Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
4 апреля 2020
Споем по-русски

Споем по-русски

Многоопытная, но малограмотная деревня всегда выражала себя в песне
Татьяна Шабаева
27.12.2011
Споем по-русски

Сто лет назад более восьмидесяти процентов населения России проживало в деревнях. Вокруг Москвы начала XX века было триста русских сёл и деревень, которым предстояло раствориться в мегаполисе. Корни её – языческие ли, христианские – были явно непригодны для пропаганды коммунизма и интернационализма, и в 20-30-е годы фольклор был заклеймён как нечто архаичное, стихийное, тёмное, стыдное. Однако восемьдесят процентов населения со счетов просто так не сбросишь, и впоследствии фольклор пригодился власти: для пропаганды своей народности. Так в России произошла подмена народной культуры.

С расцветом кинематографа и эстрады девушки в кокошниках, «Калинка-малинка» стали ходовым экспортным товаром СССР. Ни одно официальное торжество уже не обходилось без выступлений народных ансамблей – гладких, предсказуемых, пышных, оптимистичных. «Это казалось большой неправдой, - замечает музыкант, продюсер, лидер группы «Мегаполис» Олег Нестеров. – В результате для нескольких поколений народная музыка оказалась связана с официозом, и интерес к ней угасал». Угасанию русской песни способствовало одновременно и уничтожение почвы – самой исконно-русской деревни, и использование её для чужеродных идеологических целей. Наступило отторжение традиции, которую мы даже толком не распознали.

В результате сегодня в Москве значительно больше исполнителей, играющих какую-нибудь кельтскую музыку, чем русскую. Потому что они даже не знают русской музыкальной традиции, чтобы судить о ней! Через наши уши происходит прокачивание чужеродной для нас музыки. Практически во всех общественных местах России фоном звучит зарубежная и поп-музыка или шансон, также не связанный с русской мелодической традицией.

Дело не только во вкусовых предпочтениях публики, но и в отношении к своей культуре, в готовности интересоваться ею, сознавать себя её частью. Не последнее место здесь занимает народная музыка.

Заслуженная артистка России, певица Татьяна Петрова вспоминает свои гастроли в Японии: «Я подготовила несувенирную программу: не только классику, но и обрядовые песни, “Заклинание о русской земле” на слова Максимилиана Волошина, “Ой, не время нынче спать, православные” Владимира Волкова… И японцы её приняли! Перед каждой песней на сцену выходила ведущая и зачитывала короткий перевод на японский. И надо было видеть, как они сопереживали русской песне, даже плакали, когда слушали!

А вспомните, как узбеки, таджики, торгующие на рынках, часто прямо во время работы слушают свою национальную музыку. Она помогает им чувствовать принадлежность к своему народу, будучи на чужбине. А русскую музыку у нас редко услышишь даже в русских ресторанах».

В то же время, когда у нас одна за другой в двадцатом веке исчезали деревни, благодаря стараниям фольклористов, сохранилось довольно много записей аутентичного исполнения. Кроме того, была разработана уникальная методика обучения народному пению. Её автором была руководитель Северного русского народного хора и преподаватель Гнесинского института Нина Константиновна Мешко, у которой учились пению Людмила Зыкина и Надежда Бабкина, Людмила Рюмина и Татьяна Петрова.

Дело в том, что народная песня создаёт большую нагрузку на голосовые связки. Проведённые компьютерные исследования показали, что на голос исполнителей народных песен она в несколько раз больше, чем певцов-академистов.

«Сфера бытования народных песен была другой, - поясняет преподаватель кафедры сольного народного пения института им. Гнесина Татьяна Крошилина. – Голос брал на себя основную нагрузку, песня пелась на сильном смыкании связок. Когда певица, обученная петь так, выходила к микрофону, раздавался металлический скрежет. К сорока годам связки изнашиваются, такой голос перестаёт быть гибким. Методика Мешко подразумевает щадящее обучение исполнителей, когда большую нагрузку берёт на себя дыхание; голос таких певиц и в шестьдесят лет звучит свежо. Именно такая манера позволяет развить его диапазон в две октавы, даёт возможность исполнителю народных песен работать в широком жанровом спектре».

Однако сегодня, в пору, когда русская народная песня оказалась на эстрадных задворках, когда считается, что у неё ограниченный круг слушателей, в России уничтожается даже то немногое, что удалось сохранить и развить в XX веке. Исполнителей народной песни в стране сейчас практически не готовят.

Представление о народной музыке как о чём-то примитивном и невостребованном неизбежно сказывается и на отношении к профессии, и на качестве обучения. Преподаватель кафедры народного пения Московского института музыки им. Шнитке Александр Василенко: «У нас утрачено представление о народном пении как об искусстве. Хотя есть и композиторы, пишущие для народных исполнителей, но, с утратой профессионализма, обращением к манере а-ля рус, певцы просто не справляются с таким материалом. Мы перестали готовить вокалистов широкого диапазона».

- Но ведь народное пение сейчас и вправду не так уж популярно», - провоцирую я.

- Ничего не бывает из ничего, - отвечает Василенко. – Вы знаете, что на больших концертах, посвящённых тому же Дню милиции, обязательно бывают народные коллективы, но вам их потом по телевизору не покажут! У них не будет десяти тысяч долларов, чтобы заплатить за показ, и телевизионщики их вырежут.

Сергей Старостин только что вернулся с гастролей по Германии и Австрии. Там этническую музыку играют в клубах. Их много и они оснащены хорошей аппаратурой. У нас таких клубов – единицы. Старостин уверен: если бы какой-то российский канал взял на себя смелость ротации тройки-четвёрки интересных народных песен по 6-7 раз в день в течение недели, ситуация с «невостребованностью народной музыки» поменялась бы в корне. «На Западе большое количество программ посвящено только этнической музыке, для этого выделены целые каналы. И поэтому там никто не относится к народной музыке с пренебрежением», - говорит он.

Поэт Вадим Месяц более десяти лет жил в США, а в 2006 году вернулся в Россию, чтобы издавать современную русскую литературу. Вадим пишет стихи, тесно связанные с фольклорной тематикой, и поёт песни на свои стихи. Он уверен: народное пение может стать популярным, возможно, для начала, через эксперимент, даже провокацию. Это может быть восстановлено только искусственным путем, если мы почувствуем, что такое возвращение необходимо. Примеры в истории есть. Это и воссоздание иврита, и этносификация Украины. Пусть Россия – архипелаг с разными островками культур, но и в поморской песне, и в казачьей общего неизмеримо много».

Украину ставит в пример России и Старостин: «Украина дозрела и уже может говорить о своей национальной культуре, а мы этого не делаем.

Русские шоу сегодня нафталинные, они продолжают советскую историю подмены народной культуры. Хотя у нас велик потенциал создания на русской почве шоу со сложным музыкальным содержанием, подобных небезызвестной группе «ДахаБраха».

Но мы не вкладываемся в это: в поп-музыке деньги отбиваются быстро, а тут ещё надо сначала доказывать, что это может быть интересно. Я приветствую многие интересные эксперименты, сам работаю с ребятами, которые интересуются кельтами, - они через меня находят ниточки, чтобы прийти к русской народной культуре, про которую просто не знают, и если узнают – я считаю свою задачу выполненной. И нельзя сказать, что в России совсем ничего нет. У нас есть фестиваль «Этносфера». Есть клуб народного танца «Туда-Сюда». Есть разные эксперименты. Но на каждый эксперимент нужен конкретный взгляд, оценка, критика, а у нас отсутствует критика с позиций грамотного музыковедения применительно к тому, что происходит на эстраде в области народной музыки».

«С одной стороны, мы громыхаем по поводу национальной идеи, - иронизирует Олег Нестеров, - а в действительности всё это брошено. Нет государственной поддержки своей музыки, нет даже понимания, в какую сторону надо смотреть. Вся эта брошенность – от нелюбви. Если нет любви к своей земле – то ничего не может появиться».

Жизнь национальной культуры тесно связана с жизнью страны и во многом повторяет её судьбу. Без нашей заинтересованности она не возродится. Нашу этническую музыку и народную песню охотно встречают и приветствуют за рубежом: в отличие от поп-музыки, это та экзотика, которой «не делают» на Западе или Востоке, она – особенная, только наша, русская. Она определяет наше неповторимое лицо. А у нас, поверьте, красивое лицо.

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Крошилина Татьяна Дмитриевна
03.01.2012 23:35
Конечно, вопросы, связанные с голосообразованием, являются узкопрофессиональными, поэтому прошу читателей  быть снисходительными  к тому, что автор статьи не совсем уловила некоторые моменты. Не исключаю, что я не донесла их в своем интервью. Поэтому считаю необходимым дополнить:
1. Человеку от природы дана возможность  произвольной саморегуляции плотности смыкания голосовых складок и аутентичные певцы владели ею в совершенстве: пение на уличном гулянии - максимальная плотность (та, о которой вы справедливо замечаете, в несколько раз выше, чем у оперных певиц), тихое пение колыбельной песни - минимальная. Свободно управляя тембром,наши бабушки действительно пели до глубокой старости. К тому же в посты (а посчитайте, сколько это дней в году)тоже пели мягко, без веселья и плясок.
2. "Металлический скрежет" в микрофон  издают не аутентичные голоса, а голоса, наученные и умеющие петь только в уличной манере - т. е. с максимальной плотностью смыкания. такое пение еще называют "пением - криком". Действительно, на крике долго не протянешь и эти голоса быстро изнашиваются.
3. Величайшая заслуга методики Н. К. Мешко и ее последователей заключается в том, что педагогическими методами восстанавливается способность к свободному регулированию работы голосового аппарата. Осуществляется регулирование плотности смыкания голосовых складок, как вы точно заметили,  дыханием.
Не согласна с тем,что у нас "практически не готовят" исполнителей народной песни, но разделяю пафос статьи  о необходимости государственной поддержки русского национального искусства.
Спасибо за статью. С Новым годом!
Людмила
28.12.2011 20:37
Политика в сфере культуры это часть политики геноцида русских. Поэтому-то государство выделяет деньги на развитие "Платформы Винзавода" и открывает памятники "великим русским".
Но русскую народную песню нельзя уничтожить, как нельзя убить душу народа. Надо хранить и развивать фольклор в кружках самодеятельности, в семьях, в общественных православных организациях. К тому же, нельзя надеяться на поддержку министра культуры Авдеев&Co. Русская культура это кость в горле и одновременно с этим поле для паразитирования.  
Людмила
28.12.2011 4:20
была в 1996 в Китае. С какой любовью пел китайский художник русские песни. Причём это была не только псевдоруская !Катюша", но и настоящая русская песня " Как в степи глухой замерзал ямщик". Русская песня - это вообще мировая драгоценность, к сожалению абсолютно стерильно выхолощенная из эфира, который заполнен буквально звуквовой грязью. Этот эфир не поморщившись могут слушать только наркоманы и дегенераты. такими желает видеть, наверное, русское население наша власть, чтобы потом привозить на пустые пространства мигрантов.
Сибирячка
27.12.2011 21:23
Удивил подзаголовок: что значит "малограмотная деревня"? В данном случае речь идет о том культурном пласте, который не связан с грамотностью, потому что возник гораздо раньше нее. И вообще: по-Вашему, поют только неграмотные?
дмитрий
27.12.2011 20:07
В СССР,при так называемых коммунистах, начиная с конца 30х (но не раньше) годов, русской культуре уделялось в десятки раз большее значение чем после разгрома СССР. А насчет ДахаБраха...дьявольщина в исполнении ряженных. Любят это в европе. Небыло, да и нет,  таких народных песен и плясок ни у русских, ни у украинцев.
Валерий Рыбалкин
27.12.2011 20:06
Правильно сказано,только не понятно почему федеральные каналы телевидения,так послушно исполняемые все политические заказы власти, касаемо выборов,не формируют у зрителя любовь к национальному творчеству,а идут на поводу суррогата "западной" культуры?  
Фольклорист
27.12.2011 17:17
Тема весьма актуальная. Но Фольклор – устное народное творчество, многовариантное, привязанное к этнокультурной специфике различных локальных групп русского (к примеру) народа. На этом богатейшем материале, действительно, можно творить, писать музыку и стихи, актуализировать его, адаптировать к современности и т. д., но само по себе это будет авторское творчество, не фольклор.
Исполнителей аутентичного фольклора «для сцены», действительно, практически не готовят, хотя в некоторых консерваториях, музучилищах, институтах культуры есть отделения, где учат и петь, и фиксировать (записывать, расшифровывать) фольклорный материал, и работать с самодеятельными фольклорными коллективами.
Кроме того, в России существует феномен молодежного любительского фольклорного движения: в конкретном регионе фольклорные ансамбли - студенческие, детские, «взрослые», - имеются при музеях, домах культуры, домах детского творчества, консерваториях и т. д. и работают на собственном локально-этнографическом материале: ездят в экспедиции, записывают бабушек и разучивают записанное. Как правило, освоение аутентичного фольклора сопровождается глубоким проникновением в народную культуру (костюм, обрядность и др.). Если на профессиональной сцене фольклор, как верно отмечает автор, к сожалению, не пользуется спросом, то любительские ансамбли востребованы на 100 %, в том числе в городах, даже в мегаполисах. Возможно, это парадокс, но это так. В моем регионе таких ансамблей очень много, да и по России в целом - тоже. И даже в Москве. Правда, еще больше людей, выдающих себя за фольклористов – они просто не понимают, что такое фольклор.
Насколько вообще допустимо выводить аутентичный, неадаптированный фольклор в профессиональное пространство – вопрос. Это творчество не знало деления на сцену и зрителя, в деревне обычно пели все – не для кого-то, а сами для себя. Фольклор сопровождал трудовые процессы, семейные обряды, в этом было его назначение. Поэтому фольклористы вводят в свои программы показ обрядов, рассказ о народной культуре.
Насчет связок – не могу согласиться. При аутентичном пении связки как раз находятся в разомкнутом состоянии – это так называемый «открытый звук»: если научиться правильно его подавать, то петь очень удобно, никакой нагрузки на связки нет. 80-летние бабушки, бывает, ходить уже не могут, но при этом отлично и звонко поют, громче нас, молодых и сильных людей.
В целом же точку зрения автора разделяю: народная культура заслуживает значительно больше внимания, чем массовая псевдокультура, которая наносит обществу сплошной вред, и которой так бездумно-щедро отводится столько денег и эфирного времени.

Эксклюзив
02.04.2020
Лев Золотко
Киев выполнил все требования Международного валютного фонда.
Фоторепортаж
30.03.2020
Подготовила Мария Максимова
В связи с COVID-19 мировые музеи, театры и концертные залы сами придут к вам.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».