«Таких не возьмёшь на испуг и в полон»…

Евгений Юшин – поэт, писатель, лауреат ряда литературных премий, в том числе Всероссийской премии Союза писателей России имени Александра Твардовского, премии имени Александра Невского «России верные сыны», Международной литературной премии им. Андрея Платонова, Большой литературной премии России, премии «Имперская культура», премии имени Роберта Рождественского, премии «Слово».

 ***

Россия начинается с дороги,
С бурана, бурелома и берлоги,
С разбойников, узорочья берёз,
С молитвы светлой и горючих слёз. Россия начинается с тревоги.
Кто наши не притаптывал пороги?
Ордынцы и тевтонцы ˗˗ всё разбой.
…Узорный плат, наличники ˗˗ резьбой.

Россия начинается с надежды.
То рядит европейские одежды,
А-то китайский примеряет шёлк.
И ˗˗ щёлкает клыком тамбовский волк.

Распевом красок инока Рублёва
Россия начинается со Слова.
Веди судьбу ˗˗ душою не криви.
Россия начинается с любви.

С разгульной песни тракториста Сашки,
С горячего глотка из тёртой фляжки,
С горючей, горькой правды, в мире лжи,
И с васильков, мерцающих во ржи…

В грозу                           

Сквозь блин коровий лето проросло.
Перед грозой парит, над лугом – сырость.
Кивнув причалу, скрипнуло весло
И лопухи у берега столпились.

И громыхнуло так, что дух смело!
И дали потеряли очертанья.
И над кипящим полем понесло
Горы небесной гулкое рыданье.

Так полило, что света не видать!
Летели воды и свивались в свитки.
И скрылся мир. И стали прорастать
В смятённой мгле ордынские кибитки.

Из гнёзд высоких падали грачи.
Летел табун, века пересекая.
И звонко харалужные мечи
Щиты рубили, искры высекая.

Колокола и пушки – гром внахлёст!
Приветим всех седой слезой политых.
Плыла Россия в небе мимо звёзд –
В крови, пожарах, песнях и молитвах.

Ей слышен голос каждого села,
Ручья и поля, леса и оврага.
Весь русский мир она с собой несла
Среди просторов космоса и мрака.

И всё менялось, грудилось, тряслось:
То гунны пролетали, то гусары…
Но как-то разом всё оборвалось,
Как струны надорвавшейся гитары.

Гроза прошла.
Просёлком ночь спешит.
Берёзы в лужах зябкие, босые.
И сумрак звёздной матрицей прошит.
И всё плывет под звёздами Россия.

От деда пахнет мёдом, туманом, огородом,
Рыбацкою лодчонкой, копчёным рюкзаком,
От бабушки – стогами, вареньем, пирогами,
От матушки – малиной и тёплым молоком.

От бати – пот и порох, и дней суровый ворох.
Жена рассветом пахнет и щебетом детей.
Стоим и замираем, а в церкви пахнет раем,
А в церкви пахнет раем и родиной моей.

*** 

Над серой рекою танцуют осины.
За серой рекою – руины, руины.
Взрывается солнце на гребнях реки,
И пристально смотрят в глаза мужики.

Таких не возьмёшь на испуг и в полон.
Я видел глаза их на ликах икон.
Они невесёлые песни поют.
Кто небом одет, кто землёю обут.

О, Родина, светлая прядь у виска.
Молитва, надежда, любовь и тоска.
Щемящяя песня родных журавлей
Над горькою Родиной сладкой моей.

В родном доме                               

Лужок гусиный около реки,
Оглохший сад и прелая солома.
Года прошли, как вьючные быки.
И вот я у родительского дома.

Его давно отпели петухи,
Он смотрит в поле тусклыми очами.
Боярами расселись лопухи,
И вётлы в небе кружатся с грачами.

Вошел в избу. Шуршит за печью мышь.
Над полкой – паутины прядь седая.
Ах, мама-мама! Что же ты молчишь?
О чём молчишь – никак не разгадаю.

И я тебе как будто песнь пою,
Всё тороплюсь прожитое поведать,
Что не сберёг любимую свою…
А ты молчишь – не ладится беседа.

И я стараюсь говорить опять
Всё о себе, о дочери, о сыне,
Что многого не в силах я понять,
И что идёт война на Украине.

Война и здесь, в самом Кремле война!
Так пятая колонна правду рушит.
Орёл двуглав и дерзок Сатана –
Гнилой Европой соблазняет души.

Но ты молчишь. И вся моя родня
На этих ветхих, порыжевших фото,
Не отрываясь, смотрит на меня,
И понимает все мои заботы.

Им на веку досталось жёстче нас.
До сей поры их души не согреты.
Но ровный пламень взглядов не угас.
Всё смотрят на меня и ждут ответа.

Живые огни   

А уже уезжать. И туман подступает от весей.
Щучьи зубы шиповника плотную куртку грызут.
Золотая луна и живые огни в поднебесье.
Заберу их с собой. Может быть, от метелей спасут?

Вот и катим в Москву, где земля подавилась асфальтом.
Всё ларьки и ларьки за окошком торчат, словно пни.
И с обветренных луж на дороге метлою косматой
Гастарбайтер сметает реклам неживые огни.

***    

В сельской церкви плачут свечи.
Я стою, не чуя ног.
Сколько боли человечьей
В каждом храме видит Бог!

От иконы до иконы
Тихо бабушка идёт.
То заплачет, то поклоны
Под иконами кладёт.

Мне – пять лет. И я заплакал,
Но сквозь слёзы разглядел:
Пролетел над нами ангел.
Точно помню – пролетел.

К России

Не заря разгулялась – небесная страсть.
Видишь, в этом пожаре и мы.
Полюбил я просторы, где ты родилась,
Перелески твои и холмы.

Полюбил я пшеницы полуденный звон,
Колокольное ржанье кобыл.
А в причёске твоей – и Непрядва, и Дон,
Куликова кудрявый ковыль.

Полюбил я твою одинокую грусть,
И просёлков ромашковых грусть,
Где берёзою каждою светится Русь,
И церквушкою каждою – Русь.

Запах мяты у рек и раздумья болот,
И брусничные угли боров –
Всё люблю я – и верное слово и пот
Настоящих, как жизнь, мужиков.

И люблю я, когда, трепеща и горя,
Над простором холмов и дорог
Гасит звёзды и в небо взлетает заря –
Богородицы алый платок.

 * * * 

Листья слетают с деревьев – свобода, свобода!!!
Остановилась. Покоя желает природа.

Оторопели, свиваются жёлтые листья,
Рыжим хвостом заметают дорогу по-лисьи.

Смотрит старуха. Глаза голубы, словно вёсны,
Чавкает под сапогами удрёмная осень.

Заговорила старуха: – Я всё уж видала.
Было и больно, и сладко, а всё-то мне мало.

– Хочешь пожить?
– А и как не хотеть-то? Весёло!
Эко скуласта картошка, укропны рассолы!

– Будет зима. Как прожить-то тебе в одиночку?
– В печке урчит огонёк, что мой котик в носочках.

Я напеку пирогов – по соседям, по дали…
Там и весна уж, а с солнышком нету печали.

Так вот иду, и лежат под стопою моею
Скифский кафтан и потёртый колчан Челубея,

Жгучий палаш бородинского дымного ада,
И черепа уцелевших домов Сталинграда.

– Ну и куда ты идёшь по разбитой дороге?
– К Богу иду я, покуда шевелятся ноги.