трудовая миграция и натурализация, приобретение гражданства. Ни в том, ни в другом случае в Концепции не декларируются какие-либо критерии, по которым принимающее государство должно производить селекцию миграционного потока.

Цитирую одно из положений новой Концепции. «Миграционная политика должна быть направлена на создание благоприятного режима для добровольного переселения в Россию лиц, в том числе покинувших ее, которые способны органично включиться в систему позитивных социальных связей и стать полноправными членами российского общества». 

Формулировка ни о чем. Она не позволяет отделить желательные категории новых граждан от нежелательных. Миграционная политика должна быть основана на четком разделении контингента по степени желательности для принимающей стороны. Особенно если мы говорим о натурализации, т.е. браке без права развода.        

То же отсутствие критериев отбора – и в сфере временной трудовой миграции. То есть, концепция принципиально не избирательна на уровне своих методологических основ. Высока вероятность, что она и на практике будет такой же.

Существует широкая система лоббизма миграционной открытости на международном уровне, и в России она тоже действует. Кроме того, играют роль политические соображения, касающиеся отношений с государствами Средней Азии, которые являются основными донорами миграционного потока.

– Тут, похоже, мы идем на уступки…

Расплачиваемся  миграционной открытостью за  сохранение режима союзничества в военной области, например. Хотя, на мой взгляд, государства Средней Азии заинтересованы в союзничестве в военной области с Россией никак не меньше, чем Россия – с ними. Они живут в ситуации серьезных рисков со стороны Афганистана и Пакистана. Со стороны международного терроризма. И нельзя сказать, что они делают нам одолжение, соглашаясь на военное сотрудничество. Это обоюдный интерес.

Если мы посмотрим на другого нашего соседа, на Казахстан, то он проводит намного более избирательную миграционную политику. Несмотря на то, что у них тоже действует безвизовый режим с соседями, их требования к трудовой миграции из Таджикистана и Узбекистана более жесткие.

– Михаил Витальевич, а какая миграционная политика кажется вам наиболее приемлемой для нас?   

Миграционная  политика каждой страны ориентируется  на специфическую историческую, экономическую, политическую ситуацию  государства. Здесь все индивидуально.

В отличие от некоторых крупных стран, у нас нет абсолютного дефицита рабочих рук. Нынешний уровень численности трудоспособного населения снижается из-за неблагоприятных демографических процессов, но численность рабочей силы достаточна, и даже, откровенно говоря, избыточна с точки зрения структуры российской экономики.

– В таком случае, не стоило ли бы нам ввести визовый режим?

Визовый режим не панацея. Это только один из инструментов контроля над миграцией. Некоторые говорят, что он заведомо не будет работать. Я так не думаю. Скажем, визовый режим с Грузией после войны 2008 года работал вполне эффективно.

В случае со Средней Азией необходимо элементарное установление контроля над трудовой миграцией. Для этого нужен комплекс мер. Например, во многих государствах для въезда с целью трудоустройства требуется приглашение работодателя. Это предполагает определенную ответственность работодателя за тех, кто приглашен. Дальше, если мы хотим, чтобы хоть какие-то правила действовали, необходимы действенные меры пресечения. Сегодня механизмы депортации и административного выдворения могут действовать только точечно. Для этого нет средств, нет инфраструктуры временного содержания. Кстати, одно из преимуществ визового механизма могло бы состоять в возможности требовать обеспечительный депозит на случай выдворения. В целом, если государство поставит задачу контроля над миграционными процессами, оно с ней вполне способно справиться. Особенно учитывая современные технологии сбора и обработки информации. Было бы желание…

Речь, конечно, не должна идти о миграционном «железном занавесе» для Средней Азии. Ограничения стихийной миграции можно вводить параллельно с системой оргнабора, рекрутирования подготовленных рабочих кадров по отдельным направлениям и проектам.

– Европу сотрясают теракты. Нам это тоже знакомо. Профиль терроризма меняется?

 Количество крупных терактов заметно сократилось. За последние лет десять можно говорить об успехе спецслужб в борьбе с организованным и профессиональным подпольем. Но на фоне этого успеха возникает другая угроза – так называемого «автономного джихада». Кустарного терроризма, терроризма по формуле «сделай сам». Это концепция, которая прорабатывается и продвигается идеологами терроризма, против которой спецслужбам сложно бороться. Инструментарий спецслужб настроен на борьбу с профессиональным подпольем. А предотвращать теракты «одиночек» очень сложно. Сейчас в информационном пространстве доступно все необходимое для такой автономной боевой единицы – от мотивационных, вербовочных материалов до конкретных методичек по подготовке диверсий. Не нужно быть профессиональным подпольщиком, чтобы подручными средствами нанести непоправимый ущерб – направить на толпу грузовик, взорвать бытовой газ, условно говоря, отравить колодец…

– Заразить, скажем, туберкулезом…

Да. Биотерроризм… Страшно представить, как много преступлений можно совершить в режиме кустарного терроризма. Кустарный терроризм очень гибок. Его могут практиковать одиночки и очень маленькие группы людей. Это важнейшая трансформация профиля терроризма. Мы уже видим, что эта тактика начала применяться и в Европе, и в России.

Кстати, одна из реакций государства на эту тактику – размывание темы в информационном поле, переквалификация статьи «терроризм» на бытовые статьи. Даже откровенно джихадистскую банду ГТА судят как обычных уголовников.

Такая линия реагирования годится только при низкой интенсивности угрозы. То есть, когда таких ЧП относительно немного и они не сверхрезонансны. Логика в этом есть: переквалифицировать теракт в бытовуху – значит сбить информационную волну, которой пытаются добиться террористы. Но если эта деятельность будет нарастать, то ситуация станет иной. Тогда попытки замалчивания будут напоминать страуса, который прячет голову в песок. Нужна будет стратегия мобилизованного общества.

Это модель, по которой живет Израиль. Нам важно этот момент не упустить, если будет эскалация таких угроз.

Если вернуться к вашему вопросу, то действительно наблюдается трансформация профиля терроризма этнического и регионального – от профессионального подполья к автономному джихаду. Если раньше тон задавало северокавказское подполье, то сейчас все больше инцидентов связаны с выходцами из стран Средней Азии. В значительной части – с российским паспортом в кармане. Наличие паспорта облегчает такую деятельность.

В совокупности две эти трансформации позволяют рассматривать само наличие большой, плохо контролируемой в отдельных регионах России среды сообществ выходцев из Средней Азии. Актив исламистов переместился в Россию уже давно. В Узбекистане, Таджикистане, Казахстане действует более жесткий антиисламистский режим, чем в РФ. Как правило, вербовка, радикализация актива происходит уже здесь, у нас на глазах. И сама ситуация, социальная и моральная, в которой оказываются иммигранты, этому способствует. То есть, их сообщества становятся, в той или иной степени, зоной риска. Ограничения миграции и лучший контроль, лучшая наблюдаемость, лучшая организованность и подотчетность миграционных потоков в этом случае являются важным фактором безопасности.

– А как быть с переселенцами с Украины, не пора им давать статус политических беженцев?

– У нас была парадоксальная ситуация, при которой Россия не могла предоставлять статус политбеженцев выходцам из государств, с которыми у нас безвизовый режим, и государств с демократическими режимами. Соответственно, Россия по формальным критериям не могла предоставлять такой статус выходцам с Украины. Это полнейший абсурд, потому что речь идет об очень жестких политических преследованиях людей именно за их политическую позицию. Относительно недавно эти ограничения были изменены. Пока же Россия не активно применяет этот механизм, хотя он и напрашивается. На мой взгляд, было бы важно содействовать формированию сообщества политэмигрантов из Украины как политической силы, и сообщества, имеющего определенный правовой статус. Это было бы еще одним фактором квалификации режима на Украине как режима, безусловно, дискриминационного.

Принято решение выдавать российские паспорта жителям ДНР и ЛНР…

– Мы пока  не знаем, пойдет ли речь о массовой паспортизации населения Донбасса. Хотя, в качестве политической декларации, это тоже важно. Этот политический шаг формально не противоречит Минским соглашениям, но, по сути, означает признание их несостоятельности. Это сигнал Западу о том, что, если Запад хочет реинтеграции Донбасса в состав Украины, он должен делать какие-то шаги в поисках компромисса. Иначе все закончится по абхазско-осетинскому сценарию. Примерно так этот сигнал может быть прочитан в существующих условиях.

Украина консолидировалась как жестко антироссийское государство на достаточно длительный период. Но здесь мы можем сказать себе только одно: если Украина – это надолго, то Россия – это навсегда.

 

Беседовал Сергей Рыков        

 

 

Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 151 найденных.
Александр
26.08.2019 14:46
При чём здесь кустарный терроризм.
Нашим слабосильным органам(?) безопасности противостоят 1)СОВРЕМЕННЫЕ 2)ОРГАНИЗАЦИИ. И если мигранты окромя одёжки везут сюда элементы этих организаций (в т ч церквей), это должно пресекаться безусловно и на 100%
И только это.
"Простые" люди сами разберутся, кого из нас угощать салом, кого нет
Владимир Иванович
07.07.2019 10:52
Сергей
05.07.2019 15:50""
Единственно верное обоснование - этногенез. Русский этнос зарождается в середине 9 века от смешения финно-угров (этногенетическая матрица), словен ильменских, кривичей, скандинавских германцев варягов-русь. 862 год - время отсчёта русского этногенеза, истории, государственности.
882 год - объединённое войско этих племён идёт на юг в Среднее Поднепровье, занимает его, делает городок Киев столицей, объявляет о том, что они единый этнос под названием РУСЬ. В русский этнос вливаются большим потоком тюрки. Но и русские становятся частью печенегов, половцев, татар.
Из Поднепровья начинается колонизация территорий и последующего смешения с близкородственными племенами. Спустя несколько веков русский этнос формирует субэтносы - великороссов, малороссов, белороссов. А также поморов на Севере и казаков в южных степях. В 17 веке начинают формироваться субэтносы новороссов на Левобережье Днепра, уральский в Южном Приуралье, сибиряков за Уралом. Параллельно этому происходило социально-экономическое развитие и трансформация Киевской Руси к Руси Московской, России Иоанна Васильевича Грозного, Российской Империи Романовых.
К началу 20 века образовался русско-евразийский суперэтнос, в котором более ста этносов Северной Евразии, а русский этнос ведущий и титульный. Таковы этногенез и история русского этноса в пределах Северной Евразии. Но в начале 20 в. русский этногенез вошёл в акматическую фазу, после которой старение, нарушение прежних связей, распад русского и русско-евразийского этногенетического полей и государства - Российской Империи-СССР.
Таковы основы изначальной, первейшей русской, русско-евразийской идентичности. Всевозможные политические проекты временные, заточены на короткое время, не отражающие глубины русского этногенеза и истории.
Сергей
05.07.2019 15:50
Для русских оставили только неприличные слова. СССР нет, РСФСР нет, но республик не коснулось расформирование.
Все время твердят, чт РФ - многонациональна. Карта РФ говорит об этом. Не забудешь. Смешно, когда услышал про русский мир, в котором возможны русские азербайджанцы. Про русских украинцев гляди в тв, где ежедневно украинская тема. Про казаков, что они не русские, смешно причитать.
Нет статуса отдельного народа, так о каком русском ядре можно говорить? Какие юридические права у русских на законодательном уровне и каково влияние на происходящее на гос-ом?
Взять Татарию. Если говорить по-русски. Не Татарстан. Там столько факторов, способствующих уменьшению русских в этой республике (?). Смешанные браки и переориентация в сторону татарской нации. Для продвижения социалки родителям выгодна татарская национальность ребенку. Русские отрезаны от своего ядра. Их президент стоит не на защите русских.
Нет ядра без самосознания, без самоиндентичности, На пороге гуляет сепаратизм. Без русского даже невозможно сохранение страны.
Разве верхушка нац.республик под разными предлогами, имея статус отдельного народа и этнически обособленных от русских границами, не требует для себя все больше денег и т.д. ? Это ли не шантаж? Не дашь - "убегнем". Политика не дальновидная.
Владимир Иванович
29.06.2019 8:05
Коба - Владимиру Ивановичу
28.06.2019 17:20""
О привилегиях парт чинуш я знал не по наслышке. Так что мне лапшу не надо вешать.
Да, у одураченных ком. идеей простых рабочих и крестьян подыматься в атаку было "привилегией". А вот у тех, кто при постах и креслах вросших в задницы такой "привилегии" не было. А уж как они жалели, что не могли подняться в атаку, да ещё впереди всех!())
Строили советские "достижения века" в основном зэки. Даже во времена БАМа. Анекдот по этому поводу: приезжает Фидель на БАМ. Ему до того насвистели в уши, что это "комсомольская" стройка. Идёт он и видит мужика за 50. Подходит и спрашивает:
- Тебе сколько?
- 25 лет.
- А я больше бы дал.
- Так у нас больше 25-ти не дают))

В Российской Империи с нуля осваивали десятки миллионов гектар земли, строили города и поселения, Транссиб и многое другое. Чего большевики не смогли повторить в первые 35 лет. Безо всяких лозунгов, коммунистов, вранья и "комсомольских" строек. Почему?
Коба - Владимиру Ивановичу
28.06.2019 17:20
Крыть вам нечем, жителю сельской местности, в избушке на краю тайги. Об этом вы сами писали. Откуда вам может быть известно о системе привилегий которых не было, лгун вы эдакий. Привилегия коммунистов была одна - первыми подниматься в атаку. Ехать в таежные края, строить города, осваивать целину, строить метрополитены.
Владимир Иванович
28.06.2019 5:01
Коба - Владимиру Ивановичу
27.06.2019 16:29""

Во-первых, какую материальную пользу давали парт-хох-чинуши? НИКАКОЙ! А потому их "зарплаты" есть узаконенное воровство.
Во-вторых, возможно, они и жили в таких же квартирах и домах. Но для них только лучшее. А если прибавить систему привилегий, то ни один высокооплачиваемый работяга рядом с ними не стоял.
В-третьих, вы можете эту лапшу вешать молодым. Я пожил, видел всякое. И пишу из своих наблюдений и знания.
Коба - Владимиру Ивановичу
27.06.2019 16:29
Работники партийных органов и исполнительной власти жили так же как и основная масса трудящихся. В тех же многоквартирных домах, что и рабочие и служащие. Лечились и отдыхали в тех же санаториях и домах отдыха. Зарплата рядового инженера без стажа на заводах и фабриках состояла из 120 руб. оклада в месяц и 25 процентов прогрессивки (премии) т.е. еще 30 руб. в сумме 150 руб. Инструктор райкома получал один оклад 180 руб. в руб. в месяц, обкома партии 210 руб. А квалифицированные рабочие получали за 200 руб. в месяц. Разница в имущественном расслоении населения составляла максимум 3 раза. Сейчас при буржуях, певцом которых вы являетесь, расслоение населения составляет тысячи раз. Топ менеджеры компаний и банков с государственным участием получают доход по 10-12 миллионов рублей в месяц. Вы зачем врете так откровенно? Мы же еще живы и являемся свидетелями социализма.
Владимир Иванович
27.06.2019 3:17
Коба - Владимиру Ивановичу
26.06.2019 17:03""
Коба, Вы меня очень насмешили!))) При коммунизме жила партийно-хозяйственная номенклатура. Был коммунизм районного масштаба для избранных, областного, республиканского... Особенно ценился коммунизм по-московски.
Бог есть Любовь. Вы же коммунисты пришли к власти играя на низменных чувствах народа, на зависти к успешным и ненависти к ближним своим.
Коба - Владимиру Ивановичу
26.06.2019 17:03
Да, Владимир Иванович. Коммунизм это реальность, мы жили при нем и были счастливы. Я о широких народных массах. А вот "... путь любви, кротости, отвержения от себялюбия и нравственного совершенствования" утопия проверенная тысячелетиями, утопия которой кормят попы паству ради ее угнетения феодалами, крепостниками и буржуями.
Сергей
26.06.2019 16:54

Отчего вы обходите стороной русский вопрос? Разве не ленинское понимание к русской нации было в его бредне " в соблюдении формального равенства наций, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически". "Великодержавный русский шовинизм» был объявлен главной угрозой в национальном вопросе".
Наказали вначале изъятием территорий, которые "исчезли" (из РИ) вместе с созданными союзными республиками и автономиями с русским населением. Оставшаяся же часть стала РФ, которая поделена была по нац. признаку.
Русский народ остался ни с чем.

Межнациональные отношения сдерживались репрессивной диктатурой.

Не лучше бы было упростить по национальному признаку и создать губернии по всему СССР или по штатам (на худой конец)? Все на равных, без уничижения русского народа, без демонизации (русских), без крайности держать русских на голодном пайке и коротком поводке (с оскорблениями - фашизм, пьянь, лень...) . И страна не развалилась бы.
Погубили страну особенности устройства, которые изначально были заложены в 1922 г. Верхушка нерусская больна была "обеспечением" союза народов, но с открытым ущемление прав русского народа и России (без Ф).
Отображены комментарии с 1 по 10 из 151 найденных.

Эксклюзив
12.11.2019
Дмитрий Федоров
Под эгидой Совета Европы прошел VIII Всемирный форум за демократию.
Фоторепортаж
06.11.2019
Подготовила Мария Максимова
В Манеже открылась выставка, посвященная Великой Отечественной войне в изобразительном искусстве.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».