Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
27 ноября 2020
Всё может повториться…

Всё может повториться…

В театре «Содружество актеров Таганки» премьера – «Карьера Артуро Уи, которой могло не быть»
Нина Катаева
20.11.2020
Всё может повториться…

Вначале нелишним будет рассказать о самой постановке. Спектакль этот с историей: еще в 1964 году дипломник ВГИКа из мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой, молодой немецкий режиссер Зигфрид Кюн инсценировал антифашистскую пьесу Бертольда Брехта «Карьера Артуро Уи, которой могло не быть». Главную роль сыграл его сокурсник Николай Губенко, оформил спектакль Борис Бланк – с художественного факультета. Спектакль имел оглушительный успех, вся Москва рвалась на него.

Молодому режиссеру предложили поставить спектакли на сценах МХАТа и Театра на Таганке, пригласили на работу в Театр Сатиры. Ярким карьерным стартом стал спектакль и для Николая Губенко с Борисом Бланком.
И вот, совершив виток длиной в 56 лет, «Карьера Артуро Уи» вновь приземлилась в Москве, на сцене театра «Содружество актеров Таганки», худруком которого с 1993 года был народный артист РСФСР, лауреат премии Ленинского комсомола и Госпремии РСФСР им. братьев Васильевых Николай Губенко. Это он предложил Зигфриду Кюну поставить пьесу Брехта к 75-летию Великой Победы. Планировалось, что и главную роль вновь сыграет сам, а оформит спектакль тот же Борис Бланк, ставший народным художником РСФСР.

Неслучайно Брехт называл эту пьесу параболой, актуальной на все времена: в ней вскрывается путь прихода к власти диктаторов. Интриги, подлог, коррупция и политические убийства – дорога Гитлера, Пиночета, Муссолини, Трухильо.

Главный пафос пьесы заключается в том, что мир не вправе забыть об этом и должен быть всегда начеку.

Чтобы определиться с актерским составом, Зигфрид Кюн на неделю прилетал в Москву летом прошлого года. Он мало что успел, и большую часть актеров выбирал по фото, но ему, имеющему опыт работы кинорежиссера, это было несложно. Помог с выбором актеров и с самой постановкой Николай Губенко. Весной репетиции шли уже полным ходом, в том числе и на большой сцене театра, но пандемия внесла свои коррективы. Репетировать пришлось в режиме онлайн, а премьеру, намеченную на 7 мая, перенесли на конец октября. К несчастью, Николай Николаевич заболел, а три месяца назад, 16 августа, его не стало. Спектакль посвятили его памяти.

Зигфрид Кюн считает, что пьеса про Артуро Уи – «самое актуальное на данный момент произведение, главный посыл которого в необходимости высмеивать диктаторов и политиков, во-вторых, пьеса поднимает тему коррупции, и, в-третьих, действие разворачивается в 30-е годы прошлого века в Чикаго, в период “великой” депрессии в экономике». «И сейчас мы с вами находимся в остром кризисе, – говорит режиссер, – который глубже и в какой-то мере опаснее, чем тот, который был в прошлом веке». Спектакль начинается с прямого обращения к зрителям Бертольда Брехта – на черном занавесе-падуге начертано: «Народ судит диктатора. Смех приводит в исполнение». А потом на сцену из зрительного зала выбежит зазывала в костюме клоуна и пообещает показать публике «цвет бандитского мира» и «правду истории, горькую самую».

И вот уже заседает правление чикагского треста «Цветная капуста»: обсуждают падение продаж, и мелкий гангстер Артуро Уи (А. Финаев-Николотов), похожий на некое насекомое в кожаном облаченье, ловко прыгая по лестницам, предлагает припугнуть продавцов зелени, чтобы не приобретали товар у других поставщиков. Поначалу его прогоняют, но на протяжении спектакля зрители станут свидетелями того, как этот скрюченный скорпион, легко переносящий все унижения, стараниями окружения будет вознесен на вершину власти. 

Пьеса «Карьера Артуро Уи» была задумана Брехтом в 1935 году, во время поездки в США, а написана весной 1941 года, и в ней причудливым образом соединились мир чикагских гангстеров, зарождающаяся нацистская Германия, да и наше времечко она отражает, судя по тому, как часто и показательно персонажи моют руки.

Брехт, предпочитавший в своих пьесах прозу, «Карьеру Артуро Уи» написал шекспировским пятистопным ямбом, стремясь использовать «высокий стиль». Ради этого в отдельных сценах он пародирует Шекспира – его «Ричарда III», «Ричарда II» и «Макбета», а также «Фауста» Гёте. Масштабные шекспировские злодеи, по замыслу автора, должны были оттенять ничтожность его героя – трусливого авантюриста и шантажиста Уи. Гангстерская среда в сочетании с «высоким стилем» должна была создать двойной «эффект отчуждения». В самом деле: «Всмотритесь во тьму ушедших столетий: \Кому не припомнится Ричард Третий? \Но в эпоху Алой и Белой роз \Не было столько побоищ и слез!» (перевод Ефима Эткинда). 

Перекличкой со временами Шекспира выглядит и явление зазывалы в начале спектакля. А сообщения на занавесе-падуге перед началом каждой знаковой сцены, передающие хронологию реальных событий, – не напоминание ли о хоре древнегреческой трагедии?..

Интригуя против «владельцев заводов, газет, пароходов» с помощью влиятельного Старого Догсборо (заслуженный артист России М. Басов) Артуро Уи становится членом правления «Цветной капусты», и занимает наконец «место». Но неслучайно пьеса названа «Карьера Артуро Уи, которой могло не быть». «Могло не быть», если бы на пути этого амбициозного существа с чертами Гитлера и Аль Капоне одновременно не встретились эти алчные и беспринципные «владельцы», воры и убийцы, способные мать родную продать за «дружественный кредит». В атмосфере круговой поруки и бесконечной цепи убийств конкурентов расцветали эти цветы зла, которые и привели к коричневой чуме.

Короля (и диктатора) играет свита, так и здесь – из марионетки, еще вчера вопившей: «Мне сорок лет, а я – пустое место», закулисье надувает «фигуру». Страх делает людей рабами, и в ничтожестве они уже видят силу. Зловещий скорпион Уи, расправляясь на наших глазах, тянет щупальца к миру.

«Самые большие политические преступники должны быть наказаны и, главное, осмеяны», – считал Брехт. Артуро Уи, став членом правления «Цветной капусты», стремится быть респектабельным. И нанимает актёра (заслуженный артист России М. Лебедев), чтобы тот научил его манерам: как ходить, сидеть, говорить. Например, походка его должна соответствовать тому, как «маленькие люди хозяина себе воображают» и т.п. Реальный факт, между прочим: фюрер призывал к себе актера придворного театра. Сцена эта насколько комична, настолько страшна. Учитель дает настоящий мастер-класс ученику, акцентируя внимание на жестах и звуках голоса, на интонациях. И, уже обучив всему подопечного, продолжает переживать за него и что-то подсказывать. Но «благодарный» Артуро Уи уже в нем не нуждается, и учителя без раздумий отправляет на тот свет его помощник Эрнесто Рома (Д. Карпеев). Еще одна брехтовская краска для Ромы, который недоволен, что гангстеры бездельничают: «Они стреляют по тузам бубновым, а не по людям. Это – очень вредно».

Брехт не хотел, чтобы за персонажами зритель видел реальные политические фигуры. «Следует использовать маски, интонации, жесты, напоминающие о прототипах, но чистой пародии следует избегать, и комическое начало непременно должно звучать до известной степени жутко», – рекомендовал он. Но то, что мы видим на сцене, далеко не напоминание, в Артуро Уи мы уже узнали Гитлера, про остальных пояснит автор: «В Старом Догсборо узнаваем Пауль фон Гинденбург, которого нацисты шантажировали незаконно приобретённым имением; в примитивном и агрессивном Эрнесто Роме – начальник штаба СА Эрнст Рём; в "интеллектуальном" Джузеппе Дживоле – Йозеф Геббельс, а в Эмануэле Гири – Герман Геринг. В Игнатии Дольфите, чью вдову Уи обольщает, как шекспировский Ричард III – вдову принца Эдуарда, трудно не узнать Энгельберта Дольфуса, канцлера и министра иностранных дел Австрии, убитого национал-социалистами в 1934 году; его вдова, Бетти Дольфит (П. Фокина), здесь – аллегория Австрии, присоединённой Гитлером четыре года спустя».

И за всеми этими гангстерами, банкирами, чиновниками 30-х просматриваются современные персонажи, о которых через день слышим по ТВ в разделе криминальной хроники. Методы те же: клевета, шантаж, подкуп, рейдерство, убийства. 

Появляются в финале и персонажи преисподней – «атмосфера ужаса» налицо. И сделано это также по совету автора пьесы. На организованном бандой Уи собрании торговцы овощами из Чикаго и Цицеро пытаются протестовать против «защиты» Уи, прибравшего все к рукам, но теперь на его стороне уже вдова Дольфита (П. Фокина), которая еще недавно была намерена мстить за убийство мужа. И когда торговец из Цицеро покидает собрание после слов гангстера Дживолы (В. Лойко): «Любой свободен делать всё, что хочет», сразу на выходе его убивают. «Каков ваш свободный выбор?» – спрашивает Гири (К. Петров) оставшихся. За Уи голосуют обеими руками…


P.S.

Перед премьерой «Артуро Уи, которой могло не быть» в Театре «Содружество актеров Таганки» удалось поговорить с постановщиком спектакля, режиссер ответил на вопросы «Столетия».

Зигфрид Кюн: «Русская душа и по сей день продолжает восхищать меня»

Режиссер спектакля Зигфрид Кюн, по первой профессии горный инженер, решив уйти в режиссуру, поступил в киношколу в Бабельсберге, но через год уехал в Москву. С 1959-го по 1964-й учился во ВГИКе, в мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой, где защитился «Карьерой Артуро Уи». В 1966 году поставил в Театре Сатиры «Процесс Ричарда Ваверли» по пьесе Рольфа Шнайдера с народным артистом РСФСР Георгием Менглетом в роли адвоката доктора Андерсона. Вернувшись на родину, занялся кинорежиссурой, и с 1965 по 1992 годы снял 12 фильмов на популярной в ГДР студии «DEFA».

Как уже говорилось, спектакль «Карьера Артуро Уи» поставлен по инициативе художественного руководителя театра «Содружество» Н.Н. Губенко.

– Зигфрид, не могли бы вы подробнее рассказать о роли Николая Николаевича?

– Сегодня выполняем его завещание всем нам, потому что этот проект начался с идеи Губенко, когда он по прошествии более чем 50 лет пригласил меня в Москву и сказал: «Давай сделаем это еще раз». Он хотел играть Артуро Уи, и мы готовили проект именно с этой точки зрения. Потом состояние его здоровья стало ухудшаться, и он, конечно, мог отрезать: «Раз я не играю Артуро Уи, то не будет никакой постановки», но он сказал: «Зигфрид, я тебе доверяю, продолжай делать постановку так, как ты ее видишь». Просто отдал мне полную власть, карт-бланш. Я благодарен ему, и сегодняшнюю премьеру мы посвящаем Николаю Николаевичу, передаем ему его наследие. В этом спектакле произошла и своеобразная передача эстафеты: Николай Губенко передал роль Артуро Уи Алексею Финаеву, который с огромным успехом справляется с ней. Николай Губенко тоже с этой роли начинал свою карьеру...

– Что было самым сложным в постановке этого спектакля?

– Не было никаких сложностей, работать с этим актерским ансамблем было легко и приятно, я получил удовольствие. Знаете, иногда скульптору достается самый лучший кусок мрамора, и он получает право что-то из него изваять – вот такое счастье выпало мне. Мне действительно повезло, не зря Николай Николаевич назвал театр «Содружеством актеров». Я отметил командную работу, и по качеству и сплоченности могу сравнить этот коллектив только с театром «Берлинский ансамбль». Не зря понятия ансамбль и содружество схожи по значению, ребята фантастически работают вместе.

На репетициях мы много работали над речью, потому что речевые моменты по Брехту нужно делать иначе, чем в спектаклях по русской классике; глубоко прорабатывали характеры персонажей. Ушли в такие детали, над которыми, возможно, и не смогли бы так углубленно поработать в ситуации вне пандемии. Используем сокращенную версию пьесы, по которой был поставлен спектакль в Берлинском театре. Эта версия точно объясняет причинно-следственные связи того, как вообще появился Артуро Уи, как пришел к власти, и к чему это привело.

– Как формулируете ваше главное послание зрителям?

– Мне хочется, чтобы зрители получали удовольствие от спектакля, но и задумывались о происходящем в нем. Чтобы идя домой, думали о таких важных вещах, как главное послание Бертольда Брехта, которое в эпилоге звучит так: «Плодоносить еще способно чрево, которое вынашивало гада». Важно, чтобы зритель понимал, что нужно быть осторожным, потому что все может повториться. Поэтому так важно уметь думать, уметь мыслить.

– Вы не раз говорили в интервью, что сейчас увлечены писательством…

– Да, когда был здесь весной на карантине, собирал материал для своей новой книги, действие в которой будет разворачиваться в России. Сейчас пишу эту историю. Правда, пока на десятой странице, и мне понадобится минимум два года, чтобы завершить книгу. И если сейчас мне скажут, не хочу ли я поставить еще одну пьесу, отвечу, что в первую очередь должен написать книгу. Вообще, если хочешь написать настоящее литературное произведение, каждый день надо писать по предложению (шутка). Я не хочу, чтобы это были просто слова и просто предложения, читатель должен находить в них двойной смысл, ощущать иронию, легкость в письме. Считаю, что написание книги – это самое сложное, режиссура, по сравнению с писательством, легче легкого.

Режиссура ничего не создает сама, она лишь интерпретирует то, что уже создано. Дирижер может делать что хочет с музыкальной партитурой, которая написана композитором, а здесь перед тобой белый лист бумаги, это совсем другая история. Самыми сложными искусствами считаю живопись, композиторство и писательство.

– Какие изменения в российской жизни заметили, приехав в Москву через полвека?

– Внешне, конечно, многое изменилось, но осталась прежней русская душа, которая восхитила меня в 60-х и продолжает восхищать по сей день.


Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

суржик
25.11.2020 14:58
А англичане ставят русские спектакли? Или только мы ставим иностранцев?

Эксклюзив
23.11.2020
Святослав Князев
Киевский режим становится всё более людоедским.
Фоторепортаж
24.11.2020
Подготовила Мария Максимова
К 175-летию со дня рождения императора Александра III.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».