Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
21 ноября 2019
«И утро, и полдень, и вечер мои позади…»

«И утро, и полдень, и вечер мои позади…»

50 лет назад не стало писателя Корнея Чуковского
Валерий Бурт
31.10.2019
«И утро, и полдень, и вечер мои позади…»

Дата невеселая, но памятная. Мы уже не скорбим, а просто вспоминаем его, седовласого мудреца, жившего и творившего в Переделкине. Когда-то это место было подмосковным, теперь стало отдаленным уголком столицы. В гости к Чуковскому шли толпы людей. И сейчас в дом-музей писателя приходят почитатели его творчества.

Поздняя осень, безветрие и безлюдье. Воздух напоен теплом. Под ногами шуршит красно-золотой ковер из листьев. Давно здесь не бывал, с девяностых годов. Тогда приезжал брать интервью у писателя Анатолия Рыбакова.

Прохожу мимо храма, минуя погост со знаменитыми могилами. Каждый месяц 21-го числа Корней Иванович приходил к последнему приюту своей жены. Здесь он и для себя приготовил место. Может быть, повторял пушкинские строки:

..И хоть бесчувственному телу

Равно повсюду истлевать,

Но ближе к милому пределу

Мне все б хотелось почивать…

Теперь над могилой Чуковского высится памятник из светлого гранита…

Писатель жил на улице Серафимовича, уходящей влево от шоссе. Прохожу мимо библиотеки, созданной Чуковским. Рядом – распахнутая калитка. За ней – дорожка, ведущая к двухэтажному желто-серому дому-музею, окруженному высокими соснами. Все вокруг переменилось, но воздух прежний: чистый, звонкий. Как при хозяине… 

Чуковский с восторгом ребенка смотрел на людей, зверей, природу. Ему было 84 года, когда он признался, что и сейчас «очень радуют и снег, и котенок, и новый забор, и подарки». Он знал и видел многое, но хотел еще больше…

Чуковский берег время, как драгоценность. Особенно в старости. Вставал ранним утром и долго, истово работал. Гневался, если в доме слышался хоть малейший шум, из-за которого мысль ускользала, ряды слов теряли стройность.

«Трудность моей работы заключается в том, – записал Чуковский в дневнике, – что я ни одной строки не могу написать сразу. Никогда я не наблюдал, чтобы кому-нибудь другому с таким трудом давалась самая техника писания. Я перестраиваю каждую фразу семь или восемь раз, прежде чем она принимает сколько-нибудь приличный вид».

…Корней Иванович прожил в Переделкине тридцать с лишним лет. В его доме простая обстановка, ничего лишнего: столы, стулья, черный телефон, белый холодильник. На полках – книги. Их много, может быть, десятки тысяч. Громоздятся тома энциклопедий, испещренных  карандашными пометками хозяина.

Стены увешаны фотографиями: хозяина, его жены, детей, внуков. Вот шкаф для рукописей, Просто так не откроешь, он – с секретом. Писатель называл деревянного монстра «штуковиной».

Корней Иванович написал целое собрание детских сказок – «Крокодил», «Бармалей», «Федорино горе», «Телефон», «Мойдодыр», «Муха-Цокотуха», «Доктор Айболит»...

Еще одна замечательная его книжка – повесть «Серебряный герб» – об одесском детстве писателя. Оно было нелегким, обремененным трудностями. Но книга получилась веселой, как и сам автор…

Биография Чуковского – замечательное пособие для тех, кто хочет победить судьбу, обстоятельства, завоевать расположение фортуны. Человек без денег, образования, связей вышел в люди, стал одним из крупнейших писателей России, а потом – Советского Союза. У него был только талант. И огромное желание трудиться.

Корней Чуковский – псевдоним. Но его взял потом. По метрике он – Николай Корнейчуков. Мать – бедная украинская крестьянка. Отец был где-то далеко. Потом совсем исчез и даже отчества не оставил. Пришлось придумать: Иванович.

«Я, как незаконнорожденный, не имеющий даже национальности (кто я? еврей? русский? украинец?) – был самым нецельным, непростым человеком на земле... – писал Чуковский в дневнике. – Мне казалось,... что я единственный – незаконный, что все у меня за спиной перешептываются и что когда я показываю кому-нибудь (дворнику, швейцару) свои документы, все внутренне начинают плевать на меня...»

Жизнь не сулила ничего хорошего. Из гимназии его исключили. Нет, не из-за плохой успеваемости – просто в то время министр народного просвещения Делянов «очищал» учебные заведения Российской империи от так называемых «кухаркиных детей», отпрысков бедняков. И Чуковский попал в их число.

Однако грустить не стал и – пошел в маляры. Питался скудно, на пять копеек в день. Но не лентяйничал – изучал учебники, читал книги. Купил в лавке растрепанный самоучитель английского и стал осваивать язык. По собственной «эксклюзивной» методике – писал иностранные слова мелом на крыше, запоминал их, потом закрашивал.

Путь Чуковского в литературу начался с журналистики. Худой, длинный, с растрепанной шевелюрой парень подрядился писать для «Одесских новостей». Тогда он и взял псевдоним: Корней Чуковский.

«Я писал в этой  газете о чем придется, главным образом о картинах, потому что выставки картин бывали часто – и передвижная, и выставка южнорусских художников... и, кроме того, в редакции я считался единственным человеком, который понимал английские газеты, приходившие туда. И я делал из них переводы для напечатания в нашей газете и сразу зажил, можно сказать, миллионером, потому что в общем я уже получал в месяц рублей 25 или даже 30…»

Он все чаще заслуживал похвалы редакционного начальства. А вскоре Чуковского и вовсе одарили – назначением. В 1903 году его отправили в Англию в качестве корреспондента «Одесских новостей». В то время Чуковскому было едва за двадцать…

Он, уже в статусе известного писателя, снова посетил Англию в 1916 году вместе с депутатами Государственной думы. Летел, представьте себе, из России в Англию на аэроплане. В то время шла война с германцами и австро-венграми, и тихоходную крылатую машину, пролетавшую над вражескими позициями, могли сбить. Но, к счастью, долетели удачно.

В честь гостей из России был устроен банкет. Чуковский мучил вопросами короля Георга V, и тот, говорят, был в ужасе от искореженного произношения интервьюера. Через полвека едкий и ироничный писатель Набоков, который был в том же турне, написал, что Чуковский, enfant terrible группы, желал у короля узнать, нравятся ли ему произведения Оскара Уайльда – «ди ооаркс оф Оалд». Король, не отличавшийся любовью к чтению и сбитый с толку акцентом спрашивавшего, ответил в свою очередь вопросом, нравится ли гостю лондонский туман…»

Чуковский это с досадой опроверг: «Выдумку о том, будто я в Букингэмском дворце обратился к королю Георгу с вопросом об Уайльде – я считаю довольно остроумной, но ведь это явная ложь, клевета…»

Набоков, узнав о реакции Чуковского, просил передать, что его сын вырос на сказках Корнея Ивановича. Он чувствовал себя неловко, был явно смущен…  

Третий визит Чуковского на Британские острова состоялся спустя почти полвека – в 1962 году.

Он стал первым русским литератором, получившим почетную докторскую степень в Оксфорде после Тургенева. Ею тот был удостоен в 1879 году. Выступление Чуковского на торжественной церемонии начиналось словами: «В юности я был маляром…»

Его встречали восторженно, выступления писателя вызвали грохот оваций. Чуковский гулял по центру Лондона, вспоминал молодость и вдруг с изумлением увидел статую Георга V, который когда-то его принимал в Букингемском дворце…

Первая детская сказка Чуковского «Крокодил» вышла в 1917 году. Сказка была смешная, хотя в России было уже до смеха – прогремела одна революция, ей на смену, шелестя знаменами и бряцая штыками, торопилась другая.

На самом деле Чуковский сочинил сказку для своего маленького сына Коли. Мальчик болел, и отец, чтобы его отвлечь, стал сочинять:

«Жил да был

Крокодил.

Он по улицам ходил,

Папиросы курил,

По-турецки говорил…»

Однако сначала Крокодил говорил по-немецки. Но в Петрограде это было запрещено. Шла война с Германией, и все, что с ней было связано, запрещалось. Поэтому городовой в сказке возмущался: «Как ты смеешь тут ходить, по-немецки говорить?»

Цензоры «приказали» Крокодилу говорить на другом языке. И тот стал изъясняться по-турецки. Хотя Россия воевала не только с Германией, но и с Турцией…

«Крокодил» и другие сказки Чуковского приносили детям огромную радость. Они издавались, экранизировались, автор читал их своим неповторимым голосом по радио. Но это произошло уже позже, когда тучи над головой писателя окончательно рассеялись, и он был признан классиком.

Однако, в первые годы Советской власти сказки приносили Чуковскому большие неприятности. Начало кампании по дискредитации писателя положила статья в «Правде», написанная идеологом коммунистического воспитания Надеждой Крупской. В ней вдова Ленина назвала «Крокодил» «буржуазной мутью», а сочинения Чуковского – «чуковщиной».

Статья Крупской в главной партийной газете была не только критикой. Она, по сути, обвиняла писателя в литературном вредительстве. А раз так, он должен был умолкнуть, его следовало отлучить от литературы.

Чуковский был ошеломлен, растерян. Чуковский уже не мог ничего писать. По собственному признанию, он делал только примечания к стихам Некрасова и воспоминаниям Авдотьи Панаевой.

Он чуть ли не рыдал от унижения, бессилия, сетовал, как «беззащитна у нас детская книга и в каком унижении находится у нас детский писатель, если имеет несчастье быть сказочником. Его трактуют как фальшивомонетчика и в каждой его сказке выискивают тайный политический смысл…»

У Чуковского, к счастью, нашлось немало защитников. Среди них был поэт Самуил Маршак. В споре с Крупской он с едкой иронией заявил, что если человека расстреливают, то пусть это хотя бы делает тот, кто владеет винтовкой. Во многом именно благодаря Маршаку запрет с книг Чуковского был снят. Под запретом почему-то осталось «Чудо-дерево»...

«Все другие мои сочинения до такой степени заслонены моими детскими сказками, – писал Чуковский, – что в представлении многих читателей я, кроме «Мойдодыров» и «Муха-Цокотуха», вообще ничего не писал».

Чуковский был крупнейшим исследователем творчества Некрасова. Он первым в России перевел стихи американского поэта Уитмена. Перу Чуковского принадлежит книга о творчестве Чехова, он оставил блестящие мемуары. Чуковский занимался переводами Тараса Шевченко, написал несколько статей о нем. Кстати, он хорошо говорил по-украински.

Даже когда Чуковскому было за восемьдесят, этот ироничный седовласый мудрец выглядел бодро – походка у него была быстрая, мысли – свежие. Тем не менее, годы тяготили. «Жизнь моя подходит к концу. «И утро, и полдень, и вечер мои позади», – писал он. – И мне все чаще вспоминаются строки любимого моего Уолта Уитмена:

«Стариковское спасибо, – пока я не умер,

За здоровье, за полуденное солнце, за этот неосязаемый воздух,

За жизнь, просто за жизнь…»

Чуковскому было 87 лет, когда к нему подкралась смерть. Впрочем, старуха с косой и не собиралась к нему приходить… Писателя случайно заразили гепатитом – скорее всего, во время укола. Если бы не эта трагическая случайность, Корней Иванович наверняка прожил бы значительно дольше. Он чувствовал себя отменно, и у него было множество планов… 


Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Дитя Арбата
20.11.2019 0:51
Сказки Корнея Ивановича, наверное, во многом порождены его посещениями музеев, находившихся в Лондоне. Его Африка - это чудесная страна с пробуждающими детскую фантазию Бармалеем и Айболитом. Вероятно, изображения животных с человеческими телами и головами Крокодилов способствовали созданию стихов Корнея Ивановича, где Африка, в которой находился и Древний Египет, занимала важное место.
Думаю, что Париж с его Лувром, наверное, мог бы обогатить воображение Корнея Ивановича, добавив Львов и кошек. Меня, помню, поразила группа Львов, представленная в Лувре, где на тронах сидела семья с львиными головами, включающая двух детей: льва-мальчика и львицу-девочку. А ещё там был зал, где видно было уважительное отношение египтян к усыпальнице кошек. Вероятно, не случайно в древности возникали сказки, где разные животные спокойно разговаривали друг с другом. Что если мы представляем себе обитателей пирамид в ложном свете? Взглянув изнутри на египетские пирамиды, трудно представить себе, чтобы там могли жить люди.
Я повторю, что последний вопрос, заданный мне Корнеем Ивановичем, был не простым, но отрицать значение его "Крокодила" из-за того, что о зверях кому-то больше нравится читать в оригинале Редьарда Киплинга или Оскара Уайльда, которых Корней Иванович тоже переводил, мне кажется смешным.
Дитя Арбата
13.11.2019 21:58
Встреча с Корнеем Ивановичем запомнилась на всю жизнь потому, что мне было тогда лет 5, пришёл я туда с папой, детей больше в квартире не было, а взрослых было много в зале, где стояла высокая ёлка. Я знал, что мне предстоит рассказать наизусть стихи и ответить на вопросы. Стихи были такими:
С Новым годом, с Новым годом!
Он шагнул через порог,
И на ёлке мимоходом
Огоньки у нас зажёг.
На верхушке, выше веток -
Пятикрылая Звезда.
Победительница эта -
С нами всюду и всегда.
Затем были такие:
Кремлёвские звезды над нами горят.
Повсюду доходит их свет.
Хорошая Родина есть у ребят
И лучше этой Родины нет!
Начав говорить, я обратил внимание на красивую женщину. И всё рассказал, глядя на неё. Это была Лидия Корнеевна, сидевшая между Корнеем Ивановичем и своей мамой. Я не помню всех вопросов, но последний был непростым и запомнился. В заключение, он был удовлетворён и проделал процедуру, которую я воспринял как закапывание носа. Став взрослым и попав в Лувр, я увидел тот обряд в Древне-Египетской части музея: Озирис с лицом птицы протягивал к носу Фараона так называемый Анкх.
Мне захотелось добавить несколько строк из письма писателя Льва Кассиля к отряду уфимских пионеров:
«Сегодня приехав в осиротевшее Переделкино, я сходил на могилу Корнея Ивановича Чуковского, постоял, возле огромного холма из цветов, запорошенных снегом. И у меня к вам, дружочки, просьба, когда закончите читать это моё грустное письмо, встаньте всем отрядом и почтите минутой молчания память дорогого всем нам и всему народу нашему человека и писателя».
[Строки эти я нашёл у писателя Анатолия Алексина в послесловии, озаглавленном "Девизы его жизни", к книге Льва Абрамовича Кассиля.]
Дитя Арбата
02.11.2019 23:03
Валерий Бурт написал хорошую, но короткую статью. Отец мне рассказывал о его дореволюционных стихах, которые, видимо, не понравились Надежде Константиновне. Но отцу они пришлись по сердцу. Я с его слов запомнил из "Крокодила", что там героем был Коля Васильчиков и повторял за ним: "Он герой-молодец//Он боец-удалец//Он без мамы гуляет по улицам...''. Корней Иванович не всегда задавал детям простые вопросы. Мне, помню, пришлось как-то ответить ему на вопрос, который сначала напугал. Он его сформулировал в терминах зверушек, но у меня с годами оброс историей. Вообще, надо в неё заглядывать глубже.
Хмурый
01.11.2019 4:11
Чуковский - это Чуковский! И зря он комплексовал насчет того, кто он по национальности. Наш - и этим все сказано! Согласен с Молчуном. Тоже искал книги Чуковского, без толку. Продавец в одном из магазинов порекомендовала мне Улицкую. Я не стал говорить своего мнения просто ушел.
История повторяется - дома у детей нормальных книг нет, в институт поступить - иди, сын кухаркин, канавы копай. Все - только для безмозглых мажоров.
молчун
31.10.2019 17:25
Лучшая память о писателе- книги! Найдите сейчас хоть одну на полках наших магазинов! Позорище! А скоро и вообще не увидим,если один из неприкасаемых скупил все издания.
Олеся
31.10.2019 17:06
Чуковский нравился мне всегда. В детстве я читала все его сказки. В юности смеялась над детской речью в книге" От двух до пяти". Потом наслаждалась заметками о русском языке в прекрасном произведении " Живой , как жизнь".
Сейчас с удовольствием читаю воспоминания об этом удивительном человеке.
Автор как будто бы угадал мои предпочтения, написав интересную познавательную статью о любимом писателе. Спасибо!

ort
31.10.2019 12:59
Как перечтёшь "Тараканище"- написанный аж в 1923 году- сразу возникает масса ассоциаций с современностью и поражаешься точной характеристике общественной психологии.
Крупская была явно не права.

Эксклюзив
18.11.2019
Андрей Марчуков
Если посмотреть правде в глаза…
Фоторепортаж
20.11.2019
Подготовила Мария Максимова
Выставка в «Коломенском» рассказывает о том, как воспитывали и учили детей Николая II.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».