Василий Христофоров: «Насколько серьезны намерения сторон, покажет только дальнейшее развитие событий»

— 19 июня в Женеве должно состояться  подписание мирного соглашения  между США и Ираном. Каждая  из сторон делает в преддверии  этого события громкие заявления о  своей победе.  Расходятся и  мнения экспертов, как в отношении  содержания этих договоренностей, так и в прогнозах на прочность  достигнутых результатов. Василий Степанович, как Вы оцениваете, последнее соглашение между США и Ираном? Каковы его перспективы, на ваш взгляд?

— Безусловно, это мировая новость номер один: что США и Иран договорились о мирной сделке. Естественно, что каждая из сторон громогласно заявляет о своей победе. Американский президент Дональд Трамп говорит о том, что у Ирана никогда не будет ядерного оружия, а также он разрешает открытие Ормузского пролива, разрешает снятие блокады с морских портов Ирана и призывает всех пользоваться свободным судоходством. И это объявляется как победа Соединённых Штатов Америки.

Начнём с того, что до начала военных действий Ормузский пролив был открыт, и все там свободно передвигались, все суда. ...С нефтью, с любыми другими грузами свободно передвигались. Уже с учетом этого факта победа США достаточно условная. Не было бы начала боевых действий, пролив бы не закрывался.

В свою очередь Иран тоже объявляет о своей победе. О том, что именно они принудили Соединённые Штаты к подписанию этого соглашения, которое выгодно для Ирана. Ну, во-первых, подписания соглашения ещё не было, пока только есть договорённость.

А само подписание мирного соглашения, если всё будет развиваться благополучно в эти ближайшие дни, должно состояться девятнадцатого июня в Швейцарии. Как сообщают средства массовой информации, в Женеву для подписания мирного соглашения направится из Ирана спикер парламента Ирана Галибаф. Он фактически был всё это время главным переговорщиком от Ирана. И в Женеву также едет министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи. Американскую сторону, по имеющейся информации, и это подтвердил сам вице-президент США, будет представлять Джей Ди Вэнс.

При этом он допустил возможность присутствия там и президента Соединённых Штатов Америки Дональда Трампа. Сложно сказать, поедет Трамп или не поедет, вполне возможно.

Если говорить о том, кто же победил, то мне кажется, что сама постановка вопроса не верна.

Самое главное, с моей точки зрения, то, что прекращены боевые действия и прекратятся бессмысленные бомбардировки, гибель мирных жителей, разрушения, это, я считаю, главная победа в этом конфликте. Что же Иран относит в плюс к своим действиям и почему он заявляет о том, что вышел победителем? Во-первых, объявлено о том, что немедленно прекращаются боевые действия на всех фронтах, включая боевые действия в Ливане, на чём настаивал Тегеран, без этого пункта Иран не соглашался заключать какие-либо договоры, подписывать какие-либо соглашения.

Второе, что относит Иран в свой актив — то, что Соединённые Штаты обязуются не вмешиваться более во внутренние дела Ирана. Вашингтон будет уважать суверенитет Ирана, и не будет ставить вопрос о смене политического руководства страны.

Снятие морской блокады. Тоже идёт в плюс Ирану, в их так называемую победную копилку. США обязуются вывести все свои войска из района вокруг Ирана. Это достаточно такой символический жест, от границ Ирана они отведут свои войска, но войска с Ближнего Востока никуда не денутся.

Все американские военные базы на Ближнем Востоке сохраняются, и я не думаю, что американцы начнут выводить военнослужащих с этих баз.

Мы уже говорили о том, что должно произойти возобновление судоходства по Ормузскому проливу.

При этом Иран подчёркивает, что возобновление работы пролива должно происходить с согласия Ирана. То есть это тоже в его копилку. Соединённые Штаты Америки, как отмечено в проекте соглашения, совместно со своими союзниками должны составить план восстановления разрушенного Ирана.

Причём называется сумма для реализации этого плана порядка трёхсот миллиардов долларов. То есть огромная сумма. Ну, тут можно задать вопрос: а стоило ли разрушать страну, чтобы теперь вкладывать деньги в её восстановление? Может быть, проще было сразу как-то договариваться.

В течение ближайших 60 дней — отсчёт, наверное, пойдёт с 19 июня —должны быть подписаны окончательные соглашения по ядерным вопросам и полное снятие всех санкций, которые накладывали Соединённые Штаты Америки на Иран. А также со стороны Организации Объединённых Наций, МАГАТЭ все санкции должны быть сняты.   Конечно, это тоже Иран относит к своим активам.

Теперь, если говорить об Соединённых Штатах, почему Трамп считает, что Америка из этого конфликта выходит победителем?

Во-первых, Тегеран подтверждает то, что Иран будет соблюдать положения Договора о нераспространении ядерного оружия.

Иран обязуется не производить и не приобретать ядерное оружие. То есть это первый, главный и основной пункт, о чём всегда говорил Трамп, почему он начал эти боевые действия против Ирана. С точки зрения США и Израиля, в Иране не должно быть ядерного оружия, и Иран должен взять на себя соответствующие обязательства.

Этот пункт уже согласован, и надеемся, что он будет зафиксирован 19 июня в Женеве. Соединённые Штаты, как мы уже говорили, обязуются не вводить новые санкции, не будут увеличивать численность войск в регионе. Ну, надо сказать, что она и так там достаточна. Главное, что предстоит сейчас сделать в ходе этих дней и при подписании соглашения — это создать, собственно, механизм контроля за выполнением соглашений.

Как же контролировать реализацию этого соглашения? На бумаге всегда можно очень красиво всё изобразить, красиво написать и подписать, но будет ли выполняться всё в реальности, здесь должен быть чёткий механизм контроля.

Скорее всего, для контроля должны быть привлечены какие-то силы Организации Объединённых Наций. Я не думаю, что иранцы согласятся, чтобы контроль осуществляли США или какие-то другие отдельно взятые не дружественные им страны. Посмотрим, это скоро станет ясно. При этом, после подписания соглашения его окончательное одобрение должно произойти на заседании Совета Безопасности ООН.

И Совет Безопасности должен принять соответствующую резолюцию. Я думаю, что проблем здесь не будет, ведь достаточно было информации о том, что в ходе переговоров помощь в их успешном завершении оказывал и Президент России Владимир Путин, и председатель Китая Си Дзинь Пин, они — два мировых лидера, были заинтересованы в урегулировании конфликта. Поэтому я не думаю, что какие-то проблемы возникнут в ходе будущего заседания Совета Безопасности.

Необходимо отметить и роль Пакистана, выступившего посредником в переговорах между США и Ираном, эта роль Исламабадом сыграна очень хорошо, пакистанские дипломаты и военные успешно справились с задачей, хотя трудностей на их пути было очень много, и порой казалось, что достичь компромисса не возможно.

С моей точки зрения нельзя однозначно сказать, что выиграл Иран или выиграли Соединённые Штаты Америки в этом конфликте. Конфликт принёс многочисленные жертвы. Вот кто проиграл — это проиграл народ Ирана, так как много погибло мирных жителей, причём погибли совершенно безвинно. Вашингтон накануне конфликта, т.е. до 28 февраля, надеялся на то, что народ Ирана поддержит акцию Соединённых Штатов, после вмешательства начнутся протестные движения и режим будет смещён, но оказалось всё наоборот. Несмотря на то, что протестное движение в Иране было достаточно сильным, народ Ирана активно протестовал против существующего режима, против жестких административных правил, но после того, как начался вооружённый конфликт, все эти протесты, в общем-то, сошли, мы можем говорить, на нет. Все вышло совершенно противоположным образом.

— А как на ваш взгляд, это соглашение в долгосрочной перспективе будет исполняться либо, возможно, приведёт к новому конфликту?

— Если говорить о том, будет ли исполняться соглашение, то тут важно создание действенного механизма контроля. Со стороны, с моей точки зрения, это должна быть работа Организации Объединённых Наций.

Я думаю, что соблюдать эти соглашения — это в интересах и США, и Ирана. Во-первых, Соединённые Штаты и Трамп в том числе, я думаю, они уже прекрасно поняли, что напрасно ввязались в этот конфликт, который надеялись разрешить Блицкригом, молниеносной войной, быстрыми масштабными бомбардировками и ракетными ударами, многочисленными разрушениями и принуждением противника, к подписанию соглашения, играть по правилам американцев, но этого не получилось. Поэтому сейчас единственный выход из этого конфликта для Соединённых Штатов путём подписания соглашения. Это, в общем, такой, скажем, относительно хороший выход с сохранением лица и для Вашингтона, и для Тегерана. Иранский народ уже устал от этого вооруженного конфликта, и для Ирана, для страны, для государства тоже важно остановить конфликт. Необходимо, чтобы с Ирана сняли санкции, сняли блокаду, морскую блокаду, разморозили активы. Об этом тоже ведутся переговоры, причём в течение 60 дней после заключения переговоров должны быть разморожены иранские активы. Речь идет о разблокировании 24 млрд долларов в течение 60 дней.

Половина этой суммы должна быть предоставлена Ирану до начала переговоров. Иран на продаже нефти может зарабатывать большие деньги, но, находясь под санкциями, он (как и Россия), можно сказать, терпит упущенную выгоду от того, что не может нормально торговать нефтью, не может получать доходы.

В общем-то, в этом кроется одна из причин, почему такие сложные отношения у правящего режима с населением. Почему возникали протестные движения? Из-за низкого уровня жизни населения, от того, что Иран не может нормально естественно развиваться, получая доходы от продажи нефти.

Поэтому, с моей точки зрения, в интересах и Ирана, в интересах и Соединённых Штатов Америки подписать это соглашение и неукоснительно придерживаться пунктов, которые будут внесены в мирный договор. А насколько серьезны намерения сторон, покажет только дальнейшее развитие событий. Здесь нельзя не учитывать фактор Израиля на Ближнем Востоке и происходящем конфликте с Ираном, но это уже, наверное, тема для другого комментария. 

Василий Степанович Христофоров — член-корреспондент РАН, дипломат, генерал-лейтенант, востоковед, директор Института международных отношений и политических наук РГГУ.