России подрезали крылья

В обществе усиливается возмущение по поводу очередного реформирования Вооруженных сил и системы военного образования России. То, что за сердюковской реформой стоит кудринский Минфин, ни у кого сомнения не вызывает. Становится ясным, что оголтелый либеральный «экономизм» все также продолжает править бал на российских просторах. 

Лишь сполохи бунта военной профессуры немного приоткрывают общественности задумки, стиль и методы «реформаторов» из Министерства обороны и Министерства финансов России.  

«Военная» Россия забурлила с новой силой после появления на прошлой неделе в печати открытого письма ведущих профессоров Военно-воздушной инженерной академии имени профессора Н.Е. Жуковского – знаменитого военно-учебного заведения, которое давно и по праву считается великолепной кузницей военно-инженерных кадров. Но «реформаторы» и «оптимизаторы» сегодня задумали академию закрыть, слив ее с академией им. Ю.А. Гагарина, преобразовав ее в некое новое военно-учебное заведение. К чему это может привести, становится понятным из письма военных профессоров. Их главный вывод: в стране будет разрушена система подготовки офицеров-инженеров для военно-воздушных сил страны.  

Допустить этого никак нельзя, подчеркивается в письме. Кроме того, «страна вправе поименно знать своих «героев» – идеологов и непосредственных разработчиков проводимой сегодня реформы системы военного образования, - пишут профессора академии. – Эти «спецы» должны нести персональную ответственность за предлагаемые решения и их последствия, в том числе за разрушение научно-педагогического потенциала ВВИА им. проф. Н.Е.Жуковского путем слияния двух разнопрофильных военных авиационных вузов.

Безопасность страны – слишком большая цена за ошибки и просчеты в этой области. Авиационные недоучки быстро обломают крылья боевой авиации России.

Без инженеров самолеты не летают!».  

Во имя чего затеяна реформа военного образования в России? Официально – по двум причинам. Во-первых, в условиях общего сокращения армии не потребуется такого количества офицеров, которых раньше готовили военные академии и университеты. Во-вторых, якобы, перед Сердюковым поставлена задача борьбы с коррупцией в военной среде и «оптимизация» расходов на содержание армии.  

Сегодня, слыша слово «оптимизация», невольно нервно вздрагиваешь и озираешься по сторонам в попытке понять, кого наши либеральные финансисты опять пытаются «сократить», то есть – «оптимизировать».  

Лучший пример последних лет – «оптимизация» сети сельских школ страны. Под благовидным предлогом закрытия «неперспективных» и «крайне затратных» деревенских школ по стране диким чесом прошла кампания по ликвидации малокомплектных и малочисленных школ в «глубинке». Тот, кто ее планировал и осуществлял, не мог не знать, что в силу огромности российской территории и малой плотности населения традиционно большинство сельских школ и были всегда малокомплектными и малочисленными. Но во все, даже самые тяжкие, времена (включая годы Великой Отечественной войны) никто не покушался на их закрытие. Более того, даже в страшные военные годы на прифронтовых территориях страна продолжала строить и ремонтировать школы, школки и школочки, понимая, что, ликвидировав их, она обречет села на вымирание.  

Кажется, что сегодняшняя история с «оптимизацией» всех и всяческих сторон российской жизни – из числа подобных «прожектов».  

И если последствия, например, «фурсенковских» реформ в несчастной российской школе проявятся только через десяток лет, то затея с реорганизацией системы военного образования аукнется незамедлительно: в армии и так наблюдается дефицит высокообразованных специалистов.

Остается совершенно непонятным, как через несколько лет «перетряхнутые» военные академии будут заниматься качественной подготовкой специалистов для армии, которая и так будет значительно обескровлена после объявленного недавно значительного сокращения офицерского корпуса?

Между тем реформа военных вузов идет. О ее промежуточных итогах можно узнать из того же письма профессоров «жуковки»: «Судя по результатам «реформирования» кузниц офицерских кадров ВС РФ – Военной академии бронетанковых войск имени маршала Р.Я. Малиновского, Военной инженерной академии им. В.В. Куйбышева, Военной академии радиационной, химической и биологической защиты имени маршала К.С. Тимошенко, Военной академии ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, Военно-воздушной академии имени Ю.А. Гагарина и Военно-воздушной инженерной академии им. проф. Н.Е.Жуковского, складывается впечатление, что осуществляется программа ликвидации научного потенциала Вооруженных сил РФ».  

Перечисленные выше учебные заведения попросту выселяют из Москвы. «И это при том, - пишут профессора в своем письме, - что размещение военных академий в столице и других крупных городах, с одной стороны, позволяет интегрировать их научный потенциал с потенциалом головных вузов и НИИ страны, а с другой – дает возможность офицерам из отдаленных гарнизонов за время учебы в академиях повысить свой общий культурный уровень».  

Впрочем, не думаю, что эти аргументы ученых-военных будут услышаны в кудринском ведомстве: там ничем другим, кроме сокращения расходов на армию, никто не озабочен. Поэтому разговоры про научную интеграцию или повышение общекультурного уровня российского офицерства для кудринской команды и тех, кто вбрасывает в Минфин очередной прожект «оптимизации» того-то и сего-то – пустой звук.  

Теперь о сути вопроса, так сказать, с точки зрения теории образования. За десятилетия в военных вузах страны сложилась настоящая система по работе со слушателями академий и институтов. Известно, что во многом ценность образования покоится на сохранении классических традиций обучения в сочетании с новациями, которые диктует научно-технический прогресс. Создать такую систему – непросто, разрушить – раз плюнуть. Особенно тем, кто в этом мало смыслит, да к тому же еще и не собирается в эти «тонкости» вникать.  

К чему это может привести? Дадим слово «жуковским» профессорам: «На примере ВВИА можно проследить, как все эти годы разрушалась формировавшаяся десятилетиями многоуровневая система подготовки инженеров, руководящего инженерного состава, военных инженеров-исследователей, офицеров-математиков из числа выпускников ведущих университетов и институтов страны, летчиков-инженеров-исследователей, летчиков-космонавтов, заочное обучение и курсы повышения квалификации офицеров строевых частей.  

На сегодня в академии остались только первичная подготовка инженеров из числа офицеров-техников и подготовка инженеров из выпускников средних школ. Однако набор курсантов уже два года не проводится, и через три года планируется осуществить последний их выпуск. В результате такой политики остаются невостребованными научно-педагогические школы по основным направлениям (аэродинамика, силовые установки, вооружение, авиационное и радиоэлектронное оборудование, радиоэлектронная борьба, воздушная разведка, робототехника, автоматизированные системы и новые информационные технологии управления, метрологическое обеспечение ВВТ и др.), основоположниками которых являлись ученые академии».  

Оказывается, «планом реформ» предусматривается передача этих видов подготовки в другие вузы ВВС. Но в этих учебных заведениях, замечают «жуковские» профессора, отсутствуют необходимые кадры и учебно-материальная база, сопоставимые с теми, которые уже существуют сегодня в их академии.

«Какие усилия и какие средства потребуются от страны для воссоздания всего этого с нуля на новом месте? – задаются они вопросом. – Разве вывод академий им. В.В.Куйбышева и им. К.С.Тимошенко за пределы Москвы уже не показал пагубность подобных решений?».

Заботит ли это кого-то, кроме самих академических профессоров? Кажется, что никого. С момента появления этого письма в печати прошла неделя. Но, по информации от имеющихся у «Столетия» источников в Министерстве обороны, никто и не предполагает сделать это письмо предметом серьезного и глубокого разговора и путях и методах реформы военного образования в стране.  

И это вполне согласуется с общей политикой, проводимой в российском образовании. Известный российский ученый-педагог, член-корреспондент РАО Александр Абрамов насчитал пять принципов, положенных в ее основу.  

Во-первых, действует порочная система принятия решений, для которой характерны методы административно-командной системы управления, очевидным образом неприменимые в творческих сферах. Мнения профессиональных сообществ полностью игнорируются. Решения принимаются келейно крайне ограниченным кругом лиц. Содержательные дискуссии практически отсутствуют. Законодательное оформление умело продавливается независимо от степени разумности и профессиональности решений.  

Во-вторых, в государственной политике доминирует воинствующий экономизм. Господствует точка зрения на систему образования как на рынок образовательных продуктов и услуг. В-третьих, «топ-менеджеры», командующие сегодня всеми образовательными реформами, далеки от понимания существа дела и исходят из предельно упрощенных моделей. Этим определяется характерный для «модернизации» образования безудержный формализм.  

В-четвертых, особо следует выделить принцип вопиющей безответственности, чего не было ни в дореволюционной России, ни в советское время. Современные чиновники-реформаторы не утруждают себя отчетами, ограничиваются краткими сообщениями о достигнутых успехах, жесткими инструкциями исполнителям. Отработана система постоянного вещания «реформаторов» в СМИ, но при этом они мастерски увиливают от содержательных публичных дискуссий.  

И, наконец, пятый - принцип непризнания ошибок.  

История с реформированием военно-учебных заведений – тому ярчайший пример. Полная келейность в принятии судьбоносных для страны решений и отсутствие диалога с профессиональным сообществом уже привели к бунту в рядах военной профессуры. И как же эти оскорбленные и обиженные люди (специалисты высочайшей квалификации, равных которым по научно-педагогическому потенциалу в стране просто нет) будут дальше заниматься обучением элиты защитников Отечества? Этот вопрос так и завис в коридорах сердюковского ведомства без ответа.  

Создается впечатление, что запущенные в Минобороны спецы от рынка (а их вместе с новым министром пришло в аппарат министерства немало) поставили во главу угла не стратегические интересы страны, а… деньги.

Известный военный специалист, президент Академии геополитических проблем генерал-полковник Леонид Ивашов полагает, что российские военные нынче получили самый сильный удар в спину со времен Горбачева и Ельцина: «В руководство Минобороны пришли люди бизнеса и восприняли его сложнейшую систему как фирму. Им не важны традиции, история, специалисты и ветераны, прослужившие десятки лет. Ворвавшись в военную сферу, новые руководители решили, что только они знают, как ее реформировать, что вылилось в беззакония, безобразия и элементарное хамство».  

Генерал Ивашов делает и более острые выводы. Через несколько лет действий Сердюкова, полагает генерал, к нам будут просто приходить и отнимать территории и ресурсы:  

- Мы объявляем арктические шельфы нашими, снаряжаем экспедиции, а американцы сегодня там уже несут боевое дежурство. У нас же в Арктике нет ни одного боевого корабля, ни одной подводной лодки. Так что у нас все это заберут. То же самое можно сказать и по Калининграду, Северному Кавказу и т.д. Без армии не может быть сильной политики, экономики и бизнеса.  

…Вот и академию Жуковского закрывают. И от этого становится еще тревожнее.