Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
22 февраля 2024
Ислам Каримов готовит себе преемника?

Ислам Каримов готовит себе преемника?

Президент Узбекистана объявил о беспрецедентных политических реформах
Сергей Соболев
24.11.2010
Ислам Каримов готовит себе преемника?

Президент Узбекистана Ислам Каримов объявил о проведении политических реформ, которые должны кардинально изменить систему высшей власти в стране. Главное из предложенных им новшеств заключается в том, что кандидатуру премьер-министра теперь должны определять победившие на парламентских выборах политические партии. По оценкам наблюдателей, эти совсем не характерные для Узбекистана шаги могут свидетельствовать о скорой смене главы государства.

О необходимости внесения поправок в конституцию президент Узбекистана заявил 12 ноября на совместном заседании обеих палат республиканского парламента (Олий Мажлиса). Суть этих поправок сводится к тому, что право выдвижения кандидатуры премьера получит политическая партия, набравшая больше всего голосов на выборах в нижнюю – Законодательную палату узбекского парламента, или, как вариант, группа партий, получивших равное количество депутатских мандатов. Президент в соответствии с новыми нормами должен рассмотреть кандидатуру премьер-министра и в десятидневный срок представить ее на рассмотрение Сената и Законодательной палаты, которые утверждают ее простым большинством голосов. Кроме того, парламент сможет выразить главе правительства вотум недоверия, набрав для этого две трети голосов депутатов обеих палат. В этом случае президент должен отправить все правительство в отставку.

Учитывая, что президент при этом потеряет право принимать решения, отнесенные к ведению правительства, то есть по всем вопросам хозяйственно-экономической политики, можно заключить, что Узбекистан планируется превратить в полупрезидентскую республику, где будет не один, а два сильных центра власти. Президент будет курировать главным образом внешнюю и оборонную политику, сохранив контроль над силовыми структурами, а глава кабинета министров – экономику и социальную сферу, которые и отнесены к его ведению конституцией.

Стоит отметить, что ни в одной азиатской республике СНГ эта модель организации власти до сих пор не работает.

Как правило, кандидатуру премьер-министра определяет президент, который формирует и основные направления внутренней и экономической политики. Правда, попытку создать парламентскую республику в этом году предприняла Киргизия, где месяц назад состоялись парламентские выборы, но ее опыт пока скорее отрицательный.

Еще одно предложенное И. Каримовым новшество касается замещения президента по состоянию здоровья. В том случае, если он не может выполнять свои функции, его обязанности и полномочия предлагается возложить на председателя Сената, после чего в течение трех месяцев должны быть проведены выборы нового главы государства. Прежнее положение конституции выглядело гораздо более запутанным. В соответствии с ним при недееспособности президента обе палаты парламента на чрезвычайном заседании в десятидневный срок должны выбрать временно исполняющего обязанности главы государства из депутатов или сенаторов, и затем провести выборы. В экстраординарной ситуации, подобной той, что сложилась к концу 1990-х гг. в России, прежняя норма был способна не только обострить борьбу за власть, но и дестабилизировать ситуацию.

Говоря о необходимости преобразований, президент подчеркнул, что «процесс демократизации приобрел бесповоротный и последовательный характер». Следуя стратегии постепенных, эволюционных реформ, Узбекистан, по его словам, смог не только избежать всех негативных последствий шоковой терапии и сохранить социальную стабильность, но и обеспечить устойчивый рост экономики. Созданная в результате экономическая база и позволила приступить к демократическим преобразованиям.

Необычность предложенных президентом реформ заключается в том, что Узбекистан до сих пор следовал прямо противоположным курсом, являясь одним из наиболее авторитарных государств региона. По степени авторитарности его, пожалуй, опережал лишь Туркменистан, где политический режим в период правления С. Ниязова приобрел не только крайне авторитарные, но и одиозные черты. Причем необходимость сильной президентской власти в Узбекистане обосновывалась теми же самыми экономическими аргументами – стремлением избежать последствий шоковой терапии, а также угрозой со стороны исламских радикалов, способных по примеру соседнего Таджикистана развязать гражданскую войну и ввергнуть республику в хаос. На этом фоне предложения о демократизации властной системы выглядят как гром среди ясного неба.

Ситуация интересна и тем, что большинство наблюдателей пока никак не прокомментировали предложенные И. Каримовым политические реформы, предпочитая, по-видимому, выждать дальнейшего развития событий.

Те же, кто все-таки рискнул высказать свою точку зрения, предположили, что главной целью этих преобразования является вовсе не демократизация, а постепенная передача полномочий преемнику И. Каримова, личность которого, однако, пока не ясна. В определенной мере поэтапный процесс смены главы государства может напоминать события в Туркмении, где после смерти С. Ниязова в декабре 2006 г. нынешний президент Г. Бердымухаммедов сначала был назначен советом безопасности исполняющим обязанности президента, затем избран председателем Народного Совета, располагавшего на тот момент широкими властными полномочиями, и уже потом, в феврале 2007 г. был выбран президентом. Разница заключается в том, что преемником И. Каримова может сразу стать премьер-министр.

Вопрос о том, кто станет возможным преемником Ислама Каримова, активно обсуждается с начала 2000-х гг. Интерес к нему то обостряется, то вновь затухает по мере появления новых слухов о состоянии здоровья президента. Последний такой всплеск наблюдался летом нынешнего года, однако после появления И. Каримова на публике к началу осени он затих. Последние предложения по политическим реформам уже породили новую волну слухов, которая, как и предыдущие, может оказаться не вполне верной.

Борьба за пост президента в Узбекистане тесно связана с тем, интересы какого клана он будет представлять. В отличие от Киргизии и Казахстана, которые являются посткочевыми обществами, кланы в Узбекистане имеют не родоплеменную, а территориальную основу, то есть являются, по сути, земляческими объединениями. По различным аналитическим оценкам в республике существует несколько таких кланов: ферганский, ташкентский, самаркандский, джизакский, сурхандарьинскй, хорезмский, каркалпакский и др., но наиболее сильными из них являются первые три. Президент И. Каримов формально принадлежит к самаркандскому клану, но, как правило, он предпочитает занимать надклановую позицию, не выражая своих предпочтений.

Расстановка «клановых» сил в узбекской политике сегодня выглядит следующим образом. Наиболее видным представителем самаркандского клана является премьер-министр Шавкат Мирзияев, бывший глава администрации (хоким) Джизакской и Самаркандской областей, и депутат парламента от Джизакской области, возглавляющий правительство с февраля 2003 г. Ташкентский клан представляет первый заместитель премьера и министр финансов Рустам Азимов, который курирует финансово-экономическую сферу. Ферганский клан не имеет во властных эшелонах выраженных позиций, предпочитая вступать в союзы с другими кланами. Позиции ташкентского клана сегодня кажутся слабее, чем самаркандского. Впрочем, они могут резко усилиться, если на их сторону встанет один из наиболее могущественных людей республики, руководитель Службы национальной безопасности генерал-полковник Рустам Иноятов. Однако с его «клановой» принадлежностью пока не все ясно. По одним оценкам он является «ташкентцем», по другим – предпочитает «позиционировать» себя как надкланового политика. При этом СНБ располагает одним из наиболее мощных силовых ресурсов в стране, и от его позиции в случае смены главы государства многое будет зависеть.

Одно время с Р. Иноятовым соперничал глава узбекистанского МВД З. Алматов. Однако после подавления вооруженного мятежа в Андижане он был отстранен от должности, потеряв свое влияние. По сведениям информационного агентства «Регнум», после отставки З. Алматова Р. Иноятов хотел поставить на его место начальника Ташкентского городского ГУВД генерал-майора Гайрата Кадырова. Однако президент И. Каримов опасался, что все силовые структуры республики окажутся под единоличным контролем Р. Иноятова. Как следствие, главой МВД был назначен представитель самаркандского клана Баходир Матлюбов, а Г. Кадыров стал его первым заместителем.

В условиях крайней закрытости Узбекистана оценивать шансы различных претендентов на пост президента довольно сложно. По ряду аналитических оценок - им станет Шавкат Мирзяев, сумевший добиться расположения И. Каримова и доказать ему свою верность.

В этом случае основные властные позиции в республике займет самаркандский клан, а интересы «ташкентцев» серьезно пострадают. К чему может привести обострение противостояния региональных элит хорошо показывает пример Таджикистана 1990-х гг. и послереволюционной Киргизии, где под вопросом оказалось само сохранение национальной государственности и выживание населения. Тем не менее, шансы на мирную передачу власти оцениваются наблюдателями весьма скептически. По мнению Т. Юлдашева, например, «независимо от того, кто станет президентом после Каримова, в стране начнется кровопролитная борьба за власть. Это связано с тем, что сегодня вся власть держится только на одном человеке», после ухода которого любой его преемник будет стараться поменять всю его команду. Поскольку же позиции целого ряда влиятельных лиц окажутся под угрозой, они будут предпринимать все усилия для того, чтобы сохранить свои экономические активы, должности и личную безопасность.

Шансы на то, что передача власти в Узбекистане произойдет по туркменскому варианту, снижаются и ввиду того, что вся постсоветская история республики была крайне нестабильной. Об этом говорит простое перечисление «кризисных» событий. В феврале 1999 г. от взрывов в Ташкенте погибли несколько десятков и были ранены несколько сотен человек. В 1999 и 2000 г. с территории Таджикистана и Киргизии в Узбекистан вторгались вооруженные отряды Исламского движения Узбекистана. Весной 2004 г. по Узбекистану прокатилась волна терактов и вооруженных нападений, жертвами которых стали около пятидесяти человек. В мае 2005 г. произошел вооруженный мятеж в Андижане, число убитых в ходе которого оценивается властями в 169 чел., а оппозицией – в 745 чел. Целая серия терактов и вооруженный нападений наблюдалась в Узбекистане весной-летом 2009 г. Очевидно, что ничего подобного в Туркменистане после распада СССР не происходило, а значит, социальные, клановые и конфессиональные противоречия в Узбекистане выражены гораздо сильнее. Следовательно, опасность дестабилизации обстановки при «сбоях» в процессе смены главы государства существенно возрастает.

Специально для Столетия


Эксклюзив
19.02.2024
Валерий Панов
Зачем Европе понадобилась собственная армия, оснащенная ядерным оружием?
Фоторепортаж
21.02.2024
Подготовила Мария Максимова
Наш зоопарк – один из старейших в Европе


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..