По улице Маршалковской, с кастетом…

Многие сентиментальные варшавяне в такой день не могут сдержать слез умиления. Однако на сей раз они текли вовсе не от переполнявших их чувств от речи президента, призывов к единству и патриотизму, при виде возложения венков к могиле Неизвестного солдата, а… от слезоточивого газа, примененного полицией.

Некогда Е. Гедройц, редактор издаваемого в Париже в годы социализма и очень популярного среди оппозиционно настроенной польской интеллигенции журнала «Культура» говорил, что польская политика управляется «двумя гробами» - главы государства Ю. Пилсудского и главного идеолога польского национализма Р. Дмовского. В этом высказывании точно выражена та особая роль, которую играет история в общественном сознании поляков. Время двух самых известных политиков межвоенной Польши, предлагавших разное видение польской независимости, давно миновало, но, с известной долей условности, можно сказать, что спор между ними все еще продолжается.

Свидетельством тому - события, происшедшие в Варшаве недавно, 11 ноября, в День независимости. Именно в этот день в 1918 году Польша стала независимым государством и началась история II Речи Посполитой. В нынешней, III Речи Посполитой этот праздник широко отмечается по всей стране, но главные события происходят, конечно, в Варшаве. Что же произошло в столице давно уже независимой Республики Польша на сей раз? А произошло столкновение участников и «групп поддержки» двух акций, устроенных в тот день: «Марша независимости» и «Цветной независимой».

Среди нескольких тысяч участников Марша были представители Национально-радикального лагеря и Всепольской молодежи (истоки обеих организаций восходят к достаточно радикальному направлению Национальной демократии, лидером которой был Дмовский), многочисленных патриотических и католических организаций, сторонники консервативной «Газеты польской», активисты «Солидарных 2010», свято верящих в то, что президент Л. Качиньский погиб в апреле 2010 г. в результате происков России. Были ветераны Армии Крайовой (в годы Второй мировой войны сражавшейся не только с немцами, но и с Красной армией) и многие жители столицы стремящиеся отметить этот праздник скорее под патриотическими, чем под какими-либо другими знаменами. В колоннах шли участники групп исторической реконструкции в костюмах разных эпох, символизирующих славные страницы польской истории. Шли в колонне политики и журналисты, симпатизирующие правым, футбольные фанаты, вряд ли слишком озабоченные патриотическими идеями. Незадолго до 11 ноября организаторы Марша заявляли, что они выведут на улицы столицы 11 тысяч патриотов, разделяющих национально-радикальные, консервативные, правые взгляды и стремящихся к созданию Польши «свободной как от социализма, так и от демолиберализма».

Марш был вполне законный, мирный и согласованный с властями. Путь его пролегал через центральные улицы города (в том числе через улицу Маршалковскую) к памятнику Р. Дмовскому. Однако дойти до памятника участникам Марша не удалось: путь им преградили сторонники другой акции, устроенной «Цветной независимой» под эгидой левых и антифашистских организаций, объединившихся в Соглашение 11 ноября и в преддверии праздника уведомивших общественность о своей готовности противостоять «коричневому шовинизму».

Акция «Цветной независимой» носила подчеркнуто не национальный и непатриотический характер, акцентируя идею мультикультурализма (отсюда и название «цветная», «разноцветная независимая», а не польская красно-белая) и проходила в виде концерта на одной из варшавских площадей. Но песни и музыка не смогли умиротворить представителей некоторых решительно настроенных группировок варшавской молодежи, готовых вступить в бой скорее ради самого боя, чем ради идеи.

Так, День независимости вместо торжества демократии и плюрализма стал днем погромов и уличных боев. Столкновения националистов и левых (при всей условности этих определений) происходили  и в предыдущие годы, но никогда прежде они не носили столь яростного характера: итогом противостояния стало более 200 задержанных полицией, десятки раненых, разбитые кинокамеры и машины телевизионщиков...

Блокада Марша удалась. «Фашисты», а верее, те, кого к ним причисляют, не прошли в центр города. Основной «движущей силой» погрома были отнюдь не левые интеллектуалы и не идейные наследники Дмовского. Они не кидались камнями и не били противников палками по голове. Это делали группы футбольных фанатов, анархисты, экстремисты из языческого объединения «Задруга» и просто хулиганы, ищущие повод поиграть мускулами. Но их действия стали следствием идейного противостояния левых и правых. Не все читают Маркса или Дмовского, но практически все пользуются Интернетом и видят расклеенные плакаты. Антифашисты и левые еще в прошлом году грозились заблокировать ставший уже традиционным марш правых. Накануне праздника город был заклеен плакатами с надписью «блокировали, блокируем и будем блокировать». И хотя блокада по мысли организаторов должна была носить мирный характер, в Интернете предусмотрительно разместили инструкции о том, как вести себя в случае столкновений с полицией. Инструкции пригодились: антифашисты действовали достаточно жестко - в ход шли и палки , и камни, и баллончики с газом и пульверизаторы с краской («пусть варшавяне знают, что «меченые краской» - фашисты!»- объясняли они позже свои действия ). Сами «борцы с фашизмом» не стремились к излишней популярности: их лица были нередко скрыты масками. Интересно, что в ряды польских антифашистов влились их соратники из Германии, которые вели себя очень активно и по-боевому: от тяжелых рук немецких антифашистов пострадали многие участники Марша. Потесненные с варшавских улиц немецкие борцы с фашизмом нашли приют в редакции журнала «Политическая критика», вокруг которого объединяются польские левые интеллектуалы, во главе с С. Сераковским. Но в этот день левые показали, что они способны применить против политических противников не только интеллектуальную силу. Во всяком случае, когда их немецкие единомышленники покинули редакцию, полиция обнаружила там и кастеты, и палки.

Правые обвинили именно «Политическую критику» в том, что польский Марш независимости был атакован немцами. Возмущенный Я. Качиньский, глава крупнейшей оппозиционной партии «Право и справедливость», потребовал выселения редакции из арендуемого ею здания в самом центре Варшавы. Но сами левые категорически отрицают свою причастность к появлению немцев в Варшаве, доказывая, что антифашисты всей Европы в любую минуту готовы проявить солидарность. За «Политическую критику» вступилась вся польская интеллектуальная элита: с открытыми письмами в ее защиту выступили и писатели, и кинематографисты во главе с А. Вайдой, и художники. В блокаде Марша независимости приняли участие известные польские политики: Я. Паликот, триумфально вошедший в польский сейм последнего созыва главным образом благодаря своему откровенному антиклерикализму, социал-демократ Р. Калиш, ветеран демократической оппозиции С. Блюмштайн.

Наверняка в тот не самый спокойный день пожилым варшавянам припомнились тридцатые годы, - противостояние левых и правых, борьба сторонников разных путей развития независимой Польши.

С тех пор прошло уже много лет, и многое изменилось в мире. Нынешние правые отнюдь не торопятся стать под знамена Р. Дмовского и более того, демонстративно отказываются от приверженности его идеям. Уж если и заявляют о своей приверженности к кому-то из политиков II Речи Посполитой, то к Ю. Пилсудскому. Именно он кумир и президента Коморовского, и премьера Туска, и лидера «Права и справедливости» Я. Качиньского. Нет в нынешней Польше оснований для антисемитизма (в разжигании которого обвиняли Дмовского), так как практически в ней нет евреев. Нет и опасности возникновения фашизма. Вряд ли можно говорить и о реальной угрозе польской национальной идентичности со стороны «врагов польского народа» и «врагов костела», к которым причисляют обычно представителей сексуальных меньшинств, иммигрантов, атеистов. Но, вместе с тем, нет и единого, сплоченного польского народа. Страна разобщена, что в полной мере продемонстрировали недавние президентские и парламентские выборы. Идет «польско-польская война» между сторонниками модернистской, проевропейской концепции развития и приверженцами концепции консервативной, национально-католической. Отсутствие единомыслия, думается, неизбежный атрибут современных демократических обществ.

Ветер истории не смог погасить поминальные свечи на могилах «начальника государства» Ю. Пилсудского и проигравшего историческую битву с ним Р. Дмовского - они всегда горят на их надгробных плитах в соответствии с польской традицией. Сегодня идеологи «Политической критики» пытаются напомнить и о наследии польских социалистов, таких как С. Бжозовский. Исторические споры продолжаются, и историческая память поляков заслуживает безусловного уважения. Но политической элите нельзя забывать, что именно на ней лежит ответственность за то, чтобы эти споры не принимали форму уличных потасовок, а исторические реконструкции ограничивались лишь костюмированными шествиями.