Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
21 июля 2024
Алекс Радо: «Наступили сумерки либерализма»

Алекс Радо: «Наступили сумерки либерализма»

Беседа с известным французским бизнесменом о политической составляющей мирового кризиса
11.03.2009
Алекс Радо: «Наступили сумерки либерализма»

Нынешний мировой экономический кризис совпал с кризисом либеральной идеологии. Именно она во многом повинна в тех потрясениях, которые обрушили мировую экономику, - считает собеседник «Столетия», предприниматель, совладелец ряда европейских фирм, специализирующихся на оптимизации банковской деятельности и производстве информационных технологий.

- Почему, на ваш взгляд, то, что происходит сейчас на Уолл-стрит, сотрясает не только Америку, но и весь мир?  

- При господстве никем не критикуемой ультралиберальной идеологии можно было предвидеть, что созданные ею диспропорции социального неравенства, в один прекрасный день затронут самый центр финансовой системы. Работа перестала вознаграждаться повышением зарплат, но, в соответствии с капиталистической логикой, поддерживалось развитие капитала с помощью дивидендов и распространения акций. В западных странах капитализм, обеспечивающий богатство собственников, превратился в ультралиберальный. Рабочий класс стал получать все меньше, акционеры - все больше. После крушения СССР, при исчезновении страха перед коммунизмом, профсоюзы перестали быть угрозой, таким образом, неравномерное развитие стало ускоряться. Выход из ситуации стали обеспечивать разработкой системы общедоступных кредитов. В период 80-ых годов прошлого века потребительское кредитование, как и банковская деятельность в целом, достигли небывалого расцвета.  

- Когда же началась усиленная выдача необеспеченных кредитов? С момента развала СССР?  

- Если быть точным – с начала перестройки, где-то с 1986-го. Финансовые посредники заработали на выдаче кредитов миллиарды, никогда раньше не было столь просто взять у банка кредит для того, чтобы продолжать жить в иллюзии материального рая. Но эта система столкнулась с неизбежными препятствиями. Дело в том, что в самой природе капитализма есть тенденция к опасному беспределу: постоянное стремление ко все большему доходу. Вовсе не потребление конечная цель капиталистического производства, а извлечение максимальной прибыли. Любой грамотный экономист на Западе признает это. Капитал, к тому же, имеет космополитическую природу. Поэтому, когда появилась перспектива эксплуатации дешевой рабочей силы в менее развитых странах, капитализм принялся «переселять» туда заводы и фабрики. Первыми пострадали от этого, конечно же, самые необеспеченные социальные категории граждан, уже по уши сидящие в долгах и теперь потерявшие работу. Вместе с возможностью расплачиваться по кредитам. В Америке особенно быстро стал беднеть средний класс.  

- Сумев сильно повысить объем выдачи кредитов, либерализм сумел лишь временно избежать рецессии. На что надеялись авторы такого инжиниринга искусственного процветания?  

- Логика капитала в ультралиберальной системе стала такой: платите наемным работникам все меньше и меньше, но давайте им в долг все больше - причем под все более высокий процент. Спрос поддерживается за счет задолженности - при малейшей ошибке может рухнуть вся экономика. Ипотечные банки пострадали первыми, оформляя кредиты для самых бедных, вскоре потерявших возможность в результате падения доходов и накопления задолженности отдавать долги. Беспечная логика спекулянтов-финансистов возобладала над осторожной и трудоемкой логикой промышленников. Этот сдвиг к монетизации экономики и привел нас на грань пропасти.  

- Довольно долго американская модель общества потребления была своего рода образцом для подражания в мире. Что же не сработало?  

- Современным слепым ультралиберальным теоретикам и практикам не хватает здравого мышления настоящих капиталистов. Приведем пример логики Форда, который был далек от идеологии равенства и социализма, и все же понял логику стабильности. Гарантировать ее можно при двух условиях: а) распределять прибыль так, чтобы рабочие его предприятия на свою зарплату могли себе позволить купить автомобиль марки «Форд»; б) цены производимых автомобилей сделать доступными не только для работающих на его заводе, но и для всех рабочих среднего класса. Форд обеспечивал себе очень хорошие доходы, но - с помощью небольших наценок. Он делал ставку на долговременную работу.  

Нынешние же капиталисты беспокоятся лишь о мгновенной выгоде и ничуть не заботятся о завтрашнем дне. Так что одна из причин нашего краха – их жадность…  

- Похоже, решить эти проблемы не смогут одни лишь экономисты и финансисты. Ситуация требует принятия политических мер. Каким может быть путь для выхода из тупика?  

- Конечно, вмешательство государства в рыночные механизмы и государственная поддержка банков и национальной промышленности, что мы наблюдали на всех меридианах – от США до России – это не только политическое, но и, своего рода, идеологическое решение. Произошел отказ от либерализма на государственном уровне - пусть временный, но отказ. Сегодня же экономика претендует на политическую роль, ведь именно она диктует правила поведения и навязывает выгодные для нее нравственные идеалы человечеству, когда в товар превращаются и людские судьбы.  

- Не поэтому ли склонность к единомыслию - в оруэлловском понимании этого слова - так сильно ощутима в либеральных обществах именно в период кризиса?  

- Совершенно верно. Цензура рынка заменила политическую цензуру. Диссидентов теперь даже не нужно отправлять в ссылку или расстреливать, достаточно обречь их на финансовую маргинализацию и, таким образом, изолировать от общества. Реклама заменила пропаганду, конформизм обретает аспекты единомыслия именно по Джорджу Оруэллу. Потребительские привычки стандартизируют социальное поведение - и это прямая угроза уничтожения разнообразия видов жизни. Процесс этот имеет и политический аспект: переориентация партий и отход от их первоначальных позиций и убеждений, фактическое слияние с идеей единой партии. Существующие сейчас на Западе политические течения не представляют собой разнообразных идеологий, а лишь предлагают варианты достижения одних и тех же целей. Стоит поставить под сомнение саму идею о том, что либерализм противоположен тоталитаризму.  

- Означает ли это, что либерализм – «коммунизм наоборот»?  

- Не совсем. Развал коммунистической системы доказывает, что либеральная западная цивилизация преуспела в реализации своего идеала. С падением коммунизма либерализм освободился от возможности сравнения. И, стигматизируя воспоминания о тоталитарных режимах, выдает себя за самого справедливого и единственно возможного. Критикуя все остальное и запугивая народ, он, таким образом, скрывает свои собственные недостатки. Сегодня любое упоминание о тоталитарных режимах однозначно служит оправданию превосходства либерализма, вопреки всем бедам, которые он наносит современным обществам на любом социальном уровне.  

- Может сегодня кто-нибудь сказать, когда мир выйдет из кризиса?  

- Думаю, нет. Я тоже не могу вам точно ответить на этот вопрос. Но попробую поделиться своим видением будущего. В последнее время мы дошли до критической точки, а именно - до угрозы тотального разрушения существующей системы. Национализация - единственный выход из положения, когда исчерпаны все альтернативы рыночной системы. Ведь проблема финансового кризиса в том, что выйти из него с помощью тех же рыночных правил игры, породивших его, нельзя. Рынок убивает рынок.  

Лишь государство способно противостоять тенденциям рынка. И это касается как реальной экономики, так и финансовой системы вообще. Рынок нуждается в существовании «контррынка», так как он не способен регулировать сам себя. Роль такого «контррынка» должно играть государство.  

- Но это сработает только тогда, если государство станет спасать национальную экономику, а не банкиров. При Джордже Буше минфин США начал вкладывать деньги в банки напрямую: на покупку пакетов их акций было выделено 250 миллиардов долларов... 

- Сам факт, что американцы вынуждены были заплатить из своего кармана 700 миллиардов за происходившее на Уолл-стрит, просто аморален! Но, надо сказать, то же самое грозит и Европе, и остальным странам мира.  

Правда заключается в том, что за двадцать последних лет, Уолл-стрит обеспечила себе немыслимую прибыль, банкиры пользовались «золотыми парашютами», а вот теперь требуют у налогоплательщика 700 миллиардов - чтобы устранить последствия их бандитских поступков, вместо того, чтобы отвечать за них самим.  

Сегодня американское правительство сталкивается с системным риском. В связи с созданной финансистами сетевой системой взаимных обязательств банки до такой степени зависят друг от друга, что банкротство одного из них неизбежно, по принципу домино, «валит» все остальные. Системный риск действительно носит международный характер, распространяясь по всему миру.  

Системный риск - это коллапс всей кредитной и финансовой системы, исчезновение вкладов, сбережений, ибо, если кредит становится недоступным, мгновенно рушится вся экономика. Угроза системного риска держит весь мир в заложниках, так что выходит: частные финансовые структуры принуждают государство к определенным правилам игры. Ведь, если государство не сумеет должным образом среагировать, чтобы спасти финансовую систему, ее взрыв может нанести невосполнимый ущерб.  

- Каковы же причины возникновения этого системного риска?  

- Дело в том, что финансовый сектор играет весьма специфическую роль в структуре капитализма, который развивается в последние 20 лет. От его участия начинает зависеть вся экономика, прежде всего в момент ее упадка. В такой ситуации выбор бывает болезненным: либо мы допускаем обвал и радуемся поражению спекулянтов, либо мы спасаем банкиров. Увы, если мы выберем первый путь, эта воронка засосет каждого из нас. Мы начинаем понимать, насколько была лживой идея ультралиберальной модели с ее «джентльменами удачи», которые с омерзительной жадностью творили абы что, в конце концов, ничем не рискуя. Это финансовая бомба, которая в любой момент готова взорваться. И, чтобы избежать этого, нужно спасать банкиров - увы. Другого выхода просто нет.  

Дело в том, что доля заработной платы по отношению к национальному доходу неуклонно сокращается вот уже те самые 20 лет. Владельцы капитала бесконтрольно управляли своими состояниями во всем мире, нувориши в России тут ничего нового не выдумали. Акционеры получали прибыль с растущего капитала, но доходы не вкладывались в экономику. А когда огромный приток финансовых поступлений исключается из нормального экономического цикла, глобальный спрос понижается. Логика перераспределения доходов проста. Если передать часть прибылей самым бедным, это расширит их возможности потребления и будет способствовать поддержанию глобального спроса. Таким образом, чем больше самые слабые экономически классы имеют возможностей пользоваться процветанием, тем выше будет потребление, что поддержит экономический рост. Если же от перераспределения доходов выигрывают только богатые, то маловероятно, что новый приток средств пойдет на приобретение товаров и дополнительных услуг - у богачей и так уже все есть.  

Сегодня необходимо предусмотреть принятие ряда государственных обязательств. Для спасения системы нужно обязательно потребовать радикальной модификации структуры финансового рынка. План, который одобрил конгресс США - это план спасения системы и выхода из нынешнего кризиса, в котором не предусмотрена защита интересов наемных работников, что неприемлемо и недопустимо с моральной точки зрения. В ответ на принятие чрезвычайных мер нужно продиктовать чрезвычайные правила.  

- Капитализм пережил не один кризис. Будут ли учтены уроки прошлого на сей раз?  

- Конечно, мы чему-то научились после Великой депрессии. Мы стали свидетелями того, как американское государство отказалось от собственных табу и, вопреки собственным догмам, разрабатывает идеи национализации, выкупает недоброкачественные акции частных финансистов. Все это делается для того, чтоб спасти нас от полного краха. Главный урок, который из этого следует извлечь: если государство платит, оно должно возобновить контроль над финансами. Это не ностальгия, a исторический факт. История показывает, что можно жить и при других конфигурациях капитализма. Восстановление капитализма будет нормальным, если он вернется к фордовской идее солидарности.  

- Насколько популярна в деловых кругах Европы, где много таких, как вы, наследников нового левого движения конца 60-х - начала 70-х годов, эта идея?  

- Мы не догматики, и умеем видеть реальность в исторической перспективе. Как и Уинстон Черчилль, я считаю, что у капитализма много недостатков, но пока лучшей системы никто не придумал. Сейчас, после двадцати лет абсолютных привилегий, предоставлявшихся капиталу, требуется восстановить равновесие путем передачи материальных ценностей наемным работникам, рабочему классу. Нужно следить за тем, чтобы по минимуму облагались налогом зарплаты, по максимуму вкладывались капиталы в промышленность, при этом целесообразно брать большой налог со спекулятивной прибыли. Необходимо при этом возродить концепцию государства-спасителя.  

- Вы имеете в виду развитие систем социального обеспечения?  

- В том числе. Пособия по безработице, здравоохранение, медицинское страхование, пенсии - это не просто государственные затраты, а вклад в здоровое будущее нации, гарантия социального обеспечения граждан. Гарантия стабилизации минимального дохода полезна уже тем, что она способствует поддержке покупательной способности людей, даже самых бедных.  

- Вы видите панацею для капитализма в развитии социального государства. Но на Западе все плачут от огромных налогов, за счет которых обеспечиваются социальные программы. Во Франции богатые люди платят до 60 и более процентов налогов с прибыли, с основного капитала, за недвижимость…  

- Правильное распределение прибыли и налогов - наилучшая гарантия и социального мира, и существования всей капиталистической системы. Этого не надо бояться. С учетом масштабов нынешней катастрофы и первых мер в духе социализма дальнейшая пропаганда ультралиберализма - как единственно приемлемой модели развития - нелепа. Лишь от политической воли зависит изменение конфигурации капитализма и возвращение к проверенной модели, способной обеспечить социальный и экономический прогресс. Контроль государственной власти может, наконец, остановить подчиненность экономики финансам. Необходимо создать строжайшие правила в отношении права банков рисковать в погоне за прибылью. Нужны правила бухгалтерского учета с четко определенными ограничениями разных видов инвестиций, а также юридические правила для операций по вкладам и спекулятивных операций. Государство обязано строго следить за соблюдением банками утвержденного для них профиля.  

- Либеральные критики государственного вмешательства в экономику сейчас пытаются всячески доказать, что это явление временное и все скоро вернется на круги своя. Что вы думаете по этому поводу?  

- Их спор с государственниками решила сама История. Безнаказанным ультралиберализм оставаться не может и не должен. За то, что он натворил с рабочим классом, с мировой экономикой, ему предстоит отвечать. Наказанием ему будет полная перестройка капиталистической системы, отрицание несправедливой и опасной ультралиберальной модели. Сегодня мы свидетели ее краха, пришло время экономике и финансам послужить человеку. 

Беседу вел Владимир Большаков 

Специально для Столетия


Эксклюзив
28.06.2024
Максим Столетов
В подготовке ударов по Крыму могли принимать участие агенты украинских спецслужб
Фоторепортаж
17.06.2024
Подготовила Мария Максимова
1000-летию Суздаля посвящена грандиозная выставка


* Организации и граждане, признанные Минюстом РФ иноагентами.
Реестр иностранных агентов: весь список.

** Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации.
Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму: весь список.