Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
3 июня 2023
Никита Астахов: «В искусстве врать нельзя…»

Никита Астахов: «В искусстве врать нельзя…»

Беседа с художественным руководителем Русского духовного театра «Глас»
28.04.2023
Никита Астахов: «В искусстве врать нельзя…»

С Никитой Сергеевичем мы встречаемся незадолго до его 80-летнего юбилея. Как говорится, повод для разговора есть. Он не только является художественным руководителем первого и пока единственного в мире православного театра со дня его основания, но и участвует в спектаклях как актер. И — дай Бог ему здоровья!

— Никита Сергеевич, сколько лет вы уже выходите на театральные подмостки? — был, естественно, мой первый вопрос юбиляру.

— В целом 60. В театре «Глас» — 34 года. До «Гласа» играл каждый день. Здесь пореже играю: два раза в неделю.

— Какой цифрой можно было бы отразить ваше, так сказать, количественное участие в спектаклях?

— Приблизительно более 3400 выходов… Никогда над этим не задумывался...

— Это я спросил как бы для наглядности, чтобы самому, прежде всего, попытаться представить, какой плуг вы тянете.

— Я называю это телегой. Потому как плуг — это когда один идешь, а в нашей «телеге» — весь коллектив. И важно, чтобы не стыдно было за все, что натворили на сцене. Ермолова как-то сказала: «Я страдаю на сцене для того, чтобы зрители не страдали». Каждому надо определиться, кому ты служишь. Надо ориентироваться на свою христианскую совесть. Не подделываться. Как Гоголь говорил: светская, продажная, обманчивая совесть. Не менять главного ревизора — того ревизора, который ждет каждого из нас, — на Хлестакова. Кстати, молодой зритель сейчас смотрит и слушает «Ревизора» более внимательно, с бóльшим интересом, нежели привычную комедию. Сегодня литература вступает в «духовное пространство», и все ринулись туда, в это пространство. Только надо определиться, с каким знаком — плюс или минус.

Кстати, можно сказать, что этому поспособствовала и наша спецоперация. Переворот сознания случился. Это проверка: кто мы есть в трудную минуту. Поддерживаем ли мы друг друга, брата нашего, сестру или у нас свои заботы?

— Но ведь и на той стороне тоже есть люд православный…

 — Это дополнительное испытание. Сейчас такая пора, что мир поделился надвое. Никаких полутонов, только — черное и белое. Становится понятно, кто есть кто и кто с кем. Испытания закаляют людей, выявляют новые ориентиры, которые не одного, не двух человек, а всю страну, даже мир могут определить.

— Название вашего театра явно определяет и его миссию — «Глас»?

— Глас вопиющего в пустыне. Кодированное слово. Направлено на православного зрителя. Православный зритель сразу нас понял. Светские власти не понимали.

— А сейчас?

— Думаю, понимают очень многие.

— Вы почувствовали изменение в отношении к вашему театру общества в нынешние сложные времена?

— Если сначала, когда мы организовались, в названии театра болезненным для некоторых было слово «духовный», то сейчас таким словом стало «русский». Все забеспокоились: как это, что вы этим хотите сказать? А надо вспомнить Станиславского, который сказал: странно, что русский театр вдруг стал нерусским. По духу. Он почувствовал это.

— Сейчас внешне вроде как всё «обрусело».

— Обрусело так, что заигрались в русскость.

— Русский — понятие широкое. Оно включает в себя всех, кто впитал в себя нашу культуру, историю, язык…

— А еще русский человек необыкновенно добрый. Даже мямля, если честно говорить. Его легко обмануть. Как у Пушкина: «Ах, обмануть меня не трудно!../ Я сам обманываться рад». Он знает, что такое трудности. Он отзывчивый на боль, потому что хорошо ее знает. А что касается русского театра, то это особая тема.

Русский зритель почитает актера. Я очень жалею, когда попадаются актеры, не воспитанные на традициях русского репертуарного театра, попадаются такие, увы, кто не несут этих традиций. У них сердце не болит. У актера должно болеть сердце. Он должен выйти и переживать за роль. Соединиться с ролью, спросив себя: а мои страдания отзываются в страданиях моего героя? Или я выхожу за деньги — как ремесленник. Или хочу прославиться? На весь мир! Ничего общего с задачами художника это не имеет. Я знаю очень многих сильных актеров, даже гениальных — это скромнейшие люди.

— Известно, характеры наши, главным образом, формируются в детстве. Вам что помнится из тех далеких лет?

— Я родился во Владивостоке. Отец — актер, службу во флотском театре проходил. Мать — тоже актриса, с ним уехала из Москвы. Помню, меня годика в три как-то на санках возили на концерт. Позже, когда мне рассказала мама об этом эпизоде, я понял, что меня везли в тюрьму, где должны были выступать актеры. После концерта тюремное начальство планировало устроить в их честь банкет. Время было голодное, и все надеялись хорошо поесть. Но по пути к сцене проходили через столовую, где питались заключенные, и отец увидел, чем их кормят. После выступления он отказался от банкета и ушел. В памяти моей с тех пор — снег, санки, лес, и я слышу: «Э-э-э!». Люди перекликаются, чтобы не заблудиться. Это был какой-то сигнал мне. И это во мне звучит до сих пор. А может быть, и является камертоном моей жизни.

— Вы как художественный руководитель все роли пропускаете через свою душу…

— Да. Я беру текст — он для меня чужой. А мне надо сделать его «своим». Сначала по мысли, понять, что автор хотел сказать. А потом думать, как донести смыслы до зрителя, чтобы каждый человек в зрительном зале их понял.

Очень люблю зрительный зал, каждый раз публика разная, я обязательно должен поймать, ту волну, на которой мы существуем сегодня вместе. Это обязательное условие. Если у тебя нет такого открытого, дружеского, искреннего отношения со зрительным залом, то ты будешь фальшивить. А фальшивить нельзя. Островский сказал по этому поводу: «Врать можно в теории, но в искусстве врать нельзя».

Я всегда призываю своих актеров изучать материалы по теме пьесы или связанные с пьесой, которую играем. Сначала сам знакомлюсь. Потом говорю им, что почитать. Актеры начинают искренне интересоваться темой. И тогда всё складывается. Они уже не будут слепо, как попугаи, повторять что им скажет режиссер.

— А конфликты на этой почве случаются?

— Да. Даже когда конфликты возникают, — а они возникают, чуть ли не каждый день, — это нормально, это рабочие моменты. Актеры, бывает, не сразу понимают, чего я от них хочу добиться. Нужно их не заставлять, а заинтересовывать. Я сказал коллективу: бывают непонимания между нами, но все равно вы не случайно оказались в этом театре.

— Сколько вы уже поставили пьес в театре «Глас»?

— Около сорока. Чуть больше одного спектакля в год.

— Слышал, планируете поставить «Гамлета». Когда?

— В начале следующего года. Есть большое желание разгадать недосказанное и зашифрованное. Много находок, очень неожиданные решения —по поводу привычного, скучного «Гамлета», когда все всё знают, а им три часа то же самое рассказывают.

… Вообще на каждый спектакль у нас рождается новая форма репетиции. Не просто повторение одного и того же, а какие-то новые репетиционные методы по ходу возникают. Я, например, время от времени приглашаю на репетицию близких мне и театру людей. Они ведь могут и покритиковать, но с любовью.

— Это не обязательно актеры?

— Да. Это просто умные люди, к мнению которых я прислушиваюсь. Потом опять их приглашаю. С учетом наших обсуждений вношу изменения. Мои друзья спрашивают: зачем ты это делаешь? Раньше времени не надо о спектакле говорить. А я считаю, что для того же «Гамлета» — это правильный путь. Мне надо самому укрепиться во мнении, хотя мне и говорят: какая история, какая политика? Но это же интересно — почему убили, что происходило в мире и в том государстве. И как это соотносится с сегодняшним днём.

— Можно ли сказать, что в театре уже созданы прочные традиции?

— Можно. Только это традиции внутренние. Как скрепы. Они очень серьезные, но это не молоток и не гвозди. У нас люди разных возрастов, и воцерковление разное. Мы взяли много молодежи. Другие театры не берут столько. И они вдруг окунулись в вопросы, для них совершенно неожиданные: что такое религиозное мышление, что такое православный актер? Я говорю им: давайте вспомним о русском православном актере. Были же такие. Михаил Семенович Щепкин, например. А почему сегодня нельзя создать образ нового православного актера? Вплоть до того, что организовать орден православных актеров. Надо что-то предпринимать, чтобы остановить то, что творится порой в нашем театральном пространстве и вообще в искусстве. Это моя страна, она приходит к православию. Как этому пути соответствует современный театр? Почему надо в жмурки играть? Давайте встанем на активную позицию художника. А не такую, чтобы приспосабливаться, — так вообще страну потеряем. Нельзя этого допускать. И с какой стати? Шукшин говорил: у меня ничего нет, кроме матери, детей и Родины, которая живет в моем сердце. Надо занять эту позицию и отстаивать ее.

…У нас есть хороший спектакль «Спасибо деду за победу». Мне говорят: зачем такое название? На машинах такое пишут. Нет, отвечаю, давайте дедов благодарить за победу. Хорошее название, народное, веселое, понятное. Тем и живём.


Беседу вел Валерий Панов

P.S. Редакция «Столетия» присоединяется к многочисленным поздравлениям почитателей Русского духовного театра «Глас» и желает его бессменному художественному руководителю многая и благая лета!

Наша справка

История единственного в мире Русского духовного театра «Глас» началась в 1989 г. с постановки спектакля «Светлое Воскресение». Театр получил признание Русской православной церкви и имеет Патриаршее благословение на высокое служение искусству. В репертуаре театра русская классическая и современная драматургия. Создатели и бессменные руководители «Гласа» — заслуженный деятель искусств РФ Никита Астахов и заслуженная артистка РФ Татьяна Белевич. Достижения театра отмечены многочисленными государственными и церковными наградами, а также дипломами российских и международных театральных фестивалей.


Специально для «Столетия»


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.

АлександрС.
28.04.2023 17:35
Понимать и осознавать не только смысл того, что хотел сказать тот или иной автор. Нужно ещё уметь считывать эмоциональный фон написанного, ибо там зачастую содержится значительно больше смыслов. И это обязательные вещи. А не так как некоторые деятели сейчас делают. А я вот Пушкина так понимаю и пошел изображать Онегина голым козлом, да ещё и негром (типа Отелло). А чЁ немного африканского колорита не помешает. Творец я или не творец?....... и как же права была Ирина Антонова, говоря, что творчество нужно отличать от самовыражения.

Эксклюзив
02.06.2023
Максим Столетов
Запад «благословляет» Украину на военные преступления против России
Фоторепортаж
31.05.2023
Подготовила Мария Максимова
В Сытном дворе проходит масштабная выставка юбилейного года Музея-заповедника


* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: американская компания Meta и принадлежащие ей соцсети Instagram и Facebook, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия (НБП), «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «ОУН», С14 (Сич, укр. Січ), «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Артподготовка», «Тризуб им. Степана Бандеры», нацбатальон «Азов», «НСО», «Славянский союз», «Формат-18», «Хизб ут-Тахрир», «Фонд борьбы с коррупцией» (ФБК) – организация-иноагент, признанная экстремистской, запрещена в РФ и ликвидирована по решению суда; её основатель Алексей Навальный включён в перечень террористов и экстремистов и др..

*Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами: Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал», Аналитический центр Юрия Левады, фонд «В защиту прав заключённых», «Институт глобализации и социальных движений», «Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан», «Центр независимых социологических исследований», Голос Америки, Радио Свободная Европа/Радио Свобода, телеканал «Настоящее время», Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Сибирь.Реалии, правозащитник Лев Пономарёв, журналисты Людмила Савицкая и Сергей Маркелов, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, художница-акционистка и фемактивистка Дарья Апахончич и др..