«Ключ» берёт паузу

На прошлой неделе Банк России снова понизил ключевую ставку на 0,5 % (до 14,5%). Производители восприняли такое решение сдержанно, потому что после слов Президента о необходимости возобновления устойчивого роста экономики многие из них рассчитывали на более активные действия регулятора. Хотя многие аналитики такой шаг в апреле предсказывали.

Председатель РСПП  Александр Шохин не раз говорил, что «было бы целесообразно проводить снижение более радикальными шагами». Вот и в этот раз, после апрельского заседания совета директоров Банка России, он напомнил, что «сегодня многие инвестиционные проекты заморожены, находятся в режиме ожидания». Шохин призвал ЦБ «чувствовать на кончиках пальцев, как не допустить падения производства ниже прогнозируемого уровня "охлажденной" экономики, с одной стороны, а с другой стороны, не раскручивать маховик инфляции».

 Эльвире Набиуллиной знакома позиция крупного бизнеса, но за время её правления Центробанк ни разу не шёл у него на поводу, лишь рекомендовал отнестись к своим действия с пониманием и без излишнего оптимизма. Регулятор давно дал понять рынку, что сюрпризов от него лучше не ждать и каждое новое  решение по ключевой ставке будет взвешенным, основанным на всестороннем изучении ситуации, которая в нынешних условиях, с учётом внешних факторов (блокады Ормузского пролива со стороны Ирана и США, разразившегося энергетического кризиса, усилившегося санкционного давления) меняется непредсказуемо. Как заявила агентству Reuters директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева «сейчас все дороги ведут к росту цен и замедлению экономического роста» мировой экономики.

Для простого обывателя решение Центробанка – не просто новость. Ключевая ставка влияет на ипотеку, потребительские кредиты, доходность вкладов, доступность денег и даже поведение банков. От того, как поведут себя кредитные организации после решений Банка России, молодые семьи решают, брать ли кредит сейчас или лучше подождать, держать деньги на вкладе или тратить, пока они не обесценились.

Если текущее снижение ключевой ставки, хотя и небольшое, принимать не как отдельное решение, а часть последовательной политики по движению вниз, то получается, что, заявляя о необходимости поддерживать жёсткую денежно-кредитную политику, Банк России раз за разом постепенно её смягчает. Хотя делает это небольшими, осторожными  шагами и постоянно подчёркивает, что скорость движения вниз зависит от инфляции, ожиданий населения и делового сообщества.

Несмотря на замедление экономики, устойчивый рост цен остаётся в приемлемом диапазоне 4–5%. Фактическая годовая инфляция на середину апреля показала около 5,7%. При этом в первом квартале темпы роста цен даже ускорялись (до 8,7% в пересчёте на год), пусть и из-за разовых факторов – повышения НДС, тарифов и сезонных эффектов. Неустойчивая динамика вызывает беспокойство у обычных потребителей и бизнеса. Они всё ещё опасаются, что в один не прекрасный момент цены снова взлетят. Пребывая в сомнениях,  обыватели продолжают тратить, а бизнес – закладывать инфляцию в свои решения, и это мешает её снижению.

Осторожное поведение регулятора вполне объяснимо: от снижения ставки (при определённых условиях) он не отказывается, но дешёвых денег пока не будет.

Из заявлений Набиуллиной на пресс-конференции следует, что замедление роста ВВП ниже прогнозов Центробанка в начале года, на которое обратил внимание Президент, говорит о том, что экономика ещё не получила ответа на снижение ключевой ставки, которое, кстати, происходит уже в восьмой раз.

По прогнозам Центробанка, мы увидим более весомый результат, скорее всего, лишь к лету этого года, когда и состоится очередное заседание совета директоров по ключевой ставке. Иными словами, Центробанк берёт паузу, чтобы ситуация в экономике выровнялась и можно было подвести  итоги действия высокой ключевой ставки.  Вероятно, тогда и можно будет рассчитывать на более решительные действия регулятора. А пока прогноз роста ВВП от Центробанка остаётся умеренным – на уровне всего 0,5–1,5%. Потому что ещё много рисков, которые внезапно могут всё испортить. Если сейчас в экономику вбросить много денег, то производитель начнёт повышать цены, потому что увидит, что покупательная способность у населения растёт. А чем больше денег, по рассуждениям Эльвиры Набиуллиной, тем выше цены, разгоняющие инфляцию.

Конечно, ни Центробанк, ни правительство не желают пускать ситуацию с ценами на самотёк. Существуют ограничения по группе товаров первой необходимости (на них, кстати, не повышается и НДС, который мы платим за покупки в супермаркете), за ростом цен следят ФАС и Генпрокуратура.

Но издержки, возникающие из-за постоянных нововведений, спускаемых чиновниками, бизнесу, как всегда, приходится перекладывать на потребителя. Тем предпринимателям, у кого хорошая прибыль, временные издержки не страшны, но тем, кто живёт от продажи до продажи, при дорогих кредитах приходится закрываться.

Когда ключевую ставку повышают, бизнес реже берёт кредиты на расширение производства, люди откладывают покупку новой техники или квартиры в ипотеку, а свободные деньги охотнее несут на депозиты. Рынок немного успокаивается и ждёт лучших времен. Спрос в экономике при этом снижается. А когда покупателей становится меньше, продавцы теряют возможность бесконечно поднимать цены. Чтобы сохранить клиентов, им приходится сдерживать цены или делать скидки, инфляция постепенно замедляется. Наступает затишье, которого и добивается Центробанк

На пресс-конференции Набиуллина старалась развеять расхожие представления о том, что в российской экономике всё так мрачно. Рост в промышленности действительно замедлялся, но возобновился уже в марте. А в апреле впервые инфляция свелась к нулю (Росстат зарегистрировал это явление с 7 по 13 апреля), а значит, рост и цен на какое-то время остановился.

Для Центробанка особенно важно, что при этом замедляется и потребительский спрос. После бурного роста в предыдущие годы люди начали тратить осторожнее. В марте появились признаки оживления (например, рост продаж автомобилей), но в целом динамика остаётся сдержанной. Это как раз то, чего и добивается Банк России: перегрев спроса снижается и  перестаёт давить на цены.

Да, внутренний спрос и предложение товаров и услуг приблизились друг к другу, но цены при этом не всегда послушны и в некоторых случаях ведут себя, как вздумается производителю.  Центробанк больше беспокоит другое – «существенная неопределенность со стороны внешних условий» и внутренних  параметров бюджетной политики (с корректировкой бюджета Минфин и правительство пока что окончательно ещё не определись). Если правительство сочтёт нужным увеличить расходы, то, соответственно, дыра в бюджете увеличится, и если её нечем будет закрыть (если вдруг экспорт замедлится, доходы от нефти упадут), тогда потребуется более жёсткая денежно-кредитная политика. Если слишком много тратить не придётся, то никаких дополнительных ограничений не потребуется.

Так что дальнейшее снижения ключевой ставки, как и прежде, будет зависеть  «от устойчивости замедления инфляции, динамики инфляционных ожиданий, а также от оценки рисков со стороны внешних и внутренних условий».

Как заверила на пресс-конференции Набиуллина, есть уверенность, что инфляция всё же и дальше продолжит снижаться. И возможно, как она пошутила, достичь цели  регулятору удастся даже раньше, чем через 50 лет, которых человечеству потребовалось, чтобы вернуться на Луну. По прогнозу Банка России, с учётом проводимой денежно-кредитной политики устойчивая инфляция сложится около 4% уже во втором полугодии 2026 года. А в 2027 году и далее она будет находиться у цели.  

Как бы ни сложилась ситуация, Центробанк продолжит ориентироваться на инфляционные ожидания. А с марта этого года они менялись разнонаправленно. Беспокойство населения по поводу роста цен снизились. Но ценовые ожидания бизнеса существенно не изменились. К тому же ожидания участников финансового рынка немного выросли.

Из своих опросов банковские аналитики делают вывод, что «в целом ожидания будущей инфляции сохраняются на повышенном уровне». А это нехороший сигнал, который может препятствовать  устойчивому замедлению роста цен.

На пресс-конференции Набиуллину спросили почему, когда Центробанк с осени 2024 года и всю половину 2025 года ЦБ сохранял «ключ» на уровне 21%, инфляция только усиливалась и дошла по пика в 10,34%? То есть при рекордно высокой ключевой ставке цены только росли. Председатель Центробанка объяснила, что влияние ключевой ставки проявляется не сразу, с длительным временным лагом, обычно эффект проявляется через несколько кварталов, поскольку после изменения ставки экономика ещё продолжительное время двигается в прежнем направлении: контракты уже заключены, зарплаты согласованы, поставки запланированы. Обычно требуется от нескольких месяцев до года, чтобы эффект от повышения ставки начал заметно проявляться в динамике цен. Потому Центробанк больше года держал ключевую ставку очень высокой, а сейчас её снижает, но крайне осторожно.

Да, инфляция может расти даже при высокой ключевой ставке. Всё, что связано с кредитами и политикой Центробанка, на монетарном уровне отрегулировать проще, чем на немонетарном уровне. Ведь есть ещё и слагаемые роста цен, связанные с уровнем зарплат, логистическими сбоями, дефицитом товаров, курсами валют, внешними шоками и прочими факторами, изменить которые гораздо сложнее. Как говорится, не всё во власти Центробанка. А если немонетарные факторы давят слишком сильно, то даже самая высокая ставка не способна быстро остановить рост инфляции.

В такие моменты граждане справедливо негодуют. Кредиты и ипотека остаются неподъемными, бизнес задыхается от стоимости финансирования, а цены в магазинах продолжают ползти вверх. Создаётся впечатление, что основной рычаг в виде ключевой ставки не работает. На самом деле он работает, но иначе, чем нам хотелось бы.

Высокая ключевая ставка в этой ситуации, по мнению Набиуллиной, не откатывает цены назад, а выступает страховочным тросом,  который не дает инфляции разогнаться до неконтролируемого уровня. Если бы в условиях внешних шоков и дефицита товаров Центробанк резко опустил ключевую ставку, дешевые кредиты хлынули бы в экономику, спрос взлетел бы при ограниченном предложении, и цены пошли бы вразнос.

Возвращение к стабильной инфляции требует синхронных действий: выверенной политики регулятора и системных инвестиций в производство, инфраструктуру и человеческий капитал. Пока структурные преобразования не завершены, жёсткая политика ЦБ остается необходимой страховкой от повторного разгона цен.

Следуя такой логике, Эльвира Набиуллина уверена, что Центробанк всё делает правильно и не намерен менять выбранный курс вопреки советам некоторых депутатов и экономистов.  Для обычных людей консерватизм ЦБ означает, что ставки по вкладам останутся относительно высокими, а кредиты, напротив, дорогими, а с экономическим ростом будет тяжело и в ближайший год. Ведь фактически рынок сегодня испытывает переходной момент: от периода дорогих и ограниченных денег к более мягким условиям кредитования. Именно такие периоды, как отмечают аналитики, обычно оказываются самыми сложными для принятия решений, потому что ожидания меняются быстрее реальных условий.

 Но даже в жёстких условиях экономике надо жить и развиваться. Правительству приходится часть спроса на деньги закрывать за счёт бюджета, а не кредитов. Так, в первом квартале значительную роль сыграло авансирование госрасходов – государство фактически «подменило» кредитный канал, вливая деньги в экономику напрямую. Пока нефтедоллары текут рекой и экспорт превышает импорт, ни о каком дефолте, понятно, речи быть не может.

Директор Центра исследований социальной экономики Алексей Зубец даёт простой совет: «Надо строить такие бизнес-процессы, чтобы не зависеть от ставки. Лучший бизнес – тот, который ни от кого не зависит, кроме тех, кто его ведёт. Создавайте такой бизнес, который максимально защищён от внешних воздействий». Иными словами, чтобы пережить трудные времена, нужно быстрее приспосабливаться к новым условиям, искать нишу, где независимый от внешних обстоятельств спрос принесёт наибольшую пользу.

А Банк России в сложившихся условиях вынужден вести сдержанную кредитно-денежную политику, учитывая вызовы мировой финансовой системы и сложности структурной перестройки экономики, которые проявились весной 2026 года.

Поэтому лучшая стратегия для бизнеса, частных заёмщиков и домохозяйств – прямо сейчас хорошо просчитать нагрузку по действующим банковским ставкам, заложить запас прочности и не рассчитывать на быстрое удешевление кредитов.

Фото: wikipedia is licensed under public domain