Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
25 февраля 2020
Евгений Миронов: «Такой я, видимо, упрямый человек...»

Евгений Миронов: «Такой я, видимо, упрямый человек...»

Беседа с народным артистом России
07.10.2008
Евгений Миронов: «Такой я, видимо, упрямый человек...»

Лауреат Государственной премии Российской Федерации, обладатель премий «Ника», «Кинотавр», «Кумир», «Балтийская жемчужина», «Хрустальная Турандот» в номинации «За личный вклад в развитие культуры», Лауреат международного кинофестиваля в Женеве и премии «Триумф», Лауреат первой премии ФСБ в номинации «Актерские работы»... Член Совета по культуре и искусству при Президенте Российской Федерации, художественный руководитель «Театра Наций», Народный артист России - и это все о нем. Евгений Миронов сегодня - наш собеседник.

- Евгений, Вы член Совета по культуре и искусству при Президенте России. С одной стороны, это большая честь и признание ваших достижений. С другой, доверие и большая ответственность. Чем вы занимаетесь как член Совета?  

- Я никогда не хотел быть общественным деятелем, работать в тиши кабинета, заседать с умным видом и что-то черкать в блокнот. Но, пошёл по одной простой причине - что-то же надо делать для театра, для молодых актёров, режиссёров! Мне теперь легче стало просить за других, эта должность помогает помогать молодым талантливым людям, которых я просто боготворю.  

Шесть лет назад мы с группой единомышленников: Кирилл Серебренников, Чулпан Хаматова, Роман Должанский, Теодор Курентзис – организовали акцию по поддержке театральных инициатив. И вот в течение этих лет на полученные гранты имеем возможность помогать особо нуждающимся, устраивать фестивали, поддерживать региональные студии, провинциальных актеров. Ведь в провинции столько талантов, которым нужна реальная помощь! И так здорово, что они там делают: фестивали в Екатеринбурге, театральные студии в Комсомольске-на-Амуре, Новосибирске, кукольный театр в Якутии, где фантастически талантливый парень ездит по юртам и показывает детям спектакли. То, что он это делает – прекрасно! Вот таким как он, мы и помогаем. Этим я и занимаюсь в Совете.  

- А с тех пор, как вы стали руководителем «Театра Наций», у вас, конечно, появились проблемы нового свойства…  

- Больше того, с открытием «Театра Наций», начался новый этап в моей жизни. Я стал ходить по кабинетам, чтобы выбивать деньги на ремонт здания театра, общаться с богатыми людьми, чтобы найти какие-то средства, какие-то внебюджетные деньги на зарплату, или даже на то, чтобы в театре были, скажем, кресла, и так далее. И, что меня поражает, в кругу чиновников и бизнесменов, как я убедился, часто не умеют держать слово. Наобещают с короб, идёшь окрыленный, а потом обещанное забывают. Всё время от них только и жди какого-то подвоха. И это было для меня неожиданностью, открытием. Я к этому не привык. Это тяжело. Я по жизни привык, что у нас, в нашей актёрской среде, хоть и много о ней говорят негативного, но вот этого нет….  

А вообще у меня теперь кабинетная жизнь (улыбается). И каждый свой понедельник я начинаю с решений каких-то проблем. Все-таки я теперь, наверное, прежде всего чиновник, а потом уже артист. В наше время чрезмерной коммерциализации во всех сферах жизни, в том числе и в театре, возникает всё больше проблем у молодых актёров и режиссёров с творческой самореализацией. «Театр Наций» – это, пожалуй, единственная, по большому счёту, площадка в Москве, где они, во-первых, могут учиться у мэтров мирового театра, во-вторых - экспериментировать, да и вообще делать все, что захотят, если убедят, конечно. Такой театр – это прекрасный шанс для молодых. Мы приглашаем самые лучшие спектакли, самых лучших режиссеров мира.  

Вот и сейчас с 30 сентября по 10 октября, например, у нас проходит III Международный фестиваль-школа «Территория», который был создан несколько лет назад нашей инициативной группой, о которой я уже говорил. В этом году в состав арт-дирекции форума вошла также прекрасная актриса, моя однофамилица, Мария Миронова. Программа фестиваля поделена на две части - «Искусство сейчас» и «Искусство завтра». В нем принимают участие 150 студентов из театральных провинциальных училищ. В течение 10 дней у нас пройдут лекции, видеопоказы, международный мастер-класс лучших педагогов мира из Индии, Японии, Англии… Они представят спектакли своих стран. Затем, надеемся, что ко дню рождения Высоцкого привезем моноспектакль Марины Влади «Мой Высоцкий».  

- Давайте поговорим уже о вашем творчестве. Насколько известно, вы не очень жалуете антрепризу. Почему?  

- Ну, не совсем так. У нас с прошлого года, например, идет спектакль «Фигаро», где я выступаю не только как актер, но ещё и как продюсер. Кстати, я впервые попробовал осуществить самостоятельный продюсерский проект. Практически, это и есть антреприза, так мной отвергаемая. До этого я также участвовал в проектах, или антрепризах, если хотите. Это спектакли «Арестея», «Гамлет», которые поставил Петер Штайн, «Борис Годунов», «Вишнёвый сад» Някрошюса. Все они поставлены с коллективом актёров из разных театров, по договору. То есть, формально, это антрепризы. Но всё это серьёзные спектакли, отработанные, с хорошими, красивыми декорациями. А не приемлю и всячески отвергаю я другую антрепризу. Сейчас, в современном понимании, антреприза - это стол и два артиста, а дальше – чёс по городам, с целью сбора денег. Вот это не по мне.  

- Вы сыграли необычную для вас роль в нашумевшем фильме А. Кавуна «Охота на Пиранью». Что вас сподвигло на это?  

- Мне было интересно попробовать себя, впервые в жизни, в жанре боевика или экшен, помахать саблей. Поэтому я с радостью принял предложение Валерия Тодоровского, который был продюсером этой картины. Когда ещё придётся поучаствовать в таком фильме? Стал готовиться, тренироваться. В финале картины, если вы, помните, на крыше поезда у нас с Машковым происходит бой. Так вот я так вошёл тогда в раж, мне так понравилось рубать саблей, что я, как размахнулся, как рубанул ею, а там - микрофон, на такой длинной ножке, и я – джжж! – и срезал его. Думал звукорежиссёр поседеет от ужаса. Это был такой кошмар, вся съёмочная группа остановилась в изумлении. Вот такой был эпизод, не знаю, забавный ли. Скорее, трагизабавный. Но я ведь там был злодей, поэтому, как бы, оправдано было такое поведение. Ну, что ещё можно вспомнить? Наверное, момент окраски моих волос. Это смешной момент. Он в жанре этой картины. Я пошёл на эксперимент, сам его придумал. Но всё-таки у нас не умеют, видимо, до конца использовать все эти химии, потому что после этого у меня пучками выпадали волосы. Но тем не менее, на съёмках, говорят, эффект был достойный, эдакий альбинос, эффектный парень.  

- Отказываетесь от каких-то ролей?  

- Конечно. Приходится отказываться от ролей, которые повторяют по сути предыдущие, не несут для меня ничего нового. Два раза отказывался по принципиальным соображениям. Это были роли маньяков, хотя и у очень хороших режиссеров.  

- А чем вас привлекла роль Грегора в фильме В. Фокина «Превращение»?  

- В театре замечательно сыграл эту роль Райкин. Как играть эту роль в кино? Я много думал об этом. Мне хотелось раздвинуть рамки комнаты и рамки воображения. Фильм позволял проследить тончайшие нюансы души, что в этой истории было очень важно. Прежде я видел в Кафке искажение, сдвиг, а теперь за всем этим для меня стала понятна огромная, пронзительная тоска героя по нежности. Тоска, связанная с очень простыми человеческими радостями, которых Грегор был лишен. В спектакле почти не было осознания того, что Грегор жутко хочет семьи, что для него необычайно важны редкие минуты общения с мамой, с папой, с сестрой. В детстве ему (как и самому Кафке) недодали тепла, он мечтает о семейном уюте. В спектакле этот мотив проскальзывал на периферии, в фильме он выходит у нас на первый план. Мы привыкли, что Кафка – это уродство, искажение, инфернальность, бред. Это так, но за всем этим кроется именно тоска, а не болезнь.  

 - Как восстанавливались после этого фильма и вообще, как восстанавливаетесь после подобных ролей?  

- Было тяжело. Также, как после Гамлета у Штайна: у меня тогда было сильное истощение организма. Представьте - двадцать два дня подряд мстить за отца. После окончания сезона я поехал в санаторий восстанавливаться. Там были люди преклонного возраста, где-то за 70, около 80 лет. Мне там было так хорошо, спокойно, комфортно, я подумал – это мой контингент. Вот такое было у меня нервное переутомление.  

- Какую свою актерскую работу считаете наиболее удачной?  

- Трудно сказать. Наверное, «Господа Головлевы» во МХАТе, который поставил Кирилл Серебренников. Мне очень важно было найти что-то такое в этом герое, чтобы зрители его полюбили. Он ведь совершенное чудовище, а говорит, - так прямо из Библии. Очень сложный, интересный образ.  

- А какие трудности возникали во время съемок фильма «В круге первом»?  

- Когда я приступил к изучению роли Нержина в фильме «В круге первом» меня волновало то, что я не мог найти никаких отрицательных черт в характере моего героя. Какой-то уж он получался слишком положительный, рафинированный. Такого в жизни, думал, не бывает. Потом я познакомился с Солженицыным. И понял, что есть такие люди! Я его спрашивал, что ему помогало выжить, выдержать столько трагедий на своем пути? Он мне ответил – вера в справедливость. Он верил, что останется не только жив, но и исполнит свою миссию, Богом на него возложенную - оставить потомкам всю правду нашей жизни. А потому он и называл себя не писателем, а летописцем.  

За месяц до его смерти мы с ним еще раз увиделись. Я привёз ему по его просьбе фильмы «Превращение», «Мусульманин» и «В августе 44-го». Это был необыкновенно светлый человек. Он был счастливый человек. Я от него выходил, как будто вылечившийся от какой-то болезни. Просто удивительно: у него левая рука была парализована, а он говорил, какое счастье, что есть правая, что он может писать.  

А еще он говорил, что все мы в жизни – проводники, у каждого своя миссия. И исполнить ее надо на совесть. Солженицын для меня всегда был и останется примером, мерилом совестливости, скромности, честности, ответственности за человеческую жизнь. Он сказал мне однажды, что нужно каждый свой день отпечатывать поступком.  

А мне кажется, что еще нужно благодарить Бога за все, что он нам дает. Я, например, не понимаю, за что он меня так любит. Он мне дал так много! И я благодарен ему за это.  

- Как вы относитесь к премиям, званиям, которые вы получаете за свои роли?  

- Я бы покривил душой, если бы сказал - никак. Конечно, приятно, когда твой труд оценивают и поощряют, награждают. Особенно это приятно моей маме, и я рад, что это ее радует. Но наутро, честно говоря, я уже забываю об этих наградах и иду на работу «с нуля». Я уже не заслуженный и не народный - все будто сызнова. И каждый раз волнуюсь, получится ли роль и как получится. В общем, любая новая работа - это экзамен, который ты сдаешь всякий раз самому себе и своему зрителю.  

- Я знаю, что последнее время вы тесно работали с Никитой Михалковым...  

- В «Утомленных солнцем-2» он мне предложил главную роль. И я, к моему глубокому сожалению, вынужден был отказаться из-за «Театра Наций», из-за своей сверхзанятости. Он сначала немного обиделся, но потом написал для меня не очень большую, но интересную роль, которую я все же там сыграю.  

А вообще я бы, конечно, очень мечтал поработать с Никитой Сергеевичем побольше. Это замечательный режиссер. Он в каждом актере открывает что-то новое. В то время, когда многие наоборот эксплуатируют или используют в нас старое. Поэтому с ним всегда работать очень интересно.  

- Есть ли у вас какие-нибудь увлечения, хобби?  

- Какие увлечения, хобби! Времени на это совершенно нет, и не может его быть. Я так поглощён своей работой, так люблю её, что ревную её к чему-либо другому. Конечно, зимой, например, я люблю походить на лыжах и делаю это довольно регулярно, но я не могу назвать это хобби. Похожу дней пять где-нибудь и уже скучаю по своему делу, больше не могу отдыхать.  

- Вы живёте с мамой. Советуетесь ли с ней по важным жизненным вопросам?  

- Да, советуюсь. В человеческом плане она тончайший психолог, рентген, она всё понимает, всё видит насквозь, но я, посоветовавшись с ней, делаю всё же по-своему. Не слушаюсь её. Хотя, в конечном итоге, она оказывается всегда права. Но такой я, видимо, упрямый человек.  

- Кстати, какие качества вы сами цените в людях?  

- Порядочность, надежность, когда тебя не предадут, и – профессионализм, в любой области. С годами я это стал особенно ценить. Очень мало людей, которые умеют отвечать за себя, за своё дело. Кстати, играя в «Вишнёвом саде» Лопахина, я произношу устами моего героя фразу, которую долго не совсем понимал, а потому она у меня все «не шла». Став же художественным руководителем и сделав спектакль «Фигаро», я её по-настоящему понял, и могу теперь подписаться под каждым словом. Лопахин говорит, что надо только начать делать что-то, чтобы понять, как мало честных и порядочных людей. Слава Богу, они есть, правда, пока ещё их мало.  

- Вам знакомо чувство зависти?  

- Я как-то не могу вспомнить, чему я завидовал. Вот, разве что, когда я смотрел спектакль «Калигула» в постановке Фоменко, и там играл Олег Меньшиков, я ему немного, наверное, позавидовал. А вообще, честно говоря, я не знаю, чему в жизни завидовать. Может, мне достаточно везло всегда, и у меня нет причин для зависти. Я занимаюсь любимым делом, работа моя достаточно оценена, я получаю различные призы, награды. Я могу восторгаться чьей-нибудь игрой в спектакле, фильме, но это не зависть. Меня знает достаточно много людей. Мне это приятно, иногда бывает тяжело с этим бременем. Не знаю, может, я до конца не понимаю, что это такое – зависть? Может, она у меня и есть, я не знаю. Я её как-то не ощущаю. Скорее, всё же, её нет.  

- Когда мы сможем вас увидеть в вашем родном МХАТе?  

- Олег Павлович Табаков предложил мне недавно одну из самых потрясающих ролей, о которой можно только мечтать. Сейчас идут переговоры. Но пока я очень и очень занят, к сожалению. Посмотрим, как получится.  

 

Беседу вела Фаина Зименкова  

 

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
18.02.2020
Валерий Панов
75 лет тому назад погиб один из лучших полководцев Красной армии.
Фоторепортаж
21.02.2020
Подготовила Мария Максимова
На выставке в Музее Международного нумизматического клуба представлено 234 экспоната.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».