Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
14 августа 2022

Академик и вождь

Историю Великой Отечественной войны знаменитый историк Е.В. Тарле писать не стал
Ярослав Бутаков
14.06.2011
Академик и вождь

Книги Евгения Викторовича Тарле заслуженно принадлежат к классике отечественной историографии. Сын еврейского купца, принявший в 20 лет православие, убеждённый либерал (до революции) – закономерно ли, что он стал одним из главных создателей официальной советской патриотической концепции истории?

Современные исследователи могут не соглашаться с научными выводами Тарле, отмечать фактические недостатки его работ. Но от его книг не отнимешь главного достоинства – большинство их читаются как увлекательные художественные произведения. И ещё одно важное качество – он исходил из непрерывности русской истории, не разделённой 1917-м годом на две принципиально не совместимые части. Основная черта его концепции – русский державный патриотизм. С этой позиции он и пытался осветить исторические события.

Несомненно, что его концепция непрерывного, гармоничного исторического процесса в России полностью вписывалась в идеологическую установку режима Сталина начиная с 1930-х гг. Но невозможно сказать, что он создавал свои произведения, только руководствуясь заказом власти. Несомненно, что такая установка вполне отвечала его мировоззрению. Вряд ли Тарле, освобождённый Сталиным из алма-атинской ссылки и позднее увенчанный всеми мыслимыми в СССР лаврами учёного, руководствовался только чувством личной благодарности к советскому вождю. Как государственник и патриот, он не мог не сочувствовать шагам советской власти по возрождению державного авторитета России.

А каково было отношение Тарле к оборотной стороне процесса – необоснованным репрессиям в отношении представителей как интеллигенции, так и других классов российского общества? На эту тему написано немало спекуляций. Почти все они основаны на домыслах, потому что бесполезно искать прямого отражения мыслей Тарле о Сталине в его личной переписке. Время было такое, что подобных вещей бумаге не доверяли. Значительно более верным будет обратиться к собственно историческим трудам академика, где Тарле мог высказать свои мысли эзоповым языком. Это мы и сделаем несколько позже. А пока отметим такой важный факт:

Среди многочисленных научных работ академика нет ни одной, посвящённой Сталину и вообще советскому периоду. И вряд ли это случайно.

В 1948 г. Тарле получил от самого «отца народов» ответственное задание – написать трилогию о борьбе русского народа с завоевателями. По свидетельству историка, труд в совокупности так и назывался – «Русский народ в борьбе с агрессорами». В первой книге должно было говориться о вторжении в Россию войск шведского короля Карла XII и их разгроме, во второй – об Отечественной войне 1812 года. Венцом трилогии предстояло стать книге о Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

Первая книга из трёх задуманных – «Северная война и шведское нашествие на Россию» – вышла уже в 1949 г. Дальнейшая работа Тарле застопорилась. По мнению ряда его биографов, историк понимал, что выпуск в свет второго тома – про нашествие и разгром Великой армии Наполеона – автоматически поставит на очередь подготовку третьего тома, чего ему крайне не хотелось делать. Изложение Отечественной войны 1812 года проблемы для академика не составляло. Ведь он был глубоким специалистом как раз по теме международных отношений наполеоновской эпохи! Ещё в 1938 году была издана его книга «Нашествие Наполеона на Россию». Он мог бы незначительно дополнить её и переиздать. Вместо этого Тарле усиленно создавал впечатление, что он кардинальным образом переделывает свой труд по Отечественной войне.

В это время на пользу академику (если считать, что он хотел избежать написания апологетического труда о Сталине) послужила статья директора Бородинского музея С.И. Кожухова «К вопросу об оценке роли М.И. Кутузова в Отечественной войне 1812 года», опубликованная в журнале «Большевик» (1951, № 15). Статья содержала резко критические высказывания в адрес довоенной книги Тарле «Нашествие Наполеона на Россию». Согласно стилю времени, автор статьи придал ей жанр политического доноса. Причем этим не ограничился, но и направил соответствующее письмо в ЦК ВКП(б). Это письмо Кожухова стало предметом особого разбирательства в Отделе науки и вузов ЦК под руководством зятя Сталина Ю.А. Жданова.

Результаты «наезда на придворного историографа» не замедлили сказаться на его инициаторе. Уже в № 19 «Большевика» за тот же год появилась резкая отповедь Кожухову самого Тарле, в которой историк обвинил своего оппонента в «умышленном искажении» его взгляда на войну 1812 года. Вскоре Кожухова сняли с работы директора Бородинского музея и отправили куда-то на периферию упражняться в написании заметок для районной газеты.

Никто не сделал больше для продления культа личности Сталина после его смерти, чем сами антисталинисты. Ведь по их воззрениям получается, что Сталин был какой-то вездесущий и всеведущий сверхчеловек или полубог, если ничто в СССР не происходило без его ведома и одобрения!

Вот и этот эпизод, печально закончившийся отнюдь не для академика, а для того, кто осмелился его публично критиковать, они трактуют как попытку Сталина морально воздействовать на Тарле с целью поторопить того с написанием выгодной вождю книги, а заодно и продемонстрировать лишний раз строптивцу свою абсолютную власть. Однако ведь именно благодаря резкой критике, прозвучавшей в его адрес, Тарле получил благовидный повод отсрочить издание второго тома трилогии под предлогом коренной переработки. В октябре 1951 г. академик упоминает в частной переписке, что его новая книга про 1812 год «разбухла» и будет по объёму вдвое больше старой книги, т.е. «Нашествия Наполеона на Россию». Ну, а в 1953 г. умер Сталин, и заказ отпал сам собой. В 1955 г. скончался и сам историк.

Можно усомниться во мнении тех биографов Тарле, которые считают, что он умышленно тормозил подготовку книги о Великой Отечественной войны, так как якобы не хотел своим талантом и авторитетом возвеличить Сталина. Дело видится сложнее. Понятно, что все материальные блага, которыми Тарле пользовался в последние годы правления Сталина (кроме обычных для представителя научной элиты в то время роскошной квартиры, прислуги и персонального автомобиля с шофёром, ещё и личный железнодорожный салон-вагон для передвижений по стране), – недостаточная причина для беззастенчивого восхваления подателя сих благ. Однако, как историк, Тарле вряд ли в то время имел в душе какие-то основания отрицать, что победа русского народа в Великой Отечественной войне была достигнута благодаря руководству Сталина.

В чём же дело? А дело, на наш взгляд, заключается как в профессионализме, так и в политической осторожности историка. Профессионализм говорил ему, что ещё рано изучать историю только что закончившейся войны, тем более, когда закрыты все основные относящиеся к ней документы. Необходимо отметить, что, шарахаясь от сталинской легенды к антисталинской и обратно, мы до сих пор с трудом подбираемся к объективному изучению Великой Отечественной войны. Но Сталину, очевидно, был нужен не исторический труд, а наукообразный панегирик, подкреплённый научным авторитетом автора. Есть то, что политики называют «государственной необходимостью», и есть то, что учёные зовут «научной добросовестностью». Дело, таким образом, заключалось не столько в личности Сталина, сколько в несовместимости точек зрения представителей двух профессий на один и тот же предмет. Тарле это хорошо понимал. Понимал он и то, что никаким образом он этого вождю не объяснит. Оставалось тянуть время...

Это был вполне реальный расчёт, учитывая возраст и Сталина, и Тарле. Кроме того, Тарле имел перед собой множество исторических примеров, остерегавших его оставлять апологетический труд, подписанный его именем. Тарле вообще часто (явно и не очень) прибегал к аналогиям в своих исторических трудах. Мы уже писали («Как Сталин учился на ошибках Наполеона»), что Тарле проводил совершенно прозрачные аналогии между Наполеоном и Сталиным как вождями двух победивших великих революций. И эти сопоставления сам Сталин, судя по всему, считал очень поучительными.

Так вот, Тарле хорошо знал из истории об отношении к диктаторам после их смерти. И, возможно, считал невыгодным для себя лично ставить своё имя на титульной странице книги, которая после смерти Сталина могла послужить обличительным материалом против её автора. ХХ съезд КПСС, доживи до него Тарле, дал бы ему наглядное оправдание такой осторожности.

Можно назвать эту осторожность Тарле вниманием к суду потомков. Как бы то ни было, но выдающийся историк остался в памяти людей как добросовестный учёный.

И всё-таки: как Тарле на самом деле относился к Сталину? Отрицать, что Тарле не испытывал к нему какой-то благодарности, значит, прежде всего, думать плохо о самом Тарле как о человеке. Но для нас важнее историческая оценка им Сталина.

Аналогия Сталина с Наполеоном может поначалу дезориентировать. В самом деле, Тарле довольно жёстко критикует вождя буржуазной Франции за его деспотизм. Но, если вчитаться, то эта критика относится лишь к тем моментам, когда Наполеон действовал именно как буржуазный лидер. То есть деспотизм Наполеона классово обусловлен. Вождь пролетарского государства таких недостатков лишён в принципе. Что же касается личных качеств Наполеона как государственного лидера и военного стратега, то Тарле откровенно восхищается ими и явно ставит их в пример и поучение вождю Советского государства.

Но можно ли эту аналогию считать подлинным и исчерпывающим выражением всего отношения академика к Сталину? Тем более, что после написания «Наполеона» Тарле жил и творил ещё два десятилетия и наверняка мог поменять что-то в своих оценках.

Начнём с того, что Тарле не мог относиться с особой симпатией к порядкам дореволюционной России. Дело было не только в его происхождении из черты оседлости, но и в том, что в молодости он физически пострадал за свои либеральные убеждения (был тяжело ранен при разгоне политической демонстрации в 1905 году). До Октябрьской революции 1917 года явным идеалом Тарле (уже известного учёного к тому времени) был буржуазный парламентаризм западного образца. В кадетской партии он формально не состоял, но, как и многие его коллеги, был к ней идейно близок.

Революция 1917 года не могла не привести Тарле к размышлениям о том, как и почему всё так обернулось. И, опять же, будучи, прежде всего, учёным, он не мог не понимать, что сталинский режим имел какие-то объективные предпосылки для своего установления и существования. Будучи, как и большинство людей его круга в то время, гегельянцем, он осознавал, что «всё действительное разумно» в том смысле, что всё сущее – не без рациональной причины. Следовательно, большевизм и Сталин – объективное зло, причина которого заключается не в нём самом, а в состоянии всего общества.

То, что советский строй, несмотря на все полученные от него в итоге привилегии, воспринимался Тарле всё-таки, скорее всего, больше как зло, чем как добро, вряд ли можно сомневаться. Чувствовать постоянную и полную зависимость от всесильного вождя (именно таким он представлялся современникам) – не самое приятное ощущение. Тарле мог утешать себя тем, что он пытается максимально использовать это зло в интересах добра (в данном случае – исторической науки и патриотизма), но это лишь подчёркивало отношение к режиму как неизбежному злу. И опять Тарле мог находить оправдание в истории, которая говорила: диктатуры не вечны.

Тарле видел в Сталине закономерное воплощение великой революции. И сознание исторической неизбежности данного явления позволяло полностью мириться с ним.

Празден спор о том, был ли Тарле марксистом. При жизни академика его постоянно обвиняли в том, что его взгляды «немарксистские». Кстати, он умело использовал это для свободы своих научных высказываний: вы что же, ждёте от «не-марксиста» идеологической точности?! Такое поведение, немыслимое для большинства историков в те годы, немало способствовало качеству и популярности его книг.

Но несомненно, что Тарле везде и всюду искал объективных причин исторических явлений. Исторические персонажи, действующие на страницах его научных трудов, поступают как выразители тех или иных общественных тенденций и социальных интересов. Свой объективизм исследователя Тарле запечатлел не только на страницах своих трудов, но и самой жизнью, явившей собой пример взаимовыгодной службы той власти, которую академик явно никогда не считал лучшей из возможных в России.

Специально для Столетия


Материалы по теме:

Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

Отображены комментарии с 1 по 10 из 11 найденных.
stan
03.09.2011 22:41
Alex-у
всё дело в том, что вы оспариваете практически каждую (!) статью Столетия. и у многих уже - не только у меня - возникло ощущение, что вы тролль. И не важно, троллите ли вы за идею, или за гранты!
П.С. возвращаю вам ваши же слова: "не нравится вам здесь маериал - не читайте"...
Colt
03.07.2011 21:54
очень разумная, очень точная на мой взгляд статья)))
вообще фигура тарле изучена плохо, биографии поверхностные, в историографии он предстает фигурой хотя и крупной, но второго плана)))
хотелось бы прочесть наконец яркую интересную книгу о нем)))
не ее ли автор статьи готовит?
Alex
16.06.2011 18:44
2 Панджшер

  Мон шер Панджшер:

1. Не аппологетика, а апологетика. Что такое апологетика, Вам, любезный, лучше было уточнить в словаре. Это превознесение, восхваление, защита, расхваливание...

2. Если Вам поднадоели мои "глупости", то какие проблемы: не читайте, и все дела. Нет, совок так устроен, что ему надо обязательно запретить, изничтожить то, что ему не ндравится, что ему "кажется"...

3. С чего Вы взяли, что я не читал этого самого Тарле? Читал, даже еще кое-какие его книги (а ведь он широко и постоянно издавался в разных видах) остались со старых времен в библиотеке -- кстати, надо их выбросить или подарить кому-нибудь. Просто я читал еще много чего другого. Если бы я не читал много чего другого, то, наверное бы, тоже считал бы "Наполеона" Тарле хорошей книгой.
Панджшер-Алексу
16.06.2011 17:01
  Тарле вы явно не читали, отсюда все ваши глупости, которые изрядно уже поднадоели. Самая известная работа Тарле - двухтомник "Континентальная блокада", ничуть, кстати, не устаревший. Не путайте известность с популярностью, это разные вещи. Относительно аппологетики Наполеона - двойная глупость, тогда и Ленин аппологет самодержавия, потому что много о нем писал.
Alex
16.06.2011 16:17
   Вот ведь до чего некоторые люди не понимают своего счастья!

   Ведь одно из существенных достижений, плюсов в крахе коммунойдной власти, "развитого социализма" было открытие допуска к информации, к духовным сокровищам, к миру идей.

   При сицилизьме действительно, этот совершенно ненаучный "Наполеон"  Тарле издавался и переиздавался. Чтобы найти что-то другое,  ДЕЙСТВИТЕЛЬНО информативное, надо было копаться в столичных библиотеках, сидеть в читалках, а это далеко не каждый мог себе позволить.

  И вот -- открылись шлюзы и всё стало  доступна. Но многие перестали читать. Потому что им перестали давать, а сами они неспособны.  Застряли в том безвременье, когда "есть мнение, что Тарле -- великий и единственный историк".

   Слушайте, да ведь столько было издано о Наполеоне, столько всего, что после этого и упоминать-то о Тарле можно только как о типичном социалистическом недоразумении.

   Вот тут один, как он сам себя назвал, "двурогий" комментатор пишет: "Вся  современная Европа выросла из наполеоновской шинели". Что за глупость такая? С какого перепуга Европа вышла от Наполеона? Да вы, любезный, просто нездоровы.

   Наполеон -- это мелкий лилипут, провинциал и плебей, который забрался на вершину власти, провозгласил себя императором (его так и называли: самозванец и узурпатор), какое-то время довольно удачно грабил европейские страны, но проиграл свою войну,  разорил Францию, который в результате нанес Франции огромный ущерб.

  Кстати сказать, если бы не склонность русских офицеров к обильной выпивке за ужином, Наполеон был бы пойман, посажен в клетку и привезен к императору Александру.

  Наполеон -- это аллегория нынешней эрэфийской клики. Крах не за горами, но вот будут ли упокаивать этих наполеончиков как хитроумные французики Буонапарте (а его захоронение привлекает только и исключительно туристов, а туристический бизнес приносит французикам массу денег)?Ведь эти никаких туристов не привлекут.
Питерский
16.06.2011 13:04
/// «Следовательно, большевизм и Сталин – объективное зло, причина которого заключается не в нём самом, а в состоянии всего общества... Тарле видел в Сталине закономерное воплощение великой революции. И сознание исторической неизбежности данного явления позволяло полностью мириться с ним»///. Итак, Тарле видел в большевизме вообще, и в Сталине в частности, объективное,  исторически неизбежное зло, с которым следует примириться и жить, т.с., лавируя, дабы не подставить перед потомками свою репутацию учёного. А раньше, в молодости, в период до 17-го года,  он, даже будучи к тому времени известным учёным,  видел в исторической форме государственной Верховной Власти – Самодержавии  в общем, и в Государе Императоре Николае II Александровиче зло необъективное, исторически подлежащее устранению, с которым следует бороться, не жалея личного здоровья, и нет сведений о том, что в зрелом возрасте, в сталинский период жития своего, он отказался от такого взгляда на сей предмет. Значит, мысль о том, что зло объективное сменило, наконец, зло необъективное, и сие уже есть благо,  примирила его с окружающей действительностью? Или всё дело в «черте осёдлости», с одной стороны, и «личном  железнодорожном салон-вагоне для передвижений по стране» - с другой?
/// "Что же касается личных качеств Наполеона как государственного лидера и военного стратега, то Тарле откровенно восхищается ими и явно ставит их в пример и поучение вождю Советского государства"///. А не перебор ли это, сиречь, потеря чувства меры Автором статьи? Представляется, если бы Тарле, восхитившись Бонапартом, осмелился явно привести этого деятеля в пример и поучение Сталину, на этом бы его карьера "придворного историка с персональным спецвагоном" тут же и завершилась бы. Для того ли Сталин "приподнимал" кого-либо, чтобы от них поучения и назидания в каком бы то ни было виде терпеть? Следует ли так, по сути, оглуплять оба этих, весьма непростых, персонажа?
Искандер Двурогий
16.06.2011 7:54
Алексу - зря вы так.
Вся  современная Европа выросла из наполеоновской шинели. Ваш комментарий - малограмотный снобизм , как у большинства антисоветчиков. Вас не будет, а "совершенно ненаучная" книга будет переиздаваться и читаться. И Ключевский и Соловьёв устарели, однако переиздаются и читаются, несмотря на то, что застряли в "самодержавном цяризме"
Робин - Alexу
15.06.2011 23:28
Да сами Вы лилипут, извините. Вы читали Тарле-то хоть строчку? Это классика. С ним и Сталин считал полезным встретиться и поговорить.
Alex
15.06.2011 15:51
  И чего упёрлись в этого Тарле? Что в нем эдакого? Уже давным-давно проехали, а некоторые застряли в "развитом Сицилизме" и всё приплясывают вокруг затухшего фитилька, а поезд-то давным-давно ушёл...

   Ну писал он об истории Франции, самая известная его книга -- Наполеон, это просто апологетика, совершенно ненаучная и в настоящее время, -- когда много чего издано, переведено, -- совершенно понятно, что эта  апологетика Наполеона абсолютно неадкватная, односторонняя, неисторичная... Тогда, при сицилизьме, на безрыбье, и это было типа "рыбой". А сейчас это... ну просто неприлично.

   Ведь по большому счёту Наполеон всё проиграл. Несколько раз, когда становилось стремно,  бросал своих солдат и смывался. Уничтожил французиков в этих своих  войнущках -- жуть сколько. И чего достиг в результате? Что приобрела Франция? Да ничего. Ну, принял некоторые законодательные акты. "Конституция должна быть коротка и непонятна..." Бессмысленный неудачник, провинциальный деспот, злобный мстительный  лилипут и самодур... Ну поместили французики прах Наполеона живописно так... И что? И зачем сейчас перетряхивать давно забытого Тарле?
лесник
15.06.2011 12:12
    Ну а резюме исторических исследований Тарле? Какая власть "лучшая из возможных в России"?
Отображены комментарии с 1 по 10 из 11 найденных.

Эксклюзив
10.08.2022
Валерий Панов
Зачем артиллерия ВСУ бьет по Запорожской АЭС.
Фоторепортаж
08.08.2022
Подготовила Мария Максимова
Трансформации и планы туристической Москвы представлены на выставке в Манеже.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов.

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.