Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
3 марта 2024
Наперегонки с Чубайсом

Наперегонки с Чубайсом

Шнобелевскую премию мира за 2012-й вручили российскому ученому Игорю Петрову
Сергей Птичкин
03.10.2012
Наперегонки с Чубайсом

Наш соотечественник первым изобрел способ утилизации старых боеприпасов таким образом, чтобы на выходе получалась не просто пыль от взрыва, а пыль… алмазная.

В мире полно людей, одержимых изобретательством ради изобретательства, которые зачастую предлагают совершенно глупые новации, вроде превращения женского лифчика в респиратор. Таким шнобелевскую награду и вручают. При этом лауреатов успокаивают: сегодня вы придумали наукообразную глупость, а завтра сможете сделать что-то выдающееся и в большой науке, получить действительно мировое признание.

Премия, - из разряда «ученые шутят» - как известно, по аналогии с очень престижной Нобелевской шутливо названа «Ig Nobel» - в переводе с английского созвучное «ignoble» значит «постыдный». И сама церемония – сплошное постыдное шутейство. Вот только в данном случае те, кто выбирал кандидатуру лауреата «премии мира», попали в буквальном смысле пальцем в небо. Впрочем, скорее всего, выбор технологии получения наноалмазов в качестве «постыдного действа» не случаен. Кто-то постарался навести, как говорится, тень на плетень и показать: наноалмазы – дело заведомо не серьезное, заниматься им не стоит.

Поздно, господа нехорошие, поздно, опоздали вы. В области получения микроскопического алмазного порошка и в изучении технологии его применения еще в СССР шагнули настолько далеко, что западному миру нас догонять и догонять.

А наноалмазы в XXI веке станут применяться практически во всех технологиях как нечто совершенно естественное.

Справедливости ради надо сказать, что совсем не Игорь Петров – ученый из закрытого города Снежинск, удостоенный «шнобеля» - первым понял, что при взрыве в замкнутом пространстве в качестве побочного продукта получаются настоящие, хотя и очень маленькие алмазики. Открытие сделали, когда И. Петров, наверное, еще в школе учился. Впервые при взрывах смеси тротила и гексогена наноалмазы были получены в середине семидесятых годов прошлого века на одном из полигонов в Алтайском крае. Проводились исследовательские подрывы небольших зарядов в специальной бронекамере. Специалисты обратили внимание на своеобразные блестки на ее стенках после завершения работ. Соскребли, посмотрели в микроскоп и ахнули: это же алмазная пыль!

Промышленники поделились своими наблюдениями с профильными учеными Сибирского отделения АН СССР в Новосибирске. Начались углубленные исследования. Тогда же подали первую заявку на изобретение. К сожалению, никакой перспективы в работах не усмотрели, финансирование по этой теме не открывали, все работы шли в инициативном порядке.

Дело в том, что в те времена алмазный порошок рассматривался исключительно в качестве абразивного материала. А при утилизации старых боеприпасов наноалмазы получались нестабильными по размерам, были сильно загрязнены корундом.

Использовать такой порошок в качестве абразива было проблематично, так как более крупные кристаллики оставляли царапины, а отделять их от общей массы оказалось сложно. Тем не менее, исследования продолжались, постепенно приходило понимание того, как добиться стабильности размеров и в каком еще, кроме абразивов качестве, можно использовать микроскопические алмазы.

Увы, в 1991-м работы по сверхтвердым микрочастицам прекратились. Забыли про них лет на пятнадцать. Возобновились они совсем недавно, когда стали выделять деньги на промышленную утилизацию боеприпасов и появилась возможность вести более углубленные научные исследования. К финансированию развития наноалмазных технологий подключился и частный бизнес, работа буквально закипела. Интереснейшие результаты на сегодняшний день получены научными коллективами в Москве, Санкт-Петербурге, Калининграде и Минске. Наверное, какие-то работы ведутся и в закрытом «атомном» городе Снежинск, но про это знают, похоже, только американцы.

Кстати, если говорить об оборонно-промышленном комплексе, то во властных структурах никак не могут решить вопрос оптимизации частно-государственного партнерства именно в сфере ОПК.

А ведь получение наноалмазов могло бы стать ярчайшим примером удачного сочетания государственных и частных интересов во благо России.

С начала 2000-х стремительно выросли запросы мирового рынка на этот продукт. Если в 2006-м потребность в микроскопических алмазах составляла 200 килограммов, то в 2011-м - уже 5 тонн. Наконец-то выяснилось, что алмазами можно не только любоваться или резать стекло, в определенных пропорциях они – идеальный присадочный материал. Сегодня наноалмазы востребованы при производстве высокопрочных режущих инструментов, авиационной и автомобильной техники, компонентов электронных, оптических и лазерных систем, химических и медицинских препаратов и металлургии. Область их технологического применения фактически безгранична.

Наиболее глубоко в изучении легирующих свойств наноалмазов продвинулись белорусские ученые во главе с Александром Корженевским. А сама Республика Беларусь сегодня лидирует в поставках наноалмазов на мировой рынок. Стремительно, без всякого рекламного шума и «шнобелевского постыдства», наращивают получение наноалмазов и технологий, связанных с использованием уникального порошка в КНР.

По мнению белорусского профессора А. Корженевского, широкое использование наноалмазов совершит настоящую технологическую революцию уже в ближайшем будущем. По его образному выражению, промышленность столетиями сидела на пресной диете, даже не подозревая, как обычная соль может изменить свойства конечного продукта. В данном случае соль – это как раз алмазный порошок.

К примеру, добавление его в очень небольшом количестве в алюминий при плавке придает этому легкому металлу прочностные свойства стали. Даже обычное оконное стекло с алмазной присадкой становится необыкновенно крепким. Проводились исследования с синтетическими нитями типа кевлар. Добавление наноалмазов повышает их прочность в разы, бронежилет, изготовленный из «алмазного кевлара», может оказаться прочнее и намного легче стального. Наноалмазные присадки, как выясняется, могут значительно повысить защитные и прочностные характеристики практически всех материалов, используемых в военных целях.

Всего несколько десятков, ну, может быть, чуть больше сотни энтузиастов из России и Белоруссии при очень скромном частном финансировании сделали в области прикладных алмазных нанотехнологий больше, чем гигантская корпорация «Роснано» в главе с А. Чубайсом, имеющая бюджетное государственное финансирование, измеряемое миллиардами рублей.

Казалось бы, имея такую научно-техническую базу и такие технологические заделы, Россия должна стать мировым лидером в области создания новых материалов, которые, по законам рынка, быстро вытеснят все старые. Вот он шанс, дающий возможность постепенного сползания с нефтегазовой иглы. Но для динамичного развития нужен динамичный потребитель уникального продукта.

Логично, что главным мотором ускоренного раскручивания алмазных нанотехнологий могло и должно было стать министерство обороны. Уже в ближайшие годы можно было бы начать варить самую прочную и самую легкую броню в мире, изготавливать необычайно прочные бронестекла, самые прочные в мире средства индивидуальной защиты, оптику с улучшенными свойствами, всевозможные ГСМ, легированные наноалмазами и многое-многое другое, что придало бы Вооруженным силам Отечества реальные мощь и силу. Под гособоронзаказ выделены триллионы рублей. Так вложите часть их в алмазный прорыв! Топ-менеджеры министерства обороны России, изучите проблему, проведите соответствующие НИОКР и делайте заказы.

Так нет же, именно военное ведомство, даже не вникая в суть революционных технологий, заблокировало производство наноалмазов в России в промышленных масштабах!

Совместными усилиями российских и белорусских специалистов создана уникальная бронекамера объемом 100 кубометров. В год одна такая установка может дать до пяти тонн наноалмазов достаточно высокого качества. То есть перекрыть почти все потребности мирового рынка. При желании в этой камере можно получать чистейший алмазный порошок, а также микроскопические алмазы и корунд заданных размеров. Поскольку камера изначально предназначена для утилизации малокалиберных боеприпасов, без разрешения военного ведомства запускать ее нельзя, хотя тестовые испытания дали очень хорошие результаты. Но «таможня» не дает добро, все уперлось в не отрегулированные государственно-частные взаимоотношения. Из-за каких-то бюрократических мелочей получение наноалмазов тоннами в нашей стране так и не началось.

Ждем, когда китайцы, а следом и американцы освоят эту технологию в соответствующих масштабах? Создателям самой большой в мире «алмазной» бронекамеры следует дать самую высокую государственную премию России, обеспечив их новациям зеленую улицу. Или удовольствуемся американским «шнобелем»?

Специально для Столетия


Эксклюзив
28.02.2024
Святослав Князев
За что ПЦУ взъелась на святого князя?
Фоторепортаж
27.02.2024
Подготовила Мария Максимова
В Москве в Государственном музее А.С. Пушкина представлен Межмузейный проект к 225-летию со дня рождения поэта


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..