Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
23 февраля 2024
Лес – не наше богатство?

Лес – не наше богатство?

Россия экспортирует лес, а потом импортирует все, что из него сделано
Алексей Балиев
17.04.2008
Лес – не наше богатство?

С первого апреля экспортные пошлины на необработанную древесину в России повышены с 20 до 25 процентов. Но, как подчеркнул премьер-министр Виктор Зубков 16 апреля на расширенном Совете по развитию лесопромышленного комплекса страны, «ситуация в отрасли, несмотря на рост пошлин на экспорт лесосырья, не меняется. Например, круглый лес вместо того, чтобы использоваться в стране, массово продается, как и прежде, за рубеж».

Занимая первое место в мире по запасам промышленной древесины, Россия – уже которое десятилетие - один из мировых лидеров по объемам экспорта лесосырья. Причем до 70 процентов в таком экспорте – контрабанда. Зато в нашем импорте товаров деревообработки свыше 70 процентов – символичное совпадение - составляет продукция, изготовленная из российского же сырья.  

Поясню, что назвал термином «контрабанда». Это, например, экспорт по заниженной таможенной стоимости - путем изменения параметров товара; экспорт за «банальные» взятки таможенникам и/или пограничникам; вывоз продукта, оформленного как не подлежащие переработке отходы и потому оплаченного как «мусор».  

Лозунг «Лес – наше богатство» устарел. Он стал сырьем для обогащения зарубежных переработчиков и зоной высокоприбыльной контрабанды.

 Последствия этого налицо: сегодняшние оценки Программы ООН по защите окружающей среды говорят, что по темпам сокращения лесопромышленных угодий Россия со второй половины 1980-х опять же один из мировых лидеров.  

Премьер-министр Виктор Зубков на совещании совета Союза лесопромышленников и лесоэкспортеров России 19 марта заявил, что будут и впредь повышаться пошлины на экспорт необработанной древесины - с января 2009-го они достигнут 80 процентов ее таможенной стоимости. Плюс к этому, по его словам, «есть не только желание, но и ресурсы, которые правительство может направлять на модернизацию и строительство новых лесоперерабатывающих комбинатов». В. Зубков добавил, что вскоре при правительстве будет создан постоянно действующий совет по вопросам развития российской лесоперерабатывающей промышленности, усилится контроль за экспортом лесного сырья, включая меры более жесткой уголовной ответственности за нелегальные вырубку и экспорт леса.  

Правда, еще в конце 1990-х правительство утвердило федеральную целевую программу развития лесокомплекса до 2010-го включительно - с упором на стимулирование глубокой переработки лесного сырья. Но все осталось на уровне благих пожеланий, госфинансирование мероприятий не превысило 60% от указанного в программе уровня, а высокая рентабельность, проще говоря – выгода именно от экспорта лесосырья - и сегодня «перекрывает» все остальное.  

Среднемировые цены на российское лесное сырье минимум втрое больше, чем в стране. Затраты по его транспортировке на перерабатывающие предприятия зачастую идут вровень с мировыми ценами на то самое сырье: основные лесоперерабатывающие мощности расположены в европейском регионе страны, а главные ресурсные угодья – за Уралом. Поэтому перевозка древесины, например, из Красноярского края или Тувы на центральноевропейские предприятия куда менее выгодна, чем нелегальная и даже, несмотря на растущие экспортные пошлины, легальная отправка древесины оттуда же в Китай, Японию, Южную Корею и на Тайвань.

Вдобавок компании Скандинавии, стран Балтии и дальневосточного зарубежья предлагают лесозаготовителям Северо-Запада и Дальнего Востока цены втрое, а то вчетверо выше тех, по которым то же сырье закупают отечественные переработчики.

Будем удивляться, что лесопереработка и лесохимия Финляндии, Дании, прибалтийских стран, Китая, Японии, Южной Кореи и Тайваня работают преимущественно на российском сырье? Более того: в последних данных Федерального агентства по лесному хозяйству отмечается, что это сырье в растущем объеме перерабатывается еще почти в 20-ти странах, включая Польшу, Малайзию, Таиланд, Турцию, Египет, Иран, Португалию, Монголию и даже «карликовый» Люксембург. Оттуда готовая продукция завозится в Россию. Чем не замкнутый цикл, на котором мы теряем деньги…  

Мнение руководителя Федерального агентства по лесному хозяйству Валерия Рощупкина: «Незаконный оборот древесины ныне составляет 10–15 процентов. Одно из основных направлений борьбы с этим - совершенствование системы учета и постоянный мониторинг лесоресурсной базы. Вводится система постоянной инвентаризации, и основную поддержку в этом деле нам оказывает спутниковая система контроля. Мы получаем информацию о лесных ресурсах практически каждые 6 часов». Он считает, что штрафы за нелегальную рубку леса нужно повысить до многих сотен тысяч рублей и активнее применять уголовное преследование. Но, по его собственным словам, «как таковой, достойной лесной промышленности в России нет. В стране ежегодно заготавливается 180–190 миллионов кубометров леса, но из них 50 миллионов в виде необработанной древесины идет на экспорт».  

Как считает специалист по проблемам лесной промышленности, доктор экономических наук Сергей Войтинович, «государство в новом Лесном Кодексе 2007 года передало едва ли не все функции контроля за ситуацией в лесной сфере администрациям регионов, но они, как правило, тесно и давно связаны с нелегальными заготовителями, экспортерами и с зарубежными потребителями. Вдобавок, на лесозаготовителей возложены функции лесовосстановления и облуживания лесных угодий, но экономических стимулов для этого нет, как и нет четких критериев оценки этой работы. Поэтому лесозаготовителям выгоднее экспорт – легальный и контрабандный, который продолжает расти, а качество лесных угодий ухудшается, леса же восстанавливаются, можно сказать, в символическим количестве. Кроме того, в угоду экспорту стоимостная оценка лесов большей частью занижается, но и это передано, что называется, на баланс местных администраций. А только повышением лесоэкспортных пошлин отраслевые проблемы не решить. Посему не нужно удивляться ситуации в отрасли».  

Однако большинство стран-импортеров российского лесосырья требует от России пошлины не повышать. А Финляндия со Швецией, поддержанные Данией и Польшей, даже обратились в Еврокомиссию и во Всемирную торговую организацию с протестами. Неудивительно: по расчетам скандинавских аналитиков, если бы до 65-70 процентов объема лесосырья «протестующими» странами закупалось не в России, а в других странах, тогда лесоперерабатывающие отрасли импортеров давно бы обанкротились. Еще раз подчеркну: свыше 60 процентов российского лесоэкспорта в эти государства поступает нелегально, то есть по существенно заниженным ценам. Но даже те расценки, по которым вполне законно покупают русский лес, минимум на четверть ниже расценок поставщиков из США, Канады и Швеции.  

В конце девяностых на заседаниях правительства часто обсуждались «лесные» проблемы. Но приглашенных журналистов, включая автора этих строк, после начала дискуссий на эти темы, вскоре выдворяли.

Тогдашний премьер М. Касьянов как-то посетовал: «Положение, мягко говоря, сложное. Но что делать журналистам? Сообщать, что в перспективе у нас не останется леса, что мы станем его импортировать?!».

Как видим, проблемы отрасли остались актуальными с «касьяновских» времен. И можно понять эмоции нынешнего российского премьера, заявившего на упомянутом «лесном» Совете: «Продолжаться так больше не может. Поручения президента и правительства в этой сфере, к сожалению, выполняется медленно, как и соответствующее задание Госкомиссии по развитию Дальнего Востока. Наверное, просто уже смирились с тем, что там, что называется, текут реки этого круглого леса в Китай, кому-то это, наверное, даже интересно...»  

 

 

 

Специально для Столетия


Эксклюзив
22.02.2024
Валерий Панов
Российские войска одержали в битве за Донбасс знаковую победу
Фоторепортаж
21.02.2024
Подготовила Мария Максимова
Наш зоопарк – один из старейших в Европе


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..