Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
25 февраля 2020
Зинаида Кириенко: «Актрисы сегодня порой даже не помнят имени режиссера…»

Зинаида Кириенко: «Актрисы сегодня порой даже не помнят имени режиссера…»

Беседа с народной артисткой РСФСР, вице-президентом Международного Славянского форума искусств «Золотой Витязь»
06.12.2019
Зинаида Кириенко: «Актрисы сегодня порой даже не помнят имени режиссера…»

С именем Зинаиды Кириенко связаны самые волнующие кадры из шолоховских экранизаций, где она сыграла Наталью в «Тихом Доне» и Ирину в «Судьбе человека». Закончила ВГИК популярной актрисой – пять картин в арсенале. Были и другие экранизации – толстовских «Казаков», герценовской «Сороки-воровки», проскуринского романа «Судьба». Зинаида Михайловна – лауреат Государственной премии СССР. Сейчас не снимается: трудно найти соразмерный материал...

Выступает с концертами, творческими встречами, занимается общественной деятельностью. Кириенко – президент Фонда энциклопедии имени Шолохова, вице-президент Международного Славянского форума искусств «Золотой Витязь».

Выступая перед журналистами накануне X Славянского форума искусств, который прошел в Москве, Севастополе, Пятигорске и других регионах России, Зинаида Кириенко сказала:

– Организаторы «Золотого Витязя» проводят огромную работу во всех сферах культуры, но, к сожалению, она несоизмерима с тем негативом, который несет миллионам зрителей наше телевидение. Губительное влияние оказывается, прежде всего, на подростков и молодежь. Не могу не поделиться впечатлением от факта, до глубины души возмутившего меня – в какой-то передаче, где демонстрировались таланты юных, девчушка, плохо выговаривавшая слова, вдруг затянула: «Рюмка водки на столе…». Вначале, я думала, ослышалась – нет, там был хор, рядом стояли взрослые дяди и тети, улыбались и поощряли, уж не в школе ли это происходило?! Вот я и спрашиваю – как допустили такую пошлость, где элементарная цензура?! К сожалению, ее нет и в помине, и вряд ли что-то изменится в ближайшее время на ТВ…

– Какую проблему вы бы назвали наиважнейшей?

– Образования и воспитания подрастающего поколения. Знать больше других – еще не значит уметь отдавать, есть такие «знатоки», которые знают все, а передать молодым ничего не умеют. Образованный человек обязан думать о тех, кто идет вслед за ним: чем больше дадим своим детям, тем лучше исполним свою роль. Но сегодня, когда по ТВ показывают такие фейки, воспитывать детей ох, как сложно. Бездуховность беспрепятственно проникает на наш экран, а мэтрам хоть бы что: цензура – зачем она? Худсоветы – на что они сдались? Да с их помощью соблюдался хоть какой-то порядок! Понимаю, что времена другие, но твердить первокласснику, что он должен знать историю своей страны, необходимо. И учебники не должны быть такими, как сейчас. Наша школа давала одно из лучших образований в мире, и во что превращен процесс обучения?! Меня все это задевает, потому что я человек неравнодушный, и после меня останутся правнуки. В какую школу они пойдут, чему их там научат?! Рюмку водки поднимать? Или самостоятельно выбирать пол, по примеру просвещенной Европы?!

А вчера была мне отрада. В автобусе рядом со мной села женщина – трогательная, ухоженная, из позапрошлого века. И вдруг обращается ко мне: «Вы не представляете, как я рада, что вижу вас, вы столько добра людям сделали». «Спасибо, – говорю, – мне это приятно слышать, тем более, что я забыла, когда снималась. Не нужны сейчас такие актеры». И она столько еще сказала доброго, что мужчина с сыном-первоклашкой, сидевший напротив, не удержался: «А я смотрю – знакомое лицо». «Да как же вы не знаете, это же Зинаида Кириенко!», – воскликнула моя соседка.

На просьбу «Столетия» прокомментировать вопиющий факт, приведенный президентом «Золотого Витязя» Николаем Бурляевым, когда чиновник Минкульта, отправляясь на похороны Алексея Баталова, не постеснялся спросить, кто это, актриса сказала:

– Вы только вдумайтесь: он не знал Баталова, значит, вся история советского и российского кино прошла мимо него. Вряд ли ему интересно знать, что и сейчас происходит в стране, у него одна задача – занять кресло в нужном кабинете. И весь ужас в том, что от него будут зависеть судьбы тысяч соратников по интересам, когда он попадет в кабинет. Об актерах уровня Алексея Баталова должны знать современные дети, потому что искусство мастеров, проникая в детскую душу, дает представление о том, что такое хорошо, и что такое плохо. Дважды два, как ни крутите, четыре, и в воспитании новых поколений все повторяется, но с новым отношением к миру. Генетика имеет огромное значение, но то, что ребенок с раннего детства видит вокруг себя, также очень важно. А посмотрите, что нам преподносит ТВ: в сериалах идет пропаганда способов убийств, измен, отрицания всех религий, смешения полов – вот что интересно нашим «творцам». Страшно становится за Россию...

После пресс-конференции Зинаида Михайловна ответила на вопросы «Столетия».

– Скажите, что, на ваш взгляд, отличает ваше поколение актеров?

– Известно, что сейчас актеров выпускают в несколько раз больше, чем нужно, а нашу мастерскую во ВГИКе окончили всего 11 человек, при том что поступили 23, и на 4-м курсе пришли еще Наталья Фатеева и Лев Поляков. Всех распределили по студиям, как было принято в советское время. Но это не значит, что все стали звездами. А особенным в нашем поколении было то, что учились мы у Сергея Аполлинариевича Герасимова и Тамары Федоровны Макаровой. Об учителе своем могу говорить только в возвышенных тонах, потому что в моих глазах это был педагог-энциклопедист: с каждым работал по-особому, каждому мог помочь.

Был у меня с ним такой случай. Играть Наталью в «Тихом Доне» мне было не просто, и когда во время подготовительного периода, на репетиции во вгиковской студии, у меня получилась самая сложная сцена, где я проклинаю Григория во время грозы, – я очень обрадовалась. Прокричала все эти проклятия, с рыданиями упала на стол, лежу и думаю: «Боже, какое счастье, у меня все получилось». И жду, что мастер сейчас меня похвалит. И вдруг вместо награды за такую правду эмоций Сергей Аполлинариевич начинает меня ругать – за волосы, которые накануне я чуть-чуть подкрасила. Поясню, что никакие вольности студенткам не разрешались, не было еще такого – с мастером чокнуться и выпить, губы и волосы мы не красили.

Но надо знать мой характер: неожиданно для самой себя, от обиды, что меня не поняли, и какие-то волосы затмили главное, во мне родился протест, и на той же высокой ноте я стала кричать уже своему учителю: «Все, не нужна мне ваша Москва! Не нужен ваш Шолохов, ваша Наталья, ничего мне не нужно! И ВГИК ваш не нужен»! Вновь разрыдалась и упала на тот же стол…

Через несколько месяцев мы были на Дону. 1956 год. Весна прошла, лето кончалось, а грозы нет и нет. Наконец, сообщают – готовьтесь. Приехали на съемку, а на бахче от жары аж все арбузные плети пересохли… И – вот что значит психолог! – после того откровения Герасимов не провел со мной ни одной репетиции в полную силу, как должно быть в картине; требовал, чтобы текст по мизансценам все потихоньку проговаривали про себя. Снять предстояло один дубль, и мастер опасался, что, репетируя, выплеснем эмоции. Великий психолог, он, повторю, с каждым работал по-особому. Одному помогал найти интонацию: например, Глебов, гениальный актер, в кадре в точности повторил напор герасимовских интонаций. Быстрицкую в сцене, где Григорий дрался со Степаном, а она, избитая мужем, сидела под телегой и лишь выглядывала оттуда, не поубивали ли они друг друга, – заставил добыть нужную эмоцию, обидев ее. Она разрыдалась, полезла под телегу плакать, а он сказал Раппопорту: «Володя, теперь можно снимать». Он специально довел ее до этого состояния, зная, что это необходимо для мизансцены. А как он показывал старику Мелехову, как нужно хромать: 19 дублей сняли, а он все показывал и показывал, пока не добился того, что ему было нужно. Актер смеялся, что теперь в жизни хромать будет. А Боре Новикову, заметив у него в усах огуречные семечки, мог сказать: «Посмотри в зеркало, и это – казак?!». А меня Сергей Апполинариевич называл «актрисой двух-трех дублей», он верил, что я все сделаю, как надо, но внутреннее сомнение, видимо, все-таки было, и он не репетировал со мной в полную силу.

И когда уже гремел гром, но еще не было дождя, и по потрескавшейся земле катилось перекати-поле, мы начали снимать эту сцену. Ливень обрушился уже во время съемки, в помощь дождю стояли три поливальные машины. У нас все получилось, крупный план доснимали на студии. А здесь, доиграв, я упала на мокрую землю… Дождь все лил и лил, но нам и нужен был именно такой – для создания атмосферы. Когда уже сели в машину, я обратила внимание на небо – невероятной красоты, расписанное узорами, как у художника.

Кто сейчас занимается такой режиссурой?.. К сожалению, время позволяет засорять искусство, сегодня может снимать каждый, у кого есть деньги, а в наше время истинных деятелей культуры на пальцах можно было пересчитать. В кино работали редкие таланты, которые были способны представить страну в исторической перспективе. У Герасимова история страны через семью Мелеховых отражена и в Гражданской войне, и в революции. И что осталось от этого хутора, от огромной семьи – одна Дуняшка?! Фильм переворачивал души зрителей, с такими же чувствами смотрят его и сегодня. И я одного не могу понять – зачем переснимают «Тихий Дон»? Шедевры случаются редко. А народ именно так оценил этот фильм.

Бондарчук, между прочим, еще при Герасимове хотел снимать «Тихий Дон», но мастер ему не позволил. Сказал: «После моей смерти снимешь». Думаю, ни один ремейк не оправдал свое появление и не достиг уровня оригинала. Копия есть копия. Герасимовская экранизация – достояние страны, которое нужно ценить.

– Правда ли, что в Сергея Герасимова поголовно были влюблены все студентки?

– Мастера мы обожали, преклонялись перед ним. Как на богов, смотрели на педагогов, не то, что сейчас, по знакомству, по каким-то взаимоотношениям попадают и в институт, и на роли. Время изменилось донельзя, между понятиями любви и секса поставили знак равенства. А Герасимову после первого курса, когда снималась в его картине «Надежда», я и сама призналась в любви. Было так – мы ждали на репетицию моего партнера Колю Довженко, разговорились, и Сергей Аполлинариевич сказал: «Расскажи о себе». И я стала рассказывать ему про свою семью. Про трагедию родного отца, который был репрессирован, про то, как непросто у мамы сложилась жизнь, расчувствовалась, и – разрыдалась. Он внимательно слушал, а тут еще по радио радыгинскую «Рябинушку» передавали: «Ой, рябина кудрявая, белые цветы…». Чуть успокоившись, я спросила: «Вам, наверное, все всё рассказывают про себя?». А он: «Нет, так, как ты – никто». И вдруг я сказала: «Я люблю вас, Сергей Аполлинариевич!». Меня поразило такое его участие… А он посмотрел на меня и сказал: «Это хорошо, а ушко у тебя, как пельмешко». Я не поняла, причем тут пельмени, а потом узнала, что Герасимов был настоящим мастером и по пельменям… Он поцеловал меня в щеку – таким был ответ на мое признание. И слава Богу!.. Я и не ждала большего, и была ему очень благодарна.

А во время съемок «Молодой гвардии» Герасимов был влюблен в Нонну Мордюкову – она играла Ульяну Громову – и ездил к ее родным просить руки. Уж не знаю, какой там был разговор, но сватовство, как коллеги рассказывали, не состоялось. И тогда Тамара Федоровна встала стеной и устроила три свадьбы, в том числе и Нонну с Тихоновым поженила.

– Сейчас актеры снимаются параллельно в пяти-девяти проектах – это нормально, по-вашему?

– Режиссерам сегодня важно, чтобы актриса просто проговорила текст, и по внешнему облику соответствовала. И сегодня есть талантливые актрисы, но порой они даже не помнят имени режиссера, у которого снимаются.

А в обычном общении, поделюсь, меня возмущает возглас «вау», которым грешат и молодые артисты. Казалось бы, что особенного, раньше сказали бы «О, Господи!», какая разница? Просто помню, как это «вау» впервые прозвучало в рекламе, а потом все стали его повторять. Это же засоряет наш великий русский язык – язык Пушкина и Лермонтова, ведет к его вырождению. Тем самым и нация теряет себя. А в нашей профессии, если душа пуста, и тебе нечего сказать, будешь повторять текст, как это «вау», и получать денежку, не беспокоясь о том, во имя чего «творишь». Только стоит ли?..

Беседу вела Нина Катаева


Специально для "Столетия"


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Александр Мясникян
14.12.2019 0:47
поразительно красивая женщина!....
суржик
13.12.2019 16:47
АНДРЕЙ: Ты ведь не плесень? И я не плесень. И таких как мы многие миллионы. Так что не отчаивайся, прорвёмся и плесень со временем загоним под лавку, если правители типа Ельцина и иже с ним в очередной раз нас не предадут.
АНДРЕЙ
10.12.2019 8:28
Подписываюсь под всеми словами. Трагедия нашей страны в том, что в правительстве неучи, а в думе ... слов даже приличных не найти. Правильно было сказано: воевали красные и белые, а победили серые. И вот эта серая плесень расползлась по всей стране.

Эксклюзив
18.02.2020
Валерий Панов
75 лет тому назад погиб один из лучших полководцев Красной армии.
Фоторепортаж
21.02.2020
Подготовила Мария Максимова
На выставке в Музее Международного нумизматического клуба представлено 234 экспоната.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».