Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
30 сентября 2020
Бомбить нельзя учить?

Бомбить нельзя учить?

Немецкий военный контингент в Афганистане будет увеличен
Светлана Погорельская, Бонн
28.01.2010
Бомбить нельзя учить?

К началу Лондонской конференции по проблемам Афганистана правительство ФРГ определило свои позиции: войска бундесвера остаются на территории страны. Однако в обществе не прекращаются дискуссии о целях их пребывания там.

Восемь лет прошло после решения немецкого правительства отправить воинский контингент в Афганистан, но Германия до сих пор ищет свое место в этой стране. Речь идет, разумеется, не о месте дислокации воинских частей – оно было найдено давно, в относительно безопасных северных провинциях. Региональное командование было размещено в городе Мазар-и-Шарифе, а в Кундусе и Фейзабаде находятся две региональные группы «по восстановлению» (Provincial Reconstruction Team – PRT). Наряду с США, Великобританией, Японией и ЕС в целом, Германия считается одной из самых сильных (по численности контингента и по размерам финансовой помощи) участниц международной акции в Афганистане.

Так что споры ныне идут не о дислокации, а о том, какое место должен занимать бундесвер в единой стратегии НАТО в Афганистане и как соотносятся его реальные задачи с теми идеальными представлениями о нем, которые до сих пор присущи большинству немецкой общественности.

Напомню, принять участие в «борьбе с терроризмом» в Афганистане было решено ещё в конце 2001 г. После террористических актов 11 сентября 2001 г. правившая в Германии «красно-зеленая» коалиция (социал-демократы и Зелёные) под руководством федерального канцлера Шредера объявила США свою «безоговорочную солидарность». В рамках этой солидарности бундесвер и отправился на Хиндукуш - впервые за свою историю приняв участие в военной операции НАТО за пределами Европы. На первой международной конференции, посвященной проблемам Афганистана и состоявшейся в декабре 2001 г. под Бонном господствовали иллюзии и благие намерения.

Разумеется, западные стратеги знали, в какую непростую страну они идут и были в курсе опыта советских войск в Афганистане, однако в те годы западное чванство далеко перевешивало здравый смысл.

Никто и не помышлял об опасности «увязнуть» в Афганистане, наоборот, официально предполагалось, что НАТО в короткое время обеспечит порядок, что «Талибан» будет быстро уничтожен, а Афганистан пойдет по пути создания гражданского, ориентированного на Запад общества. На деле же присутствие натовских войск не помешало Афганистану погрязнуть в хаосе: его новое, прозападное правительство прославилось своей коррупцией, производство опиума прекратить не удалось, а изгнанный было «Талибан» не только начал возвращать утерянные позиции, но и (по ходу американских бомбардировок) приобретать все больше симпатии у населения.

Для немецкой общественности миссия бундесвера в Афганистане сначала обосновывалась чисто гуманитарными аргументами. Военную борьбу с терроризмом должны были вести американцы, немцы же предпочитали достижения на мирном, трудовом фронте. Бундесвер должен был заботиться о стабилизации и восстановлении страны, а также об обеспечении безопасности. О какой-либо самостоятельной миссии Германии в Афганистане, ведущейся вне единой стратегии НАТО, не могло быть и речи.

Однако на деле бундесвер, разумеется, был тесно интегрирован в военную стратегию НАТО. Солдаты оказались в боевой обстановке, сложной для этой армии, избалованной долгими годами благополучия и не привыкшей еще к военной рутине. Информация о трудностях военных будней, о неизбежных нервных срывах просачивалась в СМИ лишь эпизодически. Однако, если это случалось – так с размахом. Так, например, в 2003 г. газета «Бильд» потрясла общественность жуткими фотографиями и заявлением, что солдаты бундесвера в Афганистане используют нацистскую символику и измываются над останками умерших.

Скандал начал было набирать обороты, в прессе заговорили о том, что немецкие патрульные солдаты чуть ли не в футбол играли раскопанными где-то черепами.

Бундесвер начал внутреннее расследование, дело передали в прокуратуру. Пресса пестрела гневными статьями об «огромном вреде», нанесенном-де неразумными солдатами делу дружбы и взаимопонимания между немецким и афганским народами.

Однако кости оказались не мусульманские. В процессе расследования выяснилось, что потревоженные останки принадлежали не афганцам, а (как писал немецкий журнал «Фокус»), советским солдатам, погибшим в Афганистане, и что раздобыли немцы эти черепа не на кладбище, а в карьере, откуда местное население берет глину для строительства своих хижин. Удивительно, как быстро после этой новости слиняла тема со страниц немецких газет. Для немецких репортеров, сформировавшихся под влиянием западногерманских стереотипов о «русских врагах», советские солдаты, погибшие в Афганистане, были всего лишь «оккупантами» и внимания не заслуживали. В 2006 г. прокуратура закрыла дело за отсутствием состава преступления.

Чем дольше продолжалось пребывание бундесвера в Афганистане, тем отчетливее осознавала Германия всю сложность и тяжесть той миссии, которую она взвалила на себя, отправив свою армию в эту страну.

Министру обороны «красно-зеленой» коалиции Петеру Штруку принадлежит крылатая фраза: «На Хиндукуше защищается и безопасность Германии». С 2006 г. Германия несет ответственность за операции на севере Афганистана. Задача двух дислоцированных на севере групп бундесвера – в обеспечении условий для мирного строительства и поддержке авторитета демократически избранного афганского правительства. Кроме того, Германия отвечает за тактический воздушный транспорт и за медицинскую эвакуацию солдат всех восемнадцати участвующих в натовской операции наций и за логистику. Небольшие контингенты немецких солдат дислоцированы также в Кабуле и в южноафганском Кандагаре (радисты).

С 2007 г. бундесвер пополнился военно-воздушными силами – в задачи семи «Торнадо» входила разведка с воздуха и защита «солдат, гражданского персонала и афганского населения». С июля 2008 г. по- прежнему дислоцированный на севере Афганистана немецкий воинский контингент пополнился частями быстрого реагирования (Quick Reaction Force – QRF). На парижской конференции по Афганистану в 2008 г. Германия пообещала предоставить этой стране помощь на восстановление экономики и развитие гражданских структур в размере 420 миллионов евро в год, на нынешней конференции она собирается объявить о увеличении этой помощи до 430 миллионов.

И тем не менее, ситуация в Афганистане становится сложнее. За прошедшие годы всё чаще сообщалось о покушениях на немецкие патрули.  

Афганское население, сначала очень доброжелательно настроенное по отношению к немцам, постепенно становилось всё более враждебным. Поэтому немцы все меньше показывались «на люди», предпочитая оставаться на своих базах.

Образовательные программы для афганских сил внутренней безопасности они тоже предпочитали проводить у себя. Однако «Талибан» настолько активизировался, что даже некогда безопасный лагерь в Кундусе, все чаще стал подвергаться обстрелам.

В последние недели в Германии спорят о целесообразности дальнейшего пребывания бундесвера в Афганистане, хотя и политикам и общественности очевидно, что в одностороннем порядке Германия оттуда уйти не сможет, а лишь в рамках поэтапного ухода всех западных войск. Дискуссии о смысле пребывания бундесвера в Афганистане усились после военной акции начала сентября 2009 г. в районе Кундуса, повлекшей за собой смерть мирных жителей. Левые силы в Германии требовали немедленного ухода бундесвера из Афганистана. К такому же мнению склонялась и общественность – по данным немецких опросов, 69% считают, что «чем скорее бундесвер уйдет из Афганистана, тем лучше». В более консервативных политических кругах требовали смены стратегии. В который раз говорилось о том, что Афганистану нужны не столько западные солдаты, сколько помощь в гражданском строительстве.

На сегодняшний день в Афганистане дислоцировано 4500 немецких солдат. Кроме того, в миссии участвовует около 120 инструкторов, занимаюшихся образованием сил внутренней безопасности. В новом году их число увеличится до 200. Германия является самым крупным участником полицейской миссии ЕС, поддерживающей Афганистан в формировании и повышении квалификации его собственных полицейских сил.

26 января в Берлине Ангела Меркель презентовала «новую» стратегию для Афганистана. По мнению комментаторов, эта «новая» стратегия является, скорее, хорошо забытой старой.

Например, солдатам бундесвера предписывается активнее демонстировать свое присутствие, не отсиживаться у себя на базах, а брать пример с американцев, выходя «на люди», проводя совместные программы с афганскими силами внутренней безопасности, усиливая интенсивность образовательных программ, сопровождая своих «подопечных» в их практической работе, разумеется, лишь в тех районах, где дислоцирован бундесвер. Как и раньше, центральной задачей бундесвера останется обеспечение безопасности мирного населения.

Отправка в Афганистан новых солдат сначала не предполагалась – ведь со следующего года участники военной миссии думали начать постепенный вывод войск из Афганистана, который должен был завершиться к 2014 году. К этому времени, как полагает афганское правительство, оно будет в состоянии обеспечить внутреннюю безопасность страны своими силами. Однако в настоящее время немецкому правительству приходится прислушиваться к мнению американских союзников, требующих от Германии увеличения воинского контингента. Предполагается, что Германия отправит в Афганистан еще 500 солдат плюс 350 человек резерва.

В целом политические круги Германии удовлетворены этой стратегией, хотя Зеленые критикуют увеличение воинского контингента, а Левая партия требует «меньше риторики, больше предметности» в вопросах помощи в развитии и постепенного вывода войск. Во вторник афганский президент Карзай посетил Берлин, чтобы в преддверии Лондонской конференции обсудить дальнейшую ситуацию с пребыванием западных войск в Афганистане. Намерения афганского президента начать стратегию «национального примирения», реинтегрируя раскаявшихся бойцов «Талибана» в мирную жизнь, приветствуются, однако с известной долей скептицизма, поскольку, как указывают комментаторы, политическое влияние нынешнего афганского правительства у себя в стране минимально. Впрочем, создаваемый для реинтеграции талибов фонд размером в 500 миллионов евро будет создан в основном за счет Японии, Германия уплатит в него лишь небольшую часть.

 

Материалы по теме:

Светлана Погорельская Бундесвер в Афганистане

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
24.09.2020
Анатолий Булавко
Почему ветеран Великой Отечественной написала письмо Путину
Фоторепортаж
28.09.2020
Подготовила Мария Максимова
В Музее военной формы открылась выставка военно-исторической миниатюры.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир».