ШОС: юбилейный саммит

После проведённого в Бишкеке 26-го саммита Шанхайской организации сотрудничества (сокращённо ШОС), приуроченного к её 25-летнему юбилею, стало очевидно, что Россия существенно скорректировала свои стратегические планы на ближайшую перспективу и изменила приоритеты внешней политики. Редакция попросила прокоментировать ситуацию Владимира Михеева — аналитика и публициста, специализирующегося на международных отношениях, геополитике и глобальных трендах. 

   - Прошедший саммит ШОС привлёк внимание всего мира, прозвучало много значимых заявлений. Как Вы оцениваете его итоги?

-   Ключевым моментом смены акцентов в российской дипломатии стали два заявления Владимира Путина. Первое: Москва считает, что на сегодняшний день ШОС является одной из самых мощных региональных структур. Второе: с целью повышения эффективности ООН необходимо изменение представительства в её ключевых органах, а если конкретно, то нужно расширить состав Совета Безопасности ООН за счет стран Глобального Юга и Востока.

Для подкрепления первого тезиса стоит напомнить, что суммарная численность населения стран, входящих в объединение «ШОС+» – около 3,5 млрд человек, или 42% населения планеты. Эти страны занимают 65% территории Евразии. На пространстве «ШОС+» (включает государства-члены, наблюдателей и партнёров по диалогу) формируется 32% глобального валового продукта.

Второй тезис иллюстрируется недавним комментарием заместителя министра иностранных дел России Александра Алимова: «В ООН происходит “отмена дипломатии”. Мы должны винить, прежде всего, неспособность мирового сообщества в нынешней геополитической ситуации к созидательному сотрудничеству, достижению консенсуса и готовности идти на компромисс. Это все и проявляется в ООН, ярче всего в Совете Безопасности».

Более резонансным стало и беспрецедентно жёсткое по риторике заявление главы российской дипломатии Сергея Лаврова. Его слова в беседе с журналистами в рамках съезда партии «Единая Россия» прозвучали как своего рода манифест отречения от прежней европоцентричности. Цитирую:

«Западные государства, которые объявили нам войну руками и телами нацистского режима в Киеве и которые долгие годы надеялись, что мы придём к ним договариваться. Мы не придём к ним договариваться. Договариваться в нынешней Европе не с кем, они вновь пронизаны метастазами нацизма».

Таким образом, подтверждение внешнеполитического «разворота» России на Восток стало едва ли не главным результатом встречи на высшем уровне в Бишкеке. Что вполне логично для России, находящейся в состоянии необъявленной войны с коллективным Западом. Никуда не деться от двух геополитических факторов. США рассчитывали на смену власти в Москве для дальнейшего подключения прозападных марионеток в Кремле к противостоянию с Китаем. А условно единая Европа планировала за счёт раздробления России на удельные княжества оттяпать часть территорий и поживиться их природными ресурсами.

Россия на саммите ШОС, по сути, заявила о приверженности «новому курсу». Альтернативой стародавнему западничеству, что питается по инерции иллюзорным «светом в окошке» – в том самом прорубленном при Петре Первом «окне в Европу». Такой альтернативой становится ориентация на страны, сумевшие выпростаться из пут и тенётов колониальной зависимости от Запада.

Это ориентация на страны Востока и Глобального Юга, образующих реальное «глобальное большинство».

Председатель КНР Си Цзиньпин и президент России Владимир Путин сделали акцент на укреплении безопасности. Китайский лидер призвал считать безопасность ключевой целью, включив в это понятие борьбу с терроризмом, экстремизмом, транснациональной преступностью, наркотрафиком, а также обеспечение информационной, биологической и космической безопасности.

Российская делегация в свою очередь предложила (не расшифровывая, что имеется в виду) создать новые структуры безопасности. Речь не идёт о создании формального военного союза, но симптоматично, что участники саммита согласились с тем, что хотя деятельность ШОС не направлена против других государств, их союз не может игнорировать растущие угрозы в области безопасности.

Стоит обратить внимание и на высказывание Си Цзиньпина: «ШОС должна смело взять на себя историческую ответственность и активно определять направление развития истории». Что это, как ни ещё одно свидетельство эволюции организации? Неуклонно разрастающийся ее финансово-экономический потенциал невольно, а подчас и вольно порождает политические и геополитические амбиции. Амбиции, нужно подчеркнуть, в хорошем смысле.

Вместе с тем не стоит обольщаться. Любая сложно-композитная международная организация неизбежно представляет собой торжище, где для принятия решений необходимо найти компромисс между национально-государственными интересами, а они – по определению – никогда полностью не совпадают.

ШОС не исключение. Стародавние обиды, к примеру, что регулярно прорываются наружу в отношениях между Индией и Пакистаном, никуда не делись.

Тем не менее ценно то, что по прошествии четверти века удалось закрепить в отношениях между государствами ШОС, столь различными по своей природе, государственному устройству, идеологии и исторической памяти, такие принципы сосуществования, как равноправие и уважение к культурной самобытности, что также предопределяет существование различных моделей демократии.

Всё вместе это означает: у ШОС есть все необходимые предпосылки для того, чтобы естественным образом перерасти региональные рамки и превратиться в ключевую структуру многополярного мира.