Столетие
ПОИСК НА САЙТЕ
18 ноября 2017
Феликс и Маргарита

Феликс и Маргарита

Рецензия на книгу «Я Вас люблю… Письма Феликса Дзержинского Маргарите Николаевой»
Сергей Котов, академик АПСН
15.10.2007

Одному из самых известных политических персонажей советской истории - Феликсу Дзержинскому - были хорошо знакомы и сердечные страсти, и сильные привязанности, боль разлук и расставаний. Таким он предстает со страниц только что вышедшей в московском издательстве "Кучково поле" книги. Нам, привыкшим к почти каноническому образу "железного" Феликса, вряд ли понять без этих писем, чудом сохранившихся до наших дней в фондах Российского государственного архива социально-политической истории, какие страсти кипели в душе двадцатилетнего юноши, когда он встретил в непростой момент жизни свою Маргариту.

Встреча эта состоялась в Нолинске, маленьком уездном городке в 140 верстах от Вятки, куда юный революционер был выслан решением ковенского прокурора на три года. Дзержинский по тогдашним меркам был несовершеннолетним - ему еще не исполнилось и 21 года, когда он повстречался с Маргаритой Николаевой. Ей же было 25. В ссылку в вятское захолустье слушательница Бестужевских курсов Николаева попала на несколько лет за распространение в Петербурге нелегальной литературы.

Потомственный дворянин, принадлежавший к старинному польскому роду, Феликс Дзержинский воспитывался в родительском доме в духе строгого католицизма и польского патриотизма. По рассказам старших, он знал о польском восстании 1863 года, жестоко подавленном войсками царского генерала Н.И. Муравьева, и впоследствии вспоминал: "Будучи еще мальчиком, я мечтал о шапке-невидимке и уничтожении всех москалей". То, что ненависть к "москальской власти" стала одним из важных факторов его ухода с головой в революционную работу с юных лет, не подлежит сомнению. По мере знакомства с революционными теориями, надо сказать, этот детский опыт ненависти у Дзержинского притупился.

Неизвестно, насколько эту нелюбовь к "москалям" стерло его страстное нолинское увлечение – "москалька" Маргарита Николаева.

#comm#Теперь известно только одно – это не было простым увлечением. Это была любовь, возникшая не только на эмоциях, но и на чувстве уважения к высокоинтеллектуальной девушке, что с ним ранее в отношении женщин - по его же словам - "никогда не случалось".#/comm#

Что же в Маргарите было такого, что вспыхнувшая любовь к ней успокоила озлобленную душу и вызвало "желание стать лучше"? Об этом немало говорят девятнадцать писем, Именно из этих писем, включенных составителями А.А. Плехановым и А.М. Плехановым в рецензируемую книгу, мы узнаем, что почувствовал счастливый Феликс в вятской глубинке: отныне "есть близкий, дорогой мне человек, и теперь я не упаду, я буду лучше становиться и становлюсь".

Нет сомнения, что глубокое чувство посетило обоих молодых людей. Но оно не было безоблачным. С одной стороны, Маргарита страшилась того, что юный Дзержинский просто увлечен ею и серьезных перспектив их отношения не имеют. С другой, со стороны Дзержинского, возникшее чувство было основано еще и на общности "революционных судеб". Оттого, видимо, большое место в письмах занимают размышления о том, что "любовь усилит… жизненную энергию и активность, потому что откроет всю прелесть борьбы".

Подобные сентенции могут заставить отстраненного читателя удивленно пожать плечами: при чем здесь "прелесть борьбы", если перед молодым человеком - "чистейшей прелести чистейший образец"?

Что заставляло юного Дзержинского все время переходить от откровенных объяснений любимой в своих чувствах к схоластике размышлений о соотношении личного и общественного, любви и политической борьбы? Вероятно, для понимания этих страстей и рефлексий следует вспомнить, что за плечами юного революционера уже был определенный опыт этой самой политической борьбы, сформировавшиеся представления о первопричинах тех острых проблем, что делают жизнь человека несчастливой, желание посвятить свою жизнь "борьбе за народное счастье".

Скептик может опять пожать плечами: и этим может быть занята в момент любовной страсти голова двадцатилетнего красавца, который уже в ранней юности имел огромный успех у своих ровесниц?

#comm#По свидетельству его сестры Ядвиги, в юности он "был слишком весел и кокетлив, ухаживал за гимназистками. А те влюблялись в него по уши…" Что же так повлияло на строй мыслей Феликса Дзержинского, если к двадцати годам все его письма к любимой девушке полны размышлений о "деле" и "работе"? #/comm#

Не следует забывать, что в интеллектуальном багаже Дзержинского к этому времени уже прочно осели немалые знания из Прудона и Сен-Симона, Фихте и Канта, Гегеля и прочих достойных внимания мыслителей того времени. Идеи классовой борьбы волновали и заставляли по-другому смотреть на окружающее. Первые наблюдения за жизнью рабочих в Виленском крае, первые по-настоящему глубокие наблюдения за жизнью крестьян в вятских деревнях еще более убедили молодого ссыльного революционера в необходимости борьбы за другую, более светлую и более просвещенную жизнь народа. А оттого и фон, на котором протекала первая (о которой мы знаем) сильная любовь к Маргарите Николаевой, был уже неотделим от идейных и нравственных исканий Дзержинского. Свидетели тому - письма к любимой. Читая их, убеждаешься, что именно здесь, в вятской глубинке, многое из того, что составило впоследствии мировоззренческий стержень знаменитого на весь мир революционера, было почерпнуто из огромного моря литературы, перечитанной им, ссыльным, в далекой деревушке под вой северной пурги.

Делясь с возлюбленной прочитанным, обсуждая в письмах к ней серьезные вопросы политэкономии и философии, Дзержинский не сразу смог погасить такую естественную для любого юноши его лет надежду на счастливую и радостную жизнь, которая ждет их с Маргаритой впереди. "Дорогая, нам хорошо будет впереди, - писал в одном из писем Николаевой Дзержинский. – У нас много еще отрадного, а теперь сил, сил и сил только больше. Твой Феликс".

Увы, этим планам не суждено было сбыться. Почему? Об этом вспоминала много-много лет спустя сама М.Ф. Николаева. "Феликс заявил мне, что он не может искать счастья, когда миллионы мучаются, борются, страдают. Вот так мы и выяснили наши отношения. Он был искренен, он хотел целиком отдаться революции. Я буду помнить его всю жизнь".

М.Ф. Николаева последние годы жила в Кисловодске, водила экскурсии по лермонтовским местам. После ее смерти в 1957 году в шкатулке и были найдены те самые письма Ф.Э. Дзержинского, писанные им его Маргарите на переломном рубеже XIX-XX веков. Их публикация в книге (с большим и интересным предисловием А.А. Плеханова) дает уникальную возможность еще раз осознать, что канонический портрет нашего героя – неполон. Со страниц книги на читателя смотрит совсем не "железный" анахорет, а живой, страстный, увлекающийся человек.

#comm#Только вот страсть к революции, к революционной борьбе оказалась для Феликса Дзержинского решающей. Во имя нее, считал он уже в свои двадцать лет, можно было рушить все "личное, мелкое и будничное". Так, не дрогнув, разрушил он и любовь к своей Маргарите.#/comm#

Вероятно эта жертва, принесенная на алтарь революции, была одной из первых ковок "железного Феликса". Нужна ли была эта первая жертва? У каждого, кто прочтет книгу, будет свой ответ на этот вопрос сообразно его представлениям о целях и ценностях жизни, о роли личности в истории, о месте революции в историческом процессе. И конечно – о любви.

Специально для Столетия


Комментарии

Оставить комментарий
Оставьте ваш комментарий

Комментарий не добавлен.

Обработчик отклонил данные как некорректные, либо произошел программный сбой. Если вы уверены что вводимые данные корректны (например, не содержат вредоносных ссылок или программного кода) - обязательно сообщите об этом в редакцию по электронной почте, указав URL адрес данной страницы.

Спасибо!
Ваш комментарий отправлен.
Редакция оставляет за собой право не размещать комментарии оскорбительного характера.


Эксклюзив
14 Ноября 2017
Олег Слепынин
Жизнь и пророчества почаевского старца.
Фоторепортаж
14 Ноября 2017
Подготовила Мария Максимова
В Санкт-Петербурге открылся крупнейший в мире Железнодорожный музей.