Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
13 августа 2020
Не дожидаясь второго потопа

Не дожидаясь второго потопа

О новом романе Дмитрия Дивеевского
Дмитрий Филипповых
10.02.2014
Не дожидаясь второго потопа

В жизни моего поколения – детей отцов-фронтовиков, победителей, война занимает особое место. Нет, она для нас не исторический миф, она материальна, осязаема, видима. Ранние впечатления о войне – окопы у дорог, в перелесках, на безымянных высотах и множество стреляных гильз, шрамы от ранений на телах ветеранов, инвалиды, вдовы, сироты... Много вдов и сирот. И письма с фронта, бережно хранимые даже спустя десятки лет заветные треугольники, в каждой строчке которых большая любовь и забота о своих родных, близких, и вера в нашу Победу. А ещё неповторимые фронтовые песни...

В новом романе Дмитрия Дивеевского «До второго потопа» - пронзительная правда о войне. Речь не идет о чудовищной изнанке войны, «натурализме смерти», хотя и эта тема присутствует на страницах романа. Война по Дивеевскому – это время высочайшего напряжения духовных и физических сил всего народа и каждого человека в отдельности. Время судьбоносного борения Добра и Зла.

Тяжек «трудовой фронт» Дмитрия Булая и оставшихся в тылу жителей Окояновского поселка – трех десятков мужиков, баб да подростков. Однако думы окояновцев, прежде всего, о судьбах сражавшихся с врагом детей своих, всего Отечества нашего. И полнили мысли о Вечном, о Творце, о святости Руси их души. «Не может быть, чтобы пришли чужие силы и разрушили эту благодать – думал Булай. – Здесь всё с нами, и Бог, и природа, и свет небесный. Нас нельзя победить».

Как нельзя было победить гитлеровскому палачу Вильгельму Тилю в духовном поединке старшего лейтенанта НКВД Виктора Уварова. Можно было отнимать у него жизнь в великих мучениях, по капле, но нельзя было сломить его силу духа, поколебать Веру.

Труден был путь к Победе и у командира артиллерийской батареи лейтенанта Всеволода Булая. В снегах Подмосковья принял он свой первый бой, до весны 1943 года сражался в окружении на Ржевском выступе, смотрел смерти в лицо на Курской дуге, бил врага в Венгрии, встретил Победу в Чехословакии. Здесь же был последний раз ранен и в госпитале нашел свою давнюю, выстраданную любовь…

Документально точно выведены в романе портреты и действия исторических персонажей. Не остались без внимания автора и наиболее значимые события, предшествовавшие и происходившие в годы Великой Отечественной и Второй мировой войны.

Монологи политических лидеров Великобритании, США, СССР и Германии в романе свидетельствуют о глубоком знании автором проблем внешней и внутренней политики государств накануне и в годы Второй мировой войны.

Например, в романе монолог И.В. Сталина об открытии второго фронта без всяких натяжек соответствует историческим реалиям. Вопрос второго фронта, помимо своего стратегического значения, играл для СССР роль «пробного камня» в отношениях с западными союзниками. Затягивание с его открытием воспринималось советской стороной крайне негативно. Государственно-политическое руководство СССР не без оснований видело в этом стремление к «максимальному истощению и изнашиванию сил Советского Союза для уменьшения его роли при разрешении послевоенных проблем».

С известной долей сарказма писал об этих событиях и американский журналист Ральф Ингерсолл, который служил в оперативном отделе штаба Главнокомандующего американскими вооруженными силами на европейском театре военных действий, а затем участвовал в операции «Оверлорд». В своей книге «Совершенно секретно» он справедливо отмечал, что план вторжения в Европу через Ла-Манш в 1944 году содержал такое количество оговорок, что Вашингтон и Лондон имели возможность в любой момент снова отказаться от открытия второго фронта.

Да, безусловно, это побочные сюжетные линии, но именно они, как и ряд других, превращают «военный роман» в масштабное произведение социально-философского плана, заставляют читателя проникать в суть явлений и процессов, понять - почему началась Вторая мировая, а за ней и Великая Отечественная война. Почему им на смену пришла «холодная война» и «концерт держав», в который Советский Союз вошёл по праву победителя, не пережил победы над блоком агрессоров. Наконец, станут понятны мотивы тайной войны, которую вели и ведут по сей день силы, мягко говоря, не заинтересованные в укреплении и процветании нашего Отечества.

Нет, автор не перегружает читателя информацией и действием в параллельных сюжетах, нить повествования не теряется. Другое дело, что читателю приходится прерывать чтение, задумываться над сказанным и «неожиданно» для себя открывать, что судьбы героев романа – это судьбы его близких и родных, судьбы его Отечества, его собственная судьба.

И здесь наступает момент истины. Из сторонних наблюдателей, переживающих перипетии героя, но не связывающих себя с ним незримыми узами духовно-кровного родства, мы превращаемся в действующих лиц, непосредственных участников событий, описанных в романе.

Теперь совершенно по-другому нам видятся связи между отдельными нитями повествования, они становятся вполне очевидными и понятными для нас. Так поединок Данилы Булая с представителями английской и американской разведок видится нам уже не просто как продолжение «саги о Булаях», но как продолжение незримой брани между Добром и Злом во имя нашего будущего, во имя будущего Отечества нашего.

И здесь уже мы не пытаемся искать аналогии в далёком или недавнем прошлом страны, не требуем от автора особых пояснений относительно подлинности документа «Общие направления работы по России». Да и зачем? «Цветные революции» на пространствах некогда единого нашего Отечества, протестные акции на Болотной площади и проспекте Сахарова в Москве – это реалии нашей сегодняшней жизни.

Нет, не изменили свои планы западные стратеги с развалом СССР. Трудно обвинить их в снижении накала информационной войны против нас. Именно информационной. Она куда эффективнее любых военных планов, будь то «Рэнкин» или «Немыслимое». Да и её последствия куда более пагубны, чем результат любого сражения с применением средств вооруженной борьбы.

Недаром мастер литературного слова, дипломат, искушенный в секретах «тайной войны» Александр Сергеевич Грибоедов ещё в начале XIX века предупреждал нас о том, что «злые языки страшнее пистолета!»

Попытки пересмотреть итоги Второй мировой и Великой Отечественной войны, реабилитировать коллаборационистов и предателей, убедить в том, что у нескольких поколений моих соотечественников жизнь прожита «не так» и в общем-то зря - это всё звенья широкомасштабной информационной войны против России, не прекращающейся сегодня ни на минуту…

Настоящий писатель всегда стремится своими произведениями сделать нас, читателей, и мир, окружающий нас, хотя бы немного лучше. Опять «Земля наполнилась злодеяниями от людей». И Дмитрий Дивеевский своим новым романом призывает нас задуматься об этом уже сегодня, сейчас, не дожидаясь второго потопа.   

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
11.08.2020
Беседа с известным в Латвии оппозиционным политиком и публицистом.
Фоторепортаж
06.08.2020
Подготовила Мария Максимова
В Псково-Печерском монастыре проходит выставка, посвященная архимандриту о. Иоанну (Крестьянкину).


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».