Историческая казуистика

Городской совет Днепра (бывшего Днепропетровска) принял решение, которое украинские СМИ уже назвали «историческим». Депутаты утвердили новую дату основания города — 1526 год. Буквально одним росчерком пера историю Днепра продлили вдвое. В сентябре город должен был отмечать свое 250-летие. Но теперь ему сразу стало 500 лет.

«Мы можем говорить о 500 годах непрерывного развития города Днепра… Днепр признает свои казачьи корни, украинское происхождение, отвергая вековую московскую ложь», — пафосно заявил заместитель городского головы Днепра Андрей Денисенко.

Сама дата, в принципе, взята практически с потолка. Просто на карте, изготовленной в 1526 году польским картографом Бернародом Ваповским, украинским чиновником привиделось некое поселение якобы в районе современного Днепра, которое они посчитали «казацким городом Старой Самарой». А, кроме того, среди археологических находок на месте нынешнего Днепра значится, помимо всего прочего, торговая пломба 1524 года. Вот, собственно, и все.

Попытка «привязаться» к карте Ваповского — уже сама по себе анекдотична. Ведь это, по сути дела, просто полумифическое землеописание, частично дублирующее карту Птолемея. Большая часть географических объектов у Ваповского отсутствуют, а те, что есть, нанесены очень условно — с погрешностью в сотню-другую километров. Зато на его карте имеются картинки — деревья, корабли и скачущие по всему Поднепровью татары на лошадях. Если нынешним украинским патриотам, ликующим от переноса даты, предложить найти на карте Ваповского не то, что «Старую Самару», а хотя бы место расположения нынешнего города Днепр, вряд ли хоть один из них справится с этой задачей.

В общем, никакого реального обоснования у назначенной властями города даты нет. Но, возможно, историю реального Днепра хоть как-то можно возвести к XVI веку? Давайте разбираться.

Упоминания о пресловутой Старой Самаре имеются только в нормативных актах 1734-1775 годов. Причем, это признают даже украинские «свидомые» исследователи-академисты. До этого периода соответствующий населенный пункт «упоминается» лишь в одном документе — в «универсале» Стефана Батория 1576 года. Все бы ничего, но историкам уже два с половиной столетия известно о том, что «универсал» — просто грубая подделка второй половины XVIII столетия, изготовленная казацкой старшины при попытке оформления своих «прав» на земли колоний, основанных южнославянскими переселенцами. Особой пикантности добавляет тот факт, что «документ» дошел до наших дней только в форме «копии универсала Богдана Хмельницкого», подтверждающего якобы казацкие привилегии.

Таким образом, существование Старой Самары в XVI или даже в XVII веке — это просто абсолютно ничем не подтвержденная сказка.

Украинские археологи даже не выявили в местах «потенциального» существования Старой Самары признаков культурного слоя XVI столетия. Есть только находки одиночных монет, но некоторые из них — золотоордынские, датируемые XIV веком, когда никаких казаков не существовало даже в проекте.

Любой археолог-любитель подтвердит, что город, если место его существования известно, никак не может исчезнуть бесследно. Даже в Трое или Иерихоне, напоминающих слоеные торты, ученые четко выделяют конкретные периоды жизни этих городов. Имеющиеся материалы свидетельствуют о том, что на предполагаемом месте «древней» Старой Самары могла существовать максимум временная стоянка или какой-то пост. Но стационарного поселения или, тем более, города — не было.

С подачи украинских краеведов-националистов упоминания о «Старой Самаре» XVI века появились даже в Википедии. Но если отрыть соответствующие статьи и изучить ссылки к ним, то становится очевидным — научных материалов, подтверждающих эту теорию, не существует. В «глобальной энциклопедии» можно найти только пару строчек «воды» и отсылки к статьям, в которых существование «Старой Самары» фактически опровергается.

Первое реальное «стационарное» поселение в районе современного Днепра (но не на его территории) — это польская крепость Кодак, возведенная в 1635 году по проекту французского инженера Гийома де Боплана. При крепости, как это часто бывало в те времена, возникла слобода.

Кодак несколько раз брали казаки. После вхождения земель Войска запорожского в состав России крепость некоторое время была пограничным сторожевым пунктом. Но в 1711 году Петру I по условиям Прутского мирного договора пришлось срыть укрепления. На месте казацкой слободы в дальнейшем возникло село Старые Кодаки, существующее и по сей день. Только одна проблема — даже сегодня, с учетом расширения Днепра, оно находится за границами города и никак не может быть связано с его основанием.

Стационарное заселение территорий, находящихся в черте нынешнего Днепра, началось, вот незадача, именно с подачи властей Русского государства. В 1688 году по приказу царевны Софьи у впадения реки Самары в Днепр была построена Богородицкая крепость.

По условиям Прутского мира, Петру пришлось срыть и ее, но двадцать лет спустя она была восстановлена под названием Самарского ретраншемента. В конце XVIII столетия из-за переноса государственной границы существование укрепления утратило всякий смысл. Крепость была заброшена и, в дальнейшем, распахана немцами-колонистами. Сегодня это место находится в поселке Шевченко, формально входящим в городскую черту Днепра.

В середине XVIII столетия русские власти в рамках укрепления южных границ возвели в районе современного Днепра несколько укреплений и поселений, которые также впоследствии были механически присоединены к городу. Но ни с одним из них возникновение «городской традиции» на этом месте связать нельзя.

В 1764 году на ранее отбитых царями у турок землях была основана Новороссийская губерния, к которой присоединили и отдельные районы, вошедшие в состав России еще в XVII веке. Встал и вопрос о размещении административного центра нового территориально-административного образования. По поручению Новороссийского генерал-губернатора Григория Потёмкина азовский губернатор Василий Чертков подобрал с этой целью место возле впадения реки Кильчень в Самару.

23 апреля 1776 года в рапорте  азовского губернатора на имя  Потёмкина, содержащем смету на проведение строительных работ, новый населенный пункт упоминается под названием Екатеринослав. Согласно многочисленным документам, летом 1776 года город уже полноценно функционировал. В начале 1780-х в нем жили более 2,5 тыс. человек.

Вскоре обстоятельства изменились. Из-за дальнейшего переноса границы на юг необходимость в крепости отпала. А место в устье Кильчени подбиралось, исходя именно из военных соображений. В остальном оно было не очень удобным — из-за близости к большому болоту люди часто болели. Поэтому в 1784 году Екатерина II официально перенесла уже существующий Екатеринослав на правый высокий берег реки Днепр. В наши дни это место считается административным и культурным центром города.

20 мая 1787 года Екатерина  во время поездки по южным  губерниям заложила первый камень  при строительстве в Екатеринославе Преображеского собора. Во времена Российской империи эта дата считалась официальным днем основания города.

С 1789 года в новом Екатеринославе работала губернская администрация. Город стал административным и экономическим центром Новороссии. Павел I, холодно относившийся к матери, повелел переименовать город в Новороссийск. Но Александр I, напротив, любивший свою бабушку, вернул ему прежнее название.

В 1802 году Новороссийская губернии была поделена на Николаевскую, Таврическую и Екатеринославскую. Административным центром последней и стал нынешний Днепр.

Рывок  в развитии город сделал во второй половине XIX века, оказавшись в авангарде промышленной революции в России. В Екатеринославе массово строились большие фабрики и заводы, появилась первая телеграфная станция, было налажено регулярное почтово-пассажирское сообщение с районами, находившимися выше по течению Днепра.

Любопытно, что, согласно материалам переписей, население города составляли преимущественно великороссы (42%) и евреи (35%). Людей, говоривших на малороссийском наречии, в Екатеринославе проживало всего 15%. На этом фоне разговоры нынешних чиновников об «украинском» городе звучат просто комично.

Кризисные явления в экономике Российской империи в начале ХХ века привели к тому, что Екатеринослав стал одним из центров революционной активности. Именно в нем возник первый на территории современной Украины Совет рабочих депутатов.

Вскоре после Октябрьской революции Екатеринослав вошел в состав Донецко-Криворожской советской республики, которая, в свою очередь, была частью РСФСР. Но после победы над петлюровцами в Гражданской войне Владимир Ленин решил «уравновесить» сельские районы УССР, значительная часть жителей которых воевали за Петлюру, Махно, Григорьева и Зеленого, присоединив к ней Донецко-Криворожскую и Одесскую республики. Так Екатеринослав (с 1926 года — Днепропетровск) впервые стал «украинским».

В составе СССР Днепропетровск превратился в огромный индустриальный мегаполис, продукция которого была известна на весь мир. В частности, он стал одним из ведущих на планете центров ракетостроения. Именно на днепропетровском «Южмаше» было развернуто производство Р-14 — в то время самых мощных одноступенчатых ракет в мире.

В постсоветский период Днепропетровск традиционно поддерживал политические силы, ориентированные на сотрудничество с Россией. Но после Евромайдана местные олигархи ради хороших отношений с захватившей власть на Украине хунтой наняли представителей криминалитета, подавивших пророссийские выступления в городе. Правда, по факту, этих олигархов новая власть потом же и «кинула», отжимая у них имущество. И теперь они — кто в бегах, кто за решеткой.

Оставшиеся же «на поверхности» представители местной элиты, отчаянно заискивают перед киевским нацистским режимом, и выдают одно за другим откровенно гротескные решения — в том числе, касающееся истории строительства Днепра.

Конечно, и до официального основания Екатеринослава на территории нынешнего Днепра кто-то жил. Но это же можно сказать практически про любой крупный город в мире. Например, в Лондоне археологи неоднократно находили памятники эпохи палеолита, но нынешние британские власти официально считают, что город основали в 47 году нашей эры римские завоеватели. А в черте Пекина вообще сотни тысяч лет назад обитали синантропы. Но дата его основания все равно — 1045 год до н.э., тот момент, с которого на его территории беспрерывно существует городское поселение.

Исходя из логики нынешних киевских и днепровских «свидомых», основателями Украины можно считать людей прямоходящих (самая известная разновидность которых — азиатские питекантропы). Ведь именно Homo erectus — это первые человеческие существа, пришедшие некогда на нынешнюю территорию «незалежной».

Решение городского совета Днепра — не просто комично и абсурдно с научной точки зрения. Это большая подлость, размывающая мораль и объективное мировосприятие будущих поколений.

Конечно, можно попытаться перенести основание Днепра в эпоху фэнтезийной Старой Самары, но столетия существования русского города объективно никуда не деть. Поэтому украинским наци остается только жить в полностью вымышленном мире. Но когда виртуальная реальность сталкивается с объективной, неизбежно происходит коллапс.

Фото: Bodydock, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons