Что делать нам в деревне?

Помните замечательное стихотворение Пушкина: «Зима. Что делать нам в деревне?» Александр Сергеевич потом подробно отвечает на этот вопрос, не преминув сказать и о скуке. Своей, конечно. Барской. В начале века девятнадцатого. А вот что делать в деревне и не только зимой в начале века двадцать первого?  В русской деревне, где по последней переписи осталось два-три человека? И две-три сохранившихся избы окружены остовами сгоревших срубов? И там, где ранят душу развалины некогда великолепного храма, и где ветер гуляет на месте оскверненного алтаря?

Есть, конечно, примеры, когда пожилые горожане из столиц обзаводятся домиком в деревне и с радостью живут там в теплое время года. А к ноябрю уезжают в город, до весны. Но наша история о другом. О людях, жизнь которых находится за чертой обыденного восприятия.

За пять тысяч километров

Павел Белов и Алексей Ярошевский – сибиряки по рождению. А Сибирь и до сей поры дает человеку творческому какую-то особую силу.  Не случайно один из самых великих русских художников Василий Иванович Суриков – из Красноярска. Не случайно еще раньше великий Ломоносов сказал, что могущество России будет прирастать Сибирью.

Это к слову – о характерах Павла и Алексея. Правда, они не художники, не ученые, не предприниматели. Они по образованию и первому месту работы… актеры. Оба окончили Иркутское театральное училище, где и подружились. Павел стал служить в Омском драматическом театре, Алексей – в театре драмы и комедии в Петропавловске-Камчатском. Но уже скоро их артистическая география резко изменилась. Вернее – они изменили ее сами.

… Мы сидим в уютном кафе города Твери с Павлом и Алексеем. У нас очень мало времени на разговор – Павел торопится в деревню, в Рамешковский округ, на музыкальные занятия с детьми. А Алексею, который приехал в короткий отпуск с театра военных действий, тоже надо многое успеть, и с друзьями повидаться.

– Почему из Сибири вы приехали именно сюда, в Центральную Россию?

– Еще в Иркутске у нас были знакомые, которые дружили с необыкновенной женщиной – Ириной Иосифовной Беловой. Она – москвичка, физик, работала в области космических технологий. И у нее были давние связи с тверской землей, поскольку предки ее – тверские, – отвечает Павел. – В общем, встретились и мы с Ириной Иосифовной, теперь понимаем, что не случайно. Она нам и рассказала о деревне Городок…

–  Трудно, наверно, поверить, что молодые люди хотят жить  в деревне, – присоединяется к разговору Алексей. – А тут надо просто любить. Не устраиваться, не пристраиваться, просто любить.

…Им тогда было по двадцать с небольшим. Опыта деревенского  – никакого. Но они же – артисты! А значит, должны суметь сыграть любую роль! Впрочем, эта роль очень скоро стала жизнью – со всеми житейскими неожиданностями и тяготами.

– Дом для нас нашла Ирина Иосифовна, которая сама в Городке давно живет, за что ей большое спасибо, – вспоминает Павел. –А потом мы решили, что надо трудиться как настоящие крестьяне. Леша выращивал телят. У нас было две коровы, и я научился их доить…Было тридцать пять куриц! С деньгами поначалу помогали родные. Но прошло какое-то время, и мы осознали, что крестьянский труд – это не совсем наше дело. И решили заняться своим.

Культура в сельской местности в последние годы стала совсем угасать – такая вот «оптимизация» прошла: стали закрывать клубы даже в больших селах. А что такое для села клуб – хорошо известно нашим людям. И кино тут, и театральный кружок, и музыка, и разные праздники… А мы ведь все-таки – актеры, профессионалы. Я пишу музыку, играю на гитаре, мы с Алексеем неплохо поем. Алексей еще и рисует, и лепит. Так и пришла в голову мысль – ведь всему этому мы можем научить и детей, и взрослых – и не только в нашей деревне Городок.

– И вот прошел не один десяток  лет…

– И вот прошел не  один десяток лет, и теперь  у нас осталось только два  петуха! – улыбается Павел. –  Не стали мы настоящими крестьянами. Но тверскую землю не оставили, мы не просто изучили ее, а полюбили. А главное – поняли, что можем что-то сделать для того, чтобы история поселка Рамешки и близлежащих деревень и сел не была забыта, чтобы жители, особенно школьники, не стремились уехать отсюда за столичными благами…

  «Галерея Галины Лининой»

Конечно, Павел и Алексей приехали не в культурную пустыню. В некотором роде их духовной мамой стала Ирина Иосифовна Белова – человек незаурядный во всех отношениях. Когда-то в столице руководившая коллективом ученых-физиков, много лет изучавшая взаимосвязь человека с Космосом и при этом очень любящая русскую народную культуру. Ирина Иосифовна пишет стихи и поет. Так родилось Трио – Ирина Иосифовна, Павел Белов и Алексей Ярошевский.

Мать Ирины Иосифовны – Галина Петровна Линина, тоже была человеком незаурядным. Жила в Москве, работала экономистом, но более пятидесяти лет отдала искусству. Училась в народных студиях, в том числе при заводе ЗИЛ. Участвовала во многих выставках, даже за рубежом. Потомки сохранили более пятисот работ Галины Петровны. Организовали несколько выставок в библиотеках Тверской области.  А потом стало ясно: надо делать постоянную экспозицию. Образовалась инициативная группа – Ирина Иосифовна, Павел и Алексей. И руководители Рамешковского округа пошли им навстречу, передав дом бывшей администрации сельского поселения в деревне Городок. Сделали ремонт: окна, двери, пол. Стены подготовили для развески картин. В 2021 году «Галерея Галины Лининой» открылась. Это был настоящий праздник. Теперь галерею всячески поддерживают глава администрации округа Александр Анатольевич Пилюгин, московский искусствовед, заслуженный деятель искусств России Татьяна Ивановна Бойцова, народный художник России Людмила Георгиевна Юга, просто неравнодушные люди. Зарегистрировали культурно-познавательный центр «Галерея Галины Лининой», и Павел Белов стал его руководителем. Галерея – это не только выставка картин. Здесь проходят занятия для детей и взрослых – и музыкальные, и по изобразительному искусству.  Здесь выступают артисты (мне самой посчастливилось услышать, как вдохновенно читает «Душечку» Чехова московская актриса Марина Лобышева). Здесь можно поговорить – и об истории Тверского края, и просто песни попеть, и чаю попить. !

 «Вот мчится тройка удалая…»  

Есть в Рамешковском округе большое село Кузнецово. Я помню, как больше десяти лет назад попала в это село. Еще с дороги были видны два храмовых здания: одно невысокое, скромное, другое – огромное, с высокой колокольней, построенное когда-то со столичным размахом, и пришедшее со временем в запустение. Совсем рядом с храмами два старинных захоронения. Читаю: «Голенищевы-Кутузовы…»   «Вот это да! – подумала я тогда. – Какие люди жили здесь! И надгробные камни стоят, и храмы какие рядом…»

Примерно такие же мысли и чувства возникли и у Павла с Алексеем, когда они впервые увидели Кузнецово, которое при советской власти носило название Безбожник... В соответствии с ним долгое время разрушались два прекрасных храма, забывались имена предков, и к концу двадцатого столетия некогда богатое село стало совсем непривлекательным. Лишь высокие холмы, летом покрытые пышной травой и кустарником, да тихая речка Медведица продолжают радовать глаз… Но пышная трава, слава Богу, не стала «травой забвения»!

Нашлись в Рамешковском округе люди неравнодушные к истории. Это Таисия Николаевна Кременецкая, Геннадий Вячеславович Спажев, Наталья Львовна Носырева , Владимир Алексеевич Подрядчиков, Виктор Алексеевич Шаляпин, Юлия Анатольевна Федосеева, Виталий Александрович Федосеев… С ними уже давно подружились два сибирских парня – и теперь у Павла Белова и Алексея Ярошевского две малых родины: Иркутск и тверской поселок Рамешки, объединяющий десятки небольших населенных пунктов с большой историей – как то же село Кузнецово.

История села уходит в глубь веков …У тайного советника, сенатора Павла Ивановича Голенищева-Кутузова была дочь Авдотья. Она и унаследовала село Кузнецово после смерти отца. А замуж Авдотья Павловна вышла за Федора Николаевича Глинку. Офицера, декабриста, поэта, ученого-краеведа. Автора стихов, которые стали знаменитым романсом – «Вот мчится тройка удалая…». 

На одной из наших встреч Павел Белов рассказал:

–  Федора Глинку, увы, знают в основном историки, краеведы, филологи. Многие же рамешковцы часто спрашивают: «Это какой Глинка? Композитор?» Конечно, нельзя умалять достоинства и великого таланта Михаила Ивановича… Федор и Михаил – оба из старинного рода Глинок, но в родстве они очень отдаленном.

Между тем Федор Николаевич Глинка – личность яркая и достойная всяческого уважения не только для своих современников. О нём можно написать увлекательный роман. Как участник войны 1812 года он оставил нам замечательные воспоминания о тех боевых временах. Он писал стихи. Глубоко исследовал Тверскую землю еще и как археолог. Известна его книга «О древностях тверской Карелии» – православные карелы переселились в наши края по некоторым данным еще в пятнадцатом веке… Федор Николаевич и Авдотья Павловна были причастны не только к литературе. Они были благотворителями. Авдотья Павловна основала известное в Твери общество «Доброхотная копейка». И после смерти супруги Федор Николаевич продолжил ее дело. Были открыты столовая-чайная для бедных, начальное народное училище, ремесленное училище, сиротский приют для девочек, и еще много было сделано для поддержки нуждающихся. Неслучайно Александр Сергеевич Пушкин называл Федора Глинку «великодушным гражданином»…

За несколько лет храм преобразился! Возрождается церковная жизнь - теперь на службах немало верующих. А на клиросе поют Павел Белов и Юлия Федосеева, преподаватель Рамешковской музыкальной школы.

21 ноября нынешнего года, в день памяти Архангела Михаила и Всех Сил Бесплотных, в селе Кузнецово в храме во имя иконы Божьей Матери «Взыскание погибших» протоиерей Александр Юрков совершил Божественную литургию.

В тот же день был освящен в Кузнецове колодец, построенный в том же месте и по тем же размерам, каким был колодец в усадьбе Голенищевых-Кутузовых – Глинок.

На следующий день Алексей Ярошевский вновь отправился на военную службу. Думаю, с хорошим чувством – колодец был построен и на его, «военные», деньги. А еще в числе многочисленных планов Павла и Алексея – установить в Кузнецове бюст Федора Глинки, который пока существует в гипсовом виде.  240 лет исполнится в будущем году со дня рождения Федора Николаевича. И деньги «военные» на то есть. (Автор бюста – Борис Попов, рамешковский художник, пропавший без вести на СВО…Открытие такого бюста станет данью и его памяти).

И они – не одни

В тот ноябрьский день в уютном тверском  кафе мы говорили о многом.

И о том, что улицу Желябова в Твери нужно переименовать в улицу Федора Глинки – ведь там до сих пор «живет» дом, который Федор Николаевич построил для своей семьи. И о восстановлении, по возможности, какой-то части усадьбы Глинок в Кузнецове – тогда экскурсионная тропа, по которой водит экскурсии Павел Белов, уже не первый год украшенная большими стендами, посвященными истории села, и памятным камнем в честь Федора Глинки, прирастёт новыми достопримечательностями.

Друзья рассказали мне о селе Ильгощи, где есть школа имени Героя Советского Союза, командира пулеметной роты Василия Матвеевича Фомина. В школе всего восемнадцать учеников. Решили взять над школой шефство – музыке обучать, пению, рассказывать об истории края. А Алексей, помимо прочего, еще и печку в здании школы расписал – в русском стиле…

Мы говорили о том, как сложно «вписываться» в деревенскую жизнь. А сейчас есть уже и театральный кружок в селе Застолбье, есть вокальный ансамбль в Рамешковской музыкальной школе, есть идея создать в Рамешках Школу искусств. А еще – концерты в разных районах области. Это все работа, часто – бесплатная. «Но мы себе сказали – если не мы, то кто?!»

Мы говорили о тех людях, которые тоже влюблены в деревню и не жалеют для нее своей души и таланта. Соратники, сподвижники, друзья…

Много лет назад довелось мне увидеть удивительный фильм режиссера Вячеслава Орехова – «Выхожу один я на дорогу». О московском режиссере, музыканте Дмитрии Арсеньеве. Уже вполне состоявшимся, взрослым человеком Арсеньев резко меняет свой жизненный путь и уезжает в глухую деревню в Пеновском районе Тверской области, где занимается крестьянством и помогает местным старикам.  И ни о чем не жалеет, потому что именно в деревне почувствовал он себя свободным человеком, созданным Богом. Тогда подумалось мне – неужели Дмитрий и в самом деле один? Как оказалось далеко не один. И это счастье.

Фото автора