Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
3 декабря 2022
«Добро пожаловать в ад!»

«Добро пожаловать в ад!»

Украинские военнослужащие в массовом порядке оставляют позиции
Александр Пронин
11.08.2022
«Добро пожаловать в ад!»

Установлено, что средняя продолжительность жизни солдата ВСУ на фронте в Донбассе составляет всего от 12 до 13 суток. В этой обстановке украинские военные предпочитают массово сбегать со своих позиций. Эксперты отмечают, что моральное состояние противоборствующих сторон находится на противоположных полюсах: ВС РФ успешно идут вперед, а украинские формирования все чаще бунтуют.

Вооруженные формирования Украины несут большие потери. Из-за этого мобилизованные в ряды ВФУ жители западных областей отказываются ехать в Донбасс, сообщили в российском военном ведомстве.

«Военнослужащие 100-й бригады территориальной обороны в городе Луцк Волынской области в полном составе отказались участвовать в боевых действиях. Командованием ВСУ бригада разоружена, зачинщики арестованы, принято решение о переформировании данного соединения», — отметил официальный представитель Минобороны РФ генерал-лейтенант Игорь Конашенков.

«Мы снимем все судимости со всех осужденных режимом Зеленского за уклонение от службы в Вооруженных силах Украины (ВСУ), а также поощрим их за отказ от участия в боевых действиях против мирного населения и неисполнение преступных приказов», — заявил недавно в своем Telegram-канале член главного совета администрации Запорожской области Владимир Рогов.

Отказ целой бригады воевать — это серьезный звонок для украинских властей: он говорит о том, что целые подразделения выходят из-под контроля. В Луцке произошел бунт. На бунт решаются от отчаяния, когда люди понимают, что впереди их ничего хорошего не ждет, а шансы выжить минимальны. Тероборона в массе своей — это недавно мобилизованные и плохо обученные гражданские люди. Они видят, как российская армия методично перемалывает украинские формирования, трезво оценивают свои шансы и не хотят умирать…

Ежедневно украинские военнослужащие массово сдаются в плен. Раненых отправляют в больницы, остальных — временно — в спецучреждения. Вот рассказы некоторых попавших в плен вояк «незалежной».

Виктор Воробьев сложил оружие 25 марта. Ему 23 года, родом из села Заиковка Луганской области. Дважды подписывал контракт — так он решил заработать, поскольку в семье сложно с финансами. За службу в зоне боевых действий на первой линии ему платили 33 тысячи гривен (64 тысячи рублей) в месяц.

Попал в разведвзвод второго батальона 53-й бригады. В декабре 2021-го бригаду отправили под Волноваху. «Нас не вводили в курс дела. Мы просто выполняли свои задачи. А именно — собирали информацию о противнике. Выясняли, какие стоят бригады, кто командир, какой штат, чем вооружены, — перечисляет Виктор. — Запускали беспилотники. Смотрели, где позиции, окопы. Данные получали в том числе от местных — командиры договаривались. За деньги».

В конце февраля Воробьев с сослуживцами были у Новогнатовки. Часть военных осталась в поселке. При отступлении комбат приказал открыть по ним огонь. «Били по своим же. И по мирным жителям. Главный объяснил это тем, что подходила армия ДНР: "Зато уничтожим много людей и техники"», — на этих словах Виктор опускает глаза.

У батальона были большие потери. Командир пообещал эвакуировать бойцов в Днепр, а оттуда в штаб — в Днепропетровскую область. «На деле нас продержали пару дней в городе, а затем вернули, по сути, обманом обратно. Да еще и высадили прямо в центре Волновахи — в отделении полиции», — рассказывает пленный. Причина простая: населенный пункт считается под контролем до тех пор, пока занято административное здание.

«В поле не окапывались, поскольку нас сразу бы накрыли артиллерией. Считалось, что в городе проще — ответный удар не всегда приходит, — объясняет преступную тактику Виктор. — А наши насыпали. Спрячутся за дом, прикрываясь людьми, отстреляются и дальше. Такой приказ…».

Пополняли батальон мобилизованными без опыта. Бронежилеты — без защитных пластин, касок нет, автомат с двумя магазинами. И с таким вооружением и снаряжением — на передовую: «Три тысячи человек нас отправили. Когда мы выходили из Волновахи, осталось только шестьсот».

Отступали в село Никольское. Мост взорвали саперы. Разместились в школе — «больше негде». Комбат заверил бойцов, что сюда республиканские силы точно не пройдут.

«ДНР прорвали оборону с левого фланга. Завязался бой. У нас были NLAW, которыми никто не умел пользоваться. Не смогли запустить Javelin. Бегали в итоге с РПГ и "мухами"», — разводит руками Воробьев.

Выжившие — около 200 человек — начали отходить. Но на следующий день батальону прислали еще 400 бойцов с приказом идти на штурм.

«Мы возмутились. У нас ни техники, ни БК. О каком наступлении может быть речь?» Виктор решил уехать, понимая, что за это на Украине ему грозит до 25 лет: «Воевать я не хочу. Это не стоит никаких денег»…

Старший лейтенант Юрий Закопец с позывным «Калина» попал в плен 8 мая. Командовал взводом 24-й механизированной бригады ВСУ, воевал в нацбатальоне «Донбасс»*.

У руководства был на хорошем счету — награжден украинским орденом «За мужество» ІІІ степени и медалью «Защитнику Отчизны». Выступал на торжественном собрании в Верховной раде по случаю Дня Конституции. Хотя уверяет, что вовсе не стремился вверх по карьерной лестнице. «Плюс в том, что я мог взять отпуск в любой момент и побыть с семьей, чего не позволят тем, кто рангом выше», — поясняет он.

В конце февраля находился в городе Золотое, затем его отправили к пограничникам в Красный Лиман оборонять блокпосты. «Стояли под городом. Занимали заброшенные заправки, рыли блиндажи и траншеи».

В апреле, когда ситуация накалилась, поставили задачу: вывезти мобилизованных на передовую. «Они не обучены. Без касок, бронежилетов. Выдали автомат, четыре рожка, старый советский подсумок — и вперед. Парни морально подавлены — их отправляли на посты, а потом вдруг как пушечное мясо решили бросить на верную смерть».

Юрий отказался исполнять приказ. Его отстранили от командования и перевели в батальон, который стоял под Попасной. «Там были мощные бои. Я понимал, что это билет в один конец», — продолжает старший лейтенант.

Удалось уйти в отпуск на 15 дней — попытался перевестись преподавателем в Академию Сухопутных войск. Отказали. На фронт вернулся в начале мая.

«Надеялся, что нашу бригаду отведут. В Попасной были огромные потери. Но никто этого делать не собирался, — продолжает Закопец. — Что стоит слово офицера, если командир бригады получил звезду Героя Украины. Например, в батальоне было 300 трехсотых, 54 — двухсотых и почти 20 без вести пропавших. То есть не хватало 70% личного состава. Притом что официально допускается не больше 30%».

Чтобы восполнить потери, прислали людей из территориальной обороны (ТРО). Восьмого мая Юрия отправили под Камышеваху в районе Попасной, чтобы разместить там пограничников. Хотя местность разведчики не осматривали, комбат заверил: «Там свои».

«Проводили рекогносцировку. Ходили по "зеленке" и наткнулись на позиции русских солдат. Мы приняли их за своих, как и они нас. Поздоровались. Пригляделись — ленточки белые. Не наши. Шансы на успех, если бы мы открыли огонь, — нулевые. Нас семеро, их значительно больше. Принял решение сберечь жизни личному составу и сложить оружие», — рассказывает он.

На условия в плену не жалуется. Напротив — удивлен отношением к ним. «Ожидал совсем другого. Не бьют, не издеваются, хорошо кормят».

«Сослуживцам хочу передать: меньше верьте телевизору, думайте головой. И не забывайте о семье — мысли о родных могут сберечь жизнь, — говорит Юрий. — Меня на данный момент поддерживают многие. И мы готовы дать показания на трибунале против преступлений высшего военного командования».

Надеется вернуться домой. Пока об этом говорить рано, он все еще под пристальным наблюдением. Против некоторых его сослуживцев из 24-й бригады возбудили уголовное дело по части первой статьи 356 УК (жестокое обращение с гражданским населением, применение в вооруженном конфликте запрещенных средств и методов ведения войны). По версии Следкома, четверо обстреливали из тяжелого вооружения гражданские объекты…

Братьев Дмитрия и Юрия Твердохлебов — таксиста и строителя — мобилизовали 5 марта. Определили в Нацгвардию (часть 3036). Командир заверил, что их задача — стоять на блокпостах в Днепропетровской области.

«Месяц проходили так называемый курс молодого бойца. Ничему толком не учили. Дали на руки по десять патронов пострелять. Объяснили, как разбирать автомат. Вот и все. Мы не были готовы к бою. Даже с оружием не понимали, как обращаться, — возмущается Дмитрий. — А вот чего хоть отбавляй — так это патриотических речей. Всё рассказывали, как мы доблестно воюем».

После вывезли в Донецкую область. А оттуда посреди ночи на «Казаке» (БТР) — в Рубежное. «Кто за рулем, мы так и не поняли. С нами отправили еще двоих — отца с сыном. На месте нас встретил человек, представившийся главным на позиции, со словами: «Добро пожаловать в ад!». Тропами в кромешной тьме повел в чей-то гараж. Велел по очереди дежурить наверху. А потом просто ушел», — с горечью вспоминает Юрий.

Никаких приказаний и инструкций не получали. Сухпайки не выдали. Было только то, что успели накануне купить: пара баклажек с водой, две банки тушенки, несколько банок паштета. Командиры на связь не выходили, что делать — непонятно.

«Отправили сразу на передок. Из экипировки — автомат Калашникова, четыре рожка к нему. И все. Просто бросили на произвол судьбы», — жалуется Юрий. К тому моменту завязались бои на окраинах города.

В первый же день, прятались в подвале — наверх не сунуться, работала русская артиллерия. Их быстро окружили, помощи ждать было не от кого. Братья вместе с сослуживцами сдались в плен.

«Нас нормально встретили, дали закурить, поделились пайком. Не ожидал такого, — признается Юрий. — Наши хлопцы гибнут ни за что. За чьи-то амбиции. Семьи лишаются кормильцев, города разрушены. Заканчивайте». Дмитрий с Юрием — в режимном месте. Виделись за это время всего пару раз. Отмахиваются: «Зато в безопасности!».

Контрактника Алексея Бендаса, как и братьев Твердохлебов, тоже отправили на передовую, хотя обещали держать в тылу. Служил в Нацгвардии (часть 3018).

«Меня и еще шестерых в конце февраля привезли на позиции под Стаханов. Никаких инструкций, мы не понимали, что нам делать, — рассказывает двадцатилетний парень. — Когда на нас двинулись танки, бросились в лес. Вышли к своим через неделю, в Северодонецк».

Черед пару дней их вывезли в Лисичанск. Обещали, что вернут домой, а в итоге ночью перебросили в Рубежное. «Мы были окружены, прятались в подвале. Единогласно приняли решение сдаться. Я лично не сожалею нисколько. В данной ситуации это единственный вариант», — подчеркивает боец.

Уполномоченный по правам человека в ЛНР Виктория Сердюкова отмечает, что условия содержания пленных «соответствуют принципам и нормам международного гуманитарного права». Им оказывают всю необходимую помощь, в том числе медицинскую.

Тех, кто будет уличен в совершении военных преступлений, будут судить по уголовным статьям. Остальных же обменяют.

«Украина не спешит забирать своих военнопленных и всячески саботирует этот вопрос. ЛНР и ДНР готовы обменять всех на всех, кроме подследственных, — уточняет Сердюкова. — Родственники украинских военных жалуются, что их правительство не предоставляет информацию о состоянии и местоположении попавших в плен. От них просто открестились».

Один из последних крупных обменов состоялся 29 июня — 144 человека на 144. «Я виделась с некоторыми из побывавших в украинском плену. Они рассказывали о нечеловеческих условиях. На них оказывали морально-психологическое давление, физическое — прибыли с переломами, гематомами, ножевыми ранениями, — перечисляет Сердюкова. — Людей даже успели осудить по каким-то надуманным мотивам. Никакого процесса, приговор зачитывали дистанционно. А напоследок предупреждали, что в следующий раз «живыми брать не будут». Мол, станут «без вести пропавшими».

Власти ЛДНР призывают солдат ВСУ сложить оружие — в соцсетях есть инструкция, как законно оставить позиции, избежав уголовного преследования на родине.

Рекомендуют записать видеоролик с объяснением, почему невозможно выполнить приказ командования. «При выходе из района боевых действий сохраняйте личное оружие, не пристегивая магазины. Тяжелое вооружение оставьте», — указывается на официальном канале Народной милиции ЛНР.

И добавляют: при встрече с подразделениями армий России, ДНР и ЛНР необходимо поднять руки вверх, продемонстрировать белую ткань. Так уже поступили военнослужащие 115-й, 56-й бригад, нацбатовцы с «Азовстали» и другие. В том, что скоро их примеру последуют остальные, сомнений не остается.


 Александр Владимирович Пронин – полковник, военный журналист

Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

своё мнение
14.08.2022 0:14
«Бесогон» Никиты Михалкова
https://rutube.ru/video/9ebcec6e239461ad180235e145e893d5/
Денис
13.08.2022 20:03
Анекдот из СССР ( не дословно ) : если встретили двух украинских партизан, то один - предатель.
Не случайно народный фольклер СССР такое родил. Этим " онижедетям" веры нет. Совсем. Мозги навсегда " украинизированы".
Питерский
11.08.2022 17:38
/"Виктор Воробьев ...Дважды подписывал контракт — так он решил заработать...Виктор решил уехать....: «Воевать я не хочу. Это не стоит никаких денег»…"/.
Следует понимать его слова таким образом: "Воевать ТАК я не хочу". Вот если бы против него были бы только плохо вооруженные и не обученные ополченцы, да кругом - мирное население, с богатым скарбом, ну тогда - совсем другое дело, а шо?
Старший лейтенант Юрий Закопец с позывным «Калина»...Командовал взводом 24-й механизированной бригады ВСУ, воевал в нацбатальоне «Донбасс»*... награжден украинским орденом «За мужество» ІІІ степени и медалью «Защитнику Отчизны»: /"Поздоровались. Пригляделись — ленточки белые. Не наши. Шансы на успех, если бы мы открыли огонь, — нулевые. Нас семеро, их значительно больше"/. А вот если бы наоборот, их - "богато", а наших - только семеро, ну тогда - все шансы на успех налицо, тогда, надо понимать, открыл бы огонь, не задумываясь, с криком "Слава Украине!"...
ус
11.08.2022 16:05
не верьте этим людям.Они до последнего патрона стреляют в русских а потом из себя невинных строят.Да такая армия могла бы вмиг свергнуть фашистскую хунту...

Эксклюзив
02.12.2022
Валерий Панов
Запад намерен финансировать войну на Украине за счет российских активов.
Фоторепортаж
02.12.2022
Подготовила Мария Максимова
Памяти великого исследователя дальневосточных земель.


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов.

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич.